Аарониро Арруруэри

      Не нужно быть гением, чтобы понять — Айзен что-то перемудрил. Такое ощущение, что он добрался до машины по клонированию. Всех новеньких можно было считать родными братьями. По силе новички примерно соответствовали 7-8 в Эспаде, которых я уже съел.       Новенькие мало того, что были внешне похожи, так и вели себя одинаково.       Как выглядели их бои? Айзен давал сигнал, и двое кидались друг на друга. Мне даже не приходилось обращаться к памяти съеденных синигами, чтобы понять, какие это аховые бойцы во всем, кроме объема реацу. Объем реацу… Сложно сказать, но, если я его правильно оценил, все они превосходили офицера Готей 13 и были, как минимум, лейтенантами.       Ни у кого из дерущихся не было стиля, они дрались, как животные. Напоминало это собачьи бои. Кто-то полагался на силу, кто-то скорость, но все без исключения — на инстинкты. Когда один побеждал, он накидывался на побежденного и жрал его, без разницы, был ли тот ещё жив. Несмотря на скромный размер рта у этих человекоподобных созданий, те двигали челюстями очень быстро и съедали объект размером с себя за пару секунд. Я даже был свидетелем, как оба арранкара убили друг друга в бою — взаимная аннигиляция посредством серо.       Несмотря на мои ожидания, бой не всегда заканчивался смертью одного из участников. Иногда один из бойцов сдавался, и тогда кидо Айзена растаскивало их в стороны.       Закономерности были просты: побеждал тот, кто имел больший уровень реацу. Если арранкар с мечом сражался против арранкара без меча, то вооруженный арранкар всегда побеждал.       Арранкар, имеющий ресурексион, всегда побеждал арранкара без ресурексиона — не все имеющие клинок могли использовать ресурексион.       На четырнадцатом бою мне это надоело — я ем с большим КПД, чем эти неудачники. Нельзя позволить им разбазаривать еду!       — Айзен-доно, позвольте мне съесть погибших арранкаров! — максимально вежливо попросил я.       Гин и Тоусен уставились на меня, как на говорящую мебель. Айзен всё также улыбался. Интересно, может его ботексом перекололи?       — Ну попробуй, — предложил мне Айзен.        Я дождался, пока завершиться бой. Неудачник без ресурексиона получил несколько сильных ударов от своего противника и кусками отлетел в сторону.       Я встал между победителем и самым большим куском трупа.       — Это моя добыча, — сообщил я, показывая своё духовное давление.       Я отчетливо чувствовал, что я без ресурексиона сильнее этого арранкара в ресурексионе, но, очевидно, произошло то, что произошло бы, вздумай я вытаскивать еду из миски голодной обедающей собаки: тот просто кинулся на меня.       Мне хватило ума подставить под удары свой зампакто. После второго соприкосновения по клинку противника пошли трещины, а после пятого — меч моего врага разрушился. Я попытался отрубить тому голову, но тот закрылся левой рукой, правой формируя серо.       Сначала я отрубил ему левую руку, потом правую. Огонек недосформированного серо погас.       Тот пригнулся под ударом моего меча и кинулся на меня, как в игре регби, но я был намного быстрее: я разорвал дистанцию, и тот напоролся на мой меч, как жук на булавку. Для гарантии, я ударил того кулаком по маске — та треснула. То ли мой враг умер, то ли потерял сознания — без разницы: я начал его есть.       Весь бой не занял и секунды.       Я ел и смотрел на Айзена. Что тут положено говорить? Идущие на смерть приветствуют тебя? Аве, Айзен?       — Продолжайте, — велел Айзен.       С тех пор моё времяпровождение стало намного более приятным. Дождаться чьей-то победы, съесть труп. Если победитель не может остановиться — убить победителя и его съесть.       Такой ритм мне нравился, я уже полностью восстановил реацу и даже подрос в объеме сил, когда случилось это.       — Все поверженные пустые принадлежат мне! — сказал Дордони.       Гадство! Я надеялся, что если и будут недовольные моим усилением, то это хотя бы будет негр-боксер… Пусть я чувствую себя немного сильнее испанца, это не повод ввязываться с тем в бой: я слишком хорошо помню, как Дордони в аниме гонял шикайного Ичиго, не доставая своего меча.       С другой стороны, отступать не хочется: на авторитет плевать, нет его у меня особо, да и в глазах пустых отступление четвертого Эспады перед первым правильное решение, но все же…       — Позволь, я тебе кое-что покажу, — ответил я.       — Связывание №30, Три пронзающих клюва, — сказал я.       В моей руке появилась потрескивающая жёлтая энергия, с помощью которой я нарисовал в воздухе правильный треугольник. Энергия обрела форму трёх клювов в углах треугольника, которые вылетели в цель, прикалывая арранкара к ближайшей поверхности пола и обездвиживая его.       На всякий случай добавил пару кидо попроще. Тот силился их разорвать, но ничего не получалось.       Не дожидаясь, пока тот освободится, я активировал силу скелета-восьмого-экс-эспады и связал неудачника водяными путами.       Моя левая рука обернулась пучком щупалец и пробила невезунчику маску.       Сменив силу с управления водой на телепатию, я заговорил мысленно, но только для Дордони.       — Я владею магией синигами, а ты — нет. У меня есть множество способностей пустых, а у тебя — нет. Я сильнее чем ты, и от моих ударов распадаются занпакто. У тебя нет в бою против меня шансов. Как только Айзен начнет делать арранкаров из Вастер Лордов, ты гарантировано вылетишь из эспады…       — Как и ты, — мысленно ответили мне, доставая меч.       — Как и я, — согласился я с очевидным. — Но у меня есть кидо и очень эффективная сила поглощения, поэтому я вернусь в эспаду…       — И что ты мне предлагаешь? — мысленно спросили у меня.       — Я могу поучить тебя кидо. А после победы Айзена часть Эспады неизбежно погибнет — я попытаюсь протащить тебя в Эспаду опять. Иногда мозги полезнее силы. От тебя требуется всего лишь не мешать мне отъедаться и, если надо, пропустить меня в Эспаде впереди себя.       — Ты хочешь слишком многого, — мысленно ответил Дордони, встав в стойку с обнаженным мечом.       А теперь моя лучшая часть — блеф. Ведь Дордони не может знать, что я не могу использовать все силы поглощенных одновременно, да и активировав кидо и фехтование, я просяду в сонидо…       — Ты не сможешь меня победить, я уже сильнее, — сообщил я. — Однако мне убивать тебя бессмысленно: чем больше вокруг будет сильных и умных арранкаров, тем легче будет Айзену победить.       На всякий случай я активировал навыки Кайена Шибы. Кинется в бой — попробуем связать его кидо, а дальше - серо. А за встроенную на постоянной основе способность Глоттенерии разрушать занпакто врага касанием любой фехтовальщик что угодно отдаст! На крайний случай — ресурексион и попытаемся завалить массой, главное – голову беречь…       — Ладно, я согласен, — сказал Дордони вслух, засовывая меч в ножны. — Все убитые здесь пустые — твои.       Арранкары на это среагировали так, как будто гилиан победил Вастер Лорда, хотя те арранкары, что могли хорошо чувствовать реацу, не удивились. Гин начал что-то нашептывать Айзену на ухо, но тот никак не среагировал.       — Азатот — номер один, Дордони — номер два! — сказал Айзен.       Татуировка на моем теле опять поменялась. Остальных сдвинули на номер назад. Айзен, как ты это делаешь?       После перенумерования бои продолжились. Дордони оглядел других эспад — прежде всего третью и четвертого, но, не дождавшись от них вызова, сел и стал наблюдать.       Бои длились, а я ел. Насколько я понял, ощущение сытости пропорционально объему съеденного, а вкус является показателем: есть ли у кого-то редкие для пустых способности. Нынешние пустые были сытные, но пресные.       Класс! Почему я не подумал над таким вариантом? Дураки дерутся, трупы я ем. Проигравших выживших во фракцию — пусть ищут новых кандидатов на арранкаризацию. А дальше повторить! Так можно хорошо отъесться!       Зазевавшись, я пропустил покушение: один из арранкаров, пользуясь тем, что я Глоттенерией ем неудачника, кинулся на меня с мечом в сонидо. Я успел подставить руку под удар и отделался порезом на руке. Трансформированные из тела щупальца обвили неудачника, а затем, развернувшаяся Глоттенерия ударила моего врага в маску. Тот попытался сформировать серо ртом, но не успел. Смерть того наступила мгновенно.       Когда число тех, кто не сражался хотя бы раз, достигло трети от первоначальной, случилось то, чего я не мог ожидать: революция!        — А давайте его съедим! Всем по кусочку! — сказал один из новых арранкаров.       Я побежал на него в сонидо, сходу активируя связывающее кидо первого уровня:       — Сай!       Пусть кидо было простым, но сил я в него вложил много, поэтому оно смогло слегка отвести руки цели за спину.       Руки арранкара потянуло за спину, но он сумел почти сразу же разорвать кидо. Почти не считается — он не успел поставить блок, я просто провел рубящий удар сверху по его маске.       Однако, слова этого дегенерата упали на благодатную почву, остальные новенькие арранкары стали переглядываться.       Я хотел бы сделать серо внутри ротовой полости, но, учитывая, что у меня две головы в аквариуме…       Я трансформировал левую руку в пучок щупалец. Во внутренней полости стал формировать серо — моя плоть служила надежным экраном, по крайней мере, от их сенсорных способностей.       — Сожрем его! — завопил один из арранкаров, начиная формировать серо.       Моя левая рука из щупалец раскрылась, как бутон цветка, выпуская изнутри довольно мощное серо, которое испарило подстрекателю часть груди и голову.       Только остальные вместо того, чтобы передумать, пошли в атаку. Нет, не все, но десятка полтора точно.       К счастью, действовали они неслаженно: часть заряжало серо, другие ломанулись вперед, только банзай не кричали.       Мне удалось зарезать двоих, ещё одного я щупальцами использовал в качестве живого щита от серо остальных с фатальным для него результатом. Четвертого удалось ненадолго сковать кидо, чтобы потом, встав ногами на уплотненные духовные частицы в воздухе, разбить ему маску ногой.       Но долгосрочный прогноз был не в мою пользу: на теле появлялись раны, пусть и поверхностные. На левой руке почти не осталось щупалец, но больше всего мне не понравилось, когда один из мечей острием пробил мой аквариум — к счастью, не глубоко, но оттуда рвануло жидкостью под давлением. Их оказалось многовато.       У меня было два выхода. Первый: звать Айзена на помощь. Непредсказуемый результат. Айзен мог мне помочь, а мог добить. Или пустить всё на самотёк. Тогда к атакующим присоединятся все, и я точно умру.       Поэтому я сосредоточился на втором варианте.       — Пожри их, Глоттенерия, — сказал я вслух, держа клинок.       Очевидно, я слишком часто применял ресурексион. Чувствовалось это так, словно я уже подтягивался много раз и мне опять надо подтянуться… Но я смог!       Я почувствовал, как я-гуманоид сливаюсь с я-мечом. Философский аспект я обдумаю позже. Духовную физику тоже.       Ощущалось это необычно. Я вдруг понял, что моя истинная форма — комок плоти и щупалец, а это человеческое тело… вторично, как парадный костюм. Я вновь трансформировался и на этот раз понял, что я в своей истинной форме.       На месте человека с аквариумом оказывается огромный шар плоти и щупалец. Главное втянуть голову-аквариум внутрь, ближе к центру.       Близко стоящие ко мне арранкары, в количестве пяти штук, то ли не имели ресурексиона, то ли не успели его применить, были просто раздавлены массой моих щупалец.       Двое любителей ресурексиона и немного мелочи рядом со мной выжили и резали мои щупальца.       Я ориентировался в пространстве при помощи осязания и чувства реацу, а также отращивая на поверхности тела глаза.       Даже так бой шел не в мою пользу: они рубили мои щупальца быстрее, чем я их отращивал. А кидо синигами почему-то не работало: я не ощущал реацу синигами в себе после смены формы.       Наверное, со стороны я был похож на «макаронного монстра»: множество моих маленьких щупалец и одно большое рвали врагов. Иногда удавалось кого-то задержать, а потом перекатиться на него.       Тогда мне удалось задавить ещё двоих маленьких щупальцами, а одного с ресурексионом при помощи Глоттенерии, но врагов всё равно было многовато: к ним присоединилось несколько колеблющихся.       Тогда я пошел на эксперимент: вместо сферы я попробовал превратиться в нечто в виде двух полусфер: огромная нижняя и огромная верхняя части, самый большой и уродливый пакман в мире.       Самые умные и трусливые пустые отбежали, начали стрелять в меня серо, или просто ели мои отрубленные щупальца.       Но достаточно самых храбрых или тупых пустых осталось передо мной. Рывок в сонидо синхронно с закрытием челюстей — внутрь попало сразу семь арранкаров, правда, включая двух случайных зрителей. Жаль только, сонидо после трансформы жрет столько реацу…       Я давлю попавших в полость щупальцами и Глоттенерией, как языком. Меня бьют изнутри клинками и серо…       Серо — это больно, одно изнутри даже прошибает меня насквозь, но прежде, чем тот успевает зарядить второе серо, ему отрывает голову Глоттенерия.       Пока я ем, меня кто-то кусает, осознав, что меня жрут, я вытаскиваю Глоттенерию наружу и пускаю с неё серо. Серо выходит классное, испаряющее одного противника за раз.        Оставшиеся враги опасаются ко мне приближаться: шестеро стреляют серо, один — какими-то шипами.       Ещё одного мне удается упокоить серо, но потом враги начинают заблаговременно смещаться с линии атаки.       Быстро сформировать серо получается только Глоттенерией, на щупальцах слишком медленно…       Подумав, я втягиваю внутрь Глоттенерию, окутываю её своей плотью и формирую серо в полости тела. Тонкий слой моей плоти мешает врагам увидеть вспышку серо. Да я стреляю сквозь себя — серо с легкостью пробивает плоть и успокаивает самого сильного из моих врагов. Его немедленно начинают жрать другие.       Я повторяю это ещё раз пять — всё, я победил!       Несколько секунд я отращиваю щупальца и ем. Есть приток реацу, есть увеличение резерва…       Так, по аниме и по памяти пустых я знаю, что если часть тебя съели, ты не можешь дальше эволюционировать. Но я уже на вершине эволюции пустого! Арранкар! А силы накапливать можно, просто на следующий уровень развития не перейдешь.       — Азатот, будь добр, прими свой прежний вид. И давай посмотрим на бой тех семерых, кого мы ещё не классифицировали.       Чувствуя себя сдувающимся воздушным шариком, я отменил ресурексион.       Я держал себя за голову, но аквариум восстановился — отверстия не было, была просто царапина. Это что, это стекло — часть меня?       Я размышлял, сидя на своём месте. Выжившие новенькие занимали места с пятого по десятое, причем средний размер реацу у них был больше, чем у старого состава. Еще десяток новеньких остался в запасе.       Айзен объяснил им политику партии и правила совместного проживания, после чего всех отпустил.       — Айзен-доно, а как вы смотрите на организацию штаба? — максимально вежливо поинтересовался я.       Ответом мне послужил пронзительный взгляд. Гина.       — Мы же должны выставить Эспад против тех синигами, которые для них уязвимы! Бессмысленно будет выставлять арранкара, владеющего контролем, против синигами, что может проводить множественные слабые атаки, не используя свое тело! Или если арранкар может управлять водой, как бывший восьмой, то он будет легко повергнут синигами, что владеет льдом! Для успешного планирования мне нужна информация по всем капитанам Готея!       Кое-какие воспоминания у меня есть по аниме, но это обрывки, тем более, я не знаю, насколько здесь канон.       — И ты видишь себя главой Штаба? — уточнил Ичимару Гин.       — Я с радостью приму руководство от Вас, Гин-сама! Но если Вы всем этим ещё не занялись, значит, вы ждете инициативы снизу?       — Займись созданием Штаба, — ободрил меня Айзен. — Ты же теперь Первый в Эспаде. У меня срочные дела, я отойду. Лично доложишь мне, когда я вернусь.       На всякий случай поклонившись, я велел всем пустым остаться.       В мою фракцию вошло три новых арранкара — с занпакто, какая прелесть!       Я собрал всех и впарил им речь.       Сводилась она к тому, что главный в Эспаде я, и, пока Айзен занят, слушаться надо меня.       Арранкары получили приказ не просто искать сильных пустых и тащить их сюда, но если встретят пустого сильнее себя, пусть они ему вежливо предложат идти сюда, а если тот откажется — пусть бегут.       Несколько арранкаров-слабосилков были назначены королями близлежащих проходов в Хоэко Мундо и им велели направлять ко мне адьюкасов и гилианов.       На что я рассчитывал? Гилианов съем, слабых врагов притащат, сильные сами придут.       Меня, конечно, радовал мой возросший статус, но я был реалистом: первый же вастер лорд свергнет меня с пьедестала сильнейшего. Да даже сильному адьюкасу после арранкаризации это под силу!       Также мной было принято решение поискать пустых с необычными способностями, а потом способствовать их превращению в арранкаров, даже если те были низшими. А что? Гилианами раскормим. У меня есть еще на примете пара тупых арранкаров, каких не жалко, пойдут на консервы.       — Ты собираешься откармливать других пустых, которые даже не из твоей фракции? — спросил меня Дордони, когда я озвучивал планы.       Степень обалдения других пустых от моего предложения передать было невозможно.       — А что тут такого? Абы кого раскармливать не будем, только если они смогут помочь делу господина Айзена.       Но особо трудно было объяснить какие способности я считаю интересными. В итоге, я остановился на регенерации, скрытности, сенсорике, контроле других и управлении стихиями. Стихии пришлось перечислять. Чую, они мне притащат ассенизатора из мира живых и будут ждать награды.       Нет, тупыми они не были, они отлично могли разносить всё вокруг, но вот остальное…       В конце я сплавил работать всех, кроме будущей приварон эспады: Дордони, Черуччи, Москеда.       Почему именно их? Они были самые сильные и самые вменяемые из того, что есть. А ещё сильно походили на людей внешне. Кроме того, в каноне они выжили: Москеда в прямом смысле, Черуччи лишилась сил, Дордони выжил после банкая Ичиго, но потом его добили свои.       Я им долго объяснял, в чем заключается работа штаба, но получалось плохо. Это как человека, прочитавшего пару художественных книг, заставить читать лекции про теорию блицкрига в детском садике…       Вопроса, откуда у меня эти знания, я не боялся: можно было свалить на память съеденных, да и в академии синигами преподавали тактику и стратегию.       Временно забив на это дело, я решил тренировать свою гвардию в кидо. Я нацарапал тексты нескольких кидо на полу мечом и велел моим новым ученикам выучить это наизусть.       Вскоре я понял, что моя гвардия не умеет читать!       Москеде я велел найти какого-нибудь арранкара, что помнит прошлую жизнь и умеет читать и писать.       Большая часть пустых уже покинула базу выполнять мои приказы, но двоих подходящих мы нашли. Один походил на гибрид человека и актинии, второй на клоуна-Пеннивайза из Оно. Зубастого клоуна.       Очень сложно было убедить Эспад 2, 3 и 4 учиться у столь слабых арранкаров, ещё сложнее было убедить столь слабых пустых их учить.       Пришлось этих слабаков брать во фракцию. Один, правда, имел своего хозяина, который оказался против — пришлось тому снести голову. Заодно поел.       Из кидо я понял главное: реацу пустого для него не пригодно. Поэтому я сидел со своими неофитами-Эспадами и медитировал, пытаясь научить их отделить реацу пустого и реацу синигами внутри себя.       Это было очень сложно: как-будто пытаешься мысленно найти и прочувствовать у себя печень. Нашел? А теперь направь желчь…       Часа за полтора мне это надоело, я поблагодарил всех и отправился к себе в комнату. Чудо — её восстановили! Так быстро!       Тщательно обыскав комнату щупальцами и убив на это часа два, я решил немного отдохнуть.       Я лег в кровать, но сон не приходил. Вероятно, пустые не устают. По крайней мере пока у них есть реацу.       Тогда я начал разбираться в своей реацу, пытаясь понять, насколько я вырос. Выходило неплохо, но обольщаться не надо: скоро мне прибыток от этих съеденных пустых будет что слону дробина.       Главный вопрос — как скоро появятся арранкары сильнее меня, и что тогда мне делать? Хотя, может, они будут пофигистами вроде Старка или социопатами вроде Ноиторры…       Ещё я обдумывал гениальную идею. Да, пустые психи, с ними каши не сваришь. Перебегут к более сильному, ударят в спину, но что, если это не причина, а следствие? Мир, в котором живут пустые, дик, опасен и ужасен. Съешь или будешь съеден. В результате получаем нечто вроде кошки или тигра, то есть людоеда-одиночку. А таких не загонишь в армию! Если тигров согнать в стаю — будет шумно и всё.       Иными словами, такие пустые мне не очень нужны. Нужны совершенно другие пустые: верные мне и дисциплинированные. Но где таких найти? Правильный ответ: нигде. Таких пустых нет. И быть не может, ибо эти качества не востребованы здешней средой, что определяет эволюцию и выживаемость.       Но если их нет, то их надо создать. Для этого достаточно найти новорожденного пустого, а потом кормить его трупами пустых с рук. Долго? Это если низшего низшими раскармливать долго, а если низшего кормить гилианами? Или арранкарами из того, что я посчитаю браком?       Да, такие пустые будут плохими бойцами — всё-таки опыт боя им взять неоткуда, но мне нужны не только бойцы. Мне нужны «фермеры» и пастухи для гилианов, потребуются «чиновники», «охранники», «надсмотрщики» и прочее… Предадут меня, попробуют отъесться сильнее дозволенного? Съем. Так что набросок плана готов: способствовать эволюции подходящих низших до адьюкаса, тащить Айзену для арранкаризации.       Откармливать до уровня вастер лорда не хочу: не нужны мне конкуренты. Лучше вместо одного эспады иметь сотню слуг, что будут мне носить еду.       Кстати, пусть пустые, умеющие писать, сделают надписи на деревьях в Лесу Меносов, может кто придёт из тех, что умеют читать.       Хотя искать новорожденного пустого долго. Проще зайти в мир живых, поискать среди живых и предложить тому новую жизнь. Думаю, найдётся немало желающих. Хотя для этого нужен гигай… А Айзен не велел покидать Хоэко Мундо. Ладно, пока поищем кандидатов в Лесу Меносов, главное, чтобы Айзен не обиделся, а то вдруг решит, что мне нужны лавры создателя?       Спать не хотелось. Я взял с собой двух арранкаров, которые должны будут носить новым еду и одного туповатого арранкара, которому предстояло стать консервой, если новенькие окажутся перспективными, и мы отправились в лес Меносов.       Ашидо Кано. Где-то в лесу Меносов.       Привычное скучное разнообразие Леса Меносов нарушало кладбище.       Будь бы под могильными камнями тела — их бы откопали и съели, но тел там не было: погибших синигами съели до того, как их похоронили.       Над могилами стоял синигами в истрепанной форме 11 отряда. Босиком. Синигами вполне можно было перепутать с пустым: его лицо закрывала маска пустого, напоминающего череп газели, а на спине у него был щит из масок пустых. Сам синигами мог бы стать важной шишкой в отряде скрытых операций: он не излучал ни капли реацу.       Сейчас Ашидо привела к могиле не грусть по товарищам. Он не понимал, что происходит.       Он уже довольно долго был в этом мире и посвятил себя уничтожению пустых. Наверх он совался всего пару раз, но решил, что это ошибка: там негде прятаться, и там обитают слишком сильные для него существа, без банкая там делать нечего.       Недавно Лес Меносов стал наполняться странными пустыми со сломанной маской. Несмотря на это, те чувствовали себя нормально.       А потом, неделю назад, всё изменилось.       Пустые начали не только жрать себе подобных, но и брать их в плен! Он до сих пор не забудет, как сборище адьюкасов со сломанными масками куда-то понесло на руках низшего пустого. И бережно! Что это — караваны в Лесу Меносов из гилианов с погонщиками из странных пустых?       Но больше всего его удивило, когда какие-то пустые предложили ему присоединиться «к Айзену-доно и Азатот-саме». Он отказался, и тогда те убежали! В разные стороны, нескольким из них удалось уйти!       На могилу друзей он пришел, когда увидел надпись на японском на дереве в лесу меносов: «Да здравствует рабовладение — светлое будущее Леса Меносов». А сейчас он видел на могиле другую надпись, набитую прямо на имени его друга, выцарапанную, судя по всему, когтем: «Нужны сильные или необычные рекруты. Избавим от регресса. Подходите к любому проходу между верхней пустыней и нижним Лесом Меносов. Вас встретят как друзей».       Ашидо Кано покрепче сжал рукоять занпакто. Он узнает, куда идут эти караваны, а потом… Думается ему, кого-то одного из этих двоих, Айзена или Азатота, он убить сможет.