nobody hears my cry.

в ее глазах было столько тоски, что можно было бы отравить ею всех людей мира.

katano beat — Killing time

Я сижу в ванной комнате и смотрю на свое жалкое отражение в зеркале. На кого я стала похожа вообще? Волосы утратили свой блеск, лицо слишком бледное, глаза уставшие, а взгляд стеклянный. Ужасное зрелище. Сколько я здесь нахожусь? Понимая, что слишком много провела здесь времени, я опускаю рукав свитера, поднимаюсь и пытаюсь привести себя в нормальное состояние, чтобы родители ничего не заподозрили. Пять секунд. Пять секунд, и после мне будет нужно выйти отсюда, улыбаясь и смеясь так, будто все в порядке. Пять секунд, проведенные в одиночестве в этой ванной комнате. Один. Я закрываю глаза и представляю счастливое лицо Люка, который хотел бы видеть меня такой же счастливой, какой я была с ним. Я натягиваю улыбку. Два. Я представляю, как он обнимает меня так сильно, что кажется, будто он переломает мне все ребра. Я вновь чувствую себя сильной. Три. Он берет мою руку в свою и нежно поглаживает ее, давая понять, что все несомненно наладится. Я начинаю верить в это. Четыре. Он нежно касается моих губ, напоминая о том, что любит меня. Я все еще люблю тебя. Пять. Он уходит. Я остаюсь одна. И вот я открываю глаза. За последнее время мало что изменилось, слухи так и не унимаются, точнее их как будто становится только больше. Я слышу это везде. Это преследует меня и не дает спокойно находиться в школе. Каждый раз проходя по коридору, я изо всех сил стараюсь держать себя в руках, чтобы не поддаться панике, которая охватывает меня. Таблетки перестали помогать вообще, поэтому я решила сегодня после школы поехать к своему психологу. После той ситуации в машине Кейтлин стала еще сильнее заботиться обо мне и пытаться разговорить, узнать, что же со мной произошло. Мы сошлись на том, что я расскажу ей все, когда буду готова об этом говорить. С Гарри та же ситуация. Единственное, что изменилось, — это его отношение ко мне. Он стал чаще подходить ко мне в школе, не боясь мнения своих друзей и остальных старшеклассников. Я не могу сказать, что я чувствую из-за этого. С одной стороны, я рада, что у меня появились люди, которым я могу доверять, а с другой, я боюсь, что они могут уйти из моей жизни так же быстро, как и появились. Я боюсь привязаться, пустить корни. Потому что слишком больно, когда их выкорчевывают. Зейн пару раз пытался поговорить со мной о той ситуации, узнать, что случилось, он думал, что моя паническая атака произошла по его вине. На самом деле я не виню его, ведь проблема прежде всего во мне, в моем прошлом, в моей голове. И я не собираюсь скидывать это с больной головы на здоровую. Это то, от чего, как мне кажется, я не избавлюсь никогда. За это время на моей руке появилось несколько новых порезов, о которых знает только Гарри. Каждый день он проверяет, и, когда видит свежую линию, очень злится и пытается вставить мне мозги. Если бы не он, их было бы больше. Просто я не хочу рисковать и еще чаще слушать его нотации. Все это время я очень мало спала и практически не ела, что сказывается на моей внешности и здоровье. Мои скулы стали отчетливо видны, также как и ключицы, ребра. Я очень похудела, что совсем мне не шло, но пытаться запихнуть в себя еду я не собиралась. Кейтлин в школе пытается меня откармливать, и, наверное, это единственный мой прием пищи за день. Родители начали немного переживать, думали, что у меня снова начинаются проблемы. Но я убедила их в том, что у меня много заданий, поэтому я очень поздно ложусь спать, из-за чего не высыпаюсь. А насчет моей худобы я сказала, что решила немного посидеть на диете, а чтобы мои изменения были не столь очевидны, я стала носить одежду, скрывающую эту. Но Гарри, конечно же, не мог не заметить этого. Иногда мне кажется, что он слишком доставучий, что порой слишком раздражает. Он переживает за меня. Я очень ценю это, потому что единственный человек, который всегда переживал за меня, — это Люк. И с каждым днем Гарри все больше начинает мне его напоминать. И такое ощущение странное охватывает: кажется, будто с тобой рядом находится какой-то дорогой тебе человек, но потом ты смотришь и понимаешь, что это совсем не он. Понимаешь, что ты его больше никогда не увидишь. От этого хочется выть. Я захожу в столовую и пытаюсь найти Кейтлин. Каково было мое удивление, когда за нашим столом вместе с ней сидела еще и компания парней, в числе которых был и Лиам. Подойдя к столу, я окинула всех удивленным взглядом и, глубоко вздохнув, уселась напротив подруги. Во время обеда я особо не разговаривала ни с кем, только пару раз ответила на вопросы Кейт и Гарри, после чего просто уставилась в свой салат. Лиам вел себя так, словно ничего не произошло, шутил, общался со всеми, вел себя спокойно и уверенно. И это раздражало еще сильнее. Встав изо стола, я взяла сумку и, попрощавшись с ребятами, направилась к выходу. — Шерри, стой, мне нужно с тобой поговорить, — почти у самой двери меня догнал Малик. — О чем нам с тобой разговаривать? — О произошедшем. И прежде, чем ты скажешь, что мы обо всем поговорили и тебе больше нечего сказать, я тебе все-таки рекомендую поговорить со мной, так будет лучше, поверь мне, — он уверенно посмотрел на меня и усмехнулся. — Что ты хочешь, Малик? — я слегка нахмурилась. — После того случая мне стало интересно, что же произошло такое ужасное в твоей жизни, Беккет, и, знаешь, узнал кое-что интересное, — меня бросило в дрожь, — оказывается, наша милая Шерри не такая уж невинная. Надо же, убить собственного парня. На его лице была усмешка, мое же не выражало ничего. Абсолютно. В этот момент я просто застыла не в силах что-то сделать. Мое сердце отбивало какой-то странный ритм, руки вспотели, а ноги стали ватными, что мне показалось, будто я сейчас упаду. Оперевшись плечом о стену и глубоко вздохнув, я уверенно посмотрела на него. — Что ты хочешь от меня? — У меня есть взаимовыгодное предложение, милая, — улыбка расплылась на его лице, — тебе всего лишь нужно быть моей девушкой, я же сохраню твой секрет. — Зачем тебе это? — Ты красивая девушка, фигура тоже ничего, мы будем с тобой хорошо смотреться, — он вновь улыбнулся и протянул руку, слегка касаясь моей, из-за чего мне хотелось побежать в ближайшую уборную и извергнуть из себя все, что я успела съесть за обедом, — нужно поддерживать свою популярность, ты должна это понимать. Я понимала, что он расскажет это своим друзьям, а это равносильно тому, что я выйду на площадь, соберу всю школу и в рупор расскажу об этом. Единственный выход — согласиться. Каким бы сильным ни было мое отвращение к этому парню в данный момент, но другого не остается. Я не хочу, чтобы об этом знали. У меня не очень хорошая репутация сейчас, и эту историю переврут 10 раз. Я не хотела, чтобы кто-то говорил о Люке, обо мне, строил какие-то догадки и осквернял его память. — Я согласна.