Безразличие

1. Стэн не знал, какого черта он пошел на вечеринку по поводу дня рождения Крейга Такера. Наверное, потому что пригласили, наверное, потому что его бросила очередная девчонка. — Стэн, ты тряпка. Смирись с этим! Любви особой не было, но такие слова обидят даже самого спокойного парня. А на вечеринке можно кого-нибудь подцепить... Только вместо компании симпатичной девушки Стэн почему-то все время оказывался подле именинника. — Ты куда-то торопишься? – равнодушно спросил Крейг и приобнял гостя за плечи. — Не хочешь составить мне компанию? Имениннику не отказывают, вот и Стэн согласился. — Не вопрос, чел. Травка, таблетки и прочая дрянь были рассыпаны по низкому столу, к которому не предполагалось стульев, и вся компания Такера устроилась прямо на полу. Стэн отшатнулся, но тут же подавил в себе свою «правильную» сторону, которая пугала его всевозможными жуткими последствиями. — Давай, Стэн, ни в чем себе не отказывай, — Клайд потянул его за рукав, предлагая присесть к общему столу. Стэн заставил свои ноги, которые отказывались шевелиться, согнуться, и пристроился в углу. Сначала ему дали какое-то обезболивающее. — Не стесняйся, оно слабое. Двадцати таблеток тебе с головой хватит, и «улетишь». Стэн принял десять, через некоторое время еще пять, потом еще... Вся компания уже ловила кайф, а его совершенно не брало. — Я пойду, что-то мне надоело, — Стэн попытался встать, но именинник крепко вцепился в его рукав. — Оставайся, будет классно. Ты просто, таблеткоустойчив. Держи это, — Крейг резко дернул Стэна вниз и всучил ему какой-то косяк. И тут Стэн «улетел». Мир сначала сделался слишком маленьким, настолько, что казалось, Стэн мог взять его пальцами и положить в спичечный коробок, а потом все стало будто крошиться. Разваливаться на осколки, не давая возможности уцепиться за какой-либо отголосок реальности. Стэн помнил, что танцевал с какой-то зеленой девушкой, она наступила ему на ногу и показала средний палец. Потом он зарезал ножом одного из твиковских гномов, который оказался надгрызенным яблоком. Иногда забвение сменялось резкими «выбросами» в реальность. И тогда Стэну становилось страшно. Сперва он обнаружил себя танцующим на подоконнике, а затем – плачущим в углу. В очередной раз его мозг включился и вновь отключился, и тут к нему подсел Крейг и начал говорить что-то о том, как приятно, что он, Стэн, здесь. И что у него очень забавное выражение лица, когда он расстраивается. Стэн хотел было возразить, но его вздернули за шкирку и поставили на колени. Разум все понимал, но тело не подчинялось ему. Стэн совершенно ясно ощущал, как в его рот пролезли чужие пальцы, он видел, как именинник потянулся другой рукой к своей ширинке. Мысли в голове точно взбесились и пытались вырваться наружу, матом, но тело было как ватное. И Стэн, повинуясь властным пальцам, покорно открыл рот. В этот момент недолгое просветление закончилось… Очнулся Стэн поздним утром от дичайшей головной боли и подступающей к горлу тошноты. Он тяжело поднялся с ковра и, перешагивая через гостей, спящих кто на диване, кто на кресле, а кто, как и он, прямо на полу, отправился в туалет. Его рвало долго, выворачивая наизнанку, и даже когда желудок совсем опустел, он все равно рефлекторно сокращался. В голове Стэна странным образом причудливыми картинками вразнобой всплывали события вчерашнего вечера, пока память не остановилась на последней, с пальцами во рту, в сопровождении звука расстегиваемой ширинки. Стэн дернулся и, потеряв равновесие, уцепился за унитаз. — Что за хрень?! – Стэн стал лихорадочно ощупывать себя, и вдруг его рука наткнулась на подсохшие белые брызги на рубашке. Его вывернуло еще раз — от мерзости и осознания произошедшего. Он как смог привел себя в порядок и, ни с кем не прощаясь, ушел домой. 2. Он ненавидел Такера. Всем сердцем, до глубины души. Особенно то, как безучастно Крейг всегда смотрел на него. Как на пустое место. Так, словно, Стэна и нет вовсе в этом мире. «Может, он забыл? Ничего не запомнил. У меня этот момент тоже мог бы вылететь из головы, и все было бы замечательно. Никто не знает – значит, этого и не происходило», — успокаивал себя Стэн. Безразличие давалось ему с трудом, но он старался. Он честно продержался почти неделю, так и не попытавшись отомстить Крейгу. «Этого просто не было», — вбивал он себе в голову. И можно было бы сказать, что самовнушение сработало, если бы в один день сзади на плечо Стэна не опустилась тяжелая рука. Он обернулся и увидел Такера. — Привет, — выдавил из себя Стэн. — Ага, — кивнул в ответ Крейг. — Я жду тебя за школой. Стэн с трудом подавил порыв дернуть плечом, сбросить руку Крейга и ударить со всей силой его в лицо. — Я занят и, к сожалению, не смогу составить тебе компанию, — как можно спокойней произнес он. — Жаль, — флегматично заметил Крейг. – Мне понравилось, как ты сосешь. Он убрал руку с плеча Стэна. — Но если что – приходи. Жду. Стэна изнутри била сильнейшая дрожь. Все, что он пытался забить в глубины памяти, теперь вырвалось наружу. Постояв где-то минут с десять, Стэн сорвался с места. Бежать, скорее, туда, где можно найти Такера и избить до полусмерти. Изуродовать, покалечить, бить до тех пор, пока тот не захлебнется в собственной крови! Стэн что есть духу мчался на задний двор. Но стоило ему завернуть за угол, как мощный удар в лицо сбил его с ног. Стэн упал и схватился за нос. Крови не было, но боль отдавалась во всей голове. Сильные руки схватили Стэна за плечи и, встряхнув, приподняли, а затем дернули вниз, ставя на колени и крепко обхватывая его поперек тела. Он попытался вырваться, но тут же получил от Крейга с ноги в лицо. — Отпусти меня! – заорал Стэн. Он обернулся узнать, кто помогает Такеру, и увидел совершенно незнакомого парня, тоже стоящего на коленях, чтобы быть с ним одного роста. — Ты сам пришел, — спокойно сказал Крейг, вставая напротив извивающегося в захвате Стэна. — Я ненавижу тебя! – крикнул тот и тут же схлопотал ботинком в лицо. — Заткнись, а? – уныло проговорил Крейг и потянулся к поясу. Стэн предпринял отчаянную попытку вырваться, но держали его действительно мертвой хваткой. Такер расстегнул пуговицу и ширинку и достал член. Стэн с криком попытался отстраниться, но помощник Крейга заткнул ему рот и нос, так, что он теперь не мог и дышать, не то что кричать. Потом парень сдвинул ладонь со рта жертвы, и только нос остался зажатым. Крейг положил большие пальцы на плотно сжатые губы пленника. Какое-то время Стэн держался, но потом ему стало не хватать воздуха, ребра вспорола резкая боль, и он рефлекторно вдохнул. Этих пары мгновений вполне хватило, чтобы пальцы Такера оказались в его рту. Крейг с силой надавил на основание челюсти и, видимо, как-то свернул ее, потому что больше Стэн закрыть рот не мог. — Стэн, ты очень мил, — криво ухмыльнулся Крейг и несколько раз провел рукой по всей длине члена, неотрывно глядя на пленника. Стэн в очередной раз рванулся, однако все было бесполезно. Такер не спеша поводил членом по губам Стэна и только потом вошел — также спокойно и безразлично натянул его на себя за волосы. Стэн дергался, мотал головой, но у него никак не получалось вытолкнуть изо рта то, что препятствовало дыханию и вызывало рвотные позывы. Струйки пота стекали по его спине, голова кружилась, колени болели от жесткого асфальта под ними. Но сопротивление языком привело лишь к тому, что невозмутимый и безразличный Крейг застонал от удовольствия и, через несколько минут унижения Стэна, кончил ему в рот. Если бы Стэн мог, он бы выплюнул, но его крепко держали за подбородок, и он не имел возможности сомкнуть губы. В какой-то момент ему показалось, что теперь, когда Такер удовлетворен, он успокоится и отпустит его, но этого не случилось. Видимо, Крейгу нравилось издеваться над Стэном, особенно если у того не было не малейшего шанса защититься. На то, чтобы быть готовым к продолжению, ему потребовалось меньше минуты созерцания измученного Стэна. Снова сунув член ему в рот, он, одной рукой крепко держа Стэна за волосы, другой надавил ему на горло. Напарник Крейга прошипел что-то неразборчивое, расстегнул Стэну куртку и полез руками ему под футболку. Задрал ее, стал гладить обнаженное тело, спустился ладонью вниз, расстегнул джинсы и запустил в них руку. Пальцы Крейга сдавили шею Стэна еще сильнее, и он непроизвольно сделал глотательное движение. Крейг, вздрогнув, рывком потянул его голову на себя. Это привело к тому, что Стэн просто заглотил его член. Из глаз Стэна текли слезы, непрекращающаяся тошнота сменилась рефлекторным сокращением легких от нехватки воздуха, но насильника это не останавливало, он буквально рычал от удовольствия и двигался быстро и жестко. Чужое тело заполнило глотку Стэна так, что он совершенно не мог дышать. У него уже темнело в глазах, когда Крейг резко вышел из его рта, и одновременно с этим пальцы, сжимающие его член, наконец, покинули его джинсы. Стэна вырвало, а Крейг еще разок провел по себе ладонью. Капли упали прямо возле ног Стэна, напрягшегося в руках помощника Такера, пытаясь нагнуться как можно ниже. — Надо было сказать, если ты собирался с этого так сильно тащиться, — Крейг с презрением посмотрел на вставший член Стэна. Потом, переместив вес на правую ногу, он продвинул вперед левую — до тех пор, пока не уткнулся мыском ботинка Стэну между ног. И слегка наступил. Стэн издал сдавленный полукрик-полустон и тоже кончил. Он не знал ни когда успел возбудиться, ни почему. Его мозг пытался абстрагироваться от ситуации, но мерзкий вкус во рту возвращал в реальность. — Не очень-то правильно — говорить подобное после всей той наркоты, которой ты его напичкал, — хрипло сказал державший Стэна парень. — В этот раз не давал, — Крейг искривил губы так, что выражение его лица стало немного походить на улыбающееся. — Давай, Стэн, красивый мальчик, открывай ротик. — Я тебя убью, — прошипел Стэн и оскалился. Первый удар ногой пришелся прямо в живот, Стэна сложило пополам. Его отпустили, и он оказался на земле. — Ладно, — дал отмашку своему помощнику Крейг. – Иди. Дальше я сам. Парень ушел. А Крейг еще пару раз хорошенько пнул Стэна в солнечное сплетение, потом присел на корточки и приподнял свою жертву за волосы. Стэн задыхался и откашливался. Крейг размахнулся и ударил его прямым в лицо. Потом еще раз. — Не стоит скалиться, — отрешенно сказал Такер, разглядывая кровавый снег и выбитые зубы. – А теперь открой рот. Стэн держался до последнего, но сейчас чувствовал, что еще чуть-чуть, и точно сдастся. — Открой, — снова потребовал Такер. Стэн отрицательно помотал головой. — Как знаешь. Крейг отпустил его, и тот, потеряв равновесие, упал, тогда Такер занес ногу и ударил задником ботинка Стэна по затылку. Стэн потерял сознание. Послесловие. Когда Стэн очнулся, он находился в больничной палате, а рядом на стуле для посетителей сидел Крейг и чистил апельсин. — Хочешь? — спросил он. — Я уничтожу тебя, покалечу, забью до смерти, Такер! Я тебе за все отомщу! — Значит, не хочешь, — сделал вывод Крейг и положил себе в рот дольку.