Любимица Джотто

Вария. Гостиная - Вро-о-ой!! - Ши-ши-ши… Что такого случилось, что утром кричишь, Капитан? - задал вопрос ребенок в форме Варии. - Что случилось, ты спрашиваешь "что случилось" ?! Да нашу базу данных взломали! - Ши-ши-ши, а что такого? Ну, найдем мы этого смертника или группу смертников и прикончим их, - не понимал Принц истерики своего "опекуна" и Капитана. - Мальчишка, взломали данные только про тебя! И оставили сообщение, что вскоре они прибудут, чтобы забрать тебя! Вро-о-ой!!! - этот вопль, как и тираду, услышал весь замок. Поэтому в гостиную ввалились все высшие офицеры. Даже Маммон удосужился прилететь. - А кто они такие не написали? - с нотками подступающей ярости и гнева спросил Леви-а-Тан. И неудивительно, ведь Бельфегор был истинным Хранителем Урагана его обожаемого Босса, как и остальные Хранители. В том числе и Маммон, иначе бы Вария разорилась его услуги оплачивать. Но он оказался истинным Хранителем Тумана Занзаса, с чем его поздравили другие Аркобалено. - Нет. Но они пообещали, что придут за мелким после 14:00. Но никто из Хранителей Занзаса не догадывался, что эти "наглецы" будут считать часы по японскому времени, а не итальянскому. Поэтому когда в Японии дневные два часа прошли, то в гостиной Варии, внезапно для хозяев, появились означенные "наглецы". А ими оказались… Вендиче. - … - Бельфегор Каваллини? - задал вопрос сидящий на плечах Джагера Бермуда фон Вихтенштайн. На что получил очень неуверенный кивок. Могильный холод, исходящий от Вендиче, пугал всех. - Ты идёшь с нами. И не успел кто-то хоть как-то отреагировать, как Ураган был тут же сцапан Джеком и унесен в гостиную Вендиче, где сейчас ждала обещанного нового друга Тсунаеши.

***

Пленник Прорыва Точки Нуля. Подвал Вонголы Боль. Чёртов острый лёд не только вытягивал Пламя, таким образом питая себя, но и ранил при малейшем движении. Хотя в последнее время Занзас запирался в своем сознании, пытаясь отстраниться от боли. И пусть после этого он находился в обмороке от ментального истощения, такую цену за облегчение от постоянной боли Занзас готов был заплатить. Но именно в последнее время приёмного сына Тимотео терзали сомнения и воспоминания. Когда Занзас прочитал запись в бумаге, означающей, что Десятым Вонголой ему никогда не быть из-за отсутствия крови Вонгол, то он пребывал в ярости. Особенно когда узнал, что права на место Дечимо есть только у Тсунаеши Савады — того мелкого мусора. Она оказалась прямым потомком Примо Вонголы, но почему-то в память Занзасу этот мусор запомнился и забываться не желал. Может, из-за того, что она — его соперница, которую он устранит при любом случае. А может быть, по другой причине? Когда он её впервые увидел в доме Емицу, то не поверил, что это — его будущая Внешняя Советница. Но его отец при словах о том, что она — плачущий мусор, увел из детской и вкрадчиво объяснил, почему не стоит так называть Тсунаеши. «Она твоя будущая Советница, Занзас, не говори так про неё». Но теперь Варийский Дьявол понимал, что оскорбить её Тимотео не дал, потому что она — будущий Босс, его — Занзаса — Босс! А когда, узнав правду, Занзас не стал ждать и решил напасть, вырывая (как он тогда думал) трон Дечимо уже силой, не знал, что этим ещё больше укрепил мнение Тимотео, что его сын слишком уж похож на тихо ненавидимого своими преемниками Риккардо. Хотя теперь Занзас поменял своё мнение. За все время, проведенное здесь, Занзас ощущал, как его Пламя медленно исчезало, не выдерживая вампиризма техники Примо. Но… (чёртово но!) обладателю Пламени Ярости чудилась чья-то маленькая детская фигура, что прикасалась к его тюрьме и даровала свое Пламя. Пламя у девчонки было, на удивление, чистейшее и без примесей. Небо девочки (одобрительно звякнула интуиция) залечивало раны и восполняло Пламя Ярости. Но ещё оно дарило такое необходимое порой спокойствие и гармонию, залечивая раны уже души. Теперь в подсознании Занзаса было желание видеть обладательницу этого чистого Пламени, что спасала его, рядом с собой. Только он ещё этого не понял. Хотя теперь его самый любимый цвет - карамельный, как глаза Девы-Неба, как прозвал ее Занзас. А позже, когда его верные офицеры освободили своего босса, он подумал, что ощущал Пламя Девы-Неба в мешанине сил его подчинённых.

***

Вария. До освобождения Занзаса - Ши-ши-ши, Принцесса, что ты делаешь? - Не видишь, заплетаю Скуало-сану косички. - Кхе-кхе!!! – похоже, кто-то подавился. После того как Бельфегора похитили Стражи Омерты, Вария ожидала чего угодно, но не того, что в многострадальную гостиную придет Вендиче с Принцем-Потрошителем и какой-то девчонкой. Но никто не смел и пискнуть при решении Бермуды оставить тут гостить Тсуну и наставления не допускать "даже падения с её головы волоса", видимо в этом их убеждали не делать глупостей глаза младенца с бесцветной Пустышкой. А после им все объяснили дети. Затем всем стало не до раздумий над словами Бельфегоре о Тсунаеши и её важности для Вендиче. Тсуна была везде. И именно это пугало всех, ведь все помнили угрожающе сжатые кулаки ближайшего к Бермуде Стража, которые тот приподнял к шее. Намёк был понятен и за Тсунаеши следили в оба глаза. Но, не смотря на все это, варийцы ощутили, что искрине привязались к веселой непосредственной шатенке. Особенно Луссурия. - Тсу-чан, а пошли на кухню? А тебя научу новому рецепту. - А? Лусс-сан, я уже иду! Оказалось, что у Еши большой талант в кулинарии. Чего только стоит изготовленные, под присмотром Луссурии естественно, печенья! Или суп. Или же пироги. Но никто, кроме Тсунаеши, не знал, что Вария с момента появления там девочки находится под ежедневным контролем Вендиче. Никто из Стражей Омерты не доверял Варии и отпустили они своё Небо туда только из-за её просьбы. Они скрипели зубами, сжимали кулаки, но не могли не признать, что их Небесам нужны союзники и друзья. Хотя поиском освобождения Занзаса из техники наглого призрака, никто не забрасывал: ни Вария ни Вендиче. И спустя год благодаря Тсунаеши, согласившейся дать Пламя Занзасу, они смогли высвободить главу Варии из-под льда.

***

Вендикаре. После освобождения Занзаса - Дедушка! А как там… Занзас? - Бермуда посмотрел на свое Небо, сидящее у него на коленях*. - Еши-чан, он лечится. Кстати, а почему ты спрашиваешь о нем? - пятилетка потупила глазки. Ну не хотела Тсунаеши рассказывать! Но вредный деда надавил и Еши рассказала: - Нуу. Дедушка, помнишь, я тебе рассказывала про какого-то человека, заключённого во льду? - Бермуда похолодел, как он мог про это забыть?! - так вот. Я его лечила, ведь он показался мне несчастным. Деда! Да у него же даже лицо было перекошенное в боли! А… затем, - голос Неба понизился, - он так на меня посмотрел. Мне стало страшно, деда! А оказалось, что этот страшный человек - начальник Скуало-сана! Я его бою-юсь! Внезапно Тсунаеши разревелась. Бермуда был в растерянности, Еши так быстро сменяла эмоции, что ввела начальника Вендетты в непонимание. Но он стал успокаивать своё напуганное Небо, по связи ощущая как его подчинённые стали гневаться на причину слёз дорогих Небес. А когда Вендиче в ярости, живые бегут без остановки и оглядки. И только мысленный приказ Бермуды их останавливал от расправы над Занзасом. Да и сам Аркобалено Тьмы еле сдерживался, он тоже не желал видеть на лице Небес слёзы. И лишь когда Еши успокоилась, уснув, то появился Примо, что отнес Тсунаеши в её комнату. Наверное, впервые Бермуда был благодарен наглому призраку за то, что он есть. Но вспомнив о других Вендиче, быстро телепортировался в главный зал.

***

Вонгола - Ты… уверен, Емицу? - от этого тона мужчина похолодел, и немудрено - его любимая жена всегда так реагировала на любую информацию о Еши. Вспомнив любимую дочь, Внешний Советник чуть не расплакался. - Да, Нана. Я не уверен, я точно знаю. Наша Еши и Вендиче - каким-то образом связаны. Моя интуиция на это намекает. Находящаяся в объятиях мужа, женщина невольно расслабилась. Мужу и его интуиции, доставшейся от великого предка, она доверяла. И тут она поймала мысль. - Муж мой, ты говоришь о тех мертвецах? И, что Тсунаеши с ними связана… или ты думаешь, что это… они ее похитили? - от её нехорошего тона внутренности Емицу скрутились. Нана ещё в день пропажи Наследницы Вонголы грозилась убить ее похитителей, но теперь судя по всему - простой смертью они не отделаются. - Да, жена моя. На этот ответ, в глазах Кровавого Цветка появилась первая искорка безумия.