Опасный район

Весь рассказ Изуку смотрел в одну точку и почти не моргал. Он сосредоточенно смотрел в стол, будто там было что-то интересное. А Бакуго наоборот, внимательно смотрел на парня и следил за тем, как меняется цвет его лица. В основном, это были оттенки белого. Мидория часто запинался, а когда голос оседал и к горлу подступали слёзы, останавливался и пил чай с мятой. Но несмотря на эти запинки, Кацуки ни разу не перебил Изуку, а лишь следил, как тот дрожа отпивает чай. — Ну, а потом пришел ты и забрал меня. Дальше ты знаешь, — Изуку на секунду поднял глаза, но завидев, что Кацуки пристально смотрит на него, сразу же отвернул голову в сторону. — Ясно. Больше он ничего не сказал, а просто погрузился в мысли и тоже начал смотреть на стол. — «Такое странное чувство. Будто речь была совсем не о нём, а ком-то другом.» — Думал Мидория, периодически поглядывая на Кацуки. Он всё ещё сидел, не двигаясь и смотря на кухонный стол. Пауза уже затянулась. Вдруг Изуку тихо спросил, опустив голову: — Значит, это правда? Ты так поступал с теми девушками? А в ответ тишина. Только серьёзный и пронзительный взгляд, но в этих красных глазах не было ни капли сожаления или стыда. Этого было достаточно, чтобы Изуку побелел ещё больше. В его глазах читался ужас, он потянулся дрожащими руками к чашке с мятой, но так и не поднёс её к губам. Голова упала, а слёзы уже невозможно было сдержать. Две тяжёлые капли полетели на колени Изуку. Он попытался выровниться, мысленно проклиная себя за то, что он такой слабый. — К… Каччан… неужели, ты хочешь… — Мидория внезапно выровнился и поднял на Кацуки твёрдый взгляд, — и со мной так поступить? Сам того не ожидая, Изуку крикнул последние слова, в глубокой тишине его голос оказался гораздо громче. Скрестив руки на груди, Кацуки зло посмотрел в глаза парню: — Что ты за чертовщину говоришь?! Ты настолько сильно убеждён, что я способен на такое? Способен сдать каким-то садистам человека, которого спас от той же участи буквально вчера?! — Я… — голос Изуку сел, он склонил голову и тихо продолжил: — я не знаю, на что ты способен. Вчера ты меня спас, но Кара сказала, что ты отдавал тех невинных девушек через неделю, после поимки… — Не мели ерунды! Они были до невозможности скучными и хотели слишком многого, не делали то, что должны были, не подчинялись! — Я тоже не подчиняюсь и я уверен, что скоро ты и меня им сдашь, через неделю я тебе наскучу и всё! — Изуку вскочил из-за стола. — А ну стой, — Кацуки потянулся, чтобы взять Изуку за руку, но он быстро её одёрнул и сам взялся за запястье. — Не трогай меня, — Мидория шарахнулся от стола. И только сейчас Бакуго заметил на его руке красный след, тот самый, который Кацуки там оставил, когда тащил парня домой. — Деку… Изуку посмотрел злыми глазами на блондина и молча убежал в гостинную. — Блин… — Блондин взъерошил себе волосы и посмотрел на то место, где только что сидел Изуку, — какой же я дурак. Спустя минут десять тишины по всему дому, Бакуго решил спокойно поговорить с Мидорией. А спокойно, это без криков, нервов, обвинений и слёз. Пройдя в зал, Кацуки сразу нашёл парня. Он сидел неподвижно, как статуя, на том же чёрном кресле, завернувшись в плед так, что торчала только голова, глаза и шёки были мокрые и красные, а самое ужасное — это взгляд отрешённости. Кацуки сел на диван рядом с Изуку, тот даже не пошевелился. — Хэй, Дэку. Ответа не последовало. — Слушай, Изуку… — Кацуки тяжело выдохнул. От своего имени парень взрогул, но всё же ничего не ответил. — Я бы никогда с тобой так не поступил, слышишь? Никогда. Те девки были пойманы не лично мной, их мне приподнесли парни из нашей банды, поэтому они изначально не мои, а затем, когда я с неделю с ними «поиграл», то вернул их обратно владельцу. Вскоре он их по пьяне и убил. Клянусь тебе, Изуку, я бы никогда не сделал подобное с тобой, я спас тебя не потому, что хотел присвоить себе, а потому что не хочу, чтобы ты умирал, тем более, от рук каких-то гопников, понимаешь? Мне важно твоё доверие, ведь в этом месте только я могу защитить тебя. Кацуки осторожно протянул руку и коснулся ею руки Мидории. Вдруг он заметил, что Изуку тихонько взрагивает. Бакуго отпустил руку, потянулся выше и аккуратно повернул голову зелёноволосого лицом к себе. Он снова плакал, только уже улыбался. Увидев лицо Мидории он сам невольно улыбнулся: — Ты мне веришь? — Качча-ан! — Изуку бросился на шею к блондину и крепко обнял его. — Будем считать, что да, и сколько же у тебя слёз?  — Кацуки усмехнулся и обнял парня в ответ, — Дэку. — Э? Каччан, что ты делаешь? — Несу тебя на второй этаж. — Не надо, Каччан, я и сам дойду… — Ну уж нет. Кацуки занёс Изуку в спальню и аккуратно положил на кровать. — Детям уже пора спать, — Бакуго усмехнулся и отошёл к комоду, чтобы взять вещи. — А ты куда идёшь? — Изуку удивлённо захлопал глазами. — Вниз, конечно, а ты хочешь, чтобы я здесь спал? Мидория в миг стал красного цвета и наклонил голову набок. — Эээ, Каччан? — М? — Не мог бы ты сегодня спать здесь? — Ты чего это? В роль вжился? — Ну, Каччан, пожалуйста, — Изуку посмотрел на Кацуки щенячьими глазами и, естественно, блондин не смог отказать. — Ладно, но первый и последний раз, понял? Кацуки снял футбоку и остался в одних только пижамных штанах, а Изуку быстро на это отреагировал покраской кожи в алый цвет. Блондин взял так полюбившийся Мидории плед и укрыл им парня, а сам лёг рядом. — Всё, спи давай, завтра будет день ещё сложнее. — Спокойной ночи, Каччан, — Изуку, всё ещё с красными глазами, улыбнулся, подтянулся к лицу Бакуго и чмокнул того в щеку. — Эй, палку не перегибай. — Прости, оно само как-то получилось. — Спокойной ночи, горе луковое, — Кацуки обнял Изуку и подтянул к себе, от чего тот улыбнулся счастливой улыбкой и только прижался ближе к Бакуго. — Сложный день… — повторил шепотом Кацуки, — сложный день.