С Рождеством!

Паркер немного напряжённо смотрел на парня. — Так ты занимаешься с Питером в группе? — Мэй была так счастлива, что у племянника всё же есть друзья. — Да, это так, — парень улыбнулся. Пока они мило беседовали, Питер думал о том, что он поступил очень опрометчиво, пригласив к себе едва знакомого парня. Они знакомы меньше дня, вдруг он какой-нибудь маньяк? Юноша корил себя за это, но Джеймс помог ему с Томпсоном, и можно сказать, что по его вине потерял ключи… — Пит, ты чего молчишь? — тётя погладила его по плечу. — Что-то болит? — Нет, что ты, — парень сухо улыбнулся. — Всё нормально. Доели в тишине, прерываемой лишь стуками ложек об стекло, раздражающим тиканьем часов и гулом машин. *** Юноша смотрел в потолок и слушал как под окнами кто-то стонет. Вот уж неблагоприятный район. Он поморщился и перевернулся на живот. На старой раскладушке спал его новый друг? приятель? знакомый? Впрочем, заснул тот тоже не так давно, и теперь Питер мог рассмотреть его получше: у парня были довольно красивые и грубые черты лица, парочка родинок и такая горбинка на носу, словно тот недавно ломал нос. Может так и было. Помимо этого он был довольно высоким и хорошо сложённым, сам Паркер о таком теле мог только мечтать. Из-за роста парню пришлось спать согнувшись, ведь раскладушка была крохотной, и Питер почувствовал укол вины, но знал, что больше дать не в силах, хотя тот сам отказался спать на его кровати — всё же хоть и старая, но она была гораздо больше раскладушки. Они спали очень близко друг к другу из-за размеров комнаты, и юноша не мог не признать, что такая близость столь красивого парня его возбуждает. И дело было не только в красоте, Джеймс был очень интересным подростком, и он потенциально мог быть геем, но уж точно не парой Паркеру. Слишком уж их жизнь отличалась. Парень рассказывал ему о диковинках из других стран, о разных морских рыбах и красотах, а Питер мог рассказать ему только о бомжах под окнами. Семья Джеймса явно не из «таких» — он чуть кривится от приторного запаха дешёвого соуса, на его руке дорогие часы, которые Паркер заметил лишь когда они раскладывали железного монстра, он много где бывал и не нуждался в постоянном посещении курсов Скаригарда, хотя оплачивают сразу весь год. Если Питер хоть сколько-то и думал о том, что он может быть убийцей или вором, то эта мысль сразу же отпала, когда он увидел новейший старкфон. Они точно не могли быть вместе, даже если Джеймс гей.

***

— Доброе утро, — Питер готовил завтрак и отвлёкся на парня, который только что проснулся и зевал. — Доброе, а Мэй где? Я хотел бы поблагодарить вас за гостеприимство, — Джеймс улыбнулся, и Паркер не мог не улыбнуться в ответ. — Она уже на работе, но я передам ей, что ты сказал спасибо. — Ты готовишь? — Да, я люблю готовить, хотя мои кулинарные способности точно не на высоте, — сглотнул юноша, — Надеюсь ты любишь яичницу с кетчупом, — он покраснел. Хотелось бы предложить что-то более… Подходящее, но он бы не успел сбегать в магазин. — Не поверишь, но это моё любимое блюдо, — усмехнулся Джеймс. — Помощь нужна? А то я чувствую себя некомфортно — ты меня приютил, и… — Не говори глупостей, — Питер уже раскладывал яичницу по тарелкам. — Это не глупости, я не могу оставить это просто так… — тот задумался. — Можешь помыть посуду если хочешь, — фыркнул Паркер и поставил тарелки на стол. — Само собой, — Джеймс прикусил губу, осмотрев юношу со спины. Они позавтракали и немного поговорили о новостях. — Я придумал способ отблагодарить тебя, — парень вдруг взял Питера за кисть. Тот дёрнулся и вырвал руку скорее от привычки. — Прости, я… — Ты прости, — Джеймсу захотелось побиться головой об стенку, — Но подарок я всё же подарю, — он снял часы и ловко надел их на руку Питера. Те хоть и немного свисали, но в целом были впору. — Ты что?! Они же стоят целое состояние, — тот тут же принялся их снимать. — Пожалуйста, это подарок. На День Рождения. И благодарность за то, что выручил. Если ты откажешься принять их, то я сильно расстроюсь. — Послушай, их могут отобрать где-нибудь в переулке или в школе, и хранить их дома тоже не безопасно, так что… Я не знаю, Джеймс. Это слишком дорогой подарок. Я не могу их взять. Парень аккуратно погладил Питера по щеке и тепло улыбнулся, — Теперь мы будем часто видеться, это я тебе обещаю, и я хочу, чтобы они были у тебя. — Ладно, — Паркер выдохнул. — Вот и хорошо, — как бы Джеймс хотел просто целовать этого чудесного мальчика, но он не мог себе этого позволить. Питеру совершенно не нужно знать, что он следил за ним пару месяцев. — А как твоя фамилия, кстати? К этому вопросу он не был готов. — Э… Стрэндж. Джеймс Стивен Стрэндж, — в конце концов это было правдой на пятьдесят процентов — Так ты сын знаменитого врача? — восхитился Паркер. — Ага, — неловко покашлял парень.

***

Они действительно виделись очень часто. Джеймс звал его на прогулки, в кафе и парк, они гуляли по городу, пару раз залезали на крышу и ели там чипсы, так что Питер не мог поверить своему счастью. У него появился друг, даже чуть больше, чем друг, но юноша не загадывал. Всё же при их схожести они оставались людьми из разных кругов, и Паркер сомневался, что Стрэнджу нужен такой нищий парень. — О чём задумался? — Джеймс даже не облизывал пальцы после снэков, а аккуратно вытирал их об влажные салфетки. — Да так… Ни о чём. — Тебя что-то беспокоит, и я это вижу, — парень начал переживать, что открытые знаки внимания ему не нравятся. — Нет, всё в норме, — Паркер лишь смял пустую пачку и сложил её в карман, чтобы позже выкинуть. — Я сделаю вид, что верю. Вскоре они попрощались: Джеймс проводил его до дома, крепко и нежно обнял, поглаживая по спине, и поцеловал в макушку. — До завтра, Питер. — До завтра, — юноша неловко поцеловал того в щёку и поспешил скрыться за дверью. — Я думал этого никогда не произойдёт. — Отец! — раздражённо прощипел парень. — Я же просил тебя не следить за нами. — Я ничего не видел, — пожал плечами Стивен, — Хотя Тони будет доволен. Наконец-то хоть какое-то продвижение. Идём домой, — Верховный Маг сотворил портал и похлопал сына по плечу. — Господи, ну и сводники-неудачники хреновы, за что мне это? — Джеймс совершенно по-старковски закатил глаза. — Не следите больше за нами, а то я сильно обижусь. — Мы и не следим. — Ну да. Пап, ну я же не дебил. Голоса растворились в золотых искрах.