Жертва обстоятельств

— Да какого! — дальше я была заботливо накрыта пологом тишины, что реагировал на мат. Тяжело вздохнула и смотрела на магистра академии смерти, что притащил меня в свой кабинет и сейчас расхаживал передо мной и ругался на чем свет стоит, только я этого не слышала. Судя по тому как двигаются его губы, ругался он на шецком, потом на гномьем, а потом и об эльфах вспомнил, наречия хаоса применил. Короче, был зол до дрожи. — Я, как последний идиот, четыре года отправлял ей туда деньги, чтобы моя крошка не страдала, а она… — дальше снова сработал полог, и я снова гадала, что он такого там говорит. Чуяло мое сердечко, что ничего хорошего точно в отношении меня там не звучало. Жаль. — Говорили мне, пороть тебя надо! Пороть, как Сидорову козу! А я как идиот, вёлся на эти щенячьи глазки, никого не слушал и вот до чего докатился! Да надо мной весь Хаос смеяться будет, когда узнает! — все сокрушался мой брат, затем снова тишина. Точнее у меня тишина, а вот Даррэн там шпарил своими знаниями не на шутку. Кажется, проклинал весь свет, баб и баб их родящих. — О Тьма, за что мне такое наказание! — возвел он руки к небу, а я снова тяжело вздохнула.       Ну я не виновата, что у меня сработал инстинкт самосохранения и едва мы с ним встретились взглядами на территории академии проклятий, я дала деру наутек, в ближайшие кусты. Огонь Рэна был быстрее, так что спустя секунду, я была поднята от земли на вытянутой руке, как нашкодивший котенок, за шкирку, и смотрела в обманчиво добрые глаза брата, что перенес меня в свой кабинет в Академии Смерти. —Пиф, радость ты моя неземная, солнышко ясное… Расскажи своему братику любимому, а какого это, извини меня, хера, ты делала в академии проклятий, рыбка моя? — Я было хотела открыть рот и откровенно хотела начать вешать лапшу на уши брата, как тот резко сверкнул своими глазюками, давая понять, что ложь меня не сильно спасет. Знает, чего от меня ждать. — И не надо мне тут сейчас соловьем распинаться, что ты оказалась тут случайно, не по своей воле или вообще, что ты тут на экскурсии от академии благородных девиц! Ни в жизнь не поверю! — Учусь… — Проблеяла я, ну, а дальше уже понятно. Маты, маты и еще раз маты. А я лишь вздыхаю, сидя за его рабочим столом и жду, когда его отпустит. Пока не отпускало, к сожалению, так что я снова вздохнула, и оглядела помещение. Часто я тут бывала, очень. Все же ребенком я была активным, не смотря на частые видения, которые пугали и меня и мое окружение. Один Даррэн и держался, так что будучи вредной козявкой, я постоянно была с ним. Сидела у того под столом и рисовала. От собственных воспоминаний не удержалась и улыбнулась, заглянула под стол. До сих пор не выкинул, а там, между прочим, мои карякули на каждой стенке стола. Помню отлично, как дверь в кабинет брата открывается, а затем такая тишина… В прочем, как и сейчас. Так смешно было, когда я выглядывала и видела довольную улыбку брата, глядя на адептов академии смерти, что накосячили и брат сначала им выволочку устроил, а затем и наказание дал. Вот как раз после слов о наказании, он всегда улыбался, так гаденько, хитренько, с предвкушением того, что будет очень интересно. А стоило ему заметить, как я вылезала, тут же расцветал и щелкал меня по носу, возвращал обратно к себе под стол. Я тусила там круглые сутки, а став старше, носилась уже по академии. Да, хорошие были времена… Когда я лет так пяти несусь по коридору, а за мной толпа адептов, с широко раскрытыми от ужаса глазами. Рэн тогда сказал, что не дай Тьме я где-то упаду, не дай Свет коленочку расцарапаю или впечатаюсь во что-то лбом и будет синячек, получат все мои няньки, а их было много. А мне так смешно было, когда они за мной гонялись! Какие воспоминания… — Как знал, что надо было отправить тебя к деду, в Хаос! На перевоспитание! — Послышался голос брата, вытаскивая меня из приятных детских воспоминаний. — Да я даже поседел из-за тебя раньше времени! Волновался, как там моя прелесть! Не скучает ли?! Хорошо ли живется?! А она даже там не появлялась, а оставила вместо себя учиться какую-то левую девчонку! У тебя совесть вообще есть, упыреныш, носящий по недоразумению звание моей сестры?! — Кажется, вопрос был адресован мне, так что я резко перестала летать в облаках и четко, и ясно, невинно хлопая глазами, да и кивнув утвердительно в знак собственных слов, произнесла. — Нет, совести у меня нет. — ЧТО?! — Взревел магистр академии Смерти, а я лишь глазками хлопала, да отвечала, причем так возмущенно. — Ну, а откуда у меня ей взяться-то?! У тебя совести нет, у сестрицы нет, про деда я вообще молчу! Она ему по определению не положена! Так откуда совести взяться у меня? — Уела… — Усмехнулся магист, уже совсем иначе, тепло, по доброму, как улыбался только мне, и подошел к моему пристанищу, присел на краешек стола. — Ну и? Рассказывай давай, бессовестная, как тебя угораздило поступить в Академию проклятий? Других мало? — Ну ты же знаешь, резерв у меня магический так-то не большой, а вот энергический наоборот. Ну я и посмотрела, куда с такими делами можно попасть и нашла. Да и специальность мне понравилась, работа не пыльная… — Смотреть на трупы? — Хмыкнул Рэн, на что я недовольно на него посмотрела. Знает же, что не люблю, когда он комментирует, пока я не договорила. — Ну серьезно, Пиф. Я все понимаю, что ты у меня девушка не очень-то ранимая, но все же, могла бы пойти учиться куда в более спокойное местечко? А не на трупы глядеть… — Сказал директор академии Смерти! — Передразнивала я его. — Я твоя сестричка, так что спокойствие нам обоим только сниться! — Это уж точно… — Тихо сказал Рэн, как-то обреченно вздыхая. Мне ничего не оставалось, как улыбнуться. Наверняка ведь обо мне думает… — Как твои видения? — Спросил он обеспокоенным голосом и коснулся моей макушки. Я даже ответить толком не успела, как он нахмурился и наклонился, пристально разглядывал меня. «Неужто еще веснушки появились?!» — в ужасе успела я подумать, а затем Рэн произнес то, что выбило меня из колеи. — Тебя что, поставили на отчисление? — С подозрением сказал он, а я тут же стала думать, что ответить. Вроде учись хорошо, была проблема с карточкой, но действий Тьер никаких пока не предпринимает… Да и откуда Рэн мог это узнать?! — Эта защита… — Сказал он, вновь потрепав меня по волосам. — Тьер ставил… — Даже не вопрос, утверждение, а я лишь икнула. Какая такая защита?! Причем тут Тьер?! — Его… Странное плетение, но… Ха, ну дает Риан! — Да что за защита-то?! — Возмущенно сказала, потому как устала уже от этих неполных предложений, в которых фигурирует мой ненавистный лорд директор! — Забавное плетение абсолютной защиты, впервые с подобным сталкиваюсь. Экспериментальный вариант, по всей видимости… — Говорил он, продолжая поглаживать меня по волосам. — Зациклино на Тьера, так что в любой неприятной ситуации — от тут же явиться. Как интересно, однако. — Братец усмехнулся, а мне было не до смеха! Это что же, когда я была у него в кабинете, поставил на меня защиту?! Еще и экспериментальный, непроверенный вариант?! — Кажется, я должен искренне его поблагодарить. Племянники мне с такой защитой точно не грозят раньше времени, что уж говорить о замужестве! — Он снова хохотнул, а я нахохлилась воробьем и сняла его руку со своей головы. Перебьется! Пусть покупает себе кролика, как мой Вельзя и гладит его! — В смысле? — В смысле Тьер избрал крайне проблематичный вид защиты, срабатывающий даже на невинные объятия. А ты же не хочешь, чтобы каждый вкусивший прикосновение к твоим устам, в буквальном смысле падал к твоим же ногам сраженный далеко не страстью? Кстати, поклонникам предстоит падать замертво. По мере поступления новой информации мои глаза становились все шире, голос пропадал, и когда я задала следующий вопрос, это был уже полузадушенный писк: —А что, он сам это не снимет? Мне невозмутимо ответили: —Ну, видишь ли, дорогая, ставить защиту всегда легче, чем снимать. Именно поэтому принято экспериментировать обычно на заключенных. Иной раз экспериментируют на адептах, отчисленных из учебного заведения, но ты, видимо, не отчислена, так что я просто горю желанием узнать, с чего тебе вдруг так повезло. Учитывая, что фамилию ты изменила, да и мы с тобой не похожи совсем… — И я видела в его глазах, что правда ведь узнает, брата я знала, а уж тем более его отношение ко мне, но допустить такого просто не могла. — Нет! — Кажется, высказалась я слишком громко и резко, настолько, что Рэн даже бровь приподнял, выражая негодование моим поведением. — Никто не должен знать, что ты мой брат! Никто, даже Тьер! Не хочу, чтобы ко мне было какое-то особое отношение, только потому что ты мой брат. — Даррэн это внял, но не принял. Нахмурился, явно был против, но понимал, спорить со мной — себе дороже, так что ему оставалось лишь смириться со временем. — Кстати… — Вспомнила я о словах Тьера. — Ты был учителем у нашего директора? -Ага, был. Это было еще до твоего рождения, прелесть моя. Так что он не застал, как ты наводила шорох в моей академии. Он был отличным учеником, по мере того, как он рос, мы стали друзьями, потом я заставил его писать у меня научную работу. Которую он, кстати, защитил на отлично. Потом он уехал, потом война… Даже и не знаю, повезло ему или нет. Судя по всему — нет, так как теперь ты учишься в его академии и теперь, проблема с твоим воспитанием легла не только на мои плечи. Меня это безмерно радует… — Бедной мне ничего не оставалось, как вздохнуть. Теперь понятно, почему Тьер мне брата напоминает — потому что они лучшие друзья и поведение у них чуть-чуть, но похоже! Учитывая обстоятельства, можно сказать, что Тьер взял все самое «лучше» от моего братика, в принципе, как и я. — Но ты мне так и не ответила, что с виденьями? — Не волнуйся, все нормально. — Ответила я так, потому что по другому просто не могла. Не хотела, чтобы брат волновался, так что даже соврала бы, если бы все было плохо. Сейчас действительно легче. Видения возникают не столь часто, а с откатом за последние четыре года было лишь пару раз, когда до меня реально доходили все травмы видимые мною в виденьях. — Рэн, правда, все хорошо. Ничего серьезного, никаких катастроф, никаких видений с откатом в реальности. — Повторила я, так как брат хмурил свои брови и явно пытался понять, вру я или нет. Чтобы вывести брата из этого состояния, нужно было сменить тему и кроме Тьера, иной я не придумала. — Так Тьер вообще знает, что у тебя есть сестра? — Видишь ли, моя прелесть, обычно когда двое мужчин собираются вместе, они больше обсуждают политику, власть, стратегии и тактики… — Женщин… — Понимающе кивнула я, а затем улыбнулась, глядя как нахмурился братец. — Знаю, что я у тебя сообразительная не по годам. — Довольная сказала я, улыбаясь во все зубки, на что братец ответил мне тем же, а в следующую секунду произнес то, что заставило меня густо покраснеть. -Разумеется и о них тоже. Думаю, ты бы не сильно оценила, если я обсуждал с Рианом твое половое созревание? Хотя, я бы скорее рассказал ему, какие бесчинства ты творила, будучи мелкотой с хвостиками и в платьице с бантиками… — Рэн! — Я была красная, теперь уже от злости, нежели от смущения, а брат залился смехом. В принципе оно и понятно. Он постоянно мне припоминает, как я на каникулах у дедушки была, в Хаосе. Дед и Рэн, методами воспитания особо не отличаются. Так что в Хаосе меня оберегали по круче чем в Академии Смерти, а я этим бессовестно пользовалась, за что подчиненным деда влетало. Разумеется, за свои слова брат извиняться не собирался, а я сделала самое обиженное выражение лица. — Верни меня в академию. Мне на занятия нужно… — Разумеется, на них я не собиралась, но вряд ли Даррэн сильно бы обрадовался услышав, что я еще и нагло уроки прогуливаю. -Ладно-ладно… Так уж и быть, учись в своей академии. И… — Он даже договорить не успел, я слишком хорошо знала Рэна, от чего тут же произнесла. -И пусть та девочка и дальше учится. Пусть даже под моим именем. Она хорошая, правда. Старается… -То, что она хорошая, я уже понял. Мне докладывают о том, как хорошо учиться моя сестра, какая она покладистая, добрая и все в таком духе. Честно сказать, я даже не заподозрил неладное, думал совесть в тебе проснулась… — Он лишь усмехнулась, а мне ничего не оставалось, как развести руками. Ну что поделать, если совести у меня и правда нет? — Все, свали прочь, нечисть… — Я подбежала к брату, который гордо делал вид, что ему все равно, и поцеловала в щеку, поспешила в пылающим адским синем пламенем портал. Рэн, само собой, не сдержал улыбки и уже в последний момент добавил, в свое любимой манере. — У Вас будут новые преподаватели. Им про тебя я не скажу, так что поблажек не жди. — Я лишь кивнула, а затем, нырнула в портал и не слышала, как братец добавил, но кажется, уже только для себя. — И не зли Тьера… Оказавшись в академии, я обернулась, поддаваясь внезапному порыву. Ожидала увидеть улыбку брата, но огонь исчез так же внезапно, как и вспыхнул и печального вздоха я сдержать не смогла. Хотя, расстраиваться причин и не было. Рэн принял мое решение учиться дальше, даже оставит ту девочку в школе благородных девиц, так что в целом все неплохо… Почти. -Опять ты! — Я вздрогнула от испуга, так как голос Ригре прозвучал сзади очень внезапно. Та стояла, и явно закипала от злости. Мне казалось, что она вот-вот кинется на меня бешенной белкой, а растащить нас будет некому. Я уже было приготовилась защищать свою шевелюру, но та продолжала стоять на месте, а затем произошла подлость, которую я лично не ожидала, но не сомневалась, что Ригра на подобное способна. Меня окатили ведром ледяной воды. А брат перенес меня за академию, в укромное местечко, где моего появления бы не заметили. На улице не лето красное и сейчас я была хуже мокрого котенка, тут же схватилась за вмиг продрогшие плечи, обернулась. Там стояли две подруги Ригре и мои одноклассницы, с ведрами воды. Я замешкалась и пропустила момент, когда мне на голову опрокинули еще одно ведро воды. Снова шок, после которого, голос у меня наконец прорезался. — Вы что делаете?! — А на что это похоже? Учим тебя, как не надо делать, конечно же! — Еще ведро, на этот раз, я хотя бы успела отпрыгнуть в сторону. — Стой на месте! Пожаловалась директору, перед которым ноги раздвигаешь, и думаешь, все нормально?! — Верещала Ригре, а эти две курицы за моей спиной согласно закивали. — Да что вы ко мне пристали?! Не перед кем я ноги не раздвигаю! Идиотки! — Ага, конечно! Дядя рассказал про разговор в кабинете, и как ты сидела чуть ли не на коленях у лорда! Не стыдно тебе, шлюха! Пожаловалась на меня, а сама решила выйти сухой из воды?! Не выйдет! — Когда я там у него на коленях сидела я не помнила, и вообще стала откровенно волноваться за здоровье Ригры и ее дяди. Они что все там чокнутые в край?! — Да не было такого! — Но естественно, меня уже никто не слышал.       Брали они только числом, но мне и этого хватило. Обернешься лицом к одной, другая тут же тыкала в спину. Били по ногам, от чего я уже просто лежала на земле, а меня продолжали поливать ведрами ледяной воды. Откуда только взяли, ума не приложу! Хотя в данном случае, я думала лишь о том, как выбраться из такой ситуации. Выходило плохо. Стоило мне только попытаться отползти, как они наступали мне на руки каблуками и мне приходилось оставаться на месте. В принципе. Не бьют и то хорошо, но все же неприятно. Слава Тьме, ведра с водой кончились, и они удалились, решив, что месть свершилась. Меня такой исход очень радовал. Сейчас единственное, на что я была способна, так это лежать на мокрой земле и переводить дух. Ну, все могло быть и хуже… Меня и били пару раз, так что ледяной душ — это мелочи жизни. Но надо было вставать и топать в общежитие, переодеться и отдохнуть. То, что я заболела, почувствовала уже на следующее утро. Мне было безумно плохо, я вся горела и от жара меня начало мутить. С кровати я откровенно свалилась, а дальше ползла в известном направлении. Страшно представить, как бы я преодолела лестницу раньше, при старом общежитии, оказавшись в таком ужасном состоянии. Хотя, все из-за Ригры, а Ригра из-за Тьера… Может, не будь Тьера, я бы в такую ситуацию и не попала… До желаемой комнаты я так и не добралась, а села на пол у двери, понимая, что шевелиться больше не могу. Вельзя сидел напротив меня и кажется, смотрел осуждающе. — Ну что ты так на меня смотришь? — Спросила я, облизав пересохшие губы. — Мне плохо… Если такой умный, принес бы мне тазик и воды… И лекарств… — На это Вельзя оскорбился и ускакал куда-то в соседнюю комнату, а я вот вновь пыталась собраться с силами и встать, когда послышался гневный голос лорда Тьера и попытки я тут же прекратила, прислушиваясь. — Пиф! — То, что голос его — я уверена, а вот почему он тут я понять не могла. Бред? Да, вполне возможно, с моей температурой, которая явно зашкаливала, вполне возможны слуховые галлюцинации. Вот и сейчас, сидя на полу и оперевшись спиной на дверь ванной, я наблюдала как дверь в мою комнату выбил ногой откровенно злой лорд Тьер, но стоило ему кинуть на меня взгляд, как его лицо стало встревоженным. — Пиф! — он подлетел к сидящей уже на полу мне, и повторил свое, — Пиф… Взметнулось адово пламя! Точно такое же, как и у Рэна, разве что отличалось оно цветом. Красивое, ярко красное, алое, кровавое. Когда во все более четко вырисовывающейся гостиной появился лорд директор, я окончательно решила что брежу! Когда же мой бред обрел форму директора, обнимающего мое лицо и вглядывающегося в мои глаза, я резко подумала, что выгляжу сейчас жалко… Ну и хрен бы с ним! -До чего вы довели себя, адептка! — Прошипел он, все так же таращась в мое лицо, а я возьми. Да и ляпни. -Это не я — это все Вы. — На его лице промелькнуло недоумение. Оно и понятно! По нему тут все бабы сохнут, а пристал с непристойным предложением он только ко мне! -Жар. — Спокойно вынес вердикт мой бред, и ловко поднял меня на руки. — Боже, какая ты легкая… — Произнес он таким тоном. С придыханием. Чуть прикрывая глаза. — Ты хоть что-то ешь?! — Тут же было возмущение, вперемешку с волнением, но ответить мне не позволили. Уже уверенно походкой меня куда-то несли и судя по обстановке, мелькающей перед глазами — в спальню. Понимая, куда он меня несет, в голове пронеслась четкая мысль зачем он меня туда тащит. Я начала мычать, качать головой и пытаться как-то сопротивляться. Но в таком состоянии выходило плохо. Я не хочу с ним спать! — Тихо-тихо, все будет хорошо, ну чего же ты испугалась. Да, лекарство горькое, зато действенное и годами проверенное, а я тебе после лекарства дам конфетку. Ты же любишь конфетки? Все красивые девушки их любят. Тааак, а теперь тихонечко ложимся и не воюем с собственным директором… меня, между прочим там ждут. И не только адепты, к сожалению, но и те у кого может не хватить терпения дождаться, и хватит наглости озаботить мой дом явлением незваных гостей. — Вот и шел бы к своим гостям, а меня оставил спокойно валяться в собственной комнате! Что запирай двери, что нет — один хрен, вход свободен! — Спокойно. Сейчас будем пить горькое лекарство и баиньки в теплой, мягкой постельке. — Вот про постельку я искренне верила, а вот все остальное заставляло призадуматься, до момента, когда меня опустили на шелковые простыни, которые дарили такое облегчение, пусть и секундное, своей прохладой. Кажется, мне даже на директора было все равно, так как я лишь поплотнее куталась в шелк с головой. — Стоп-стоп, сначала лечиться будем, а потом я дам тебе конфетку. Может хочешь вместо нее тортик или пирожное? — Я отрицательно качала головой, не выпуская из рук простынь, пока лорд директор продолжал заговаривать мне зубы. Но выходило плохо. — А сейчас мы разденемся. — Я отрицательно мотнула головой. — А я сказал — да! — Рывок. Послышался треск ткани, от чего у меня в голове просветлело, и мы с лордом одновременно уставились на кусок простынки, которая мне так нравилась, в его руках. — Потом куплю новую. — Купит он! А мне вот эта нравилась! Данную новость я высказала своим возмущенным взглядом, от чего Тьер скривился, будто лимон съел и произнес. — А ты привереда, адептка Селайт! — На это я лишь фыркнула, а Тьер уже шел ко мне с какой-то гадостью. Отравить удумал, гад! — Для меня двадцать капель, для вас… — быстрый оценивающий взгляд, — достаточно шести. Открывайте ротик, адептка. Я не открывала. Наоборот, стиснула зубы, как можно сильнее. -Не заставляй меня силой вливать в тебя лекарство. — Прозвучало убедительно. Открыла рот. Пожалела, едва горькая гадость потекла, по моему горлу обволакивая его изнутри. Может там и было всего шесть капель, но по ощущениям целый кувшин. Я, резко села, закашлялась. — Тихо-тихо, — лорд Тьер присел на край постели, придержал меня за плечи, — знаю, что не приятно, но нужно потерпеть. Отвечать возможности не было — вязкая гадость, казалось, заполнила не только рот, но и все горло. — Шшш, — продолжали меня успокаивать. — Не то, что вы привыкли получать у лекарей, адептка, но, несомненно, действеннее. А теперь спать. И меня бережно уложили, после накрыли одеялом и поднялись, чтобы уйти. И никакой конфетки! Впрочем, съесть ее я все равно не успела бы, так как начала проваливаться в сон мгновенно, прислушиваясь к отдаляющейся речи магистра Тьера: — Дара, прибери здесь. И безэмоциональный вопрос: — Полная иллюзия? — Превзойди себя! Услышать что-либо еще не удалось — я провалилась в сновидение, такое же вязкое как странное лекарство, такое же теплое, как постель лорда директора, и столь же черное, как и его глаза…

***

      Кажется, я слышала голос Рэна… Такой насмешливый и родной, как обычно. А еще Дары, как ее назвал директор — возрожденного духа. Кажется, я уловила лишь последний кусок разговора. — Лаллиэ в Ардаме, Дара. Она рванула сюда. И ей нужен Тьер. Ты же знаешь, что от своего она не отступиться так просто. А теперь повторно спрашиваю: Здесь была эта темно-эльфийская мразь? И дух смерти дал четкий уверенный ответ: — Нет! Разворот, и покидая спальню, лорд Эллохар пробурчал: — Могла бы и сразу сказать, что мол так и так, магистр, тут другая девушка и мой обожаемый господин, наконец, перестал видеть в каждой юбке десяток змеиных жал. И я бы все понял, Дара, так нет же, иллюзии она накладывает. Заняться тебе больше нечем, а? Так иди, воспитывай местных адептов, у них после последних новостей эмоции колеблются от дикой паники, до не менее дикой истерики. — Но, магистр, вы же знаете, что я не могла сказать! — возмущенный дух смерти полетел следом. — Естественно знаю, — невозмутимо ответил магистр, — иначе я бы с тобой не церемонился, Дарюська. — Не смейте так меня называть! — Как хочу, так и называю, вредина возрожденная… Остальное слилось в бурчание и я больше ничего не расслышала, зато не сдерживала улыбку. Братец как всегда, в свое репертуаре. Хорошо, что я тут же уснула, как все стихло и не смогла подумать о том, почему брат тут.

***

Прохладная рука осторожно коснулась моей щеки… дрогнула, стремительно накрыла лоб, затем чуть шершавую ладонь сменили столь же прохладные губы. — Ты горишь вся! — встревоженный голос заставил выплыть из омута беспокойных сновидений и открыть глаза. Мое возвращение в мир, сопроводил не менее встревоженный магистр. — И взгляд мутный. — Капитан очевидность! Я снова лишь пыхтела, а затем вновь закрыла глаза. Спать было лучше. Там хоть вялость и отвратительно самочувствие не ощущалось. Мне показалось, что лорд ушел и оставил меня в покое. А зря. Послышалась тяжелая поступь лорда Тьера, вскоре на пороге спальни показался и он сам, несший таз с водой, над которой клубился пар. Аромат трав мгновенно наполнил все пространство, и стал ощущаться сильнее, когда таз был расположен на стуле, который магистр придвинул ближе к кровати, а затем вновь вышел. Когда вернулся, в его руках была стопка белоснежных простыней и покрывало из серебристой шерсти скарха, которая не промокает. — Так, — пробормотал магистр, расстилая покрывало, — сейчас мы тебя быстро на ноги поставим, и не таких поднимали, — быстрый взгляд на меня, — хотя нет, таких худых еще не поднимали. И он снова ушел, вернулся с большой глиняной кружкой, над которой тоже поднимался пар, но ее, накрыв блюдцем, отложил на прикроватный столик, затем торопливо снял камзол и расстегнув, закатал рукава рубашки. И вот после этого, лорд обошел кровать и направился ко мне. — Все, адептка, начинаем лечиться, — весело сообщили мне, раскрывая одеяло, и ввергая в мир холода и такого же ледяного отчаяния, — знаю, что морозит, — уже без улыбки произнес он, — но жар уже слишком сильный, нужно принимать меры. И наклонившись, лорд Тьер без усилий подхватил меня на руки, и переложил на то самое непромокаемое покрывало, сверху застеленное белоснежной простынею. А затем, с меня резким движением сняли и рубашку и белье. Все произошло так быстро, что я не успела даже воспротивиться, а надо было! Мои моральные принципы конечно были не так высоки, но лежать перед собственным директором голышом мне точно не хотелось. -Расслабьтесь, адептка. Это взаимопомощь… Вы помогли мне, теперь я помогаю Вам. Причем так же, как и вы мне. Без разрешения. — Меня это не сильно успокоило, и я хотела было хоть отползти чуть, но не вышло, а Тьер расценил мои действия по-своему. — Мне в своей жизни пришлось повидать многое, даже роды однажды принимал. — Я замерла, тут же заинтересованная таким поворотом событий. — Дело было в Дармане, мы двигались позади наступающих войск противника, занимаясь… — он усмехнулся и на сей раз не весело, — это как охота за косяком уток. Вот летит косяк, — теплое мокрое полотенце легло на мою грудь и магистр начал осторожно растирать кожу, — глупый охотник убьет вожака и испуганная стая разлетится, а умный начнет отстрел с последней утки. И будет отстреливать одну за другой, да так, что остальные ничего не заподозрят. Вожак гибнет в последнюю очередь. Вот примерно так действовали и мы — вражеские войска шли навстречу нашим, а мы двигались позади, методично сокращая их численность. — Теперь, когда он начал рассказывать, я вспомнила слова Рэна. Тот сказал, что наш директор был на войне и вот, рассказ того, что был в гуще события. Кажется, я даже заслушалась, а еще совершенно перестала стесняться, лишь ворочалась, пытаясь принять более удобную позу, но не пыталась убегать. Полотенце вновь вернулось в таз, было выжато, смочено и на сей раз расположено у меня на животе… И самое удивительное, там, где магистр прикладывал его, холода уже не ощущалось, только странное, чуть покалывающее тепло. —Так вот шли мы, — осторожно растирая пальцами, продолжил лорд Тьер, — и наткнулись на лесную деревеньку оборотней. Его пальцы замерли, дыхание прервалось и на мгновение, резкий поворот головы и отвернувшись от меня директор вгляделся в… шкаф. Несколько секунд и осипшим голосом, он продолжил: —Оборотни оказались из нестабильных, подверженные… Пальцы вновь вернулись к массированию, но тут же остановились. — Бездна, — прошипел лорд Тьер, — это в сотни раз хуже, чем с той эльфийкой! Он сорвался с места, и стремительно покинул спальню. Лично я не поняла его порывов, так что просто легла на живот, попой к верху, как говорится и задумчиво смотрела на дверь, куда убежал магистр. Вернулся он не то, чтобы быстро, но заскучать я успела. Он резко вошел и так же резко замер, глаза его почернели, ноздри чуть вздулись. — А дальше то что было? — Спросила я. Так как истории любила и откровенно говоря, истории из жизни магистра меня интересовали. Не поняла конечно, что там с эльфийкой… От моего вопроса, он дернулся, кажется, не правильно понял, так как в глазах появился нехороший такой огонек, и я уточнила, на всякий случай. — Дальше-то что было? Ну в деревеньку вы пришли, и дальше что? — Мне показалось или это был вздох облегчения? Не важно. Лорд Тьер уверенно подошел и поднял меня на руки, а затем положил на кровать. — Дальше будет в следующий раз. — Уверенно заявил он, а я возмутилась. Чувствовала себя заметно лучше. — Это не честно! Вы должны мне рассказать, вы… — Меня нагло заткнули. Конфеткой. Просто пихнули в рот мятный леденец, потом растирали, снова протирали и когда я доела леденец, все процедуры подходили к концу. Лорд бережно укрыл меня одеялом чуть ли не до самой макушку и сидел рядом, на стул, улыбаясь. — Расскажу, как ни будь в другой раз. А теперь спи. Тебе надо набраться сил. О том, как ты вообще умудрилась так сильно заболеть мы поговорим в другой раз… — А вы не такой плохой, каким кажитесь на первый взгляд. — Искренне произнесла я, от чего Тьер явно был в шоке. Судя по тому. Как округлились его глаза, да и замер он в нелепой позе, тоже. Он уже собирался вставать, когда я ляпнула такое. Глаза слипались сами собой, я проваливалась в дремоту. Нежное, едва ощутимое прикосновение губами к моим губам, после чего лорд Тьер поднялся и вышел из спальни, судя по плеску вынеся заодно и таз с водой. И я все же решила грешить на температуру, так что не придала значению собственным иллюзиям.