Опасный район

Изуку проснулся уже утром в кровати Кацуки Бакуго. Он медленно сел и прислушался. В доме было тихо, только частое сердцебиение отдавалось гулом в ушах. — Где это я? Здесь чисто, неужели это дом Каччана? — парень оглядывался по комнате и бормотал себе под нос. Он осторожно встал, — А как я сюда попал? Изуку подошёл к двери и открыл её. Практически сразу началась крутая лестница на первый этаж. Вдруг послышался грохот, больше похожий на звук удара посуды об пол. Мидория вздрогнул и сам удивился, что сделал. Вместо того, чтобы просто спуститься по лестнице, он одним прыжком одолел её и побежал на звук. Оказывается, это и правда была посуда. Кацуки стоял в позе аля «сейчас пойдут клочки по закаулочкам», а на светлом полу лежали стеклянные осколки кружки. — Каччан? Что-то случилось? — Изуку робко подал голос из-за косяка. — А, Деку, — он резко успокоился, но всё ещё злость чувствовалась в его голосе. Он пошёл куда-то в угол кухни, — Вчера ты быстро заснул, я не хотел тебя будить, поэтому ты сегодня спал на моей кровати. — А... — Не волнуйся, я спал в зале на диване. — Да я не об этом, у тебя что-то случилось? Почему ты злишься? — Да так, — отрезал Кацуки, сгребая осколки на лопатку. — Ты опять мне ничего не расскажешь? — Мидория грустно опустил голову и сцепил руки в замок. Его слова были даже больше похожи на утверждение, нежели на вопрос. — Это не такой уж и секрет, — безразлично говорил Кацуки, — По-моему, все уже знают, кроме тебя. — В принципе, как всегда... — В общем, мне тут Эйджиро рассказал кое-что, — медленно начал говорить блондин. — Э... Эйджиро? Он тоже здесь? — Изуку ещё больше поник, он опустил голову настолько низко, что лицо его уже не было видно, а на кафельный пол кухни упала капля. — Эй, только попробуй вспомнить восьмой класс, я тебя на месте приб... Ты че это?! — Бакуго впал в ступор от увиденного. Изуку смотрел в пол, а по щеке катилась слеза. Он как раз это и сделал, вспомнил.

***

В восьмом классе, когда все начали взрослеть, некоторые личности может и повзрослели внешне, но уровень развития у них остался прежним. Одним из таких недоразвитых оказался Эйджиро Киришима. Он был одним из дружков, а точнее прихвостней Бакуго. А Изуку всегда был маленького роста, милой внешности, больше похожий на девушку, чем на парня. И как-то раз ему стало плохо, а Эйджиро вызвался довести зелёноволосого парня до медпункта. Доктора в этот момент не было в кабинете и Киришима сам решил вылечить Изуку. Не разбираясь какие таблетки нужно, вытащил из стола медсестры какие-то таблетки и сказал парню принять их. Минут через десять ситуация вышла из-под контроля. Это оказались не таблетки жаропонижающего или противовирусного. Это был афродизиак. Парень покраснел, а температура у него ещё больше повысилась. А дурак Эйджиро решил воспользоваться моментом, и сделал много смущающих фотографий, дал Изуку снотворного, и подождал чтобы возбуждённый парень просто уснул, а затем вышел из мед кабинета и вернулся в класс. На следующий день, когда Мидория пришёл в школу, он не мог понять, почему все на него смотрят и смеются? — Очако, я странно выгляжу? Почему все на меня так пялятся? - подошёл к подруге Изуку и потормошил себе волосы. — Как... Ты... Ты что, не знаешь? — она, покраснев и смутившись, с недоумением в глазах посмотрела на парня. Тот в свою очередь отрицательно помотал головой. Урарака схватила Мидорию за руку и повела к стойке с информацией. Там столпилось много школьников, кто-то смеялся, кто-то в ужасе закрывал рот. Но тут Очако рявкнула: — А ну, зеваки, живо по классам! Все разом обернулись, заворчали и недовольно потопали к своим классам. — Ты уверен, что хочешь это видеть? Изуку неуверенно, но положительно закивал. Девушка отошла в сторону и показала, что было на той доске. Фотографии. Штук десять. На них был оголённый до торса Изуку Мидория весь раскрасневшийся, а снизу коллажа была надпись "Развратная Помидорка". Это его фотографии и их видела вся школа. Парень начал быстро срывать со стенда фотографии. Он разорвал их в клочья, а из глаз потоками лились слёзы. — Черт, почему я узнаю это последним, узнаю то, что даже не помню... — он упал на пол, схватился за голову и, роняя слёзы на колени, бормотал себе под нос. — Изуку, не переживай, это просто чья-то глупая шутка... — она гладила его по плечам и пыталась успокоить, и это быстро у неё получилось, — Пойдём в класс? Скоро урок начнётся. — Угу, — с трудом и дрожащим голосом выговорил парень с зелёными волосами и красными от слёз глазами. Когда друзья подошли к классу ближе, они услышали из-за двери немного приглушенные крики. Голоса принадлежали Кацуки и Киришиме. Изуку медленно приоткрыл дверь и увидел как два парня, только вдвоём, стояли посередине класса, а блондин кричал на красноволосого Эйджиро. — Я сказал "можешь пошутить над ним немного", а ты что натворил?! — Кацуки, это и была... — промямлил Киришима. — Это, твою мать не шутка, ты унизил его перед всем классом, да что там классом, перед всей этой грёбанной школой! Ты понимаешь что он теперь посмешище? Он и так ничтожество, а ты ему подбавил ещё хрензнаетсколько баллов для того, чтобы Деку стал окончательным ничтожеством. А вина теперь, конечно, на мне, потому что это я придумал! — Ну так уже всё, их видел каждый. Тут дверь предательски скрипнула. Или Изуку хотел, чтобы его заметили. НЕ ВАЖНО УЖЕ. — Так это всё ты, Каччан? — к горлу зелёноволосого снова подступил ком. Он дрожащим голосом проговаривал все слова. Он хотел ещё что-то сказать, но больше ничего не сказал, потому что слёзы хлынули ручьём из его зелёных глаз. Он с силой распахнул дверь и как можно быстрее вылетел из неё. — Деку! Изуку, стой! Я не хотел такого, Изуку! — блондин хотел было побежать в след за рыдающим парнем, но тот уже скрылся из виду, а голос Бакуго отражался от пустого коридора и будто бы сам бежал за Мидорией. Он бежал со всех ног. Бежал подальше от этой школы. От всех проблем. От Каччана. На следующий день Изуку не пришёл в школу, и в последующий день тоже. А потом оказалось, что Мидория старшая перевела сына на домашнее обучение.

***

— Ну иди сюда, не плачь...