Багровый пик

      Всегда быть чистым, словно ты холст, — прекрасно. Так думают все, кто «испачкан». Но Тони так не кажется. Тони кажется, что он — испорчен. Хотя поначалу он считал, что «чистота» — лучший подарок судьбы. У него не было ни царапинки, ни одного синяка. Ни-че-го. И это жутко бесило.       Ему уже двадцать пять, а тело чисто, словно он только родился. Но ему уже всё равно. Ему некогда. Он потрясающий инженер, равных которому нет, так что ему не до таких глупостей, как «соулмейты». Он числится руководителем такой огромной махины, как «Старк Индастриз». Ему не до глупостей.       Но глубоко в душе Старк чувствует скребущую пустоту. Пустоту, которую, кажется, он не заполнит никогда.

***

      — Мистер Старк! — за ним увязывается какой-то представитель какой-то компании, буквально следуя по пятам до нескромного кабинета. — Мистер Старк, Вы назначили мне сегодня встречу, и… — Тони резко останавливается и поворачивается, а мужчина, следующий за ним, чуть ли не врезается в уже состоявшегося миллиардера.       — Мистер… как Вас там? — небрежно и высокомерно уточняет Тони.       — Мистер Штайн.       — Мистер Стайн…       — Штайн, — поправляет собеседник.       — Да неважно, — усмехается Тони, отмахиваясь от Штайна, как от назойливой мухи. — Мой секретарь перенесёт Вашу встречу на другой день. У меня появились незапланированные дела.       —Но, мистер… — пытается сказать мужчина, но Старк, уже развернувшись, шагает прочь от гостя, приговаривая: «До встречи, мистер Стайн!»       В кабинете, закрывшись ото всех, кто встретился ему по пути, Тони ложится на диван, закрывая лицо руками. Он тяжело и долго вздыхает.       — Мне сегодня тридцать лет, о боже… Треть жизни, ужас… — сетует мужчина, надавливая пальцами на закрытые глаза до разноцветных пятен. Подняв веки, он видит яркие кислотные разводы, словно на белоснежном потолке разлили бензин и он бесконечно долго растекается, плывя в сторону стен и сползая на пол.       — Мне тридцать, а ещё ни разу, чёрт возьми… Ай!       Тони вскакивает с мягкого дивана, неверяще смотря на руку.       — Да быть такого не может! — удивлённо шипит Старк, разглядывая аккуратный порез на правой ладони.       Он восторженно рассматривает ранку, размазывая горошинки крови по коже, но потом до него доходит кое-что очень и очень простое.       — О, нет… О, нет-нет-нет…       «Да, Тони, — злорадствует внутренний голос. — Твоему соулмейту не больше двух лет! Ха-ха!»       — Блять…

***

      —Я — Железный Человек!       Гнетущая тишина, которая царит в зале для пресс-конференций, лопается, как надувной шарик, в котором очень много воды. Крики журналистов и журналисток заполняют помещение, и у Тони начинает болеть голова. «Вас слишком много, заткнитесь, пожалуйста…» — думает новоиспеченный герой, но почему-то представители СМИ не затыкаются.       На Старка сыпятся вопросы, на которые он невпопад отвечает, ему в лицо тычут микрофоны, а от вспышек камер болят и слезятся глаза. Смутное чувство, как будто что-то не так, помимо того, что он заявил на весь мир, что он — супергерой, заставляет миллиардера нервничать. Мужчина дёргает Хэппи за рукав пиджака, давая сигнал, что пора уходить, ибо «я уже не выдерживаю, боже!» Хоган мгновенно оттесняет журналистов от Тони своим огромным телом, давая проход начальнику. А Старк, закрываясь от ярких всполохов цвета, послушно следует за телохранителем.       — Ну, Тони, каково оно? — с печальной усмешкой встречает его Пеппер, обводя взглядом осунувшееся, но улыбающееся лицо. Женщина, замечая что-то, чего не видит сейчас сам Тони, поджимает губы.       — Пеппер? — насупливается мужчина, подходя ближе. — Что такое?       — Тони, твой глаз…       Старк бежит к ближайшей зеркальной поверхности, которой оказывается ваза с фруктами, сбрасывая с неё всё, что лежало.        О, нет-нет-нет… — стонет Тони, опуская посудину на место. Под глазом наливается лиловый синяк.

***

      Он помнит, как «Старк Экспо» чуть не стал братской могилой для всех людей, которые там были. А ещё он помнит, как сам чуть не умер в портале по ту сторону. И ещё пару раз, когда он был одной ногой в гробу.       Он понимает физику, химию, биологию и всё, что связано с точными науками.       Но вот чего он никак не может понять, так это кто такой его блядский соулмейт. И чем тот, чёрт возьми, занимается. Потому что Старк вечно ходит как побитая собака, которую,  кажется, пинают без остановки.       — Тони, — услужливо сообщает Пятница,  — у Вас назначена встреча.       — Перенеси, — лениво отзывается мужчина, копаясь второй час кряду в костюме Питера. После произошедшего вчера инцидента с паромом Тони в качестве воспитательной меры решил отобрать экипировку Человека-Паука, а заодно и проапгрейдить его. И натыкать новых жучков, конечно же.       — Тони, это Стив.       Рука с паяльником замирает в сантиметрах от микросхемы. Старк поджимает губы, откладывая инструменты и жучки по сторонам от костюма, и вздыхает. Нужно ли им видеться друг с другом? С другой стороны, почему не пойти на мировую?       — Пятница, — Тони поднимает голову, вертя в руке подобранную отвёртку, — он уже в здании?       — Да, он ожидает Вас.       Тони морщится, откидывая инструмент в ящик, и смотрит на древние часы, которые находятся в мастерской лишь по соображениям сентиментальности. Двенадцать ночи.       — Ночной Нью-Йорк прекрасен, такой яркий и блестящий. Как небо Ваканды, — Стив так тепло и по-доброму улыбается, а в глазах его отражаются огни города. И Тони не может на него злиться. Прошлого ведь не изменить.       — Привет, Капитан Сосулька, — больше для вида язвит Старк, но Стив всё видит. — Какими судьбами?       — Хотел помириться, — даже не пытается увиливать Роджерс, склоняя голову немного вниз и по-щенячьи заглядывая в глаза Тони. Последний скрещивает руки на груди, но не прерывает суперсолдата. — Мне жаль, что так получилось, Тони. Баки тогда был не собой и… — Стив замолкает, а глаза его начинают расширяться.       — Стиви, что такое? — Тони обворожительно улыбается, но внутренне напрягается. — Стиви, на мне цветы не писаны, да и хуи вроде тоже не растут.       Стив молча подцепляет Старка под локоть и ведёт к зеркалу. Тони начинает стремительно бледнеть.       — Тони, что с тобой происходит?       А Старк смотрит на рассечённую бровь и скулу, на наливающийся синяк на щеке и не знает, что ответить. Потому что просто нечего. Потому что на следующее утро он проснётся чистым.