Падший ангел

Слышу ночью, как он рыдает. И я никак не могу уснуть…

       Что-то заставило Санса проснуться. Скелет приоткрыл «глаза» и глянул на сопящего рядом Папируса. Нет, это не он. Тогда кто? Грохот. Санс присел. Это было что-то стеклянное… Но что может быть у них в доме стеклянного?.. Колбы!        Отбросив одеяло, скелет направился на первый этаж. К потайной двери. Она была настолько хорошо замаскирована, что практически никто её не видел и не знал о ней. Подойдя, Санс приоткрыл её. Лаборатория. Прямо напротив двери сидел скелет. Он был высоким, стройным, но не совсем молодым. Лет примерно на тридцать. А может сорок? Ни известно, ни понятно. Но главным было не это.        Санс прекрасно знал учёного. Последнее время скелет задерживался на работе, а если приходил вовремя, то был в мрачном настроении и быстро «запирался» в лаборатории. Он мог не спать ночами. Как сейчас, например. Это напрягало молодого скелета, но что он может сделать?        Учёный встал, стукнул кулаком по столу и, схватившись за голову, начал ходить туда-сюда. Опять что-то не выходит. А скелет злится.

Когда все лишь тебя презирают…

       Сколько лет уже учёный работает Главным? Королевским? Каждый раз его загружают, а теперь… Что же произошло?        — Пап.?        Скелет повернулся и увидел Санса. В фиолетовых зрачках мелькнула какая-то эмоция… Сожаление, возможно. Фиалковый цвет тут же сменился на обычный — белый.        — Прости…

Где силы ты берёшь? Как с этим грузом тяжким живёшь? Как мне прогнать всю боль твою, Чтобы помочь?

       — Ничего, — улыбнулся Санс. — Что-то не выходит?        — Да…        Учёный подошёл к скелетёнку и взял его на руки. Санс аккуратно схватился за шею.        — Не переживай. Всё выйдет…

Всё выйдет

Спустя несколько лет

       — Санс переключи питание, постарайся сделать так, чтобы потребление энергии снизилось.        — Так точно!        Что-то шло не так. Почему Ядро вышло из строя? Что не так?        — Краст, выключите энергопритягивающий наклон*.        — Не стану. — Ящер встал с кресла.        — Ты в курсе, что всё взорвётся?! — Воскликнул учёный.

Падший ангел, всюду тьма В месте том куда ты пал. Падший ангел, верь же мне, И я пасть не дам тебе. Падший ангел…

       — Мне плевать! Это не моя забота!!! — Воскликнул ящероподобный и толкнул скелета. Тот, не ожидав такого поворота событий, под действием силы отклонился назад и, споткнувшись об ограждение перед Ядром, упал вниз.        — ОТЕЦ!!! — В панике закричал Санс, но уже было поздно. Забили молнии. Что-то происходило внизу, куда упал учёный. Резкая вспышка… И ничего. Ничего не взорвалось, работа Ядра нормализовалась… Вот только скелет уже не вернётся… Никогда.

Всегда я был под твоей защитой, Спокойно мне от твоих речей. Но те вопросы еще открыты…

       Санс вошёл в дом. Папирус сидел на диване и читал какую-то книгу. Заметив пришедшего, он произнёс:        — Санс? Что-то случилось? Где папа? Санс?..        Скелет не слышал брата. Он прошёл наверх в свою комнату, запер дверь и, упав на кровать, разрыдался. Почему? Почему так произошло? Что сделал его отец, чтобы судьба сыграла с ним такую шутку? Так много вопросов. А ответить некому. Учёный больше не придёт, не вернётся с работы. Никогда не сядет вместе с братьями-скелетами на диване и не начнёт читать книжку. Не будет никто поддерживать Санса, веселить Папируса своими знаками, столь интересными и бессмысленными, но столь многое передающими. Больше никогда и никто не сыграет в снежки, не покажет как решать задачи, не будет смешить… Теперь они сами по себе, никому не нужные. Единственные скелеты, которые до сих пор живы…        — Отец… — Прошептал Санс будто в бреду, — почему ты ушёл? Почему ты нас оставляешь? Я ведь не справлюсь… Я — ничто… Помоги мне… Пожалуйста… Отец… Прошу…        — Помогу, но только не плачь, мой милый друг, — послышался тёплый голос. И хотя звуки сильно искажались какими-то помехами, молодой скелет понимал речь существа.        — Отец? — Оторвав голову от подушки, Санс оглядел комнату. Никого. Но откуда голос? — Прошу… — вновь прошептал. — Пусть это будет сон… Пусть это будет не в самом деле…        Послышался чей-то вздох, искажённый шелестом. Случайный луч света мелькнул около кровати старшего брата, и в этот миг мелькнула фигура. Тёмная, страшная и неузнаваемая. С искажённым лицом, ужасающей длинной улыбкой, подбитым глазом. Но это было лишь на мгновение. И вряд ли за такое короткое время можно понять, что это такое. Да и Санс не глядел уже, и не знал, что это вообще было. Хотя, возможно, и подозревал, что что-то всё-таки рядом с ним есть. Что-то родное. То, что никак нельзя заменить.

Где силы ты берёшь? Как с эти грузом тяжким живёшь? Как мне прогнать всю боль твою, Чтобы помочь…

       Шагая по Пустоте, тёмная фигура грустно смотрела в «пол» и думала:        — У него всё выйдет. Я верю в него.

Спустя время

       — Санс! Ты, ленивые кости, вставай! Надо работать, а не прохлаждаться! — Снова возмущался длинный скелет.        — Да ладно тебе! Что может случиться? Нужен этот пост… Я лучше посплю немного.        — САНС!!!        — Я уже двадцать семь лет Санс, и что дальше? Или ты мне теперь до конца дня кости промывать будешь?        — Санс! Твои шутки не смешны!        — Да брось!        И так каждый день. Братья-скелеты видно уже новую традицию завели — переругиваться между собой из-за каламбуров. Сегодня, правда, не только из-за шуток. Старший из братьев по какой-то причине покинул свой пост около Руин и телепортировал домой (хотя Папирус думает всё время, что тот и не приходит на работу, сбегает).        — Аргх… Ну всё! Я сам пойду и буду там сидеть! — Воскликнул младший и ушёл, хлопнув дверью.        Санс лишь пожал плечами. Но тревога не покидала его. Скелет чувствовал, что около Руин есть что-то, что может представлять угрозу. И это не человек.        Вздохнув, старший брат встал и направился в лабораторию отца. Он редко туда заходил, а дверь, ведущую в неё, «замуровал», считая, что лучше он будет ходить через «задний» ход. Монстра правда удивляло, как быстро окружающие забыли об учёном. Странно… Скелет создал Ядро, являлся его и папируса отцом… Это просто немыслимо!

Падший ангел, всюду тьма В месте том куда ты пал. Падший ангел, верь же мне, Что я пасть не дам тебе!

       Войдя в привычное помещение с колбами, склянками, кучей приборов и инструментов, Санс подошёл к столу и открыл один из ящиков. Покопавшись, скелет достал оттуда старую, но любимую фотографию. На ней было всего лишь три скелета. Один, самый узнаваемый, — Санс; другой, самый маленький, одетый в рыжую кофту и бурые бриджи, — Папирус; и третий, которого все забыли, тот, кто создал Ядро и воспитал единственных скелетов во всём Подземелье, тот, кого так крепко любил Санс, — Гастер.        Незнающий не сказал бы, что это скелет. Лицо было необычное, хоть и с трещинами, — узкий подбородок, безносость, рот, в котором не было даже намёка на зубы. Но это был скелет. Да, лицо пусть и такое, но это череп, о чём свидетельствуют раны, нанесённые человеком. А руки? Да, с дырами в ладонях, но соединение с предплечьем явно говорило о «скелетоподобии» монстра.        И всё же одетый в бежеватый свитер с чёрными классическими брюками, доктор напоминал больше человека, побелевшего за проведённое под землёй время. Будто Слендермен — о котором Санс услышал однажды в рассказе одного из монстров, видевших человека, — Гастер был холоден на работе. Длинный, выделяющийся. Но единственное, чего не знали его коллеги, так это доброта. Да, скелет никогда не показывал её на работе, но с сыновьями он был мягок, хоть и немного строг. Никогда Санс не забудет того дня, когда отец, хоть и наказал старшего из братьев-скелетов, смог вылечить перелом и пожалеть его.        — Как я хочу всё изменить, — прошептал Санс, — хочу, чтобы ты не погиб, а жил с нами… Если ты жив, отец, пожалуйста, скажи мне, где ты. Я помогу тебе.

Ангел мой не уходи, Ты не должен быть один. Падший ангел, верь же мне, И я пасть не дам тебе!

       Уже уходя, скелет бросил взгляд на синюю бумагу для чертежей. Остановился. Яркими белыми символами там было начертано: «✋🕯❍ ♓■ ⧫♒♏ ✞□♓♎📬»        — Пустоте?.. — Монстр задумался. А вскоре воскликнул, — Я ВЫТАЩУ ТЕБЯ ОТТУДА!!!

Я тебя не подведу, Из ада выходы найду. Я с тобою не грусти, И я смогу тебя спасти, Падший ангел.

***

       Уже прошла не одна неделя. Санс строил аппарат, через который отец мог вернуться. Но что-то было не так. Она не хотела работать, как бы Санс не старался. И ведь всё верно было! Все расчёты! Почему?!        — Я не сдамся, — в который раз сказал скелет, видя, что машина вновь не запускается. — Ты у меня заработаешь. Я вызволю отца из Пустоты!

Падший ангел, всюду тьма В месте том куда ты пал. Падший ангел, верь же мне, И я пасть не дам тебе!

       Сколько времени уже прошло? Учёный не мог сказать точно, ведь он находился в Пустоте, где нет времени. Но скелет знал — уже пришёл человек. Вышел самый удачный конец — Нейтральный Пацифист. Это лучшее из всего, что только было. А от Геноцида у скелета, наверняка, дыбом встали бы волосы, если бы они у того были. Убить обоих его сыновей?.. Будь он материален, от человека не осталось бы и мокрого места!        И снова бывший королевский учёный следил за тем, что происходит за пределами Пустоты. Впрочем, что ему ещё было делать? В том-то и проблема, что нечего!        — Дурацкая машина! — Вновь злился Санс.        — Бедняга… — прошелестел голос доктора. — Ну зачем ты себя мучаешь? Это бесполезно.        Взмах рукой, и вот уже на чертежах были аккуратно выведены символы. Работяга тут же их заметил и, прочтя, воскликнул:        — Я не сдамся, отец! И не надо меня разубеждать! У меня получится тебе помочь!        Вздохнув, скелет покачал головой. Ну это точно его сын! Гастер был точно таким же целеустремлённым и никогда не бросал что-то. Даже если делать это было бессмысленно.        Не следя за своими действиями, — что у него последнее время часто бывало, — учёный случайно вывел ещё одну надпись. А как только заметил это, попытался стереть, но было поздно.        — Отец! Пожалуйста! Доверься мне! Я смогу! Неужели я могу сдаться сейчас?!        Немного посмеявшись, старший скелет вывел Виндингсом короткое «нет».

Ангел мой не уходи! Ты не должен быть в тени! Падший ангел, верь же мне, И я пасть не дам тебе! Падший ангел

       — Санс! Хватит дурью маяться! Займись чем-нибудь полезным. — В который раз ворчал Папирус, но действительно серьёзно вмешиваться не решался.        Сколько его брат работает над этой машиной? Не первый год — это точно. и сколько бы раз высокий из братьев не говорил другому отложить это бессмысленное дело, Санс не слушал. Отойдя на небольшой промежуток времени, он вновь принимался за работу. О напряжённости старшего скелета уже знал не только Папирус, но и даже Меттатон. Возникало чувство, что даже Флауи знает об этом! И, что самое странное, волнуется.        — Ещё чуть-чуть, Папс! — Снова и снова отмахивался Санс. — Осталось немного, и мы вновь увидим Его!        Вот только кого — Его? Этого Папирус никак не понимал, и старался не задавать вопросов брату, дабы не «разгневать» того.        Но сегодня что-то было по-другому. Скелет носился из стороны в сторону, и можно было подумать, что братья поменялись ролями. Но вот Санс вновь побежал на улицу, в лабораторию. О ней Папирус узнал чисто случайно, когда решил проследить за братцем. и тут же всё замолкло, будто что-то грядёт. Что-то великое и настолько необычное, что нужно затаить дыхание, дабы не спугнуть это важное событие. Но вот проходили минуты, почти час, а тишина так и оставалась, ожидая.        И резко, будто гром в ясном небе, что-то загремело. Папирус подскочил с дивана, в то время как Альфис наоборот сжалась в маленький комочек от страха, и хотел было побежать к Сансу, как услышал восторжённый голос брата, который вероятно уже готов был заплакать от невидимого счастья:        — УРА!!! ПОЛУЧИЛОСЬ!!! ТЫ ВЕРНУЛСЯ!!!