«Новая судьба».

Трактир «У Бэрлена» представлял собой уютненькое местечко. Чистые лампы ярко освещали хорошо убранное помещение. Небольшие столики аккуратно расставлены в три ряда. Зал был заполнен людьми разных возрастов и рангов: от простых юношей и молодых девушек, и до стариков и ведьм. Приближалась ночь. За окном бушевал теплый ветер, поднимающий столбы пыли. Именно он и собрал в этом трактире людей, которые не успели вовремя попасть домой. Тот, кто только что заходил в залу, отплевывался и откашливался, возмущаясь, что ненавистный ветер решил «поиграться» с народом. Все немного поутихли и стали брать похлебки. Неожиданно дверь трактира резко распахнулась, и все взоры направились в ту сторону. В дверном проеме стояла высокая стройная девушка, но из-за капюшона и плаща не было видно ни ее лица, ни ее одежды, но разговоры разом стихли, когда люди поняли кто передними. Девушка еще немного постояла в проеме,разглядывая трактир из под капюшона, направилась к барной стойке, несмотря закрыв дверь. Она не вела себя так, как другие заходившие люди. Хозяин трактира, стоящий за стойкой, весь скукожился, когда понял, куда направляется особа. Сам хозяин был не из робкого десятка, но видимо он боялся именно этой посетительницы. Высокий толстяк. Поверх безрукавки на нем красовался фартук, который, вероятно, стирали много раз. Его гладко выбритая голова отражала свет ламп, а буйная растительность на руках соперничала с бородой. Толстяк вытер руки о сальную тряпку и дрожащей рукой перекинул ее через плечо, ожидая своей участи. «Было странно видеть ее среди всего этого. Она не вписывалась в эту обстановку. Что-то очень знакомое показалось в походке». – Он сидел в трактире и наблюдал за этой странной девушкой. Гордо и уверенно она пересекала трактирный зал. Все, кто был на ее пути, шарахались от нее, кланялись. Некоторые даже вставали на колени и что-то бормотали. Но незнакомка не обращала на них внимания. Иногда, из-под темно-зеленого плаща «выглядывал» край белого платья. Прямая спина и властная походка говорили, что девушка не из простого люда. Достигнув своей цели, незнакомка, немного отодвинув капюшон с лица, наклонилась и заговорила с трактирщиком: – Есть ли у вас свободная комната? Трактирщик немного растерялся, увидев ее хмурый взгляд. – Ну?! – нетерпеливо поторопила девушка. – Аа… да…Госпожа. На верху, пятая дверь справа, – просипел трактирщик. –Сможете ли вы принести еду в комнату? – сдержанно проговорила незнакомка. – Да, госпожа. – Хорошо. После этих слов девушка спокойно развернулась и направилась на второй этаж. У хозяина трактира тряслись руки – его начинало хандрить. В трактире понемногу стали возвращаться разговоры. – Анишка! Откуда-то из-за угла вышла худенькая девушка в потрепанном темно-синем платье и замаранном фартуке. Ее кудрявые светло-рыжеватые волосы, чуть прикрывавшие уши, торчали в беспорядке. Карие глаза выражали грусть. – Да, пап! – К нам пожаловала Мать … ну … в общем ты поняла. – Да, папа. – Все самые лучшие и вкусные блюда! Через пару минут, Анишка вернулась с подносом, на котором было пару дымящихся тарелок. – Отнеси это в пятую! – скомандовал хозяин. – Давайте я отнесу! – влез юноша, наблюдавший за этой картиной. – С чего бы это? – подозрительно поинтересовался трактирщик. – Я тут подумал и решил вам помочь. Вас же хандрить начало при виде той особы! – Ну, хорошо! – немного поколебавшись, он все же согласился. – Но пеняй на себя, если поведешь не так, как требуется, поплатишься головой! Паренек, взяв поднос с едой, чуть наклонился и, повернувшись к лестнице лицом, отправился в намеченную комнату. – И помни: я тебя предупредил! – крикнул ему вслед хозяин. Серый плащ скрывал могучее тело юноши. Капюшон был откинут назад. Русые волосы торчали в разные стороны. Ясные серо-голубые глаза скрывали светлый ум. Он двигался уверенно, непринужденно, но все же вздрагивал от каждого скрипа половиц. Юноша чувствовал необъяснимую тревогу. Внутренний голос говорил ему, чтобы он уносил скорее ноги, но молодой человек поставил себе цель. И он обязательно дойдет до конца. Вот он достиг пятой комнаты и тихо постучал в дверь. – Войдите, – еле услышал он. Одной рукой держа поднос, а другой осторожно открывая дверь, юноша вспомнил предупреждение трактирщика. Тут он себя оборвал и уже более уверено вошел в комнату. – Добрый вечер, Госпожа! – глупо улыбаясь, поприветствовал юноша. – Добрый-добрый, – тяжело вздохнув, ответила девушка. – Вот ваша еда, – он поставил поднос на стол. Из-за низкого потолка комната казалась очень неуютной. Пару окон, выходящие в сторону леса. Стол перед кроватью, чадящая лампа на одном из окошек. Запах копоти смешивался с каким-то непонятным сладковатым запахом, исходившим со стороны девушки. На ее лицо так же был натянут капюшон. Она сидела на кровати, повернувшись лицом к окошку. Лунный свет освещал часть лица. Девушка чего-то ждала. – Простите. Можно у вас узнать? – неуверенно начал юноша. – Что именно вы желаете знать? – тихо ответила в ответ незнакомка. Голос девушки действовал завораживающе, он пленял, обволакивал приятным, но совершенно непонятным ощущением – он был чарующим. – Ваше имя! – Мое имя?! – в ее голосе прозвучали нотки скрытой угрозы, смешанные с удивлением. – Юноша, вы ничего не перепутали? – Думаю, что нет, – сохраняя спокойствие, ответил тот. Девушка встала и направилась в сторону юноши. Паренек не на шутку испугался. Незнакомка откинула капюшон, и, подойдя практически в плотную к юноше, протянула руку к его шеи. «Смельчак» не успел ничего сообразить, как девушка уже держала его за горло и наклонила свое лицо к нему. – Я что-то сделал не так? – дрожащим голосом спросил юноша. Девушка, внешне спокойная, не сводила с него напряженного взгляда. – Извините меня, если я вас чем-то обидел, – все еще ничего не понимая, просипел паренек. В какое-то мгновение ему показалось, что девушка хочет его убить. Она не убирала руки от горла юноши, и все так же испытующе смотрела на него. Ему показалось, что он растворяется, исчезает, становится частью незнакомки. Он внезапно понял, что знал ее всю жизнь, она всегда была рядом, и все его желания – не более чем отражение ее желаний, ее потребностей, ее воли. Он чувствовал, что перестает существовать как личность. Ее взгляд затягивал в бездну. Незнакомка все смотрела ему в глаза, словно пытаясь проникнуть своим взором в самые сокровенные глубины его сознания. И тут она отстранилась, резко убрав руку. – Меня зовут Амелия, – помедлив, ответила девушка. – Зачем тебе знать мое имя? – Очень приятно! Меня зовут Энтони. Просто я вас увидел внизу, и мне всего лишь на миг показалось, что я знал вас раньше. Ваша походка! Где-то я ее видел. Амелия встала посреди комнаты. Свет от Луны осветил ее лицо. Оно сделалось пугающе неподвижным, лишенным всякого выражения. Девушка уронила руки вдоль тела, явно готовясь, напасть в любой момент. Что-то в ее темно-синих глазах привлекало. Там светилась чистота и цельность натуры. На редкость прозрачные эти чувственные глаза на окружающий мир взирают проницательным и язвительным умом. – Нам всегда что-то или кто-то кажется знакомым, – ответила она спустя некоторое время. – Но не всегда, что нам кажется, оказывается тем, что мы ожидали. – Простите! А куда вы направляетесь? – В Народный Дворец. – В Народный Дворец? – Да. Это в Д’харе. От этого городка две недели пути. – Вы не будете возражать, если я отправлюсь с вами? – Мало кто решился бы остаться со мной, – она подарила ему одну, особую улыбку – так, не разжимая губ, улыбаются люди, посвященные в тайну, известную им одним. – Но почему? – сам того не понимая, он вдруг вскрикнул. Впервые за все время она хотя бы усмехнулась. Так, едва-едва. И намека не было на готовый прорваться смех или широкую улыбку, хотя по чуть вздернутым уголкам ее губ Энтони понял, что она, наконец, расслабилась. Напряжение в комнате спало. – Если вы не возражаете, то я расскажу, когда потребуется. – Так значит, я отправляюсь с вами? – с надеждой поинтересовался Энтони. – Если поспеете завтра встать рано, тогда да. – Поверьте мне – успею, – направляясь к двери, не оборачиваясь, радостно проговорил юноша. Дверь за ним закрылась. Амелия сняла с себя плащ, и ее белое атласное платье с квадратным вырезом зашелестело от движения. Она умылась водой из тазика, который стоял под кроватью, вытерлась белым полотенцем, висевший на спинке. Амелия прилегла на кровать. – Глупый! Встречи никогда не забываются. Прости, Энтони. Закрыв глаза, она уснула.