Гарри Поттер и Эффект бабочки

Гарри с интересом рассматривал картину минут десять, как вдруг почувствовал, что атмосфера в комнате резко изменилась. И не в лучшую сторону. Он медленно, сильнее сжимая палочку вспотевшими руками, обернулся и замер. Посреди комнаты стоял высокий мужчина лет 30-35 и со скучающим видом осматривал свои аккуратные ногти. Гарри понял, что он стоит тут не одну минуту. Мужчина не выглядел опасным. По крайней мере, в руках у него не было никакого оружия, но от него все равно хотелось держаться подальше. Он вдруг резко поднял голову и улыбнулся своей самой милой и доброжелательной улыбкой, больше похожей на хищный оскал. — Привет, малыш. Ты какими судьбами тут? — голос у него был мягкий, с едва слышимой хрипотцой. Говорил он размеренно, в одном темпе, пристально смотря на «малыша». Малыш в ответ не смог ничего сказать, только выставил вперед палочку, выкрикивая срывающимся голосом заклинания. Одно, два, три. Но ничего не происходило. Поттер неверяще уставился на свою палочку. Еще раз попробовал создать простенький Люмос и ничего. Палочка не работала. Наверное гоблины в своем чертовом ритуале накосячили и лишили его магии. Поттер уже был готов впасть в истерику, как все такой же мягкий голос обратился к нему: — Малыш, все в порядке? — Гарри бы соврал, если бы сказал, что услышал нотки беспокойства и сочувствия. В голосе были только чистый интерес и предвкушение нового развлечения. — Твоя игрушка не работает? Как жаль. Наверное, это я виноват. Но предоставлять возможность пользоваться этой плохо обработанной палкой я тебе не дам. А то еще глаз себе выколешь, с кем мне тогда развлекаться? — вид у мужчины был все еще скучающий, но в глазах горело любопытство. Он подошел к сползшему на пол парню и присел рядом. — Отдай игрушку, а то вдруг занозу поставишь. Что мне потом делать? Доставать ее, что ли? — длинными изящными пальцами он аккуратно взял палочку и начал ее осматривать. — Пока не понимаю, что это, но вещь однозначно любопытная, — еще раз глянув на потерянного парня, он щелкнул пальцами у того перед глазами. — Салазар Слизерин к вашим услугам. Точнее ты к моим, но это все тонкости, опустим их. Ты вообще живой? — Салазар раздраженно встал, протягивая тонкую руку к с трудом приходящему в себя парню. — Да, ээээ, я жив. Вроде. Я ведь жив? А ты как? То есть кто? Ну, в смысле, откуда? — окончательно запутавшись, Поттер просто ухватился за руку основателя Хогварса (с трудом верилось, что этот человек – Салазар Слизерин) и с трудом поднялся, боясь сломать хрупкую руку. Если Поттер был просто сильно худощавым и костлявым, то на фоне Слизерина он казался вполне нормальным и даже массивным. Слизерин же был выше на голову и при этом имел очень хрупкое телосложение, которое выглядело вполне органично, и язык бы не повернулся назвать этого человека костлявым. В его тонких чертах и изгибах таилось женское изящество, но грубая, опасная и в то же время безумно привлекательная аура делала из него настоящего мужчину. — Я Поттер. Гарри Поттер, — смущенно произнес Поттер под внимательным насмешливым взглядом. Не зная, куда деть руки, он просто засунул их в карман, чувствуя себя каким-то чудовищем рядом с божеством. — Я фантом, проще говоря. А ты, как я понимаю, мой будущий наследник? Слишком хлипкий, слишком нервный, слишком низкий… В кого ты вообще такой низкий? Глава Великого Рода Слизерин и коротышка! Уму непостижимо. Еще и нервная система слишком слабая у тебя, мальчик Гарри Поттер. Да и в таком возрасте в игрушки играешь, не стыдно? — Салазар потряс в воздухе волшебной палочкой, которую до сих пор держал в руках. — Слишком много слишком. Нда. И подкинули же мне работку. Так ты откуда такой проблемный? — Из мамы, — раздраженно буркнул Гарри. Он, конечно, знал, что далек от идеала, но вот так его унизили впервые. — А ты еще и со слишком хорошим чувством юмора, да? Иди за мной, — Салазар направился в сторону неприметной двери, которую Поттер не заметил сразу. Возможно, на ней были чары отвлечения внимания, а может быть чары были на картине. Гарри особо в плетениях чар не разбирался. Пройдя пару коридоров, они вышли в уютную гостиную, обставленную в теплых зеленых тонах. Большее внимание привлекло большое окно, через которое просачивался яркий свет, придавая комнате еще больше уюта. Посередине стоял большой мягкий диван, невысокий столик и два кресла из того же материала, что и диван. На противоположной стороне расположился широкий камин, в котором весело потрескивали дрова. На камине стояло множество статуэток разных животных, женщин, детей. Некоторые из них шевелились, переходили с места на место, а некоторые неподвижно стояли. Все они были хрупкими под стать своему хозяину. На стенах висели прекрасные картины с изображением лесных пейзажей. Мазок был очень легким и плавным, что навевало на мысль, что так написать картину может только изящная рука Слизерина. Салазар уже уютно устроился на мягком диване и выжидающе смотрел на скованного юношу. Поттер, немного погодя, уселся напротив. — Давай серьезно, мальчик Поттер. Видимо, ты стоящий образец, и сможешь возглавить мой Род, раз уж Магия направила тебя сюда. Но сейчас я в этом очень сильно сомневаюсь. Поэтому постарайся переубедить меня, — Салазар закинул ногу на ногу. — Есть хочешь? А хотя можешь не отвечать, твои кости и голодный взгляд говорят сами за себя. Вилли, принеси нашему гостю что-нибудь съедобное, если таковое есть. — Тут могут появляться домовики? Но почему тогда… Кричер! — Поттер уставился в пустоту, ожидая, что домовик сейчас появится, но ничего не происходило. Тогда он перевел вопросительный взгляд на Салазара. — Пока я не разрешу, ты не сможешь тут ничего делать. Не сможешь пользоваться магией, вызывать домовиков, брать что-то, даже открывать двери. Так что лучше не выводи меня, малыш, — Салазар снова улыбнулся самой обворожительной улыбкой, но все впечатление испортила Вилли, которая принесла на подносе стакан с теплым молоком и несколько бутербродов. — Не жирно, конечно. Ешь. Приятного аппетита, — он принялся внимательно следить за тем, как Поттер жадно взял бутерброд и начал есть, запивая молоком. Но через пару укусов он смутился. — Вы так и будете пялиться, пока я ем? — отставив в сторону стакан, раздраженно произнес Гарри, смотря в стол. Салазара это позабавило, но он решил, что лучше особо не портить отношения с мальчишкой, все-таки им еще жить и жить под одной крышей. Поэтому, бросив напоследок насмешливый взгляд на парня, он отошел к полке с книгами и взял первый попавшийся фолиант, делая вид, что внимательно читает, но при этом боковым зрением следя за Гарри. Мало ли что. Вдруг он решит разбить кружку и осколком выцарапать глаза себе или Салазару. Бррр. Закончив с обедом, Поттер прокашлялся, привлекая к себе внимание. Слизерин сразу же отложил книгу и сел обратно на диван. Пару минут они играли в гляделки, но первым не выдержал Гарри, отведя глаза в сторону статуэток. — Что это? — ему стало неловко от того, насколько громким показался его голос в оглушающей тишине. Хотелось сделать еще что-то, чтобы убрать это ужасное чувство неловкости, но Салазар сжалился над ним, тихо и спокойно заговорив: — О, это прекрасные статуэтки. Каждая из них уникальна, — он подошел к ним, любовно проведя рукой по некоторым. — В каждой заключен кусочек реальной души. Для меня они как маленькие дети со своим разумом, — маленький дракончик запрыгнул на руку и принялся ее облизывать. Салазар мягко рассмеялся. — Я потратил на их создание очень много времени. Хоть я и ощущаю его иначе, но уверен, что одна статуэтка делалась не меньше двух человеческих лет. Если я правильно помню ход времени. Работать над ними я начал еще при жизни. Это был уникальный проект, о котором никто не знал. Я не хотел, чтобы кто-то еще владел подобным и мог создавать таких прекрасных существ. Я очень ревностно относился к ним при жизни. Надеюсь, маги не додумались, как создавать подробнее? — Салазар и правда выглядел обеспокоенно. Гарри захотелось его утешить. — Нет. Ничего подобного у магов нет. Есть только живые портреты. — Живые портреты? Расскажи подробней, — Салазар погладил напоследок дракончика и аккуратно опустил его на полку камина. Закончив, он снова уселся на диван. — Ну, я о них знаю совсем немного. Да и видел их только в Хогвартсе… — В Хогвартсе? Так ты обучался в Хогвартсе? — он даже подпрыгнул от восторга. — А теперь с самого начала и подробней. Сначала портреты. — В портреты, как я понял, заключается душа человека, ну, или кусочек души, и художником рисуется определенная локация. Там какая-то специальная магическая краска используется. Потом готовую картину привязывают к определенному участку и с помощь вязи чар соединяют с другими картинами, чтобы человек, заключенный в портрет, мог передвигаться, — Гарри надеялся, что запомнил все, что рассказывала на эту тему Гермиона, правильно. — Я мог бы попросить своего домовика, чтобы он принес нужные фолианты. У меня дома большая библиотека. — Да? Это было бы потрясающе, но немного позже. Интересная схема, но очень муторная. Давай о Хогвартсе. Как там моя Кроха поживает? — Кроха? — Василиск, да, Кроха. Когда я умирал, он был совсем маленькой змейкой, — Салазар мечтательно прикрыл глаза, вспоминая. Гарри замялся. Наверное не стоило так быстро говорить ему правду, но и лгать тоже было не хорошо. У Гарри было ощущение, что Слизерин знает, когда человек говорит правду, а когда врет. Поэтому, немного замявшись, он решил сказать правду. Хуже все равно уже не будет. — Понимаете, там такая интересная и не совсем приятная история… Даже не знаю с чего начать, — Салазар нахмурился, чувствуя неладное. — Говори прямо. Что с ним? — Ну, он мертв. Да. Как-то так, — Гарри нервно поерзал в кресле. — И я к этому имею прямое отношение. Ну, не совсем я. Точнее не только я, но и Фоукс тоже. — Мальчишка, ты можешь успокоиться и выражаться яснее? Давай, я верю в тебя. Мне хоть и грустно, что он мертв, но он прожил явно больше своего срока, поэтому это в каком-то смысле даже хорошо. — Ладно. Просто один не самый хороший маг захотел выпустить вашего зверька из Тайной комнаты побегать по замку. А разгребать последствия пришлось мне. Двенадцатилетнему ребенку. Я спас тогда свою подругу, — Гарри помрачнел, вспоминая, что будет всего лишь через пять лет, — и поболтал с одним фантомом, только он совершенно не был похож на вас. И в помощь Дамблдор, директор Хогвартса на тот момент, отправил Распределяющую шляпу и феникса Фоукса. — И зачем он послал эту рухлядь? Я про шляпу. Я вообще был уверен, что она и пару веков не продержится. Годрик по пьяни наложил на нее слабенькие чары, — Салазар хмыкнул. — И ты говоришь на языке змей? — Да, это парселтанг называется сейчас. В мое время это очень редкое умение, которое лучше держать при себе. А в шляпе был меч Гордика, кстати. Уж не знаю, как он там оказался. А Фоукс в жаркой схватке выцарапал глаза василиску, после чего вылечил мне руку, потому что ваша милая змейка оставила в ней свой огромный ядовитый клык. — Ядовитый? Но Кроха не был ядовитым на момент моей смерти, хотя яд должен был уже появиться. Я ведь поэтому оставил его в замке. Он бы не смог навредить детям, а спокойно бы охранял подземелья от всяких огромных крыс и других существ, забегавших по туннелям. Особого вреда они не наносили, но подъедали запасы и пугали детей, — Салазар поморщился и провел рукой по длинным волосам. — Неужели ты в двенадцать лет смог победить василиска, хоть и ослабленного годами, с помощью непонятного меча и феникса? Значит, не зря Магия направила тебя ко мне. Значит, есть какой-то шанс сделать из тебя человека с большой буквы, — он потер руки с предвкушающим видом. — Сейчас советую тебе последовать за Вилли. Она проведет тебя в комнаты, где ты будешь проживать до конца обучения. Приведешь себя в порядок, одежда и все необходимое найдешь в шкафу или попросишь у домовика. Жду тебя тут же через пару часов. Тогда и продолжим наш увлекательный разговор, — Слизерин исчез, не дав сказать и слова против Поттеру. Только сейчас Гарри заметил, как ловко у Слизерина получается совмещать простую речь без всяких вычурностей и внешность изысканного аристократа. Поттер направился вслед по коридору за маленьким домовиком, который был одет в простую бежевую накидку с гербом Слизерина. Осматриваться и запоминать дорогу не хотелось. Голова отказывалась работать и не желала думать о том, что сегодня произошло. Зайдя в просторную комнату, Гарри первым делом наткнулся взглядом на массивные часы, висевшие напротив большой кровати под балдахином. Время на часах говорило, что с момента пробуждения Поттера прошло всего лишь четыре часа, хотя мозг отказывался принимать эти сведения. Он буквально вопил о том, что прошел минимум день, и сейчас ему срочно необходим отдых для восстановления сил. Спорить со своим же организмом Гарри не хотелось, поэтому быстро приняв душ, он упал поверх одеяла на кровать и заснул крепким сном без сновидений