Аарониро Арруруэри

      Несмотря на колоссальные объемы задействованной энергии и массы, сложно было понять что вообще происходит и кто выигрывает. Я рассчитывал на то, что выигрываю именно я, ведь я больше и именно я получаю подпитку от душ погибших, а не он! Но мало ли? Как там в тупых Вестернах? Этот город слишком мал для нас двоих? Тут логика таже, но масштаб побольше! Мир мал для нас двоих!       Ичиго, скотина, вырвался из окружения! Как раньше было хорошо? Он был окружен мной со всех сторон! Такой на него классный кислотный дождь капал и серо сверху! И снизу! И щупальца! А теперь этот нехороший организм прорвал мою внешнюю оболочку, оказался в «космосе» и я могу его атаковать только с одной стороны! Как ты смеешь вырываться из окружения и котла? Не бережешь планету!       А ведь всё так хорошо начиналось! Я ведь победил! Ичиго без Хогиоку, а Король Душ мертв! Даже вспоминать приятно: я праздновал свой триумф — Ичиго потерял Хогиоку, Король Душ был мёртв. Но оказалось, это лишь начало: рыжий стал сосудом для новой силы. Опять сосуд, то для Хогиоку, то для сущности Бога, хватит уже! Почему? За что? Но зато как понятно: проклятый Ичиго ранее успел пройти тренировки с Нулевым Отрядом Короля Душ, по итогам которых получил в подарок часть естества Короля Душ, став по сути его аватаром. И едва старый Король Душ умер, я получил нового врага, нового Короля Душ из Ичиго Куросаки! И ведь самое обидное я не могу понять, где сделал не так — едва я вытащил Хогиоку из Ичиго, его спас Нулевой Отряд, едва грохнул Нулевой Отряд, явился Король Душ, а как сожрал старого Короля Душ апнулся Ичиго! Вот, теперь с ним дерусь! Где ошибка, где я прощелкал клювом? И как бы Король Душ должен опираться на Круговорот Душ, Круговорот Душ я съел, то есть новый враг должен быть слабым, но нет! Наоборот! Новый Король Душ не тратит силы на Круговорот, на перерождение людей, очищение их воспоминаний и сортировку миллиардов мертвых. И всю освободившуюся силу он вылил на меня! Что, так можно было? Походу я просчитался, но где?       Вообще, у меня полное ощущение, что один из нас скоро умрет от передоза эпоса и пафоса. Битва в космосе заставила бы помереть от зависти кого угодно: в безбрежной пустоте, где время и пространство сливаются в хаос, возникла фигура — Король Душ, воплощение власти над жизнью и смертью. Его глаза горели холодным светом, а вокруг него кружилась энергия, готовая исполнить его волю. Казалось само пространство проваливалось под ним. Но и я, его враг, был хорош: когда-то меня разрывало от миллионов душ, теперь же я использовал миллиарды без дискомфорта! Не зря я подглядывал за Айзеном и Ичиго и правил себя! Физическая форма не была так уж и важна. Из глубин безумия, за пределами понимания людей, Ичиго атаковал я, Азатот, безумный хаос, ядро вселенского мрака. Моё бесформенное тело пульсировало безразмерной силой, излучая невыносимый гул безумия и разрушения. Моё присутствие искажало реальность, заставляя законы природы трещать по швам. Король Душ атаковал. Ему не потребовался меч или иное оружие, желания Бога просто становились реальностью. Я собрал всю свою силу и обрушил на него в ответ океан безумия, волны которого рвали ткань бытия. Встреча наших атак была как столкновение света и тьмы, порядка и хаоса. Ну или что там в словаре антонимов пишут. Я рад, что мы в космосе деремся, а то бы уже никого живого не осталось в Хоэко Мунго!       Его атака пересилила мою. На меня-планету рухнул метеоритный поток разрушительной энергии. Я успел покрыть свою исполинское тело печатями, ставя барьеры по типу кидо. Атаки врага рвали мою плоть, но я потихоньку поедал то, что в меня кинули. Думаешь самый ты умный? Время для контратаки! Так, всех на кого не пофиг в Хоэко Мунго прикроем щитами, а теперь вперед, в атаку! Тут всего несколько тысяч километров! Если гора не идет к Магомеду, то Магомед идет к горе!       Я-планета сделал рывок, меняя траекторию, тараня своего врага. Ведь что такое сила? Сила это масса умноженная на ускорение, Ньютон тут был прав! У меня-планеты хорошая масса, так я ещё и разогнался прилично! Я ему покажу, арранкарский зажим! Потому что мне удалось зажать его между своим основным телом-планетоидом и тем, что я вырастил на щупальце, сожрав местную Луну!       В моего противника врезалась спереди планета, сзади луна, но это уже было не духовными частицами, а бурей из искажённой плоти и теней. Естественно, на просто физические атаки я не рассчитывал. Помимо этого я лупил его безумием и осуществлял ментальные атаки. Моя форма пульсировала, как сердце больного Бога, изрыгая волны безумного гула, который, теоретически, сводил с ума любого — и всё это было направлено только на одного врага. Ичиго нужно только на секунду потерять концентрацию и узор боя измениться навсегда! Я подарю ему вечный покой! Я даже эпитафию для него нашел: «Не вынести горя, не выплакать слез, Ты радость навеки из дома унес!»       Мои щупальца, сотканные из живых галлюцинаций, тянулись сквозь измерение желая удушить Ичиго, выпить из него силы, попутно разрывая пространство и время. Я орал в его сознании, пытаясь навязать телепатическую дуэль и заставить ошибиться. Мой голос был как скрежет рвущегося металла, смешанный с криками милллиардов душ, поглощённых бездной…

POV Ичимару Гина.

      Ичимару Гин лежал в полубреду и умирал. Легкие переполнялись кровью, излишки крови вытекали изо рта. Мысли путались. Он хотел убить Айзена, а не смог убить даже Кагана, одного из слабейших в Эспаде! Позор! Может быть надо было быть как Тоусен? Айзен их обоих сделал вайзардами, но Гин не развивал свои новые силы, считая их противоестественными, богомерзкими. Всё что он мог — просто одеть маску Пустого, а             Канаме давно уже ресурексион Пустого освоил, научился менять своё тело на нечто более подходящее для боя.       В реальность его вернул голос его противника. Сейчас это существо стояло над его умирающем телом и глумилось над ним, не обращая внимания на творящийся вокруг апокалипсис.       Почти целый Каган стоял над погибающим Гином и говорил:       — Я всё понял, почему ты на нас напал. Это ведь не из женщины, как её там звали? Без разницы! Точнее, не только из-за женщины. Я обо всем догадался: ты изначально был предатель. Ты хотел свергнуть Айзена!       У Гина не было ни сил, ни желания спорить.       — Возможно, если я доставлю предателя живым, то мне даже простят отсутствие в финальном бою, — рассуждал вслух Каган. — Моя сила телепортации поможет мне избежать смертельных проблем. Слушай, мне просто интересно, зачем ты это сделал, зачем предал, на что рассчитывал?       Но Гин опять не ответил. Он смотрел на небеса и понимал, что у него галлюцинации: ему показалась, что небеса составлены из огромных сросшихся между собой щупалец. Каган продолжил свой монолог:       — Скажи, во имя чего ты пошел на всё это? — спросил его Каган. — Какие тайные причины тебя заставили? Мне интересно! На что ты рассчитывал?       — Я хотел помочь людям, — рефлекторно ответил Гин неожиданно для себя самого. Каган разразился смехом.       — Так я тебе и поверил! Правду говори!       — Ты, Пустой, не поймешь!       — Как это не пойму? Это же так просто? Хотел ли ты власти, силы, могущества, славы, любви красавиц, дворец побольше… Каждый тебя поймет! Ты просто свои реальные возможности не оценил, откусил слишком большой кусок!       Теперь уже Гин рассмеялся.       — Глупец смеётся надо мной! — ответил Каган, замахиваясь мечом.       Гин же понимал, что если Каган сразу не понял, то и не поймет. На Айзена ему и правда сил не хватило, но на убийцу Мацумото хватит.       Собрав остатки сил, прямо лёжа Гин использовал запретное кидо остановки времени. Он и в своё лучшее время не мог его выполнить, но сейчас кидо отняло у него не только реацу, но и остатки жизни. Из последних сил, наблюдая как его враг застыл во времени, не в силах переместиться в пространстве, Ичимару Гин, последний капитан Готея-13, надел на себя маску вайзарда и дал команду своему телу разрушиться. Хадо 96 преобразовывало часть тела синигами в пламя. Сейчас Гин преобразовал всю свою духовную силу в энергию. Взрыв поглотил их обоих. Так Эспада потеряла ещё одного.

Конец POV Ичимару Гина.

POV Улькиорры Сифера.

      Улькиорра спал. Ему снилось, что его тело плавиться и принимает новую форму, а в это время мир умирает и умоляет ему помочь. Он вспоминал себя в бытность Вастер Лордом, как он повредил свою маску об единственное дерево, что нашел в Хоэко Мунго, а потом его нашел Азатот и позвал в Эспаду. Дальше он не успел досмотреть сон, голос в голове стал нестерпим и приносил боль, от которой он не мог закрыться. Улькиорра проснулся. Он открыл глаза. Он осознал, что лежит в некой комнате. От него во все стороны со скоростью артиллерийской шрапнели разлетались осколки, предположительно, его кокона трансформации. Комната где он находился была довольно велика, но почти пуста. Тут была Иноуэ, которая листала некую книгу. Книга имела щупальца и сейчас сделала энергетический барьер, стремясь защитить Иноуэ от импровизированной шрапнели — его разлетевшегося кокона трансформации.       Не надеясь на книгу, он поставил свою защиту вокруг Иноуэ посредством кидо, хотя хватило бы защиты книги. Улькиорра встал и вдыхал воздух нового мира. Поменялось всё. Он чувствовал себя прекрасно, за исключением мигрени. Причина мигрени была поста: он чувствовал Азатота. Не реацу, нет. Разум Азатота. Это ощущение исходило отовсюду — откуда-то снизу, откуда-то сверху. Улькиорра понял, что произошло: он стал завершенным арранкаром. Однако Азатот тоже развился и теперь перешел на совершенно иной уровень. Что это? Божественность? Трансцендентность? Он даже не в состоянии это понять. Значит, сопротивление Азатоту по-прежнему невозможно. Вероятно, ему остаётся взять пример с людишек. Подобно тому как смертным остаётся только смириться с неизбежностью смерти и стихийных бедствий, так и ему следует признать безальтернативность победы Азатота. А что ещё ему делать? Бороться? Борьба не приносит результата. Самоубиться? Тоже не работает! Он уже пытался самоубиться! Он сумел принять вертикальное положение. Для него Иноуэ была совершенно статична. Он постарался замедлиться до людской скорости реакции. Что вообще тут произошло, как он тут оказался? Вроде бы он сражался с Сенной, проиграл, потом над ним глумился Азатот, он выстрелил себе серо в голову и… Как он выжил и трансформировался?       — Иноуэ, ты знаешь что тут произошло? — спросил он.       — Тай! — ответила она ему и кинулась обниматься. Книга поступила умнее: книга отрастила новые щупальца, которые изобразили нечто вроде наклонного столика-подставки, после чего книга туда легла и быстро начала листать страницами. Улькиорра успел прочитать всё. Там было послание от Азатота. Вкратце там говорилось, что Азатот заботиться о своем приемном сыне, обеспечил ему рост, нашел женщину, будет признателен если Улькиорра кого-нибудь из его врагов убьёт или хотя бы не будет мешаться.       Он задумался. Сменить сторону? Смертность у врагов Азатота 100%, а вот у друзей меньше. Более того, что-то в нём изменилось. Маска Пустого исчезла, как и дыра Пустого. Люди стали более понятными. Раньше он не понимал, зачем люди делают то, что им не выгодно. Теперь он понял, что можно делать то, что хочется, а не то, что является экстремумом функции в задаче оптимизации. А чего он хочет сейчас?       — Меня зовут Улькиорра, — подправил он Иноуэ.       — Можно я буду называть тебя Тай, я так как привыкла, как мы в школе познакомились? — попросила она.       — Давай, — ответил Улькиорра и осознал, что его размазало в её объятиях. У неё всегда были такие красивые глаза? Он теребил её волосы и думал. Первоначально она была просто заданием, который выдал ему Азатот: выбить из группы Ичиго лекаря, соблазнив её. Он тогда посчитал это глупым, ему казалось логичнее всех убить.       Но теперь… Сердце странно билось, давление скакало, хотя физической нагрузки не было. Он знал, что может взять своё тело под контроль, но не стал этого делать. Он отчетливо видел, что Иноуэ утеряла свои силы и с точки зрения Азатота бесполезна. Но Азатот её не убил, и он её убивать не хочет, хотя он понимает, что теперь пользы от ней нет.       — Чего ты хочешь? — спросил он у Иноуэ.       Ещё до того как он договорил, он понял что к нему вернулись не просто человеческие чувства, а он влюбился. И если ему Иноуэ скажет, то он прямо сейчас пойдет сражаться с Азатотом, осознавая бессмысленность этого поступка, после чего они быстро умрут.       — Тай, это ужасно! Ичиго сражается со своим отцом! У синигами нет сердца! Это надо остановить! — ответила она ему.       Улькиорра задумался. Аксиома — исходное положение какой-либо теории, принимаемое истинным без требования доказательства. Аксиома используется при доказательстве других положений теории, которые, в свою очередь, называются теоремами. Так вот, в одной аксиоме он был уверен абсолютно: Азатот всегда врёт. Идея, что Ичиго сын Азатота не выдерживала никакой критики. Во-первых, Ичиго не имеет щупалец или других физических отклонений.       Во-вторых, Ичиго не имеет психических расстройств. Да, у Ичиго есть странное свойство всех спасать, но как теперь понял Улькиорра, это называется «эмпатия» и в некоторой степени это чувство присутствует у многих людей. Ну и главное, если Ичиго сын Азатата, то это значит, что Азатот занимался сексом с Масаки, а вот это совершенно невозможно. Азатот бы никогда не позволил своей женщине уйти от него и жить с другим. Азатот читает мысли, внушает чувства, правит сознание, он может легко выставить себя идеальным и безгрешным и обдурить смертную женщину. Да что Азатот — на такое и ему квалификации хватит. Более того, Азатот никого не любит, но обладает неким чувством собственности и бережет тех, кто делает ему хорошо. Он бы не допустил ни ухода своей женщины, ни перехода своего сына на чужую сторону.       Но надо ли это знать Иноуэ? Если он скажет, она не поверит. А если поверит — они умрут. Азатот станет больше на две души: на душу Иноуэ и душу Улькиорры. Кому нужна эта смертельная правда, уж точно не уму! Так пусть она живет в этой «матрице», целее будет.       — Я вижу ты просто человек, я тебя укрою от боя, а сам с битвой разберусь, — предложил Улькиорра, и дождавшись её кивка, просто отключил ей сознание и сунул в аналог инвентаря, подсмотренного у Азатота.       Улькиорра выбрался из убежища и устало вздохнул. До чего довел Азатот этот безумный мир? Пожар в борделе на складе с пиротехникой?       Его чутьё разума сильно усилилось после эволюции. Да и объектов наблюдения стало безмерно больше. Он рванул в сонидо к одной из точек интереса. Никогда он ещё не перемещался с такой скоростью. Вскоре он дошел до цели.       Импровизированный караван в пустыне представлял странное зрелище. Впереди шел Урю Исида, с ним несколько женщин квинси. Рядом ковылял побитый Ясутора Садо. Его сила была также убога как раньше, но почти всё его тело занимали Пикаро, в основном в облике саранчи, некоторые в виде детей с масками Пустых, но те не проявляли агрессии. В конце тащилась Тацуки Арисава, которая тащила кокон трансформации с Рукией. С ними вместе топала толпа детишек-подчинителей, которые тащили нечто похожее на разбитую ледяную статую Рейнджи Аборая.       Едва Улькиорра остановился, как Урю осыпал его стрелами из лука. Чуть позже его нагнал звук.       -Пустой! К бою! — Исида выдал команду.       Улькиорра не видел смысла уклоняться и защищаться, поэтому стоял с поднятыми руками, а стрелы отскакивали от его нового тела.       — Переговоры? — предложил он.       Урю понял бесполезность выстрелов и ударил его украденным у синигами банкаем, но и это не принесло эффекта.       — Погоди! Я его знаю, он с нами в одном классе в школе учиться! — орнула Тацуки. Бой прекратился.       — Чего пришел? — спросил Урю.       — Хочу Вам путь отсюда в мир живых открыть, — сказал Улькиорра, открывая гарганту. — И, будь другом, забери Иноуэ из этой задницы.       После последней фразы он извлек Иноуэ из инвентаря и вернул её сознание.       — Ты что с ней сделал?! — напрягся Урю, натягивая свой лук.       — Среди Вас дети, вам лучше уходить. Гарганта доведет Вас до Каракуры, — пояснил Улькиорра.       — Пошли, Урю! — Иноуэ встала между ними, закрывая Улькиорру собой от потенциальных выстрелов Урю, стоя на линии стрельбы.       — Ты ему веришь? — ужаснулся Исида.       — Конечно!       — А Ичиго? — удивился Урю.       — С Ичиго папа ничего плохого не сделает! Уходим! — посоветовала Иноуэ. Урю оглядел свою побитую толпу и согласился.       Улькиорра убедился, что друзья Ичиго достигли места, закрыл гарганту и отправился дальше. Как он чуял, Лас-Ночес полностью уничтожен. В Хоэко Мунго осталось меньше ста существ и их число стремительно уменьшалось. Самый сильный бой шел примерно в трех тысячах миль северо-восточнее, и если его не обманывали чувства, враг там был всего один. Зато всего в восьмиста милях южнее был другой бой, и анализ реацу и разумов показывал, что там дерутся между сбой свои. Он рванул туда в новом сонидо. «Мир сошел с ума!» — подумал Улькиорра, глядя на происходящее.       Тия дралась с Момо. Обе были в истинных формах. Огромный огненный смерч и ещё более огромный океан пытались удушить друг друга. Сюрреллиализма добавляло то, что рядом сидел в человеческом виде Дагон, хлопал в ладоши и болел за мать:       — Давай, мам, задай ей! — Дагон пытался поддержать Харрибел. Улькиорра, пытаясь разобраться, присел рядом и обратился к ребенку:       — Я некоторое время спал. Что тут происходит? — спросил он у ребенка.       — Айзен-сама куда-то пропал, не вернулся с измерения Короля Душ. Момо посчитала, что ему нужна помощь, но единственный способ нам попасть в измерение Короля Душ — сделать ключ Короля. Поэтому госпожа Хинамори решила поубивать кучу людей и сделать ключ. А мама против этого, как оно…       — Массовых убийств? — подсказал Улькиорра.       — Да! Вот она и дерётся с ней, не пущает в мир живых! А мне велела не лезть в драку!       — А где Сенна? — спросил Улькиорра.       — Умерла, -ответил Дагон.       Улькиорра удивился. Когда он сражался с Сенной он рассчитывал привлечь её на свою сторону или запечатать. Разве такая мощь может умереть?       — Странно, мне казалось Азатот её ценит, зачем ему её убивать? — спросил Улькиорра.       — Её убили синигами из Нулевого Отряда, — пояснил Дагон.       — Полагаю это было последнее что они сделали? — уточнил Улькиорра.       — Да. Вообще, не мешай! Давай мам! Мочи её! — Дагон вновь сосредоточился на бое. Улькиорра оценил ход боя. Харрибел явно сильнее, но не хочет убивать противника и пытаеться взять её живой, а вот Момо совсем не сдерживается. Тогда живой огонь заговорил с ним:       — Улькиорра, помоги мне! Айзен-доно щедро отблагодарит тебя за помощь! — услышал он голос Момо.       — Не слушай её! Помоги мне! — теперь уже от океана он услышал голос Тии.       Улькиорра задумался.       — Давайте так: мир под атакой, мы сначала уничтожаем вторженцев, а потом я, если потребуется, помогут Вам найти Айзена? Тия, я ведь правильно понял, ты не имеешь ничего против поиска Айзена, тебе просто не нравиться метод?       Женщины колебались. Никто никому не верил.       — Момо, ты уверена что сумеешь сделать ключ Короля? А вот я смогу, лучше меня в кидо только Айзен и Азатот! — сказал чистую правду Улькиорра. — Ну а что касается тебя, Харрибел, тебе придется мне просто поверить.       Девчонки вернулись в человеческий вид, сначала Момо, потом Харрибел. После чего они все вместе рванули к месту боя. Успели они как раз к тому моменту, как их враг снёс голову последнему защищающемуся — Канаме Тоусену. Того не спасла ни маска Пустого, ни ресурексион, ни сегунда этапа.       Они атаковали. Основную ударную мощь выполняла Харрибел. Улькиорра понял, что он теперь сильнее Момо, но пропустил её вперед, чтобы атаковать кидо с дистанции. Дагон тоже вносил свой вклад в бой. Раздалось блеяние — сюда явился пятый завершенный арранкар, точнее, множественные тела-козочки Шаб-Ниггурат. Однако даже так они не могли победить. На вид их врагом был просто Ишшин Куросаки, но Улькиорра ощущал, что тело синигами было преобразовано, оно использовало силу квинси и подчинителя. Враг использовал странный вариант «Гетсуги Теншоу», что был слишком сильным. Но и дефектным: это была явно та техника, что даст огромную силу, но при этом возьмет цену — полное лишение сил. Улькиорра прикинул, что сейчас их шансы примерно пятьдесят на пятьдесят: либо Ишшин их всех убьёт, либо они продержаться достаточно долго и их враг просто утеряет силы. Но его такой расклад не устраивал. Если он чему-то научился у Азатота, то использовать других. И тренироваться в областях с изменением времени, благо они бессмертны. Он уже осознал «формулу странной Гетсуги Теншоу». Нескольких лет на её изучение хватит. Но он не планировал жертвовать собой. Более того, даже если бы захотел, он бы не смог изучить этот прием: у него нет сил квинси и подчинителя, только Пустого, синигами и баунто.       А вот остальные подходят. Нужен «доброволец». Но кто? Прежде всего дети сразу нет. Он был свидетелем того, как Азатот пытался научить своих детей чему-то полезному. Тогда Азатот дал Дагону печать «Утверждаю» и велел проштамповать стопку документов. И ушел на пять минут. Когда Азатот вернулся, то Дагон проштамповал все документы. А ещё стол, пол, занавески, аквариумных рыбок и вообще все в комнате: стены, пол, потолок… А печать съел. Шаб-Ниггурат ещё моложе, даже не разговаривает, так что ждать их обучения сложной технике нельзя. Тия? Вариант хороший, эта справиться. Но неясно что будет, если он выдернет самого ценного бойца, непонятна реакция Дагона, ну и за жену, лишившуюся сил, его Азатот не похвалит. Так что без вариантов — Момо! Улькиорра коснулся её и активировал кидо остановки времени и создания складки пространства.       — Где мы? — удивилась Момо, оказавшаяся в новом мирке размером с маленький спортзал.       — Только ты можешь нас спасти! Ты должна изучить прием, что превратит поражение в победу! — обратился к ней Улькиорра.       — А почему не ты? — не поверила Момо.       — У меня нет нужных типов реацу. Но я тебя научу!       И началась их тренировка. С парой лет он ошибся, это для него оценка. Тут работы на все десять лет! А ведь он ей всё разжевал!       В конце концов он посчитал её результат приемлемым. Увы, дольше было ждать нельзя, да и практические испытания были не доступны для одноразовой техники. Убедившись, что Момо правильно запустила технику, Улькиорра, развеял свою технику. Они вернулись в Хоэко Мунго. Увы, их не было слишком долго. Тия уже проиграла и только её запредельная живучесть не позволяла её умереть, а ещё она тратила силы, закрывая обоих детей. На Улькиорру же навалилась колоссальная усталость — откат от его техники.       Он не мог сражаться, а лишь валяясь в стороне и поглощал духовные частицы всей поверхностью тела, силясь не сдохнуть.       Но его план сработал. Сила Момо действительно стала равной силе его врага. Убедившись, что бой идет и он не может ни на что повлиять, он отправился в обморок.       Его тело плыло в океане — Тие в истинной форме.       — Я думала ты нас кинул и сбежал, — прошептала ему вода-Тия у уха.       — Дурак что так не сделал, — ответил он сквозь сон.       Качание на волнах длилось ещё долго.       В сознание его вернул новый приступ мигрени. Он открыл глаза. Разумов стало на один меньше. Ишшин Куросаки разлетелся от удара Момо. Сама Момо стала после этой атаки стремительно деградировать, но вопреки его рассчетам деградировала не в ноль, а до того уровня который у неё был до изучения техники. Удивительно, это так не должно было бы быть!       — Мы победили! — обрадованно сообщила Момо.       С этим Улькиорра был согласен. Осталось только понять, победил ли Азатот?

Конец POV Улькиорры Сифера.

      Я продолжал офигевать: Планета-Богоед или японский школьник, кто кого? Какие могут быть вопросы, ведь очевидно на кого можно поставить?       Передо мной с виду обычный человек. Что он может? Просто осознать свою ничтожность и выкрикивать проклятья в небо, пока с этих небес на него льётся кровь? Ичиго рубил и вновь пробил меня-оболочку. Из рассечённого неба, чтобыло моей плотью, на него текла кровь, моя кровь, а подыхать он и не думал.       Поняв, что так можно и проиграть, я переформатировал стратегию. У синигами есть техника запретных кидо, где они жертвуют своей плотью для запретных кидо. Я приносил в жертву кубические километры своих тканей. Внутри меня-планетоида возникали огромные пещеры. Я ударил в Ичиго с большей силой. Пока тело-планетоид регенерировало, на себя взяло инициативу человеческое тело. Есть у меня один план, очень отчаянный.       — Отец и сын скрестили мечи и эти раны не залечить! Ичиго, как тебе, помогли твои синигами? А я всего лишь хотел воскресить твою мать! А синигами мне помещали! — накидывал я ему лапшу на уши, занимая идеальную позицию для атаки.       Я уже все перепробовал. Всё, кроме взятия его друзей в заложники, но чует мое сердце не сработает, только ярости ему нет. Если монстр космического уровня не может справиться с обыкновенным японским школьником значит что нужно? Нужно использовать нечто ещё более ужасное, чем ОЯШ!       Моё человеческое тело воспарило над объектом и я обратился к Ичиго!       — Узри же источник моей божественной силы! Я не победим! — орнул я, прекрасно зная, что это должно триггернуть его на атаку.       Сам же пошел в телепатическую атаку. Чем меньше враг думает, тем лучше! «Ичиго, пошли со мной, будем Богами вдвоем!» — предложил я ему мысленно. «Какое быть Богом? Тут человеком попробуй остаться!» — ответил мне Ичиго и атаковал.       На что я рассчитывал? Когда-то Сенна разродилась. Полученный результат был очень странен. Однако ни я, ни Айзен не чувствовали реацу объекта. Это значит, либо у объекта запредельная маскировка, либо объект находиться на более высоком уровне развития, чем я. С тех пор я поднялся в уровне развития и по прежнему не чувствую объект! Более того, Лас-Ночес полностью уничтожен, как и все, кто не успел оттуда эвакуироваться, а вот объект на месте. Более того, когда я совершил свой пространственный скачок, объект остался на том же месте, где и родился — мне пришлось своими тканями его обходить, хорошо что величины маневра в размере радиуса планетоида мне хватило.       Это давало косвенные улики к тому, что объект даже сейчас находиться наиболее высоком уровне реацу, чем я и он сумеет помочь мне разобраться с Ичиго. Чувствую себя плохим отцом. Гуляю по улице со своим ребенком на улице, тут на меня начинают гавкать бродячие собаки, тут я хватаю своего младенца и начинаю им избивать собак до смерти! Аж перед Сенной неудобно, хорошо, что она уже мертва, а то бы она такого не допустила!       Да, я висел чуть выше светящихся шариков, нареченных при рождении Сенной «Йог-Сотот.» Ичиго размахнулся божественной волей и ударил. Мое человеческое тело разрезалось от макушки до паха, но по инерции удар Ичиго коснулся шариков, моё сросшееся тело толкнуло его в спину и Ичиго в печатался в шарики.       Плохая новость — Ичиго не исчез. Хорошая новость — шарики не сдохли. Ичиго приклеился к шарикам и его стало словно туда засасывать. Я атаковал его с тыла, мои щупальца проросли в его тело и я вкачивал в него самые убойные яды и разрушал его своей сущностью изнутри.       Сила моего врага запульсировала и меня тоже впечатало в шарики. По ощущениям как будучи человеком стукнулся в стену башкой. Больно, но не глобально. Ичиго же явно было хуже и его засасывало, переваривая в процессе.       Не знаю, с чем связана такая пруха — Ичиго жрет, а меня нет. Может быть я не вкусный, может быть она занята перевариванием Ичиго, а может быть я не зря ей читал сказки раньше и она меня помнит. Потом подумаю почему!       Я оторвался от шариков без усилий, подтолкнул Ичиго вглубь. Оторвал рыжему голову и использовал ранее лишь теоретически разработанную мной технику разрушения души на нем. Кажись получилось, я его души не чувствую!       Когда тело врага было почти съедено я кинул вслед телу голову шарикам, её также стало засасывать. Вскоре мой враг исчез.       Я устало дышал, врага я не чувствовал. Но и реацу Йог-Сотот я не чувствовал. Никаких изменений в своем потомке не видел, ни цвета, ни пульсации, ни признаков движения. По идее, схавав столько духовной силы, сколько есть в Боге, она должна либо сдохнуть, либо эволюционировать, но разницы я не видел. Я смотрел на чудо и пытался его осознать. Хотя чудо же в принципе не постижимо?       Всё таки Айзен — дурак. Настоящая эволюция она именно такая, со сменой поколений. А так, просто стать сильнее это не эволюция. Может быть это прокачка, метаморфизм, мутация… Неважно!       Я же смотрел на совершенство, что избавило меня от Ичиго. Вот она — вершина эволюции.       — Большое тебе спасибо, Йог-Сотот-доно! — поблагодарил я, кланяясь в человеческом теле. — Если хочешь править миром — ты говори, я тебе уступлю. Просто подай знак. Вообще если тебе нечто от меня надо, извести, не стесняйся! — обратился я к шарикам. Если оно съело Ичиго, то надо с этим существом считаться. Шарики не отвечали.       — Ну если молчишь, я буду считать, что тебя всё устраивает! Два часа в день буду тебя кормить и сказки читать! Очень тебя люблю!       Я же попытался распрямить свои плечи, на которых словно скала лежала. Неужели Ичиго мертв? Ха-ха-ха! Мертв! Рыжий мертв! А я жив и единственный Бог тут, кроме шариков, конечно, но они по лени пробили потолок, заданный Айзеном.       Но я не расслаблялся! Кто ещё на меня? Выходите, биться будем! Но новых врагов не было. Я своими силами и органами чувств оценивал мир. Пятьдесят шесть живых особей в Хоэко Мунго. Всего. Тия жива, Шаб-Ниггурат, Дагон тоже были живы — отлично, у меня осталась семья. Я достал из инвентаря статую Луричиё. Жива, но без сознания и запечатана. Ладно, подумаю как её оттуда достать.       Из менее ценных живы Момо и Улькиорра. Гриммджоу, идиот, так и не проснулся из кокона трансформации. Остальная Эспада погибла в бою, у менее ценных кадров потери ещё выше.       Я же задумался, что мне делать. Праздновать? Похороны устраивать? Айзена искать? Вроде бы всё: герой, Ичиго, мертв. Но я прекрасно знаю, что воскреснуть главному герою очень легко! Но у меня есть план, отличный план! Чего-чего, а плана Азатота хватит на экспорт!