(Не)идеальная семья

Взятие опеки — очень серьезное решение, которое не каждый способен принять. Одно дело, когда человек воспитывает своего ребенка, другое, когда берет ответственность за чужого. Слишком много возможностей сделать что-то не так и облажаться. Слишком много ответственности за чужую жизнь, которая слишком короткая, чтобы портить ее. Опеку предпочтительнее всего брать над маленьким ребенком, ведь его легче воспитать и приспособить к новой жизни. С подростками все сложнее, их личность уже сформирована, и они слишком много пережили, чтобы сойти за нормальных детей. Сломленные, напуганные, недоверчивые — они могут быстро выходить из себя, опека над ними может разрушить семью, поэтому взрослые должны быть осторожны в своем выборе. Такие дети слишком хорошо понимаю, что им не стоит привязываться, ведь эти люди рано или поздно оставят их. Если кому-нибудь удастся прорваться через барьер, выстроенный подростком эти дети будут величайшим сокровищем, которое только можно найти. Ято внимательно вчитывался в каждый документ, чтобы не упустить ничего важного. Бишамон устало облокачивается о спинку своего кресла и оглядывает свой кабинет. Ее взгляд остановился на Юкине, она внимательно вглядывалась в юные черты лица, и выдыхает. Он был не единственным ребенком со сломанной судьбой и наверняка не будет последним, но есть в его истории что-то ужасно неправильное, будто недостающий кусочек головоломки, который по глупости закатился под стол. Возможно причина в его родителях, а может в нем самом, но это не дает покоя. — Я закончил, — голос Ято, вырывает Бишамон из нескончаемых мыслей, она моргает и снова обращает свое внимание на мужчину за столом. — Ему, ведь всего четырнадцать, верно? — шепчет мужчина, но его взгляд приковал исключительно к ребенку. — Да, Сэкки Юкине исполнилось четырнадцать лет несколько дней назад, — отвечает она, стараясь подавить дрожь. «В тот день его отец устроил кровавую бойню». — дрожащий голос Кофуку не скоро исчезнет из ее сознания. — Я думаю, что уже могу забрать его к себе, да? — он моргает и поворачивается к ней снова, задавая этот вопрос. — Ему будет лучше в более комфортной обстановке, я отдам документы Казуме и поеду с вами. Я должна буду все ему объяснить, ведь в незнакомой обстановке может случиться еще один приступ. — она складывает бумаги обратно в папку и встает со стула. Проходя мимо дивана, она останавливается и аккуратно приглаживает непослушные светлые пряди мальчика, он дергается и отодвигается от прикосновения и Бишамон чувствует, как ее сердце болезненно сжимается. Она сжимает документы и выходит из кабинета. Ято выдыхает, сжимая руки, которые нервно дрожат, в кулаки и подымаясь, подходит к мальчику и присаживается рядом с ним. Вглядываясь в юные черты лица с особой тщательностью, чтобы не упустить не единой детали, он замечает ссадины, которые были недавно обработаны, одним из врачей Бишамон, мешки под глазами и красные пятна от недавних слез. — Брат, он, ведь всего лишь ребенок, какими были мы с тобой, и ты заставил его переживать тоже самое из чего мы выбрались с огромным количеством шрамов. — мужчина опускает глаза на дрожащие руки и со злостью сжимает челюсть. — Значит, ты все-таки превратился в нашего биологического отца, которого так ненавидел. — он грустно усмехается и снова подымает взгляд на ребенка и аккуратно берет руку мальчика, несильно сжимая. — Я постараюсь изо всех сил, надеюсь, ты поможешь мне в этом. Его монолог прерывает открывающийся дверь, в которой стоит Бишамон, она кивает и Ято подымается. Беря мальчика на руки, он немного замирает. «Он такой маленький и легкий, для своего возраста». — мужчина сглатывает злость, которая подымается на поверхность и идет вслед за женщиной. Подходя к машине, он передает мальчика в руки Бишамон, а затем вытаскивает ключи и открывает машину. Аккуратно укладывают мальчика на заднее сидение, она занимает переднее рядом с Ято. Транспорт приходит в движение, и они едут домой, в салоне становится тихо, атмосфера, наконец, успокаивается. Юкине немного сдвигается в сторону и на его лице появляется небольшой проблеск улыбки, наконец, хотя бы во сне его ничего не будет тревожить. Мальчик выдыхает и сжимает шапку чуть сильнее.