Прощение

      Соичи Неловко признавать, но я успокоился, только тогда, когда смог связаться с Моринагой. До этого я чувствовал тревогу, и с каждым днём эта тревога усиливалась. Я поблагодарил Мишу за помощь с электронной почтой Мори. Уже прошло два месяца, как у меня появилась анорексия. Я медленно сбрасываю вес, хотя стараюсь есть всё калорийное. Иногда я прошу Моринагу рассказывать о прошлом, но он пишет в основном только маленькие рассказы о том, каким я был строгим лаборантом, и как мне выбирали ассистентов. Мне немного не по себе, осознавая, что между нами были... ну, такого рода отношения. Хотя меня почему-то до сих пор тянет к нему, словно он частичка меня. Неужели этот гадёныш мне так нравится? Нет. Я не могу сказать, что люблю его... ДА Я ДАЖЕ НЕ МОГУ СКАЗАТЬ ЕМУ, ЧТО ОН ВООБЩЕ МНЕ НРАВИТСЯ! Я ЖЕ ТОГДА СО СТЫДА СГОРЮ!!! Лучше буду молчать и ничего не скажу! Да и не нужно ему знать. Кстати, я вышел на работу, хотя пришлось поскандалить с Валери. Миша ещё пристальнее за мной следит. Имбецил! Но зато мне носят кофе, когда я захочу. Вот тебе и плюсик. Сейчас я пытаюсь разработать новое более эффективное лекарство. - Соичиро, вас просит зайти Иван Васильевич.       Автор - Соичиро, вас просит зайти Иван Васильевич. - Спасибо, Максим. Сейчас зайду. - только успел проговорить мужчина, как услышал всхлипы. Он повернулся и увидел у входа молодую девушку, которая старалась сдерживать горькие слёзы. А в руках у неё какой-то документ. Естественно наш герой-любовник с пошатнувшейся ориентацией подошёл к ней. - Что стряслось, Машунь? - Мне (хнык) снизили за статьи и учебные пособия (хнык)(хнык) 35%, и половину статей не опубликовали! - и после девушка начала реветь, держа бумагу, на которой записаны все её ОПУБЛИКОВАННЫЕ статьи. Она села на стул и закрыла лицо руками. - Как мне теперь лоску выхаживать!? Мне не хватит денег теперь! - И всё из-за зависти этих гадин! - продолжила другая сотрудница. Собеседник Соичиро сел рядом и стал успокаивать бедняжку. Тацуми же спокойно подошёл к ней и попросил: - Дай мне этот документ. - девушка отдала его и продолжила плакать. Рассмотрев данный документ, Соичи поспешил выйти из лаборатории. Максим встал и быстро направился за седовласым. - Соичиро, что вы хотите сделать? - Успокойся, я только спрошу кое-что и всё. А ты пока побудь с Машей. ... Послышался стук в дверь. - Здравствуйте. - Здрасьте. Чё хотели? - «О, новенькая! И некультурная. Тьфу. Понабирают всякой швали!» Хотел спросить по поводу заработной платы Маши Стулиной. Вы ей вычли из полученных 57% все 35%. - А ваше какое дело? Если этой не нравится, пусть сама и приходит! А вы идите отсюда! - после этой фразы улыбка Соичи растянулась на лице, как у Чеширского кота. Короче говоря, Россия породила ещё одного Быкова Андрея Евгеньевича, только этот не картавит, без татух и не ездит на байке. После 30 минут ора (моего и Соичи), эта женщина с новым документом, со встрепанными волосами, съехавшими очками и мятой одежде подходит к Маше. - Из-извините, Мария. Я немного... Точнее, я всё неправильно посчитала и поспешила с выводами. Вот документ, который я не успела вам отдать. - и с бешеными глазами протянула руку. - А что с вами? Выглядите не очень. - Это я просто документ старалась бы трек подготовить! Видите, какая неприятность приключалась! - Спасибо вам большое! - в глазах это девушки засияла удача. После этого та грымза поспешила на выход. - Я надеюсь, наш разговор останется сугубо между нами. - намекнул Тацу. - Конечно! Конечно! - начала быстро тараторить она. - И не дай вам Бог обидеть ещё кого-то из моих сотрудников! Го~лову оторву, честное пионерское! (Вспоминаем «Каникулы строгого режима»! Кто не смотрел, тому посмотреть! Там эта фраза была!!!) Ржака полная) - Я... Я... - начала одновременно с ним. - Я больше не буду! - А теперь потопала своими спичками в свою конуру, пока не сдунул в Сибирь. Быстро! - шикнул на неё. Та тут же исчезла. И только мужчина расслабился, как на него налетела Маша сзади и обняла. - Спасибо вам большое! Соичиро, спасибо вам за всё! - Успокойся. Я ничего не делал. Только спросил про документ, а она его уже заканчивала писать. - но Стулина хитро посмотрела на мужчину, словно знала всю правду. - Так, мне пора к Ивану Владимировичу. ... - Здравствуйте, Иван Владимирович. Вы хотели меня видеть? - Да. Присаживайся. - после он продолжил разговор, - У нас должна быть очередная конференция, но уже в Японии. А Сергей Зверьков хочет поехать только с тобой. Я понимаю, твоё нынешнее состояние сейчас не в лучшей форме, но это очень важная конференция. От неё зависит дальнейшее наше с ними сотрудничество. - Иван Владимирович, а можно мне тут остаться? Здесь и так без меня пропадут все! Столько работы: бумажной и жидкой. - Я всё прекрасно понимаю, поэтому спрашиваю: хочешь ли ты поехать? Твоё решение я приму, каким бы оно не было. - А где именно должна пройти эта конференция? - Опять в Фукуока. - «Фукуока? Погоди... Это же родной город Моринаги! Моринага...» Я поеду.