Стокгольмский синдром

Бесцельно, безжалостно, как в кино. Ты мой Стокгольмский синдром. Захлопни глаза и зашторь окно, спали этот чертов дом. Летний дождик стучит по окошку, Юлий сидит в этой квартире уже больше месяца. Он не выходит на улицу, очень редко снимает ролики. А если и снимает то на его лице можно заметить много тоналки, скрывающей синяки, и натянутую улыбку. Парень докурив сигарету спрыгнул с окна и услышал как открылась дверь. По телу парня прошла дрожь. Он знал, кто пришел. Дима. Его Дима. Юлик давно не принадлежит себе, он принадлежит Ларину. Об этом свидетельствуют синяки, засосы, порезы и ожоги на теле младшего. Он хочет чтобы его спасли, но его сердце нет. Держи меня в клетке, корми с руки и хлестко бей по щекам. Мы разной породы, а значит — враги, кто жертва — не знаю сам. Кашин смотрит запись стрима Дмитрия Ларина и Юлика. Парню хочется разбить лицо Диме, за то, что он сделал с их солнечным Юликом и страдающим дома Русланом. На стриме Ларин затирает какие-то умные вещи, пока Онешко сидит в телефон. Дима резко выхватывает телефон, почти не заметно хватает Юлю за руку от чего второй морщится, и буквально заставляет Юлика шутить и улыбатся, но в его глазах боли больше чем у кого-либо. Я был убит трижды. Я был убит за сына, за мать и отца. В простейшем понятии чувства любви, нет смысла, нет дна и конца. Руслан лежит дома. Ему уже не помогают таблетки, алкоголь или сигареты. Он скучает. Он не может без своего солнечного мальчика. Он помнит тот момент, когда Юлик начал общатся с Димой, когда перестал гулять с компанией, когда перестал снимать на ютуб, когда в интернете начали гулять фотки Юлика с синяками или порезами, когда его мальчик перстал брать трубку, перестал отвечать. Руслан любил Юлика, а Юлик любил Диму. Первое время Тушенцов держался, улыбался, не обращал внимания. Но когда Даня показал ему стримы Дмитрия, у Руслана сорвало крышу. Он закрылся дома, никого к себе не пускал, пытался связаться с Онешко, но без успешно. Есть жертвенность, ревность, есть ложь и печаль. Всё — в банке с наклейкой соль. Бьешь больно и резко, хрипишь: отвечай, как быть без тебя? (с тобой?) Юлик лежит под Димой со связанными руками. Старший не целует, не обнимает, он берет блестяще лезвие и выводит узоры на теле Юлика. Онешко плачет, кричит за что поучает очередные удары. Потом Ларин грубо входит в Юлика параллельно кусает его губы, из которых уже бежит струйка алой жидкости, оставляет засосы по всей шее. Дима всегда был доволен собой, когда видел плачущего Онешко, готового на все ради него. Юлик заслужил подарок. Ларин разрешил своему мальчику поехать с ним на вид фест в субботу. И были бы мы сильнее чуть-чуть, тогда бы сумели спастись. Под пальцами мерно вздымается грудь. Проснись, мой киднеппер, проснись. Ребята сидят в какой-то вип зоне этого ебаного феста, Кашину удалось вытащить Руслана сюда. Все знают, что Юлик будет здесь. Они хотят его хотябы увидеть, обнять, забрать. Он хочет. Кашин видит, что Руслан хочет вернуть своего мальчика. Даня не знает, что им делать. Юлик явно не впорядке, Ларин животное, которое делает больно их мальчику. У юлика стокгольмский синдром. Бесцельно, безжалостно, как в кино. Ты мой Стокгольмский синдром. И кто-нибудь вызовет всё равно, полицию в этот дом. Руслан видит его. Он сидит на сцене рядом с Дмитрием. Улыбается, шутит, но как только он затухает и тихо молчит, опустив голову в пол, Ларин хватает его за руку, больно сжимая и Онешко снова давит из себя улыбку. Руслану хочется кричать, привлечь внимание Юлика, но Кашин останавливает его, этим Руслан сделает только хуже. Они дождуться конца мероприятия, они узнают, что с их мальчиком, по своей ли воле он там. Ты выстрелишь в голову, так легко, ужалит свинцовый шмель. Я вздрогну от выстрела/холода, но я сделаю шаг за дверь. Юлик счастлив, что сегодня он увидет кого-то кроме его любовника. После феста, все блогеры идут в кафе. Они подходят к кафе и Онешко видит его друзей, парень уже почти срывается к ним, но Дима крепко держит его за руку Тем самым говоря, что Онешко никуда не пойдет. Онешко опускает глаза. Он буквально сейчас заплачет. Ларин одергивает его и тот как по команде поднимает глаза и натягивает улыбку. Юлик сталкивается с Русланом глазами, он видит как Тушенцов хочет подбежать и обнять, но Юлик медленно качает головой с большими испуганными глазами. Они подходят ко входу и юлик стараясь максимально соблюдать спокойствие, пожимает всем руки, легонько улыбаясь. Но его глаза говорят сами за себя. Ларин не дает Юлику заказывать, говорить или отвечать на вопросы. Не выдержав взглядов Руслана, Онешко выбегает из кафе и садиться в такси, оставляя ошарашенно Диму одного, сжимая кулаки от злости. Я выйду на снег, больной и босой, приму необъятный мир. Здесь что-то неладно, не так, не то, и что-то скрежещет в груди. Руслан сидел в комнате, вокруг валялось стекло, разбитые бутылки, разбросанные вещи. 3 часа ночи. Звонок в дверь. На пороге стоит его мальчик. Глаза красные от слез, легкая футболка, хотя на улице далеко не май, а суровый ноябрь. Разбитая губа, пару синяков на лице, изрезанные ключицы и руки. Руслан обнимает его, так крепко, что кажется сейчас будут хрустеть кости. Они стоят так минут 20 если не больше. Руслан первый прекращает объятья и целует парня, нежно, аккуратно, не так как это делал Дима, Руслан как будто спрашивал разрешения. Юлик был не против, он так давно хотел этого. Минутная слабость — ответит коп, у нас есть хороший врач. И Аве, Всевышний, всё могущий Бог, за дверью — мой мертвый палач. Юлик сидит на коленях у Руслана, он чувствует счастье, но понимает, что дома Дима, он будет кричать, бить его, а потом нежно поцелует и укроет одеялом. Юлик понимает, что это не нормально. Юлику страшно, по его телу пробегают мурашки. Он видит как Руслан замечает это, Тушенцов тянет руку к лицу и Юлик привычно дергается ожидая удара, но Руслан нежно гладит щеку парня. Парни нежно целуются и Юлик улыбается, по настоящему, спустя столько времени. Руслан берет на руки своего мальчика и несет в спальню. Юлик не против. Он давно этого хочет. Он хочет любви, а не грубого секса. Руслан избавляется от одежды и начинает покрывать тело парня поцелуями. Целует каждый шрам и синяк. Нежно касается губ, шепчет что-то на ухо Юлику, от чего тот сю улыбается и отвечает поцелуями. Руслан спускается вниз и перед тем как войти в парня, он поднимает глаза спрашивая разрешения, Юлик кивает. Нежно и плавно Руслан входит в Онешко, параллельно изучая рукам все тело любовника. Тушенцов двигается медленно и осторожно, стараясь не навредить его солнечному мальчику. Его солнечный мальчик улыбается. Но что-то неладно, не так, не то, и рушится что-то в груди. Мне хочется в клетку, зашторить окно, и есть с самой теплой руки. Юлик ушел от Руслана пару часов назад, он хотел порвать с Дмитрием, забрать свои вещи и вернуться к Тушенцову. Но по дороге домой он понял, что Ларин не отпустить его. Он уже пытался, это закончилось больницей. Сотрясением, парой переломов и Димой с цветами на коленях. Он понимал, что хочет вернуться в эту клетку, но ради чего? Машинально парень поднимается на ближайшую многоэтажку. Телефон звонит. Это Дима. Дрожащим голос Юлику прощаеться с любовником и выбрасывает телефон. -Алло, это Руслан Тушенцов? У нас найдено тело. Юлий Онешко -Время смерти 09:01. Руслан не выдержал, не смог, он не справился. Руслан Тушенцов — время смерти 09:50 Попытка провальна. С другого листа. Есть жертва, преступник, дом. Кусай мои губы, считая до ста. Я твой Стокгольмский синдром.