Ненавидящий шум

Тишина. Каждый относиться к ней по-разному. Кто-то скажет, что тишина сводит его с ума, кто-то ощущает пустоту, кто-то — спокойствие. Сириус относился к последним. Он не любил шум. Лишь в тишине он мог разложить все мысли и чувства по полочкам, мог сосредоточиться и нормально работать. Это ведь хорошо — когда тебя не отвлекает ничего лишнего? Да, это хорошо. Удобно. Не нужно тратить лишние силы. И, с таким отношением к тишине, живя поодаль от людей, казалось бы, всё должно быть хорошо. Так и было. До определённого момента. Когда имеем — не ценим, теряем — жалеем. Сириус и правда успел забыть, насколько он любит тишину и покой. С приходом незваных гостей, в этом особняке стало слишком шумно. Четыре человека, раздражающие порой одним своим присутствием, это полбеды, и это ещё можно было как-то понять и объяснить. А вот шастающие по особняку монстры, которые появлялись, почему-то, только ночью, были чем-то странным даже для ученика ведьмы. Кстати о ней. Леди Дороти. Человек, который его спас, которым он искренне восхищался, и даже надеялся стать на неё в чём-то похожим. Собственно, именно поэтому он и стал её учеником. Хорошее было время. Гибсон с теплотой вспоминал те моменты, надеясь, что леди Дороти вернётся, что он сможет хотя бы ещё раз её увидеть, поговорить... Да, ученик ведьмы действительно хотел вернуть те времена, но не в таком же смысле! В последний раз этот особняк был наполнен голосами (почти как сейчас) много лет назад. В то время, здесь жило три человека: он, леди Дороти и её внучка — Клэр. Мало того, что Клэр была непоседой, так к ним ещё приходила её подруга — Патриция. Всё это не нравилось мальчику, но это нравилось бабушке девочки, поэтому он терпел. Сириус никогда бы не подумал, что снова увидит этих надоедливых персон. Как только он узнал, кем же оказались незваные гости, ему стало понятно, почему здесь снова стало так шумно. Не это он хотел вернуть, совсем не это. Ну вот. Опять гам подняли. Внезапно плюс четыре человека в доме — не шутки. Кстати говоря, те два парня были... странные. С Адлером Сириус ещё готов был как-то мириться, а вот Бредли его очень раздражал. Да и оба они были подозрительные. Странное поведение, эти вопросы... будто что-то ищут. Гибсон не знал, что именно, да и не хотел знать. Наверное, что-то ценное, раз забрались в такую глушь. А вот, к примеру, Клэр не нужны были никакие весомые причины для подобного. Она всегда была такой. Ещё с детства. А Ноэль (бывшая Патриция) несколько изменился. Стал спокойнее. Сириус вообще не думал, что когда-либо снова их увидит. Их повторное появление в его жизни вызвало у него двоякое ощущение. С одной стороны — он был раздражён, с другой — даже немного рад узнать, что с ними всё в порядке. Если, конечно, пребывание в особняке с монстрами, можно описать как "в порядке". Клэр, правда, могла. Ну, она всегда была чересчур смелой, сильной и... шумной. Кстати, с каких пор он ненавидел шум? Да и вообще, громкие звуки? Раньше он об этом не думал, а сейчас задумался. Сириус начал вспоминать. Он довольно долго копался в своей памяти, пока не нашёл нужное воспоминание. Как только парень это сделал, тут же пожалел о содеянном. Толпа. Крики. Толкотня. Крики. "Зрители". Крики. Казнённые. Крики.Крики.Крики! Мама... Папа... ему и самому хотелось тогда закричать. Только не так, как все эти люди. Яростные крики этих людей были направлены на осуждённых. Свои же крики он хотел направить на этих неистово орущих людей. Но его остановили. Спасли от этого крика. От этого отчаяния, от этой злобы. В тот момент рука леди Дороти отгородила от всего этого ужаса. Пусть её рука была в крови. Это была рука его спасителя. Наверное, именно поэтому он так любил леди Дороти. Наверное, именно поэтому он так ненавидел шум. Стук в дверь и голос его подруги детства, если её можно было так назвать, сообщивший о том, что ужин готов, отвлекли его от воспоминаний. Ну, хоть какая-то польза от временных жильцов. Всё же, размышления порой утомляют. Особенно, если вспоминаешь о чём-то неприятном. Или, когда думаешь о том, что уже никогда не произойдёт. В глубине души Сириус знал, что его спасительница никогда не вернётся. Осознавал это, но отказывался верить. Врал себе, проще говоря. Он вообще часто так делал. Не давал своим настоящим мыслям вырваться наружу. И в том маленьком тайнике, хранилось ещё кое-что.

" Сможет ли кто-нибудь разрушить эти стены, которыми он сам себя отгородил от мира?"