La Vie de Derek Hale.

У Дерека сегодня был трудный день, а Эрика умоляет его вернуться в Бейкон-Хиллс прямо, черт побери, сейчас, и это совсем не то, чего он хотел после изматывающих трудовых будней. Она даже говорит, что купит ему билеты. Она прилетает к нему раз в месяц, иногда прихватывая с собой Бойда и Айзека, но сейчас все они работают, так что Дерек не видит смысла возвращаться. Эрика заняла и облагородила его лофт, но уверяет, что для него всегда найдется место. Дерек понятия не имеет, почему именно завтра она хочет его видеть, так что он просто сдается, переводит половину работы на свою помощницу, а половину — в онлайн-режим, уже через четыре часа оказываясь в самолете. Эрика встречает его в аэропорту. Ее волосы пахнут ванилью и она немного располнела. Ее глаза горят счастьем и золотым блеском, на что Дерек быстро показывает свои красные радужки. На Эрике стильное бежевое пальто и синий теплый шарф. Дерек не изменяет себе, сунув руки в карманы кожаной куртки и садясь на пассажирское сидение машины Эрики. Он чувствует прилив тепла, видя ее, и позволяет себе коснуться ее волос и обнять ее еще раз. Она что-то лепечет о том, что бизнес пошел в гору, и ее булочная процветает, и Дерек улыбается ей, ощущая спокойствие и ощущение беты рядом. — Ты вообще в курсе, что сегодня за день? — как будто между прочим спрашивает она. Она немного нахмурилась, не смотря на Дерека и паркуясь. — Нет? — неуверенно ответил Дерек, выбираясь из машины и взяв две коробки из булочной. Они поднялись на лифте и остановились у двери. Эрика не поднимала глаз, и Дерек мог услышать несколько сердцебиений за дверью. — Там за дверью кое-кто важный для меня. И сегодня день, когда ты дал мне новую жизнь, Дерек. И я бы хотела рассказать в этот день кое-кому важному о том, кем я являюсь на самом деле, и я хочу, чтобы ты был рядом, — она улыбается и наконец-то поднимает взгляд, и Дерек кивает, слишком пораженный моментом. Он чувствует теплые и мягкие эмоции Эрики, когда они заходят, и это приободряет его. В момент, когда Дерек пересекает порог, он успевает глубоко и расслабленно вдохнуть, и вселенная будто перестает работать. Дерек смотрит на Скотта Макколла, радостно встречающего Эрику объятиями, и та целует его в щеку. — Давно не видел тебя, друг, — Скотт пожимает руку Дерека, уже свободную от коробок с тортами, и Дерек принюхивается еще раз, не веря самому себе. Здесь пахнет домом. Теплом. Уютом. Свежескошенной травой и тем днем на поляне, когда Стайлз сказал, что Дерек ему нравится. Дерека пробивает дрожь от этих воспоминаний, и он вглядывается во всех гостей, видя Лидию Мартин, похорошевшую еще больше, что не кажется возможным, и видит его. Он сидит рядом с Лидией, улыбаясь и смотря точно на Дерека, и у Дерека сводит низ живота и подгибаются колени. Он смотрит на Стайлза так, будто он считался сгоревшим вместе с его семьей, но каким-то образом оказался жив. Дерек чувствует запахи, исходящие от Стайлза, такого потрясающе красивого, что кружится голова. — Это Стайлз, он мой лучш… — Говорит Скотт, но Дереку насрать на Скотта. Он двигается вперед, молча и чертовски точно, смотря на Стайлза, не отрывая взгляда. Айзек, подбежавший с объятиями, почти сбивает его с ног, настолько неожиданно он преграждает вид. Дерек принюхивается к бете и встряхивает его волосы привычным жестом. Айзек умоляет Дерека посмотреть свои новые рисунки, и Дерек не может отказать. Черт подери, он абсолютно не готов видеть Стайлза. Его волосы взъерошены после полета, у него недельная щетина и старая футболка вместе с рваными джинсами. Он чувствует себя хуже, чем когда-либо. Картины Айзека — зарисовки акварельными фломастерами в большом скетчбуке — наполнены светом и теплом, как и весь он. Дерек спрашивает разрешения, перед тем, как прикоснуться к скетчбуку, и долго разглядывает все детали, ощущая в воздухе гордость Айзека и буквально свечение от слов, которые произносит Дерек. — Ты только увидел его и уже ревнуешь? — шикнула Лидия, и Дерек постарался не дернуться на звук. Он был слишком далеко, чтобы человек его услышал. — Я не рев… — Стайлз затыкается, когда Лидия цокает языком. Они делают на кухне пунш, и ведут себя, как старая женатая парочка. — А что, если он правда встречается с Айзеком? Посмотри на них! — шипит Стайлз, и Айзек в шоке дергается, а затем отсаживается от Дерека, чуть склонив голову. Дерек усмехается и продолжает листать альбом. Эрика улыбается ему. На ней ягодное платье ниже колена, и она сама выглядит, как булочка. Дерек улыбается, смотря на нее. — Ты мне поможешь, если что? — одними губами спрашивает она. Дерек кивает и ободряюще улыбается, успокаивая бет своей энергией. — Скотт, Лидия, Стайлз, — говорит она, переплетая пальцы и крепко сжимая их, когда Лидия и Стайлз ставят пунш на стол. — Только не пугайтесь, — она вся дрожит от волнения, и Скотт встает рядом и берет ее за руку. Дерек вздергивает бровь на этот жест и складывает руки на груди. — Мы оборотни, — выпаливает она, и ее лицо приобретает цвет платья. Дерек чувствует ее смущение на своем теле. Это было идиотски. Самое глупое, что видел Дерек когда-либо. Ему нужно спасти ситуацию. — Пока вы не начали думать, что мы сошли с ума, — Айзек подскакивает со своего места и подходит к Эрике, взяв ее за руку. — Я расскажу все сначала. Бойд подходит к ним сзади, но Дерек продолжает сидеть. Он чувствует трепетное сердцебиение Стайлза, и его волк скулит. Дерек издает тихий рык, а затем перекидывается в бета-форму, рыча громче. Лидия кричит, а затем закрывает себе рот рукой. Стайлз смотрит на него во все глаза, и Дерек не может понять, что тот чувствует. Слишком много запахов. Он прекращает рычать, когда Стайлз встает и делает три шага, оказываясь чертовски близко к нему. Руки Дерека, уже больше похожие на лапы, дрожат, и Эрика тоже переходит в бета-релиз, позволяя Скотту разглядывать себя. Дерек смотрит на Стайлза и издает фырканье, и тот хмурится, а затем неверяще улыбается. — Мой папа расследовал дело о пожаре, — говорит он, и все замолкают, начиная слушать. Его пальцы дрожат в воздухе у лица Дерека, но он не решает прикоснуться. — Он рассказал о том, что кроме следов бензина нашел следы растений. Это был волчий аконит. Папа не догадался обойти дом сзади. Там еще оставался рябиновый пепел, и было не трудно догадаться, что он очерчивал круг. Я потратил кучу денег на старые книжки по мифологии, чтобы узнать, от чего нужны эти растения. Все авторы писали разное, полнейшие бредни, но один… он писал так похоже на правду, что я сразу поверил ему. Он писал, что оборотень не может пройти через круг из рябинового пепла. Он также писал о вреде аконита для вас, — Стайлз убирает руку, и Дерек возвращается в привычную форму. Эрика смотрит на Скотта, и тот кивает ей. Она знает, что все эти любительские исследования Стайлз не мог проводить один. Ему нужен был помощник и верный друг, чтобы вернуться в дом, где когда-то жила его первая любовь. Скотт обнимает Эрику, и Лидия облегченно выдыхает. Спустя какое-то время Дерек чувствует напряжение слишком долго, и направляется на кухню, чтобы выпить воды. — Так и… — Стайлз взмахивает руками, идя спиной вперед, когда Дерек собирается пройти на кухню. — Ты у них вроде вожака? — Стайлз вздергивает брови, и Дерек слышит, как быстро бьется его сердце. — Альфа, — исправляет его Дерек. — У тебя есть какие-нибудь дополнительные возможности? — тут же выдает Стайлз, почти задыхаясь. Кажется, они поменялись ролями, и теперь Дерек — крутой альфа, а Стайлз — книжный задрот. — Я слышу, как бьется твое сердце. И сердце Лидии тоже, — говорит он, оборачиваясь на нее, когда она подходит к нему и касается его руки. — Я могу… Я не знаю, это сложно, — мурлычет он себе под нос, когда Лидия просто обнимает его руку. Дерек не понимает, что происходит, и Стайлз предлагает поговорить об этом позже. Дерек не успевает согласиться, как Стайлз уходит с кухни, и они с Лидией остаются одни. — Ты так похож на свою сестру, — тихо говорит она, и от нее пахнет горем. Дерек касается носом макушки ее волос и принюхивается. Он ощущает тепло и разбитое сердце. Она подходит к нему спереди и обнимает его за талию. Дерек молчит и гладит ее плечи, пока она горячо дышит ему куда-то в грудь. — Я не знаю, как ты справился, Дерек, я понятия не имею, но ты… ты невероятно сильный. Теперь ты альфа, и пусть это не то, чего ты хотел, и твою семью уже не вернуть, ты отлично справляешься, — Лидия касается его щеки, и ее голос срывается. Она глубоко вдыхает и большим пальцем поглаживает его щеку. — Мне очень жаль, Дерек, — шепчет она, и затем легко обнимает его за плечи. Она не плачет, и отпускает Дерека лишь тогда, когда он готов ее отпустить. Дерек никогда не думал, что будет настолько близок с Лидией, как сейчас. Лидия не хочет спрашивать, но Дерек просто говорит ей, что он отведет ее на могилу Лоры позже. Лидия кивает и переплетает их пальцы. Дерек буквально слышит, как ее сердце рвется на части. Он ощущает то же самое. Позже, когда Лидия может дышать свободнее, они выносят коробки с пиццей, и Дерек садится рядом со Стайлзом. Эрика вдохновенно рассказывает о скорости, силе и восстановлении, а затем Скотт спрашивает, чем отличается альфа, и Эрика хмурится, потому что, на самом деле, она не знает ответа. — Я могу скрывать свой запах от других оборотней. Я сильнее бет, и чем больше у меня бет, тем больше у меня силы, — отвечает Дерек, и Скотт восхищен. — Я вызываюсь добровольцем! — говорит он, но Дерек не поддерживает его оптимизма, и Скотт жестом просит продолжать. — Раны, нанесенные альфой, заживают медленнее, и от них могут остаться шрамы, — Дерек приподнимает рукав футболки, где видны следы когтей Питера. Стайлз громко охает и хмурится. — Когда это ты дрался с альфой? — спросила Эрика как бы между прочим. — Чтобы стать альфой стаи, тебе нужно убить предыдущего альфу, — отвечает ей Дерек, и она хмурится. Все молча начинают есть. Все, кроме Лидии. — Это был Питер Хейл, да? — спросила Лидия. Дерек прекратил жевать и отложил кусок пиццы. — С чего ты так решила? — спрашивает он, будто ему плевать. Потому что это то, чему он научился за годы. Не показывать эмоций. Не чувствовать их. — Лора вернулась после пожара не в дом. Она вернулась ко мне. Она сказала, что теперь она изменилась. И что ей нужен ты. Лора стала альфой, — проговорила Лидия, смотря в одну точку. — И как это связано с Питером? — спросил Дерек, ужасаясь доходчивости. — Ты не мог убить Лору. Это должен был сделать тот, кому нужна была власть. И тот, кто все время был на втором плане, — продолжил Стайлз. — Это был Питер Хейл. — Он больше не был Питером. После пожара он сошел с ума, и волк занял его рассудок. Он сбежал из больницы второй раз, когда я нашел его. В нем не осталось ничего от человека, — сказал Дерек, и Эрика подошла и обняла его со спины. Он закрыл глаза и позволил ее волосам взять его в ванильный плен. — После того, как Дерек обратил нас, он рассказал нам о том, что физический контакт очень важен для волков, — сказал Бойд, отрывая себе новый кусок пиццы. — Это было странно поначалу: чувствовать себя плохо, пока не обнимешь мужика в кожанке, — Бойд рассмеялся. — Могу себе представить, — под нос пробурчал Стайлз. Лидия улыбнулась и откинулась на спинку сидения. Дерек чувствовал облегчение своей стаи и его грудная клетка расслабилась, будто кто-то открыл окно и впустил свежий воздух. — Как давно ты оборотень? — спросил Стайлз у Дерека, указывая на него пиццей. Его сердце забилось чаще, и он сунул в рот большой кусок. — С рождения, — ответил Дерек, опустив голову. — Но ген оборотня раскрывается постепенно. Сначала у меня усилилось обоняние — первое чувство волка — потом физическая сила, затем зрение и слух, а потом я смог перевоплощаться, — ответил он, теребя кусок пиццы. Он думал, что в нем не осталось ничего из прошлой жизни, но когда Стайлз смотрел на него, ему все еще хотелось сдавить книжку и поправить очки. Ему хотелось коснуться его, проверить, настоящий ли он. — А вы ведь знакомы, да? — уточняет Скотт, указывая на Дерека и Стайлза по очереди. Стайлз краснеет. — Я чувствую запах лжи, чувак, — отвечает ему Айзек вместо Дерека. — Стайлз наверняка рассказал тебе о Дереке. — Да, мы встречались, — отвечает Стайлз, и Дерек краснеет до кончиков ушей. Эрика визжит и хлопает в ладоши. — Я думала, Дерек проклинает отношения! — Эрика обнимает его крепче, а затем выпускает его из плена и садится на колени к Скотту. — Вау. Дерек и Стайлз. Это кажется невероятным, — отвечает ей Айзек. — Может, вы прекратите? — угрожающе тихо просит Дерек, закрывая лицо ладонями и рыча в них. Он снова чувствует себя так, как в университете. Это жутко — то, что Стайлз делает с ним одним присутствием. — Просто не могу поверить, что ты встречался с кем-то, вроде Стайлза. Я думала в твоем вкусе безмозглые цыпочки, — Эрика пожимает плечами и смотрит на Стайлза совершенно новым взглядом, от которого тому становится неуютно. — Ты думала о том, кто мне нравится? — спрашивает Дерек, наконец-то отнимая ладони от лица. — Конечно! Сколько я тебя знаю, у тебя не было отношений, — она пожимает плечами. — Может, по определенным причинам, я не ищу отношений больше? — рычит он, и его глаза заливает красный, и Эрика тут же опускает голову. — Прости, — она протягивает ему руку, но Дерек не берет ее, будучи слишком злым на исход этого разговора. Айзек садится к Лидии, и та спрашивает, как его успехи в школе искусств. Он показывает ей свои рисунки, и она изучает их, используя такие слова, как: «импрессионизм», «рефлекс», «охра» и «синтетические кисти». Дерек внимательно их слушает, все еще не смотря на Стайлза. Он не может сделать этого. Ему так чертовски стыдно за все, что происходило и произошло. Он не знает, почему. В их воздухе на двоих так много недосказанности, что Дерек не может сделать через все обстоятельства шаг навстречу. Дерек больше не тот Дерек. Стайлз больше не тот Стайлз. Когда пицца доедена, а окно приоткрыто, пропуская свежий воздух, Стайлз предлагает посмотреть пару серий нового сериала на Нетфликс, и Эрика с радостью стаскивает все одеяла с кровати на пол и разбирает диван. Они с Лидией уходят переодеваться на второй уровень, а Дерек натягивает пижамные штаны и затасканную футболку в туалете, возвращаясь к дивану. Лидия заняла кресло, Эрика, Скотт и Бойд легли на кучу одеял, а Стайлз и Айзек заняли диван. Когда Дерек вышел, Стайлз дружелюбно подвинулся и отпихнул Айзека, на что Дерек закатил глаза. — Боже мой, у тебя что, температура? — прошипел Стайлз, касаясь плеча Дерека и сжимая напряженные мышцы. — Какого черта, чувак?! — продолжает хрипеть Стайлз, трогая руку Дерека своими тонкими холодными пальцами. — У оборотней температура выше, чем у людей, — отвечает Дерек тихо. — Так вот почему ты такой горячий, — тихо говорит Стайлз и смеется. Айзек бьет его ладонью по коленке и корчится в омерзении. — Чувак, Дерек не из твоей лиги. Ты из лиги задротов. Отвали от него, — Айзек показывает желтые глаза, защищая альфу, и Дерек смеется. — Ты слышал? Я из лиги задротов! Куда катится мир? — Стайлз обращается к Дереку, фыркнув и отбросив руку Айзека со своей коленки. Дерек чувствует облегчение. Стайлз — это так хорошо, что у него кружится голова. Он чувствует искры со стороны, где сидит Стайлз. Чувствует запах его волос, и понятия не имеет, что им дальше делать, и как они здесь оказались. Еще он думает о том, что, возможно, Тео Райкен добился своего, и сейчас они со Стайлзом вместе. Он не хочет об этом думать, но у него не выходит иначе. Он думает о всех тех, кто мог бы обладать Стайлзом. Дерек также знает, что он не входит в их число. Когда на часах три ночи, Дерек понимает, что все спят. Он сам буквально на пару минут провалился в сон, но его образ жизни не дает ему расслабиться полностью даже во сне. Стайлза рядом с ним нет, и он слышит шум на кухне, поэтому идет туда. Он не знает зачем. Но он не может больше находиться далеко. Стайлз делает ему чай и отрезает еще кусок пирога Эрики. — Почему мы расстались? — спрашивает Стайлз, когда Дерек отпивает свой чай. Несмотря на то, что Дерек хотел задать этот вопрос все эти годы, и он душил его тяжестью, сейчас он поражен, с какой легкостью произносит это Стайлз. — Это была глупая ссора. Я даже не помню повод, — отвечает он спустя пару секунд тяжелого обмена взглядами. — Тебе названивала та девчонка из магистратуры, и ты ходил помогать ей с уроками, — через пару минут напряженных мыслей фыркнул Стайлз, махнув рукой. — Неужели ты не понимал, что это свидания? — Понятия не имел. Она мне не нравилась. К сожалению, мне нравился кое-кто другой, — Дерек смотрит на Стайлза и его глаза светятся красным на пару секунд. Стайлз выглядит восхищенным. На секунду между ними возникает теплая искра, и Дерек не может оторвать от Стайлза взгляда больше. — Дерек, я… — Стайлз встает и прекращает ковырять вилкой пирог. — Я должен был быть рядом. Черт, ты был там один и не мог войти в свой дом. Я мог это сделать, — Стайлз встает и подходит к Дереку, и тот автоматически встает тоже. — Я не должен был встречаться с Кейт, вот что правда не должно было происходить. Ты мне ничего не должен, это только моя вина, — Дерек говорит тихо, смотря прямо в медовые глаза, и тоска сжимает его сердце. Он не хочет, чтобы Стайлз думал о нем так. Чтобы Стайлз думал, что он что-то должен Дереку. — Заткнись! Ты здесь не при чем. Кейт Арджент — сумасшедшая сука! — шепот Стайлза переходит в хрип. — Папа нашел ее. Он нашел записи, что ее машина была последней, выезжающей с вашей территории. Она выстрелила в него из арбалета, когда папа уже вел погоню за ней, и он провел в больнице полгода из-за отравления аконитом. Но он убил ее, Дерек. Он убил ее, — Стайлз кладет руки на плечи Дерека и сжимает пальцы. — Я не знал об этом, — тихо отвечает Дерек, пораженный этим фактом. Кейт Арджент мертва. Кейт Арджент мертва. Господи. — Все хорошо. Тише, — говорит Стайлз, и Дерек понимает, что плачет, только когда чувствует слезы на щеках и у носа. Стайлз обвивает его плечи, и Дерек знает это тело наизусть, его руки ложатся на ребра по наитию и оглаживают талию вниз до бедра, пока носом он утыкается Стайлзу в шею. Он вдыхает запах, когда-то ставший для него запахом дома, и его голова кружится. Дерек думает, что с этими объятиями с его плеч падает груз. Он чувствует тепло, нежность и заботу. Он чувствует понимание. В его груди настроенная за шесть лет металлическая клетка для сердца разрывается на кусочки, становясь ничем, и Дерек чувствует лишь любовь и нужду быть рядом так сильно, что его может разорвать изнутри. Он рычит Стайлзу в плечо и просто не может отстраниться. — Я не хочу переставать обнимать тебя, — говорит он, и Стайлз ничего не отвечает, но громко сглатывает, и его сердце сбивается с ритма. — Хорошо, хмурый волк. Но я дико устал, так что нам придется добраться до кровати, — Стайлз улыбается и гладит скулу Дерека. Он выглядит таким умиротворенным, и это вызывает улыбку. Они тихо крадутся в гостевую комнату, и Стайлз быстро ныряет под одеяло, приоткрыв его для Дерека. Когда начинает светлеть, в утренних сумерках, Дерек рассказывает о том, что он может теперь. Они говорят о Лоре. Стайлз смеется, когда они оба решают, что были слишком влюблены друг в друга, чтобы увидеть, как Лидия и Лора влюблены тоже. — Я не хотел, чтобы ты переживал это все в одиночку, и не хочу, чтобы ты был один сейчас, — говорит Стайлз. — И я хочу, чтобы… — он не может подобрать слов, но, кажется, Дерек знает. Он кивает несколько раз, касается щеки кончиками пальцев и целует Стайлза. Их губы так хорошо сочетаются, и Дерек так скучал по нему, что он невольно издает скулеж прямо в губы Стайлза и не удерживает себя в человеческой форме. — Тааак, — тянет Стайлз, касаясь прокушенной губы. — Я не стану волком? — тихо спрашивает он, и Дерек качает головой, издавая фырканье, похожее на смех. Он пытается вернуть своему лицу прежнюю форму, а Стайлз гладит его плечи, а затем забирается под майку, поглаживая пресс. Он хнычет и кусает губу, и Дерек расслабляется, снова целуя его. Через неделю они будто знакомятся с шерифом повторно, настолько волнительно ощущает себя Дерек. Он ощущает тепло и тоску, когда шериф пожимает ему руку. — Наконец-то ты здесь, — Шериф крепко обнимает его, и Дерек думает, что значит это фраза. Наконец-то ты рядом со Стайлзом? Наконец-то ты нашел в себе силы и вернулся в Бейкон-Хиллс? Наконец-то ты там, где должен быть? Дерек не знает, но ему приятен каждый из смыслов. Дерек вспоминает, как был здесь, и они занимались сексом на кровати Стайлза первый раз. Он видит, что у лестницы покрашены перила, и переклеены обои, но здесь пахнет так же, как всегда, и Дерек улыбается. Стайлз готовит обед, выглядя совершенно, и они все еще не обсудили, в каких отношениях они находятся, потому что после той ночи поцелуев Дерек уезжал в Нью-Йорк на три дня, а затем вернулся и провел целый день с Эрикой, пытаясь морально подготовиться ко встрече с шерифом. — Ну что, заберешь Стайлза от меня в Нью-Йорк? — Шериф хлопает Дерека по плечу, и тот кивает. — Ненадолго. Мне нужно решить пару дел, и мы вернемся. Привезем вам сувениры с большим яблоком, — говорит Дерек, замечая, с какой скоростью бьется сердце Стайлза. Благослови Господь шерифа Стилински, потому что Дерек понятия не имел, как начать этот разговор, но он уже убрался в квартире в Нью-Йорке, купил темно-красный плед из икеи, о котором мечтал Стайлз. Может, это привяжет его к Дереку, кто знает? Вечером шериф собирается на ночное дежурство, и Дерека охватывает волнение Стайлза, и, кажется, им предстоит большой разговор наедине. Но, вместо этого, когда патрульная машина отъезжает от подъездной дорожки и выезжает на шоссе, Стайлз берет Дерека за руку и тянет наверх, в свою комнату. Они не разговаривают там. Ни одного слова. Только ускоренные сердцебиения. Дерек забирается руками под футболку Стайлза и целует его шею, покусывая кожу и так сильно желая прокусить ее, что сводит челюсть. Теперь ни одна мысль Дерека не против того, чтобы у Стайлза на шее сияла его метка. Стайлз прогибается и расстегивает ширинку Дерека, стягивая с него штаны и футболку. Они расправляются с одеждой, пытаясь касаться друг друга в новых доступных участках кожи, и Дереку необходимо пометить Стайлза своим запахом, чем он оправдывает то, как сильно сжимает ягодицы парня, как его рука касается нежнейшей кожи чужого члена и яичек, снова соскальзывая на бедро, и вверх по ребрам, пока его рот кусачими поцелуями борется за лидирующую позицию сегодня. Стайлз ругается и шипит, и Дерек легко подхватывает его под бедра, и прижимает к стене. Стайлз готовился, он растянут и смазан, и Дерек входит в него, пока тот еще не закончил причитать о том, что он, вообще-то тяжелый. Дереку так хорошо. Стайлз цепляется за его плечи и стонет, запрокинув голову и пару раз ударившись затылком о крючок для халата на двери. Они двигаются, и Стайлз слишком беспокойный, чтобы просто расслабиться и получать удовольствие, поэтому движения рваные и дерганые. Дерек опускает его на ноги и разворачивает к стенке, сжимая волосы на затылке и толкаясь в Стайлза по самые яйца. По нему несутся вверх мурашки и поджимаются пальцы на ногах. Жар облизывает низ его живота, руки и скулы. Стайлз даже не касается себя, когда кончает, и вся дверь в его сперме. Дерек кончает в Стайлза и не хочет выходить, удерживая свою сперму внутри. Стайлз не может отдышаться и распрямиться, стоя так, так что Дерек приседает на корточки и проходится широким мазком языка по всей ложбинке между ягодицами, отчего Стайлз визжит, но остается на месте. Дерек вылизывает его, касается яиц языком, крепко сжимая ягодицы и раздвигая их для себя, и Стайлза просто трясет, его ноги не держат, но Дерек помогает ему устоять в таком положении, лениво кружа языком там, углубляясь и оглаживая кончиком языка края анального кольца, пока Стайлза всего трясет, и он просто стонет и стонет. Дерек кусает его аппетитную задницу человеческими зубами, и рукой начинает поглаживать яйца, пока его язык проникает все глубже и глубже, а Стайлз уже кричит и по его щекам вот-вот потекут слезы от переизбытка эмоций. И он снова кончает, и Дерек успевает подхватить его на руки и уложить в кровать. — Черт, — мычит Стайлз. — Чееееерт, — хрипит он. Дерек укладывает его удобнее и приносит ему стакан воды, все еще не одеваясь. Отчасти потому, что джинсы все еще сковывают его движения. Отчасти потому, что Стайлз пялится на него, как школьница на супер-звезду. После душа Дерек лежит в кровати Стайлза, уже полностью одетый, и недосказанность просто вскрывает ему мозг. Он сжимает виски и даже встает, начиная бродить по комнате и желая надеть куртку и выпрыгнуть в окно, чтобы избежать боли еще раз. А что, если Стайлз просто решил вспомнить прошлое? Что, если для него это на один день? Что, если он исчезнет, как и все, к кому Дерек привязан? Как и все, кого Дерек любил? Дерек сидит на подоконнике, лицом на улицу, когда Стайлз выбирается из душа. Его лицо выглядит беспечно, пока он не сталкивается взглядом с Дереком. — Я знаю этот взгляд, чувак, — хмуро объявляет Стайлз. — Это тот взгляд, когда Тео на лужайке рассказал мне, что я тебе нравлюсь, — говорит Стайлз, после чего бросает полотенце на стул и натягивает боксеры и футболку. Подумав, Стайлз надевает домашние штаны и садится на кровать. — О чем ты думаешь? — задает вопрос Стайлз, выглядя расслабленным, но удрученным этим разговором. — О том, что сейчас между нами. Насколько это серьезно, — Дерек откатывается во времени назад, где его альфа-сущность прижимает груда книжек, Лора и глупая влюбленность в самого популярного парня в университете. Он чувствует себя неуверенно, желая уменьшиться в плечах или спрятаться в шею Лоры. Но он сжимает зубы и расправляет плечи, смотря на Стайлза и ожидая ответа. — Что ты хочешь знать, Дерек? — устало спрашивает Стайлз. — Я все еще люблю тебя, — говорит он, и его щеки даже не заливает красный. Он уже признал свой проигрыш. Он уже признал, что Дерек не любит его в ответ. — Я все еще хочу быть с тобой, — говорит он тихо. Дерек смотрит на него, и не может поверить. Зачем он уехал, если здесь был Стайлз? Зачем они расставались? — Я тоже люблю тебя, — говорит Дерек, касаясь щетины на щеке и хмурясь. Стайлз разгорается эмоциями, как ворох бумаг, куда попала спичка. Ему нужна лишь искра тепла в сердце, чтобы через секунду всю комнату затопило теплом и уютом. — Хорошо, — тихо говорит Стайлз, не переставая улыбаться. — Что дальше? Он подходит к Дереку и его руками обнимает себя за талию. Он тихо говорит о том, как сильно он скучал, как мечтал о Дереке и искал похожих, а Дерек закрывает глаза и позволяет Стайлзу рассказать крупицу своей жизни без него. Стайлз целует Дерека, не закончив фразу, у которой уже стерся смысл. Дерек ощущает себя так хорошо. Через неделю они уезжают в Нью-Йорк, и Стайлз обещает, что они вернутся в Бейкон-Хиллс и Нью-Йорк его не очарует. Он клянется об этом в машине Дерека. Он кивает на это, когда они гуляют в центральном парке. Он соглашается с этим, когда они сидят в ресторане, и вся улица сияет красками и огнями, и везде люди-люди-люди. Стайлз выглядит таким счастливым, будто получил сотню подарков на Рождество. Они проводят в Нью-Йорке два месяца, а на Рождество возвращаются в Бейкон-Хиллс. Дерек проводит день в лесу, чувствуя свободу и перекидываясь в альфа-релиз. Эрика и Бойд догоняют его, а впереди бежит Айзек. Они вчетвером лежат на спинах посреди какой-то лужайки, задыхаясь от бега. В какой-то момент Дерек первый слышит шорохи и встает на четыре лапы. Спустя минуту он чувствует, что это Стайлз. Он рычит и двигается к нему. Стайлз пугается и прижимает к себе плед и плетеную корзину. Из нее видны джинсы и футболка. Эрика трется щекой о Дерека и рычит, убегая дальше в лес. За ней повторяют Айзек и Бойд. — Ну что, хмурый волк, — говорит Стайлз, и Дерек фыркает, подходя к нему и касаясь мокрым носом плеча. — Скоро солнце взойдет. Дерек рычит и перевоплощается в человека, вставая с четверенек на ноги. Стайлз дает ему одежду, и Дерек быстро одевается. Его ноги все еще босые, но ему абсолютно плевать. Когда он оказывается в положении стоя, он понимает, что это за место. Если принюхаться, сюда доносится запах сгоревшей древесины. Это та лужайка возле их дома, куда Дерек отвел Стайлза на свидание. Он смотрит на Стайлза, расстилающего тот самый плед, и достающего сэндвичи по рецепту мамы Дерека, и его сердце просто разрывается от любви и нежности. Он сгребает Стайлза в охапку и ложится с ним на одеяло, не выпуская из объятий. — Теперь ты понимаешь, что у меня серьезные намерения? — усмехается нервно Стайлз, и Дерек кивает несколько раз. — Хорошо, что у меня такие же, — отвечает он. Стайлз улыбается, и, несмотря на прохладу, солнышко припекает, и они лежат под ним, обнявшись и закрыв глаза. В воздухе витает запах дома, и Дерек наконец-то чувствует себя хорошо и свободно.