Люблю тебя, заноза в заднице!

До места они добрались только за полночь и припарковались так, чтобы авто не привлекало лишнего внимания. Свет в окнах не горел, и здание казалось совершенно необитаемым. Алекс на всякий случай трижды нажала на кнопку звонка, но внутри не было слышно ни шороха. Холмс аккуратно вскрыла замок, валяющейся в кармане специально для таких целей отмычкой, и полицейские вошли. Включив фонарики, они медленно осмотрелись, всё было просто и явно нацелено на то, чтобы в любой момент можно было отсюда сбежать. Детективы поняли, что это был не дом, а, скорее, убежище. Вдруг откуда-то из-за дивана к ним метнулась невероятных размеров рыжая лохматая молния, она налетела на Мака сзади, опрокинув его на пол. Собака, за неимением другой возможности, сделала стойку над его пятой точкой, прижав к ней разверзнутую пасть, предупреждая гортанным рыком, что готова в любой момент сделать из нее дуршлаг своими зубами. Алекс моментально выхватила пистолет и в нерешительности застыла. – Ну и чего ты ждешь? Пока у тебя на одного напарника меньше станет?! – раздраженно возмутился Мак. – Чёртов пёс! – выругалась Алекс, целясь в рыжую громадину из табельного оружия. – Да жми уже на курок! – завопил Мак, – ты с лёгкостью стреляешь в людей, а в грязную псину рука не поднимается?! – Сравнил преступников и безоружную собаку! – попыталась оправдаться девушка. – Безоружная?! Да ты клыки её видела?! – закричал Мак. – Ты-то как их рассмотреть умудрился? Не думала, что у тебя глаза пониже спины имеются! – Алекс попыталась взять себя в руки, но у неё не особо получилось. – Я их всем своим немаленьким задом ощущаю, это же кинжалы турецкие, которые ещё немного и пронзят меня насквозь! – продолжал орать Мак, – если не выстрелишь, тебе придется из своего «доджа» делать кабриолет, потому что сидеть у меня уже не получится! – Не могу я так! Это его дом, а мы здесь, по сути, взломщики! – твердо проговорила Алекс и вдруг, создавая шум и размахивая руками, бросилась в противоположную напарнику сторону, молясь, чтобы у неё получилось ни во что не вмазаться. Пёс, не думая ни секунды, захлёбываясь собственным лаем, вприпрыжку кинулся за ней. Алекс стремглав промчалась по лестнице, забежала в одну из комнат, совершив по ней круг почёта и обманный манёвр, быстро вылетела за дверь, для верности забаррикадировав ее неизвестно откуда взявшимся стулом. Собака яростно долбилась изнутри в тщетных попытках выбраться, но Алекс, не обращая на неё больше внимания, решительно направилась вниз. Только она успела спуститься, как до нее донёсся лязг поворачиваемого в замке ключа, девушка, еле успев выключить фонарь, замерла с тут же оказавшимся в руке пистолетом. В кромешной темноте разглядеть вошедшего не представлялось возможным, Алекс напряглась, готовая в любую минуту действовать. Долго ждать ей не пришлось, сбоку, тяжело дыша, со словами: – Ни фига себе, как этот троглодит там беснуется! – вынырнул Мак и незнакомец, услышав посторонние шумы, тут же попытался сбежать, но моментально оказался на полу под тяжестью, навалившейся на него сверху, Алекс. – Мак, посвети! – крикнула она в темноту, – я держу его! Неожиданно распластанное на полу тело зашевелилось и до боли знакомым женским голосом отчетливо произнесло: – Мне, конечно, всегда нравилось, что ты творишь со мной, находясь сверху, родная, но не могла бы ты быть хоть чуточку нежнее? Мне кажется, ты мне копчик отбила. – Твою ж мать! – не сдержалась Алекс, узрев в тусклом свете фонаря подтянутую фигуру своей благоверной, – какого хрена ты здесь делаешь? – В данный момент растворяюсь в твоих крепких объятиях, моя тигрица – донеслось до нее, – и наслаждаюсь твоим отпадным запахом, обожаю эти духи! – Это не ответ на мой вопрос! – Алекс отпустила жену и поднялась, – я жду! – Эй, Ватсон, – обратилась Никки к Маккензи, – ты б не мог помочь мне встать? А то, боюсь, если Шерлок снова ко мне прикоснется, я не выдержу, наброшусь на нее и начну исполнять свой супружеский долг прямо на твоих глазах, а тебе оно надо?! Никки приняла протянутую ей мужскую руку, исподтишка глядя на супругу, как она и ожидала, щеки Алекс начали покрываться смущенным румянцем, который не мог скрыть даже тусклый свет. – Прекрати эту клоунаду! – почти приказала Алекс, – или ты расскажешь мне, что ты здесь забыла, или на этот раз я, всё-таки, отвезу тебя в участок до выяснения обстоятельств! – Я… – начала было Никки, но сверху лестницы раздался дикий шум и к ним, сметая все на своем пути, снова бросилась неизвестно как освободившаяся собачатина. – На этот раз, чудовище, тебе не жить! – выкрикнул Мак, хватаясь за пистолет. – Нет! – Никки одним прыжком оказалась между ним и собакой, не позволяя ему прицелиться. Разъяренная псина на полном ходу накинулась на нее, сбивая с ног, и тут же стала с веселой трелью пытаться зализать её до смерти. – Ну и что это за дикие прелюдии на глазах жены? – Алекс пыталась сохранить строгое лицо, но не смогла сдержать улыбку. – От тебя же ласки не дождёшься! – отпарировала Никки, пытаясь увернуться от слюнявого языка собаки, – Чили, да прекрати ты, наконец! Я тоже рада тебя видеть! Уже наученный опытом Мак без слов понимающе протянул ей свою руку, помогая подняться. – Спасибо! – благодарно посмотрела на него журналистка, – а то я здесь уже все полы своей одеждой протерла, а их тут, наверное, год никто не мыл. – Раз уж ты стала такой чистюлей, может, и ко мне будешь приходить убираться дважды в неделю? – съязвила Алекс. – Только если ты пообещаешь для этого хорошенько повалять меня по всем горизонтальным поверхностям в порыве страсти! – отпарировала Никки. – Я всё ещё в ожидании твоей занимательной истории! – сверлила ее глазами Алекс, – только давай во всех красках, как ты умеешь.