Overwatch The file of Max Payne

MAX PAYNE

THE INDEPENDENT COUNTER-TERRORIST

Пролог. (Макс Пэйн) Честно скажу: мне надоела вся эта история с инцидентом произошедшим после моего воскрешения.Я даже вспоминать её не хочу. А что там было в общем? Ну, я перестрелял кучу людей и стал всемирно известным героем, будучи по колено в крови. Так же я вырубил всех омников на свете, чтобы предотвратить второй омнический кризис, и подвёл Овервотч, отправившись на переговоры вместе со всем отрядом. А так же я трахнул лесбиянку, которая вскоре от меня отвернулась и ушла к вампиру. Ну чем не замечательная история? Конечно же, я снова начал выпивать, периодически занимаясь анти-преступной деятельностью. В свободное время от бара и перестрелок я сидел дома в подвале и изливал Пидоровичу свои чувства, а он тем временем имел в зад выживших бандитов и *данные засекречены*. В общем, вёл себя, как будто ему вообще побоку. Бывали и дни, когда мне удавалось кого-то спасти. Так, например, я не дал одной мечтательной девушке попасть под колёса спортивной машины, за что спасённая обозвала меня извращенцем. -- Ну, блин! Как можно быть такой лесбиянкой? – выругался я. Но в один день, всё-таки, начались настоящие приключения. ЧАСТЬ I. «ВЕЛИКИЙ» АМЕРИКАНСКИЙ КОП. Глава 1. Крёстный отец Поторотти. Утром первого января 2078 года я лежал на столе в баре «Уолтонс». Ночью я был настолько бухой, что едва помнил себя. А когда рассвело, я уже испытывал жуткое похмелье и видел перед глазами какие-то слепые пятна. Я попробовал снять очки, но эффект пятен не исчез. Значит, у меня с башкой было неладное. Я спрятал очки в карман, чтобыинтерфейс не мешался. Повсюду валялись пустые бутылки из-под виски, водки и шампанского. На полу валялся чей-то недоеденный оливье. Постеры и украшения слегка пострадали от новогодней дискотеки, устроенной в баре. Очень скоро в бар ворвалась группа товарищей, которых я принял за людей-крыс в дорогих костюмах и модных бушлатах. «Блин, вот это была выпивка, – подумал я. – Кажется, меня нескоро отпустит». Я уж хотел включить Большого Русского Босса, которого накурили спайсом, как эти ребята начали: -- Где тут девушки?Почему тут так грязно? А где бармен? Эй, Уолтонс, или как тебя там! Тащи выпивку! Семья Поторотти пришла отмечать переезд в футуристический Нью-Йорк! У нас тут будет новая сфера влияния, так что тащи бухло! -- Ребята…, – сказал я, обращаясь к крысавчикам, притворяясь всё ещё пьяным, – вы опоздали. Я уже выдул всё, что тут было, пока отмечал Новый Год. Всё, вы ни посеяли, ни пожрали. А бармен… отправился провожать девушек до дома. Если бы я только оставил выпивку, я б сказал: «Как здорово, что мы все сегодня набрались! Вшить, ха-а-а-а!». Но, видите ли, у меня ума не хватило, чтобы… Впереди группы вышел один высокий худой человек-крыса в красном костюме с тёплым пальто, зелёной рубашкой и чёрным галстуком, в туфлях на высоком каблуке и с зачёсанными чёрными волосами. Как только он подошёл близко, я унюхал запахи бриолина и звериной шкуры, прикрытые одеколоном. -- Здорова, крысиный крёстный! – поприветствовал я зверя. – Как тебя звать? -- Я – Дон Пинстрипелли Поторотти, – представился зверь. – И если ты, Макс Пэйн, думаешь, что мы крысы, то ты ошибаешься. Мы – семья потору. -- Да ладно! – я включил Якубовича. – Потору? Теперь понятно, почему у ваших шкур цвет какой-то светло-коричневый, а не серый, как у крыс. Кстати, учёные Гарвардского университета выяснили, что человекоподобные потору размножаются лучше, если им не мешают учёные Гарвардского университета и мусора типа Чжоу Юн-Фата. Анти-полицаем пользуешься? -- Нет. -- Любишь Чайковского? -- Нет. -- Ты Пидоровичу в жопу давал? -- Нет! – ответил Дон, всё больше выходя из себя. -- Ну и молодец! Значит, и ты норм мужик, и всё у тебя шито-крыто. Я буду хоть как-то проявлять уважение к твоей семье. Но если ты мне дашь хоть какой-то повод убить тебя, например, приставишь ствол к моему лбу, я пробью тебе морду ключом на девять миллиметров или порежу руку разбитой бутылкой. Я покопался в карманах и понял, что оружия у меня при себе не было. Даже того самого ключа не было. Зато была полупустая бутылка водки. -- Будешь пить за наше знакомство? – спросил я, предлагая водку. Потору оскалились на меня и достали свои стволы. Пинстрайп даже приставил свой Дигл к моему лбу с левой руки. -- Да ладно вам, ребят! – сказал я. – Водка хорошо выводит радиацию при путешествиях по Зоне и согревает холодной зимой! Да и вообще это самый лучший алкоголь на свете из дешёвого, если не считать виски или лимонного самогона. Ладно. Раз уж не хотите пить всякую мочу, тогда я… Я уже хотел выдуть остатки, как Дон Поторотти выстрелил прямо в бутылку. -- Ты сейчас совершил самую ужасную ошибку, крёстный, – сказал я Пинстрипелли, глядя ему в глаза, полные ненависти и страха. – Ты дал мне сразу и повод убить тебя, и оружие, чтобы ранить. Я включил Замедление, вонзил Пинстрайпу в его любимую левую руку разбитую бутылку, отобрал оружие и перестрелял его подопечных, оглушил крёстного и, унося босса Поторотти на своём плече, сбежал через кухню, по пути захватив аптечку и заветную Сайгу-12к с дополнительными обоймами, которые Терри специально для меня оставил. Дробовик-карабин с патронами были для меня как новогодние подарки, хотя у нас, американцев, принято дарить подарки пораньше, на Рождество. Я вышел на заснеженную улицу и парой выстрелов в воздух распугал потору-новичков из команды Дона. Пошёл дальше без оглядки к своей ЛадеПятнашке, стоявшей в конце переулка. Чуть не попал под обстрел со стороны мафиози. Они не стали открывать огонь по той причине, что боялись ранить босса. -- Живые люди-потору с автоматами средь бела дня! – закричал я, кидая Пинстрипелли на заднее сиденье, и, прикрываясь дверью, сел за руль. – Никогда больше не буду принимать наркоту! Честное слово! Завёл машину, выдавил газ до отказа и сбил парочку мафиози-автоматчиков. За мной, конечно же, началась погоня. Меня преследовали не на каких-то тазах, вроде моей машины, а на более мощных Мустангах ГТ. Хоть у моей Лады и был движок от CamaroSS, это не давало мне преимущества в ускорении. Приходилось отстреливаться дробовиком. Я даже разбил все стёкла в передней части салона, из-за чего в машине резко стало холодно. По пути домой я перестрелял всех потору-преследователей. Воспользовавшись спокойной обстановкой, я перевёл машину в режим автопилота, а сам полез перевязывать рану Пинстрипелли. Антропоморфу очень повезло, что он не так много крови потерял из-за порезанной вены, но если бы я ещё пять минут не оказывал ему медицинскую помощь, то крёстный отец Поторотти скорее бы передал привет своей маме и моей покойной жене. Только-только обеззаразил рану и перевязал, как Пинстрайп очнулся и стал проклинать меня. -- Ублюдок! – кричал он. – Зачем ты меня похитил!? -- Для начала хочу убедиться, что я ничего не курил на Новый Год, – ответил я, закончив с обработкой раны и ремнями привязав пациента к сиденью. – А то, поди, Пидорович подмешал мне в виски ЛСД, и я этого не заметил. -- Придурок! Меня создал Доктор Нео Кортекс с помощью Эволюционного Луча, позволяющего животным обретать способности и особенности людей. -- Эволюционный Луч? – переспросил я, перелезая на сиденье водителя. – Блин, ну так бы сразу и сказал! А то я подумал, что я конченный наркоман. Чё, этот Кортекс аниме насмотрелся, а? Или ему какие наркоманские мультфильмы с животными понравились, что он решил такое устройство изобрести? Вот Пидорович удивится, когда увидит тебя живого. -- Куда ты меня везёшь!? – взорвался Пинстрайп, пытаясь освободить руки. – И кто этот Пидорович!? -- К себе домой. Пидорович – бывший торговец Зоны, нейтрал, дегенерат и гомосек, готовый порвать любого, кого я запру в подвале вместе с ним. Но тебя не такая участь ждёт. Кстати, не дёргайся, а то истечёшь кровью. Чем ты занимался до нашей встречи? -- Сливом токсичных отходов в океан к югу от Австралии, рэкетом и торговлей наркотиками в Чикаго. -- Дети есть? -- Есть сын, и ему вот-вот исполнится 18 лет по вашим человеческим меркам. Превратившись в подобие вас, людей, многие животные стали медленнее расти и развиваться. -- Зато достаточно времени, чтобы накопить опыта и чему-то научиться, пока молодой. Как жена? -- Умерла после родов, – ответил потору, солгав мне. – Родила мне всего четверых детей, а жизнеспособным остался только один, которого я назвал Анджело. Я один не мог сразу вести дела семьи и воспитывать сына – нанял няню, Марию Рет. -- Крысу, названную в честь магазина компьютеров? – поинтересовался я, не обращая внимания на ложь. -- Да, можно сказать и так. Немудрено, что мой сын захочет убрать меня, а свалить вину на тебя, Пэйн. -- Согласен. И я, по правде говоря, виноват сам. Ведь если бы я прибрался в баре и не троллил тебя, этого бы не случилось. Ну, будем считать, что я тебя спасаю от твоего собственного чада. -- НЕЕЕЕЕТ!!! Ты не можешь просто так лишить меня власти! -- А зачем ты полез в какую-то дыру? Светиться расхотелось в первый день? Думаю, тебе понравится новая перспектива. -- Какая ещё перспектива!? -- Начать всё заново. Только на сей раз ты будешь играть на моей стороне. Поможешь мне с Вишкар и русской мафией, я с тобой поделюсь средствами и другими ценностями, и в расчёте. Заодно посмотрим, как быстро к тебе приживётся роль хорошего парня. -- Ты дурак? Я ни за что не буду… «хорошим парнем»! Я никогда не буду играть по твоим правилам! -- Хочешь бесславно сдохнуть, как забытый хозяевами зверёк? Поверь, у тебя две дороги: либо на светлую сторону, либо в могилу. Тебе решать. Ты безоружный. Ты ранен. Тебя хотят спихнуть с трона. Ты можешь в любую минуту погибнуть, если не от моих рук, то от загребущих лап твоего Анджело. А я… мне всегда хотелось иметь домашнего питомца. Что ж, хотел питомца, а получил нового друга-антропоморфа. Ну же, Пинстрайп! Я доброжелательно посмотрел в лицо потору-антропоморфу. Пинстрайп поначалу избегал моего взгляда, поворачивал голову и направлял свои жёлто-карие глаза в сторону. Но потом он понял всё, что я пытался вбить ему в голову, осознал своё безысходное положение: вернётся – закажет собственный сын, если не я пристрелю. Дон понял, что он уже не может быть крутым гангстером, как раньше, и ему останется только лечь в могилу в случае, если он не исправится, не встанет на путь истинный. У него по скулам и по щекам потекли самые настоящие слёзы, которые я до этого мог видеть только у людей и теперь видел у животного-антропоморфа. Потору обратил свой взор на меня и сказал: -- Ладно, Пэйн. Согласен на твою сделку. Только не дай мне умереть просто так, если мне придётся пойти против моей семьи. -- Обещаю, ты проживёшь больше, чем рассчитываешь, если выполнишь своё дело. И ты уже не захочешь иметь дело со своими старыми коллегами. Если они тебе не оставят выбора, просто перестреляй их. А если оставят – убеди их покончить со своими делами. -- Хорошо. Когда мы приехали ко мне домой, над нами всё ещё было беспросветное облачное небо. Мне было жалко, что я не мог зарядить аккумуляторы на своём костюме с помощью солнечной энергии. Пидорович вышел на крыльцо встречать меня и сказал по-русски и по-украински: -- Вернулся? Ха-ха! Замёрз? Я тобі покажу как сидеть в качалке. Что-ц тащ-тащ…? -- Опять вылез из бункера!? – спросил я, выходя из машины. -- Ага. Ты ж меня салом не кормишь, вот я и вылез, чтоб порыться в холодильнике. Надоело жрать преступников. Слава великой Украине! -- Она мертва, идиот. Теперь это территория России. Я открыл заднюю дверь машины, освободил и вытащил Пинстрайпа из салона. -- Сидор, знакомься – Пинстрипелли Поторотти! Бывший глава мафии, – представил я торговцу нашего нового партнёра. Пидорович сразу начал расшаркиваться перед бывшим доном и, когда мы с Пинстрайпом подошли к открытой парадной двери, вежливо пригласил: -- Милости прошу к нашему шалашу! -- Впервые вижу твою готовность раскатывать ковровую дорожку. Хотя, знаешь, Пинстрипелли уже всё равно, раскатывают перед ним красный ковёр или нет, – сказал я, заходя в дом. – Кстати, как там Рейес поживает? -- Я его съел нахуй. Забыл? -- Тогда доедай сало и собирай вещи. Мы скоро уезжаем. Надо скорее сваливать от мафии. -- А хуле ты тогда предложил Поторотти погостить? -- Можно без мата? На нас пока ещё никто из больших боссов не нападал, так что мог бы помолчать. -- У тебя неплохой дом, – сказал Пинстрайп, осматривая мою хату, обставленную по старому доброму американскому стилю с тем исключением, что на стене за диваном в гостиной висел русский ковёр.Да и техника была нового поколения. -- Спасибо, – ответил я, проходя с товарищем в гостиную. -- И с этим недоумком ты живёшь? -- С Пидоровичем? Ага, с ним и живу. Периодически кормлю его салом, выжившими преступниками, которые отказались от моего предложения, и дилдаками практическими. Он же пидор. -- Думаешь, я был бы лучшим питомцем, чем твой Пидорович? -- Ты был бы хорошим другом и отличным оперативником. (Шёпотом) Тебе только 41 год и ещё можешь реализовать себя. А у Пидоровича нет никаких перспектив, кроме той, что я уже дал: вершить правосудие по-гейски. -- А почему Пидорович такой сосунок? -- Ну, раньше он тусовался с другими дегенератами, которые хотели стать БУКАККЕ и явно были чьим-то экспериментом по разведению слабоумных. А потом Сидора понесло на пидорство, пацаны побили его и заперли в подвале. Вот так началось его путешествие по подвалам разваленных домов и бункерам террористических организаций. Когда я почти уничтожил организацию, ответственную за омнический кризис в России, Пидорович согласился жить у меня в подвале и сказал, что его такая перспектива устраивает больше всего. Не знаю, сколько ещё он протянет, учитывая, что он живёт без цели. -- Кстати, – сказал Пидорович. – Увидишь Крэша, скажи ему, что он Ванючка, и чтоб он передал привет мамке, а-за-за)))))000000)). Я ему слова, а он мне охи и ахи выдаёт. -- А я думал, что он разговаривал, – с удивлением сказал я. -- Это только тебе так казалось, потому что ты телепат, и ты мог читать мысли этого лиса. -- Ну, говорил он бред или нет, но я знаю, что у тебя моя Беретта. Ну-ка, верни мне. -- На нахуй! – сказал Пидорович, кидая мне пистолет.– Боялся, что ты кого-то пристрелишь. Даже костюмчик твой разрядил. -- Сука. А ну быстро тащи электрогенератор! Заряжать будем мой костюм! -- Тебе от Пятнашки или от F12? -- От Пятнашки. Всё равно на этом ведре я далеко не уеду. Зато на F12 можно прокатиться с ветерком! -- F12? – удивился Пинстрайп. – У тебя есть Феррари!? -- Ага. Вот поэтому я и езжу на задроченном тазе: боюсь ободрать краску. -- Ничего, я заплачу, если ты поцарапаешь машину. -- Только если твою кредитку не аннулировали. Конечно, было бы безопаснее перевести на мой счёт то, что у тебя есть, взять тебе новую кредитку и перевести на неё то, что тебе принадлежит. Погоди-ка, я могу подзарядить импланты. Я достал из носка спрятанный шокер и использовал на рукаве. Хакерские импланты зарядились. Я включил Замедление, активировал хакерские импланты, одел очки и, узнав необходимые данные о Пинстрайпе, взломал его карточку и перевёл на свой счёт… сто тысяч кредитс. -- Ну ты и нищеброд по сравнению с другими боссами мафии, – сказал я Пинстрайпу. -- Блин, так я же все деньги вбухал в губернаторскую кампанию в Чикаго! Это было в 2017-ом. А потом я попал вместе со своей бандой в аномалию и оказался здесь, в смысле, в этом измерении. Разумеется, в этом Чикаго мне уже нечего было делать, потому что там я был не авторитет. Решил в Нью-Йорке устроиться. А денег у меня, как видишь… Но это только мой личный счёт. Я большую часть сбережений от преступной деятельности хранил в общем сейфе мафии, и оттуда шло всё финансирование. Пидорович вернулся с электрогенератором. Он был настолько мал, что помещался в карман. Вообще у меня для Пятнашки было десять таких генераторов. -- Вот генератор, – сказал Пидорович, отдавая мне устройство. – А ещё я жопой чуял, что турбосрать на барабан надо, поэтому, блять, загрузил всё нахуй в ебаную Феррари и в блядскую Шевроле Ниву. Сука, так я твоего Поторотти и не выебу. -- Кстати, Поторотти тебе в отцы годится, – передразнил я торговца. -- Сука, поимею тебя-с. Хы-хы-хы-хы. Передавайте привет мамкам))))) А я тута останусь ебать мафию потору. -- У тебя хоть есть маслины, эмодзи и горошек для твоего оружия? -- Ест у меня маслины и, бля, всякая хуйня для ПМца, сосисок из Пятёрочки и винтовки «Бондюелль». Могу так дать пизды или закидать болтами и дилдаками. -- Только если будешь кидаться дилдаками, не задень сына Пинстрайпа. А то останется пидором на всю жизнь, когда батя совсем этого не хочет. -- Хорошо. Ну, будут ещё какие требования? -- Если тебе не суждено будет выжить, погибни с достоинством. -- В смысле, с хуем? -- Да нет! Ты разве не знаешь других значений этого слова? -- Нет, бля. -- Тогда не умирай просто так. Сделай своё дело: задержи мафию, и только потом можешь отправиться в мир иной. -- Я же сказал, что всех из поимею. Бери, короче, ключи, и вперёд! -- Камера на месте? -- Да, ты увидишь с моей линзы всё, блядь, что запишется. -- Тогда мы сваливаем. Пинстрайп, ты на Феррари, я на Шевроле. Так я смогу врезать кому-нибудь с помощью тарана.Только ты далеко не уезжай. -- А куда ехать? – спросил Пинстрайп. -- Сначала дойдём до точки отхода у баскетбольной площадки, потом сядем в тачки и уедем из города в сторону сельской местности. Скоро будет метель, так что мы сможем скрыться. Тут камер нет, значит Анджело не пойдёт за нами, если мы вовремя скроемся. Всё что он мог – это проследить за нами до въезда в пригород с помощью системы видеонаблюдения. -- Думаешь, мой сын на это способен? -- А он разве в компьютере не шарит? -- Шарит. -- Видишь? А если он ещё и умеет взламывать сайты, то это будет первый хакер-потору, которого я встречу когда-нибудь. -- А может, нам стоит встретиться с ним прямо сейчас? Я слышу приближающиеся парящие машины. -- Всё-таки звериный слух, да? Слушай, это ради твоего же блага… -- Да плевать! – неожиданно возразил Пинстрайп. – Мы должны защитить твой дом любой ценой! Ты же меня спас? -- Я вообще-то чуть не убил тебя. -- Но ты же перевязал мне рану? -- Допустим… И раз уж ты так хочешь защитить мой дом, то давай сделаем это вместе. -- Если, их будет слишком много, я прикрою ваш задний проход, хы-хы-хы-хы, – вставил Пидорович. -- В смысле, путь отступления, – поправил я. – В общем, готовьтесь. Через полминуты я мог разглядеть приближающиеся издалека машины. Посмотрел поближе и, к своему удивлению, понял, что совсем не семья Поторотти спешит спасать своего крёстного отца. -- Блин, это русские! – выругался я. -- А чем ты этим не угодил? – спросил Пинстрайп. -- Да ХЗ. Может, им не понравилось, как я отмечаю Новый Год по-русски. Я же американец, и я могу своей русофилией смутить или возмутить любого, даже русского. Русских все должны ненавидеть, но многие американцы и европейцы, кроме властных структур, любят их. А может, я по пьяни оборвал их операцию по транспортировке наркотиков. Кто знает, как я проводил старый 2077-ой год. -- Бля, мы, наверное, пизды получим за пенёк и не отданный косарь, – высказался Пидорович. – Хули тут так мало? Это наша точка, блять! -- Боже мой! – взмолился я, выслушав очередную тупость. – Заткнись нахер! Пожалуйста! -- Ха-ха! – засмеялся Пидорович. – Иди… на хуй! Ты что? Пидор? М-да, придётся отрабатывать… А сейчас будет пиздец на блюде! БЛЯДЬЬЬЬЬЬЬ(((((((99(9(9(. Скоро приехали русские в масках и бронежилетах и молча стали палить по моему дому из пулемёта 50-ого калибра. Пидорович сразу же схватил пулю в голову и умер напрасно. -- Суки! – выругался я, падая на пол вместе с Пинстрайпом, дабы не схватить пулю. – Не думал, что у них такое серьёзное оружие! Если они сейчас притащат гранатомёт…! Нам надо скорее делать ноги. Никакая броня такие пули не сдержит. -- А как же стены? – спросил Пинстрайп. – Мы могли бы из-за стены покормить этих гадов свинцом! -- Ты дурак? Оружие пятидесятого калибра пробивает бетонную стенку в метр толщиной, а тут ни полметра бетона, ни титана, ни кинетических щитов нет! Песок бы сейчас сюда. Но где я его достану? Сваливаем, короче. -- Да ты трус! -- Вообще-то, на самом деле я стараюсь проявить благоразумие. Не стану же я сейчас вставать под пулемётную очередь, если я её не выдержу. Поползли! И не поднимай головы, пока они не остановятся. Я смог услышать, как пулемётчику кричат: -- Продолжай стрелять, Васян! Стреляй так, чтобы этот хер не мог подняться! -- У меня вообще-то патроны кончаются! – кричал в ответ пулемётчик. -- Тогда я притащу гранатомёт с зажигательной гранатой. Пусть сгорит! -- Еб твою мать! – выругался пулемётчик, когда выстрелы прекратились. – Патроны кончились! Стреляйте в окна! Пристрелите этого уёбка! Если не успеете, то его всё равно ждёт смерть. Я обратился к Поторотти: -- Пинстрайп! Я, пожалуй, не намерен так оставлять свой дом, чтобы его спалили зажигательной гранатой. У меня есть идея… -- Какая? – спросил Пинстрайп -- Вставай, и бегом отсюда! Залезай в Феррари и уезжай без меня на север. Я задержу этих ублюдков, а тебя позже найду. БЕГОМ!!! -- Я тебя не брошу, – возразил потору. -- Лучше брось! Так у тебя будет меньше шансов схватить пулю. ИДИ!!! Или я сам тебя пристрелю! Пинками я выгнал Поторотти через безопасный чёрный ход и остался наедине с русскими.Я зарядил свой костюм и пистолет с помощью микро-генератора и, вернувшись в гостиную, начал стрелять мощными сверхбыстрыми энергетическими сгустками, сравнимыми по мощности с патронами калибра 9x39. И в магазине их было относительно много – 18. Кроме того пистолет относительно компактный и быстро стреляет, причём со слабой отдачей. -- Эй, Пэйн! – кричали мне бандиты. – Ты в курсе, что тебе хана? -- Может, меня кто-то и пустит в расход когда-нибудь, но это точно не вы, ублюдки! – отвечал я. -- Городской совет хочет от тебя избавиться! – неожиданно сказал один из русских. – Ты опасный чел! -- Ну, подумаешь, убиваю преступников сотнями, иногда нажрусь-набухаюсь как последняя свинья и обрываю кому-то жизнь, взламывая DarkNet изо дня в день, – ответил я таким тоном, как будто мне всё равно, что со мной хотел сделать городской совет. Блин, даже если бы меня заказал сам президент, мне было бы до лампочки. Всё, чего добились власти – моё внимание. – Я бухаю, потому что хочу затуманить себе память о пережитом. А что до моих методов борьбы со всякими уродами, то вы это заслужили!!! Потому что вы… неисправимы! К счастью, у меня на вас патронов хватит! А если нет, то соберу с ваших трупов! Ну, уж если меня так боятся люди, то зря. Потому что я не убийца. -- Ты убил чуть ли не половину наших ребят во время Рождества! -- Тогда я коп, хакер, судья и палач в одном лице. Кстати, «…Если придут все четверо, буду только рад» – Александр Нуждин, царство ему небесное. -- Ты даже не представляешь, на каком уровне у нас конспирация! -- Ага, чуть что, так вырядились сталкерами-бандитами. -- Пахан у нас кормит местную власть, продавая наркоту, и вкладывает деньги в развитие технологий. Он дружит с Нео-Тек-Секьюрити, которым ты как и ему насолил. -- И чем же? Шлёпнул по морде босса, что аж башка разлетелась, и свистнул несколько пар сапог и усовершенствованный АК-15? Плюс ещё несколько стволов? Блин, мне точно пора бросать пить, а то по пьяни ещё где посею своё «добро». -- Не переживай! Гранатомёт уже заряжен. ТЕБЕ ПИЗДА, СУКА БЛЯДЬ!!! Бандиты прижали меня заградительным огнём и ни на секунду не давали высунуться. Гранатомётчик воспользовался этим и выстрелил прямо в окно. -- Блин, – произнёс я за момент до взрыва. После взрыва зажигательной гранаты дом изнутри загорелся почти сразу. Я не сгорел только благодаря кинетическому щиту и огнеупорной обработке костюма. Русские, может и взорвали гостиную, но им нужно было убедиться, что я умру, поэтому они пустили сонный газ, чтобы усыпить меня. Я сразу не успел сообразить, что против меня применили и почувствовал такую сильную усталость, что не смог удержаться на ногах и упал. … Спустя какое-то время я очнулся в какой-то палатке, интерьер которой показался мне знакомым. У меня возникла мысль, что кто-то вытащил меня из дома и дал отлежаться в МОЕЙ СОБСТВЕННОЙ палатке. Я отряхнулся и выглянул из палатки. Передо входом как раз стоял Пинстрайп и сторожил меня со своим новым оружием: АК-15. Мы были недалеко от леса. -- Честно скажу: ты спятил, Макс Пэйн, – сказал мне Потору. – Ещё бы чуть-чуть, и ты задохнулся бы от дыма. -- Да, я спятил, но зато я знаю, кто хотел моей смерти. Это точно не твои ребята. Это городской совет. Им не понравилось, как я, бухнув виски с водкой, ловлю преступников и защищаю невинных, оставляя местных чиновников без возможности получить взятку. Похоже, твой сын даже не почесался тебя вызволять из моего «плена». Вот же неблагодарный ребёнок, а? -- Да пусть он без меня во главе семьи стоит. Мне от этого хуже не будет. -- А говорил, что власть потеряешь. Да ты её уже потерял, когда вошёл в аномалию. Эх, сейчас бы яичницу с беконом и бутерброд с арахисовым маслом. Но нам с тобой придётся доедать за Сидора салат с крабовыми палочками и давиться консервами и диетической колбасой. -- Ты уже знаешь, что этот человек загрузил в машину? -- Догадываюсь. Загляни в рюкзак. Он должен быть в Шевроле. Пинстрайп раскрыл походный ранец, лежавший во внедорожнике, и сказал, что в нём есть все перечисленные мной продукты и ещё в добавок две двухлитровые бутылки воды. -- Пожить на этом недельку можно, – сказал я. – Автомат где достал? Под задним сиденьем? -- Да. -- Как ты пригнал сюда сразу две машины? Автопилот или функция следования? -- И то, и другое. Кстати, в твоей Шевроле Ниве не обошлось без русско-английского словаря. Там интерфейс на русском был. Минуту потратил, чтобы поменять язык на английский. Хотя по-русски тоже могу. -- Ну да. Я и забыл, что у меня все интерфейсы в доме и в машинах на русском. -- А почему именно этот язык? -- Да потому что его никто не хочет учить! Никто, кроме самих русских и некоторых американцев. Да и среди тех найдутся лентяи, которые не захотят выучить элементарные правила правописания или ещё чего-нибудь.А я считаю, что русский язык самый лучший, потому что он универсальный, экспрессивный и самый понятный. Английский тоже неплох, только вот годится в основном для программирования, международных переговоров, анализа и, собственно, разговоров между людьми в англоговорящих странах. Ну, можно на английском написать художественное произведение, если хорошо владеть этим языком. Ну, почему мы на языки перескочили? Давай, сменим тему и поедим. -- Я не понял. Ты, что, аутист? -- Э-э-э. В каком-то смысле. У меня, честно говоря, аутизм не выявляли, но я чувствую, что я как раз и есть аутист. Это можно заметить по тому, как сильно у меня развязывается язык, когда какая-то тема мне интересна. Например, если ты скажешь, что ты не против выслушать мою историю, я начну тебе трепаться о моих проблемах… Внезапно из ниоткуда появилась пространственная аномалия, мгновенно поглотившая нас с нашими машинами и вещами и переместившая нас на берег какого-то острова. Глава 2. Новый дивный мир (и Бандикут). Я не сразу оправился от произошедшего перемещения. Но когда я пришёл в себя, то увидел, что лежу на песке под ярким солнцем, как будто я проспал всё первое января. Стало настолько жарко, что я вспотел и мне захотелось снять с себя костюм, который уже успел «срастись» с моим телом. Но тут же термоткань охладилась и стало прохладно. Но всё равно моему организму надо было привыкать к новым условиям. -- Уф! Жарковато стало, – произнёс Пинстрипелли. -- Ну, так сними пальто. Только не произноси «уф» слишком часто, а то я подумаю, что ты включил Пахома Поехавшего из «Зелёного слоника». Кстати, где мы? -- Скорее всего на острове Вумпа, – ответил Потору, снимая пальто. – Осмотрись, нет ли где жилища. Именно там и должны быть Бандикуты. Я знаю это. -- Бандикуты? Значит, Крэш тоже там будет? -- Ну, да. А ты чего хотел? -- Не знаю. Опять нажраться-набухаться. А тут на такой жаре водку нельзя пить. Сразу мозги вскипят. Надо бы что-то помягче. Например, скотч. -- Ну, на острове Вумпа, насколько я знаю, алкоголя нет. Но ты можешь довести фрукты вумпа до брожения и сделать на них ликёр. -- А у тебя рецепт есть? -- Нет. Всё, проехали. Едем дальше, коммандер. Мы проехали на машинах около трёхсот метров до ближайшего домика, припарковались возле обломков огромного робота и пошли к предполагаемой хате Крэша. Постучались. Никто не ответил. Я заметил, что дверь была открыта, вошёл в одну-единственную комнату, представлявшую из себя прихожую, гостиную и спальню, и тут вылетел здоровый, накачанный красный антропоморфный бандикут в солдатских штанах и с металлической рукой и закричал: -- Ты выбрал не тот дом, человек! -- Эй-эй-эй! Спокойно! – остановил я качка, выкидывая оружие и карманный генератор под диван. – Я не имею отношения ни к спецслужбам, ни к Кортексу. -- Вот как? А этот потору!? – спросил он, указывая на моего спутника. – Он же на Кортекса работал! Мне Коко, младшая сестра, рассказывала как он чуть не убил Крэша. -- Да!? Чуть не убил? Пинстрайп меня тоже чуть не убил, потому что я вонзил ему в руку разбитую бутылку, вырубил, унёс и перевязал ему рану. Теперь на моей стороне, несмотря на странность обстоятельств. Я ему даже пообещал кое-чего ценного, если он примерит на себя роль хорошего парня. (обращаясь к Потору) Пинстрайп, заходи, он нам ничего не сделает. (обращаясь к Бандикуту) Сам кем будешь? -- Кранч. Кранч Бандикут. А ты? -- А я Макс Пэйн, и я, пожалуй, единственный человек, который сто процентов не станет обманывать и делать пакости ради выгоды. -- Почему ты так решил? -- Потому что кругом люди обманывают, а я врать и кидать не умею. Перед Новым Годом я почистил для Нью-Тек-Секьюрити пару районов от неугодных им бандитов, а они не стали платить только из-за того, что я отпустил жену босса вместо того, чтобы раздробить и отрезать ей руки… Блин, если бы я так и поступил, то попросил бы тебя сжечь меня на костре. Ты же понимаешь, что значит раздробить женщине руки, а потом отрезать? -- Жутко больно… и страшно, наверное. -- Во-во! Ублюдки. Ну, я выслушал босса, как он поступил со своей женой, чтобы тепло её рук и её любовь не доходили до её детей. Он сказал, что вообще облил своей… Лизе руки коктейлем Молотова и поджёг. А потом руки ей ампутировали и даже не заменили на протезы. Полиция, разумеется, промолчала и развела руками, так как у шефа рот был забит незримой пачкой электронных денег. Босс сказал мне, что ему так понравилось отрывать жене руки. Ну, разумеется! Кто же не захочет лишить будущих солдат-убийц материнской ласки? Ну, я достал свой пистолет, который я только что выкинул под твой диван, и расстрелял негодяя на месте, потому что его поведение по отношению ко второй половине полностью противоречило моему моральному кодексу. Забили тревогу, и я сбежал, по дороге украв несколько пистолетов, дробовиков и автоматов в качестве утешительного приза вместо хлеба. Вот только огнестрельным оружием я не питаюсь, а пуль так вообще избегаю. Кстати, оружиедля самообороны надо? -- Зачем? Мы же прекрасно обходимся без огнестрельного оружия! Зачем оно нам, когда мой безоружный младший брат, Крэш Бандикут, всё равно победит Кортекса со своим фирменным Вращением Торнадо? -- Придёт время, когда Кортекс или его приемник вооружит своих миньонов пистолетами и Калашами. Тогда мне придётся достать для вас бронежилеты и БМП. -- Ты что несёшь, человек? -- Ты сейчас слушаешь разъярённого бывшего копа, наёмного убийцу, телохранителя и агента Овервотч… Я много раз облажался! По моей вине погибли многие мои друзья и близкие, а кто-то пропал без вести. Я хотел покончить с жизнью самоубийством, но тут объявился мой старый знакомый, усыпил меня и кинул в морозильную камеру. Позднее какая-то сумасшедшая учёная нашпиговала меня имплантами, одела в этот костюм и предложила мне присоединиться к Овервотч. Ну, я присоединился, мол, не давать же человечеству навернуть говна. И всё шло хорошо до тех пор, пока я не отправился на переговоры с главой российского конструкторского бюро. Меня подставили, выкинули вместе с солдатом и путешественницей во времени на улицы родного города, чтобы противостоять полицейским и частной армии «Вишкар». Повоевав, я обратился в ООН. Овервотч восстановили в законе. Меня за каким-то хером понесло обратно в Россию, чтобы украсть дочь главы бюро и заставить её мать-злодейку разговориться. Вышла херня полная, и меня поймал «Коготь», террористическая организация, а точнее империя, воюющая с Овервотч. Нас с путешественницей во времени чуть не ассимилировали. Мы вырвались и дали по заслугам главным ублюдкам из «Когтя», но когда надо было добраться до последнего злодея и наказать его сурово и справедливо, Трейсер, как звали «героиню», заявила, что я подвёл Овервотч, свёл её друзей в могилу, и что я просто е***н. Она прострелила мне сердце, и если бы не объявился Крэш со своей сывороткой из фруктов вумпа, я бы увидел белый свет и передал привет мамке и покойной жене. И тут я решил, что многим взрослым людям я не могу доверять. Только антропоморфным животным, и то не всем. Вот Пинстрайпу я могу доверять, пока у меня с ним телепатическая связь. -- Что!? Ты телепат? -- Да, но я не могу пользоваться телепатией слишком долго. Мне нужно пить воду. -- Так значит, ты манипулируешь им? -- Нет. Только слегка посверлил взглядом, и он принял решение отойти от криминальной деятельности. По крайней мере, на то время, когда мне нужна его помощь. А где Коко и Крэш? Из-за дивана выскочили мой старый знакомый Крэш и его предположительная сестра Коко, блондинка с длинными ухоженными волосами и скромным макияжем. Даже у меня на глазах было био-туши пожирнее, спасибо Циглер. -- Мы здесь! – сказала Коко. – Значит, ты не на стороне зла. -- Конечно же! – подтвердил я. – Злодеев, по моему, надо наказывать, а неисправимых негодяев так вообще казнить… пистолетом. -- Значит, у тебя такое представление о борьбе со злом? – спросила вылетевшая из ниоткуда говорящая деревянная маска, украшенная цветными перьями. – Что ж, оспаривать не буду. Я – Аку-Аку, добрый дух, заключённый в маску. Мой долг защищать героев, призвавших меня. Ты, как и Крэш, можешь укрываться за мной сколько угодно при условии, что ты не дашь врагам очень сильно испортить моё лицо. -- Спасибо, конечно, Аку-Аку, но мне хватает огнеупорных штанов, пуленепробиваемого пиджака и собственного черепа, способного в некоторых случаях выдержать пятидесятый калибр, – ответил я маске. -- Всего-то пятидесятый калибр!? – засмеялся Кранч. – Будь тут Доктор Н. Джин, он бы назвал тебя слабаком. Он получил мини-ракету в голову и до сих пор ходит с ней. Джин помешан на ракетах и даже успел построить ракетный крейсер, набитый боеголовками. -- А что? Неплохо иметь свой боевой кораблик. А как у вас с трафиком огнестрельного оружия? -- Единственные, кто носил с собой огнестрельное оружие, – это Пинстрайп и его банда, – сказала Коко. – У Кортекса при себе был плазменный пистолет, а у Н. Джина помимо ракет есть новейшие системы вооружения. -- Кроме Кортекса и его команды тут ещё люди есть? -- Есть аборигены, причём не очень дружелюбные по отношению к чужакам и антропоморфам вроде нас. -- Что-то известно о существовании других антропоморфов? -- В последнее время не было никаких вестей о Дингодиле и Тигре Тайни. Возможно, их создатель Кортекс избавился от них, как от самых некомпетентных подчинённых. Да и вообще, мне кажется, он завязывает. После стольких провалов он даже потерял страх перед злым духом Ука-Ука, предал его и всё равно провалился. Теперь учёный собирается уйти на пенсию. -- А как же бесплатная рабочая сила для того, чтобы построить автозавод? Он мог бы использовать свой луч эволюции, чтобы наделать себе работников из местной фауны. -- Он уже использовал бесплатную рабочую силу, чтобы построить огромного робота и захватить мир. Не вышло. -- Ну, пусть задастся благородными целями! И тогда у него получится. -- Кортекс вряд ли станет заниматься благородными делами. Даже за производство не возьмётся, – возразил Аку-Аку. -- А как же лёгкие бабки? -- Его цель посеять в мире зло и доказать, что он великий учёный. -- Тогда пусть готовит идеальных клонов-убийц и командиров-телепатов как в «Ф.Е.А.Р.» при условии, что он не последует за Харланом Вейдом, учёным, который как раз занимался этим. -- У него и с мутантами не получилось. -- Ну, раз уж так… Навестим его. Убедимся, что он отошёл от дел, и оставим его наедине с бутылкой водки и консервами. Если он действительно такой мирный, то размахивать пушками не рекомендую. Кстати, я всё равно оружие вам дам на случай, если против нас выступят киллеры Нео-Тек-Секьюрити. Но только вряд ли они за Кортекса, ведь я только убил его тёзку, Нео Бриггса. -- Откуда в лаборатории Кортекса может быть НТС? – спросила Коко. -- Ну, мало ли? Может, он нанял себе охрану. Хотя, я думаю, ему нечем платить. Разве что фруктами вумпа, отжатыми у вас. -- Э-э-э, – протянул Крэш. – Кортекс у меня никогда не крал фруктов вумпа. Не помню такого. Кранч и Коко рассмеялись, услышав реплику Крэша. -- Наверное, очень смешно, раз уж это не фальшивый смех, – сказал я. – Расскажите, и я тоже посмеюсь. -- Просто у него долгое время вообще не было мозгов, – сказал Кранч. – А теперь они у него откуда-то взялись. -- А что с ним вообще было? -- На нём использовали плохо подготовленную Кортекс Вортекс. В результате он лишился мозгов и дара речи. А сейчас он и говорить умеет, и считать, даже писать. Коко пытается научить его программировать. -- Кстати, а какой сегодня год? А то боюсь повстречать самого себя или Пинстрайпа из прошлого. -- 2019-ый. -- Ну, если я-из-прошлого не позову себя-из-будущего смещать власть в России или в Штатах или ещё чего-нибудь делать, то всё в порядке, лишь бы не встретиться с Пассосом или да Сильвой. А то будет очень интересно. Что же до Пинстрипелли, то он попал в пространственно-временную аномалию год назад. Всё же, как говорил один философ, из прошлого в настоящее можно вернуться, а вот из будущего в настоящее уже нельзя, по крайней мере, не перетерпев изменений. Всё, поболтали, и хватит. Пошли. Кто-нибудь знает дорогу? -- На пристани стоит корабль, который доставит нас на Антарктиду, где и расположена лаборатория, – сказала Коко. -- Куртки берём? – спросил я. -- Мы нет, а ты можешь надеть шапку. -- Русская ушанка пойдёт? -- Ты ещё спрашиваешь? -- Э, риторический вопрос, – усмехнулся я. – К несчастью, я оставил ушанку дома. Придётся уши поморозить. Эх, как же я хочу быть фурри. -- Тебе превращений мало? – спросил знакомый женский голос. Мы с товарищами дружно оглянулись и увидели на пороге саму Ангелу Циглер в костюме дьявола. -- Блин, ты какого хера тут делаешь!? – спросил я. – Тебя сюда не звали. -- Вообще-то, я заходила в гости к Кортексу, чтобы поблагодарить за Психетрон, устройство, позволяющее перемещаться между пространственными и временными измерениями, – объявила мне учёная. – Ты даже не представляешь, каких успехов он достиг в этом деле! Он сделал Психетрон таким мощным, что смог переместиться в измерение Овервотч, твоё измерение, миры Ф.Е.А.Р. и С.Т.А.Л.К.Е.Р. и открыть везде порталы. Один таинственный мужчина сказал мне, что я должна воспользоваться возможностью перемещаться по измерениям, чтобы достать тебя и сделать новым агентом Овервотч. Просто для забавы. Я согласилась сотрудничать с Кортексом и предоставила ему технологии будущего в обмен на возможность похитить тебя из твоего измерения. Я сделала тебя хакером-полу-киборгом с телепатическим потенциалом. Пока ты работал с Овервотч, выяснилось, что ты представляешь огромную опасность для Лиги Зла, и было решено отловить тебя, лишить тебя поддержки и ассимилировать тебя. Но ты всё равно уничтожил «Коготь». Ты понимаешь, что ты натворил!? Теперь из-за тебя… -- П-ф-ф-ф…, – фыркнул я. – Да мы же всё равно живём в игре, а не в симуляции реальности! И пусть эти гражданские лица сами регулируют свою численность. Пусть космонавтику развивают и посылают колонистов на Марс.Если развелось людей 8 миллиардов, то пусть решают эту проблему сами, без вашей, злодейской помощи. -- Мона, кстати, думает по-другому, – сказала Циглер. – Она считает, что надо попить крови у всех. -- Ужас! – воскликнула Коко. -- Бу-э-э, – выдавил Крэш. – Я не люблю людей-кровососов. -- Вот же гадина, – выразился Пинстрип. – Даже я, будучи вампиром, пил бы крови в меру. -- А у кого «у всех» попить крови? – поинтересовался я. – У дегенератов вроде Пидоровича и Ванючки? Или у вполне нормальных людей? Я б на её месте тогда уж всех идиотов на свете перемочил, за исключением тех, кто умом пострадал от сумасшедших учёных. Жалко только, что «лох не мамонт, лох не вымрет» ни при каких обстоятельствах. Система всегда будет респавнить лоха. -- Ха-ха-ха, – засмеялась злодейка. – А, всё-таки, ты не настолько наивный, насколько хочешь себя показать. -- А ещё я хочу сказать, что пытаться уничтожить человечество в нескольких измерениях – сплошной геморрой. И что вы с Кортексом предпримите? Объедините несколько измерений в одно? -- Да. И Кортекс над этим работает. Думаю, было бы неплохо завести себе союзников злодеев из других измерений. -- Возможно, для вас неплохо, – согласился я. – Только кто захочет воевать за Кортекса? Да никто! Одним бабок надо, других хлебом не корми, дай мир уничтожить СВОИМИ руками. Даже Влад Лем не стал бы дружить с Нео.Беккеру пришлась бы больше по вкусу пачка денег во рту, чем уничтожение мира, а Хорн сама бы перетравила планету Валькирином. Кто дальше идёт? Эггман-Роботник из «Соник Икс»? Баузер из «Супер Марио»? Не смешите меня! Вы все скорее предпочтёте воевать с нами по отдельности, и у вас ничего не выйдет. -- Мы обязательно найдём себе союзников, и у нас будет НАСТОЯЩАЯ ЛИГА ЗЛА! -- К тому времени вы с Моной сдохните, а Кортекс будет отрабатывать за злодейства самым унизительным образом: чистить туалеты столовыми приборами. -- Хах! – усмехнулась Циглер.– Злодеи не умирают! -- Тогда либо вы все будете чистить туалеты, либо каждого из вас зашибём по два раза, – сказал Кранч, разминая свою металлическую руку. – Кстати, хочешь испытать мощь моего кулака? -- Я бы сейчас хотел посмотреть, как мой новый автомат пробивает твой защитный костюм, – добавил Пинстрайп, передвигая затвор Калаша. -- Ой, да вы даже не понимаете, что будет, если убьёте меня! – засмеялась Ангела. – Мои снайперы сразу вас всех перестреляют. Кстати, Макс, снайперы и солдаты с автоматами – это то, что осталось от твоих клонов. -- А? – вопросительно произнёс я. -- Да-да, Макс Пэйн. И тебе не помогут ни Потору, ни Бандикуты, ни Аку-Аку. -- А тебя, значит берегут мои клоны? – задал я риторический вопрос злодейке, начав читать её мысли. Пока я пробыл в голове Ангелы, я узнал, что Ванючка тоже в игре, но на нейтральной стороне, так как он является самым некомпетентным оперативником. А так же я смог за неё сосчитать клонов. Их было всего пятьдесят плюс парочка мутантов Кортекса. -- Выходит один Аку-Аку не способен защитить меня, крёстного и Бандикутов от армии клонов? – осведомился я. -- Правильно! – воскликнула Циглер. – А ещё пришёл конец твоей независимости и смертности. Ты будешь верным рабом Кортекса и начнёшь вершить зло под его руководством! МУ-А-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!!! Аку-Аку, Пэйн, узрите мою силу! Один клонов выстрелил сеткой в Аку-Аку и поймал его. Добрый дух ничего не мог поделать. -- Ха-ха! – засмеялась Циглер. – Теперь насчёт твоего рабства, Пэйн. -- Вообще-то, я обрусевший типичный американец с достаточной силой воли, чтобы сопротивляться, – сказал я. – В лучшем случае для Кортекса я умру, твёрдо стоя на ногах. Кстати, а почему народу только человек пятьдесят из клонов набралось? Я уж хотел со всем островом танцевать казацкий пинок под «Russki-Pusski». -- Ну, и как ты собираешься танцевать, когда аудиосистемы нет? – спросила насмешливо Ангела. В нескольких метрах отсюда прогремело два взрыва. Было несложно догадаться, что это были именно мои машины. -- Блин, – выругался я. – Ты мне не оставляешь выбора. -- Сдаёшься или дерёшься? – спросила Циглер. – Вспомни слова Влада: «Однажды ты умрёшь из-за своего упрямства.» -- Думаешь, я хочу, чтобы Бандикуты подохли вместе со мной? Если так и будет, то это будет победой для моей негодности в герои. Если же я сдамся, то… Короче, я сдаюсь. Ребята, бросайте оружие, какое у вас есть. -- Ты даже не стал драться! – возмутился Пинстрипелли. -- Трус! – выкрикнула Коко. -- У меня есть план, – прошептал я им едва слышно. – Пусть Кортекс и Циглер подумают, что взяли верх. Это ослабит их концентрацию. -- Мне так нравится, когда добрые между собой ругаются! – восхитилась Циглер. – Это так прекрасно, когда враги не вместе. А сейчас я приготовлю Макса и Крэша к транспортировке. Циглер выстрелила в нас с Крэшем дротиками, и мы мгновенно уснули. Через пару часов я уже проснулся в какой-то лаборатории закованный в наручники и парящую колодку у стены недалеко от Крэша, который тоже был в кандалах. К нам подошёл желтокожий хилый коротышка со здоровенной головой в венчике из чёрных волос и с большой «N» на лбу. Он был одет в лабораторный костюм и нёс в руках какое-то устройство, напоминавшее большой лучевой пистолет. -- Макс Пэйн, – сказал желтокожий восторженным голосом. – Какое говорящее имя! Приятно с тобой встретиться. Я Нео Кортекс. -- Кортекс. Это потому что в детстве обижали и заставляли кривить рожи перед публикой? – посмеялся я. – Ну, ты и клоун! -- Я злой учёный! – обиженно выпалил Кортекс. – Ты даже представляешь, что я с тобой сделаю. -- Поиграешь моей головой в боулинг? -- Ой, да что ты! Я бы хотел посмотреть как ты отреагируешь на один мой интересный эксперимент: с помощью Модификатора я сделаю тебя… БАНДИКУТОМ!!! Ха-ха! И люди отвернутся от тебя, уродливого гуманоида и двойника Крэша! -- А давай. Всё равно моя кожа похожа на голое сырое мясо. А так хоть у меня шерсть будет. И уши зимой не замёрзнут. Меня любая перспектива устраивает, потому что люди хотят моей смерти. -- Ха-ха-ха-ха-ха-ха!!! Ты сам выбрал стать бандикутом вместо того, чтобы остаться человеком. Ты будешь одним из моих самых нелюбимых существ, и мне это нравится! -- А всё же лучше быть недоделанным фурри, чем лысым жирдяем или крашеным уродом. -- Но я думал, ты предпочтёшь остаться человеком, – произнёс Крэш. -- Приготовься увидеть своё новое лицо, Макс! – воскликнул Кортекс, наведя на меня лучевой пистолет. Нео нажал на курок и выпустил в меня яркий оранжевый луч. Я сразу почувствовал, как моё тело меняется: кожа покрылась гладкой рыжей шерстью, местами густой и длинной, морда вытянулась, нос стал круглым и чёрным, уши стали звериными, и голова слегка увеличилась в размерах. Всё, что во мне человеческое сохранилось, – это общее строение тела, форма зубов (кроме клыков), глаза, борода, волосы на голове и некоторые черты лица, правда, мне показалось, что тело немного уменьшилось вместе с одеждой, и я сильно похудел. -- Ха-ха! – засмеялся учёный. – Ты больше не Макс Пэйн! Ты теперь МАКС БАНДИКУТ!!! -- Зато я буду внушать людям доверие, – сказал я, пытаясь получше осмотреть своё новое тело. -- Ерунда! – махнул рукой Кортекс. – Я смог сделать из человека фурри! Теперь можно отправить тебя в Вортекс! Но сначала я хотел бы тебе показать как измерения соединяются вместе! ДА ОСУЩЕСТВИТСЯ ПОТОМ МОЯ МЕЧТА!!! -- Мечта «засунуть обогреватель в морозилку, включить и посмотреть, кто кого?» – поинтересовался я насмешливо. -- Э-г-е-е-е, – протянул Крэш, глядя на мою морду. – Ты похож на… бандикута вроде меня, Макс. -- Что-то среднее между тобой и Джеймсом МакКефри, да? – осведомился я. -- Я хотел показать вам, как я захватываю мир с помощью других злодеев! Мне только не хватает ресурсов, чтобы обратить их в своих союзников, – перебил нас Нео. -- Ну, так приготовь партию метамфетамина, фиг ли, – предложил я. -- Мне нужны кристаллы. -- А разве синий мет это не кристаллы? -- Это не то! Мне нужны большие розовато-фиолетовые кристаллы питания. Если Крэш помешал мне с моей Супер Кортекс Вортекс, тогда я придумаю кое-что попроще. Но это пусть пока останется секретом для вас двоих. А сейчас… Н. Джин! В комнату заглянул низкорослый пухлый учёный-киборг с ракетой в голове, предположительно тот самый Н. Джин,и спросил: -- Что нужно, хозяин? -- Помоги мне перевести этих бандикутов в главный зал и активировать Супер-Психетрон! – сказал Кортекс. – Не могу дождаться того момента, когда вымышленные миры соединятся с реальным! Да! Мы поднимемся на уровень выше! Нас, не выпуская из оков, перевели в главный зал, где работало огромное устройство, состоявшее из катушек Тесла и окружённое лазерами и энергетическими полями. Кортекс не стал прибегать к квантовой физике и объяснять нам что да как. Он вместе со своим верным рабом запустил какой-то генератор, ввёл коды, опустил рычаги включения и… произошёл огромный выброс квантовой энергии, поглотивший всю планету, но никого не убивший. -- Теперь несколько параллельных измерений, существующих на этой планете, будут как единое целое! – воскликнул Кортекс. – Что может быть лучше осознания масштабности твоих действий? -- Только успокоительное или пуля в голову, – сказал я. -- Хватит этих детских шуток! – выпалил злодей. -- Да! – поддержал Н. Джин. – Заткнись и слушай хозяина, бандикут! -- Я вообще-то был человеком. Коммандер Макс Пэйн к твоему сведенью, шашлычок, – ответил я, обращаясь к Джину. -- Кстати, я невкусный, – сказал Джин. -- Обманываешь. Человечина как раз самое сладкое мясо для людоедов… Или ты зомби, а не человек? Внезапно открылся портал, и из него выпал вооружённый Диглом грязный бородатый длинноволосый мужик в форме военного оперативника. -- Ай, бля! Уебался! – выругался мужик. Портал закрылся, а наш нежданный гость, оправившись, посмотрел вокруг с широко раскрытыми глазами. -- Бля, где я? – спросил он. – И где солдаты Армахема? -- Э-э-э, – протянул Кортекс. – Пойнтмен? Ты? Проклятье, придётся уходить. Это просто побочный эффект использования Супер-Психетрона, солдат. Возможно, я не доглядел. Но, пожалуйста, не убивай нас! Я ухожу отсюда с Н. Джином. Пусть клоны и мутанты разбираются с тобой и бандикутами. -- Стоять! – крикнул Пойнтмен, наводя пистолет на Кортекса и Н. Джина. – Вы никуда не уйдёте, пока не ответите на мои вопросы! -- Если ты выстоишь против моей армии клонов и супер-животных, пусть эта парочка бандикутов тебе всё объяснит. Возможно, один из них в курсе, что происходит. А мне пора сеять зло. Пока! – сказал Нео Кортекс, убегая вместе с Н. Джином и закрываясь от пуль. -- Сука! – выругался Пойнтмен, как только Кортекс и его друзья скрылись, заперев за собой все двери. – Сначала на меня призраки и солдаты Армахема нападают, а потом я за каким-то хером попадаю сюда! -- Это всё потом, мужик, – сказал я. – Сперва помоги нам, а потом придумаем, как выбраться. -- А вы, блядь, кто такие? – спросил оперативник, наводя на нас пистолет. – Я не собираюсь ничего с вами делать, пока не получу объяснения. -- Ах-ух! Эх-эх! У-у-у! – панически пролепетал Крэш. -- Блин, ну ты в кого целишься? – возмутился я. – Мой друг спас планету от Кортекса и Ука-Уки несколько раз подряд, а я убил столько преступников, сколько тебе и в кошмарном сне не снилось. Да и вообще я один из самых опасных людей на свете. -- Вообще-то я вижу перед собой парочку гуманоидных бандикутов, – сказал Пойнтмен. – Один в джинсах, кедах и с голым пузом, дрищ какой-то, а другой в светящемся дорогом костюме, с бородой и зачёсанными волосами. Я вам не доверяю: вы выглядите подозрительно. -- Ой, да ты никогда не доверяешь, если существо кажется подозрительным! – возгласил я. – Ты ещё своим коллегам позвони и спроси как поступать с антропоморфами и людьми, подверженными превращению. Меня зовут Макс Пэйн, а это – Крэш, мой товарищ по беде. И поверь мне, Пойнтмен, я не собираюсь это затягивать. Освободи нас от этих наручников и колод. Обещаю, что будем кусать только тех, кто пытается пристрелить нас. -- Ну, ладно. Так и быть… блять. Пойнтмен подошёл к нам и выбил замки на наручниках и парящих колодах. Я и Крэш снова были свободны в движениях. -- Ю-ху! – воскликнул Крэш. -- А ты молодец, мужик. Спасибо, – поблагодарил я нашего спасителя. – Надеюсь, твои навыки стрельбы лучше, чем манера говорить во время ЧП? -- Когда я целюсь, мне нет равных в точности попадания, – гордо заявил Пойнтмен. – А ещё я обладаю ускоренными рефлексами, которые делают меня непобедимым убийцей. -- Хорошо, что ты на стороне добра, а то бы мы с Крэшем в первую секунду словили маслину. -- Хорошо, что вы никогда не встретите моего брата-каннибала. Он мёртв уже второй раз. А так бы он вас убил и поглотил. -- А что, ему охота была набить себе брюхо? Или он копил энергию для паранормальных способностей. -- Второе верно. Кстати, вот тебе MP7,Макс Пэйн-Бандикут. Пойнтмен отдал мне пистолет-пулемёт, точно зная, что я управлюсь. -- А Крэшу, что? – спросил я. – Он же не станет кидаться фруктами в клонов с бронёй. -- Могу предложить свето-шумовые и осколочные гранаты, – сказал Пойнтмен, давая Крэшу «лимонки». – Выдернешь чеку, Бандикут, и гранату можно держать в руках не более двух секунд. Лучше даже кинуть так, чтобы у врага не было возможности откинуть её обратно, но так, чтобы снаряд прикончил того, кого тебе надо. Понял? Свето-шумовые не смертельны в отличие от осколочных и шоковых, но можно ослепнуть и оглохнуть, если посмотреть на снаряд во время взрыва. Так что береги глаза. -- Да ты прям военный инструктор! -- А что мне остаётся делать, если твой друг похож на полного разъебая? Я посмотрел на Крэша, а он, только закрепив гранаты на ремне, глупо улыбнулся и скосил глаза. -- Да он не совсем тупой! – заступился я. – У него травма головного мозга была. Но он не дегенерат в отличие от некоторых моих знакомых. Уже через пять секунд в главный зал ввалилась толпа клонов. Отстреливаясь, я утащил Крэша к опоре катушки, вполне пристойному укрытию и стал смотреть, как Пойнтмен, спрятавшись за опорой другой катушки, пытается вместе со мной одолеть клонов моего старого призрака. Одного Дигла и MP7 было мало, чтобы одолеть двадцать пять профессиональных бойцов. Да и прижимали нас огнём очень плотно. Крэш неожиданно сообразил, что надо клонов ослепить и разорвать в клочья гранатами. Он кинул сначала пару свето-шумовых, а потом все осколочные, которые у него были, прямо во вражеских солдат. Никакая броня не смогла спасти ослеплённых «Пэйнов» от взрыва, разорвавшего их на куски. -- Бу-э-э-э! – произнёс Крэш с отвращением. – Кровь, мясо, кишки… -- …И говно, хе-хе, – добавил Пойнтмен. – Добро пожаловать во взрослую игру, Крэш. Это твоё первое массовое убийство. Я уж думал, ты совсем дебил с ДЦП. Пошли, прикроете меня. Патроны пятидесятого калибра кончились. Кстати, кто из вас знает дорогу? -- Я тут в первый раз, а Крэш, возможно, плохо помнит это место, если и был в лаборатории Кортекса, – ответил я. – Но мы можем на нюх вывести нас на пляж острова Вумпа, где расположен дом Бандикутов. Конечно, следует сперва освободить Аку-Аку. -- Да идите вы нах и пушки забирайте! – сказал Пойнтмен. – Я сегодня бухал, и тут такая ерунда началась. Короче, я сам поищу выход. -- А мне вообще показалось, что я не только бухал, но и принимал ЛСД. И пожалуйста – я, предварительно протрезвев, превратился из человека в бандикута-антропоморфа. Один Крэш самый трезвый из нас. Ну, давай, мы как два бухарика идём и стреляем по всему, что движется, а Крэш… -- Э-э-э, – протянул Крэш, недоумевая. – Кристаллы? Драгоценные камни? Фрукты вумпа? -- Патроны, – ответил Пойнтмен. – Оружие и патроны. Да и сам учись стрелять. Тебе пригодится. Мы с Крэшем пошли очень быстро и оставили Пойнтмена далеко позади. Он просто не мог так быстро бегать как мы. -- Учись бегать быстрее, солдат, – сказал я. – А то сядешь на бутылку раньше, чем мы. -- Пошёл ты, Бандикут, – послал меня Пойнтмен. -- Поверь мне, я не хочу, чтобы ещё кто-то умер по моей вине. Ну-ка, дай пистолет. Думаю, я лучше стреляю, чем ты. -- Да ни за что! -- А что если я покручусь как Крэш? Я совершил Вращение Торнадо, до тех пор доступное Крэшу и теперь доступное мне. У меня слегка закружилась голова от совершённого трюка. -- Кажется, у меня идея, – сказал я. – Пойнтмен, поставь пистолет на предохранитель и вцепись в него всеми руками. Крэш будет вращать тебя, держась за ствол, и вы сможете раскидать животных-мутантов Кортекса. Я вас прикрою огнём. -- Иди нахуй! – выпалил матом Пойнтмен. – Э, блядь, зря я вас освободил. Да провалюсь я в ебаную пространственную аномалию и не увижу вас! Я выхватил у Пойнтмена пистолет, поставил на предохранитель и сказал: -- А вот и нет. Крэш, если на нас решат навалиться всей толпой, возьми пистолет за рукоятку, не снимай с предохранителя и не отдавай Пойнтмену, пока я не скажу. А ты, Пойнтмен, возьмись за ствол и не отпускай, если он тебе с пустым магазином так нужен. -- Бля, ну ты пидор, Макс, – выругался Пойнтмен. За нами пришла целая орава лабораторных ассистентов и животных-мутантов Кортекса. Одних АК-12, собранных с клонов, было мало, чтобы всех одолеть. Поэтому Крэш и Пойнтмен сделали, как я сказал, и молодой герой Бандикут так быстро и сильно закружился, что солдат едва не выпустил гладкий ствол из липких рук, сбив своим телом пару дюжин мутантов и ассистентов. Я же отстрелял остатки. Неожиданно появился самый крутой и самый непобедимый боец в истории, которого мы никак не могли ожидать, – мутировавший Джон Сина в каком-то странном шлеме. У него были перекачанные ноги и огромные руки-«базуки» с когтями, крепко державшие пулемёт M60E4. -- Хера вы их раскидали! – сказал он. – Я впечатлён, и я даже похлопал бы вам. Но вы уверены, что можете пройти мимо меня? Сейчас вы у меня поймаете двоечку с аппендицитом. Великан Сина мощно прыгнул в нашу сторону и оказался непосредственно у нас перед носом. Мне показалось, что роста в нём не меньше двух метров с половиной. Крэш панически заплакал и сделал большие зрачки. Пойнтмен недовольно запыхтел, а я, разведя руки в стороны, скривил рожу, скосил глаза и высунул язык. И конечно же Джон Сина принялся под свою музыку бить Пойнтмена, отстреливаясь от нас с Крэшем из пулемёта. Мне показалось, что Крэш в страхе мечется из стороны в сторону, пытаясь увернуться от пуль. На самом же деле он и вправду уходил от пуль как я. Крэш без моего приказа взял Калаши выпустил в Сину весь магазин. Несмотря на то, что последняя пуля попала точно в голову, рестлер-мутант остался жив и даже сказал: -- А ты уверен насчёт этого? Тогда я сам включил Замедление и Вращением выбил у Сины пулемёт и принялся бить бойца. Я совершил, казалось бы, невозможное: я оглушил самого мутировавшего Джона Сину серией мощных, ошеломляющих ударов и снял шлем. Сина внезапно обрёл форму среднестатистического качка и участника боёв без правил. -- Ух-ух! – сказал Джон. – Какого хера!? Где я? Кто меня сюда притащил? Кто вы такие!? -- Э-э, – начал я. – Это всё Кортекс. Он похитил тебя из твоей реальности и сделал своим рабом-мутантом. Я всё исправил, но к этому времени Кортекс успел объединить наши измерения. -- Это значит, что я попал в компьютерную игру!? – удивившись, осведомился Сина. – «Крэш Бандикут»!? Постойте! Это же Пойнтмен! «F.E.A.R.»!!?? -- Тут ещё не хватало «Макс Пэйн» и «Овервотч». А теперь мы ещё будем гоняться по игре «С.Т.А.Л.К.Е.Р.» и по симулятору реальной жизни, из которого ты к нам попал. Я хочу сказать, что мы теперь все живём в одной игре. Всё из-за Кортекса. Надеюсь, он не доходил до игр про зомби. -- Ну, ладно проехали. Бандикута и солдата я знаю. А ты кто такой, бородатый грызун в костюме? -- Я человеком был, вообще-то. Меня зовут Макс Пэйн, но я думаю, все больше предпочтут называть меня Максом Бандикутом. -- Ага, ну ты и впрямь похож на Макса Пэйна, Макс Бандикут. Только у тебя морда бандикутовская, глаза крашеные, даже через очки видно, и импланты на лбу и под правым глазом. Да и вообще то, что я сказал, будто ты похож на Пэйна, – просто сарказм. -- Да просто доктор Циглер меня набила имплантами, а потом Кортекс превратил в бандикута. Ха! Да я никогда не буду прежним! У одного Пэйна всегда должны быть разные лица, за каждую новую историю. Забавно, что на этот раз я бандикут. Давайте, вернёмся на остров Вумпа. Вдруг из ниоткуда вылетела злобная жуткая, украшенная костями чёрная волшебная маска в сопровождении Аку-Аку. Это был брат-негодяй, сам Ука-Ука. Он сказал, обращаясь ко мне и Крэшу: -- А вы моего братца не забыли, глупые герои? -- Блядь, а вы кто такие? – не без английского мата одновременно спросили Пойнтмен и Сина. -- Ука-Ука, –начал Аку, – я тебе, конечно, благодарен, что ты спас меня от Кортекса. Но зачем ты это делаешь? -- Как зачем, Аку-Аку? Вы эту жалкую пародию на учёного так и не уничтожили, болваны! Разве вы с Крэшем не помните, как он высосал из меня всю энергию!? -- И что ты предлагаешь, злой дух? – спросил я. – Хочу сказать, что я анти-террорист, и я не могу сотрудничать с теми, кто на стороне зла. -- Ха! Врёшь, Макс Пэйн-Бандикут. Знаю я ваших анти-террористов и ваше американское правительство. Вы стоите на размытой границе между добром и злом и больше склоняетесь к тёмной стороне. -- Правительство хочет моей смерти, потому что я за справедливость, а не за чиновников и манипуляторов. Теперь выслушаем тебя. -- Короче, болваны, – начал Ука-Ука. – Я вам своего братца спас и хочу, чтобы вы доделали свою работу. А не то я всю свою злобу на Кортекса вымещу на вас и всё человечество! -- А что если я захочу оставить Кортекса в живых? -- Не захочешь. Он обязательно даст тебе причину убить себя. А если всё равно захочешь оставить его в живых, то сам знаешь, чем это кончится. Думаю, два умственно отсталых бандикута и парочка не менее тупых мужиков с большими пушками вполне могут расправиться над Кортексом. Обещаю быть мирным после выполнения вами всех обязательств. Пойнтмен хотел было поднять пулемёт Сины, но я сказал ему в глаза: -- Если ты собираешься выпустить в Ука-Уку пару сотен пуль, то сейчас самый неподходящий момент. И запомни: я тут принимаю решения. Потому что я был коммандером, и на мне лежала огромная ответственность… -- Которую ты засрал, – перебил меня Пойнтмен. – Да-да-да-да, я знаю! ПОШЁЛ НАХУЙ!!! Бандикут ебаный. Меня это дерьмо уже заебало, блядь! Эти твои блядские мысли… У тебя не мысли и воспоминания, а хуйня в башке! -- Тебя так в детстве материли, или ты у врагов нахватался фраз? Думаю, у тебя было прошлое тяжелее, чем у меня. Тебя же хотели сделать командиром-телепатом, чтобы ты возглавлял армию клонов, но вместо того, чтобы получить способность управлять клонами, ты получил способность ускорять рефлексы. Сколько тебя ни тестировали, сколько тебя ни пытали, ты всё равно не был так успешен, как твой младший брат, который в итоге стал убийцей и каннибалом. -- А у тебя зато были дедушка и родители, которые хотя бы любили тебя! У меня ничего не было, мазафака. -- Ясен пень! Я ж появился на свет в среднестатистической американской семье, замученной бедствующим положением, а ты – в лаборатории, где ты представляешь из себя только опытный образец, а не предмет любви. -- ХВАТИТ!!! – перебил нас Ука-Ука. – Меня тошнит от этой болтовни по мелочам! Вы отвлекаетесь от темы. Я так понимаю, что ты, Макс Пэйн, убьёшь Кортекса, раз ты не дал Пойнтмену расстрелять меня. -- Конечно, – подтвердил я. – Но если я узнаю, что ты нарушишь своё обещание и решишь устроить Рагнарёк, то останешься без косточек Вуду и словишь энерго-пулю. -- Ты опасный бандикут, Пэйн, и ты имеешь право ставить мне свои условия. Так что замётано. Теперь за работу! Все пятеро!! Ука-Ука отпустил нас, чтобы мы могли заняться делом. Аку-Аку переместил нас к дому Бандикутов, чтобы мы скорее могли заняться разработкой плана по поимке и уничтожению Нео Кортекса. Коко, Кранч и Пинстрайп, частично заключённые в ледяные глыбы на время моего отсутствия, были сильно удивлены, увидев Джона Сину, Пойнтмена и меня в моём новом обличии на пороге дома. -- Вау! – воскликнула Коко. – Я и не думала, что тебя превратят в бандикута, Макс. -- Похоже, ты теперь один из нас, – сказал Кранч. Боец и оперативник представились Бандикутам и крёстному отцу Поторотти, и вторые тоже назвались. Мне позволили посмотреть на себя в зеркало у входа. Я дёрнулся и чуть не закричал, когда увидел в своём отражении глазастую морду бандикута с широким ртом и густыми бровями вместо привычной рожи уродливого жирного толстожопого крашеного бородатого мужика. Как и следовало ожидать, фигурой я больше походил на Крэша с прямой спиной и средней шеей, которой у нашего друга со «сколиозом» вообще не было. И верно, ведь у меня теперь никакого пуза, никакого толстого зада, никакой широкой талии, никаких прослоек жира. Часть из этого бесследно ушла, а другая часть обратилась в чистые белки, правда я выглядел тощим, а не спортивным. Странно, что одежда изменилась вместе с моим телом. Видно, Циглер предусмотрела, чтобы мой костюм с тёмными тактическими очками мог подстраиваться под любую мою форму, даже если я захочу превратиться в тираннозавра. -- А всё же я прав, что лучше быть недоделанным фьюрри, чем уродливым человеком, – сказал я. – Давай и тебя, Пойнтмен, сделаем животным-антропоморфом. Например, потору. И тогда Пинстрайп тебе будет вместо брата Феттела. -- Бля, да как ты заебал, – ответил Пойнтмен уже чисто по-русски. -- А что, неплохо! – сказал Пинстрайп. – Пойнтмен Потору очень неплохо звучит! Хе-хе. -- Ну, ладно тебе! – сказал я оперативнику. – Что может для тебя быть хуже, чем оставаться частично зверем изнутри? -- Стать частично зверем снаружи, – ответил солдат. -- Да мы тут все отчасти люди, отчасти звери. Коко со своей многофункциональной формой аутизма – отчасти человек, Пинстрайп со своими замашками мафиози – отчасти человек, Кранч со своим стремлением качать железо – отчасти человек… Нет в этом плане никакой разницы в том, гомо сапиенс ты или существо-антропоморф. И поверь мне в детстве хотелось превратиться в какое-нибудь животное, например в собаку. -- А меня в детстве животные не окружали. -- Как не окружали? Ну, я ещё согласен только насчёт собак, кошек и так далее. А вот насчёт Харлана Вэйда и людей из Армахема – нет. -- Да хватит вам, парни! – сказал Сина, перебив нас с Пойнтменом. – Кстати, никто не хочет увидеть меня в обличии фьюрри? -- Нет, – ответила за всех Коко. – Ты и так прекрасен. -- А я бы мог сравнить силы бандикутовской металлической руки и человеческой двоечки, – добавил Кранч. -- Тогда лови человеческую двоечку с аппендицитом, Кранч Бандикут! – в шутку размахивая кулаками, сказал Джон. – Ведь я один из самых крутых бойцов на ринге, и моё имя ДЖОН СИИИНААААААА!!! Мы все от души посмеялись над выходкой великого драчуна. Я чувствовал, что с такой компанией я точно не пропаду. А если повезёт, и никто не погибнет, то я не стану вновь чувствовать себя виноватым в смерти друзей. Глава 3. Планы на будущее (и ещё один бандикут). -- Итак, какие предложения будут? – спросил Аку-Аку. – Я, конечно, понимаю, что Кортекса надо наказать за его деяния. Но думаю, что Ука-Ука просто использует нас… -- Пытается использовать, чтобы достичь своих целей, – поправил я. – Вызвать огненный дождь в припадке ярости – это в его силах. Возможно, Кортекс припрятал для себя источник энергии, способной охватить пламенем всю планету, но пока не спешит её уничтожить. Он для начала хочет захватить власть над миром и понять легко ли всеми управлять. Готов поспорить, что он уже долетел до Кремля и пытает Вовку. Только это не по нраву даже оппозиции. -- Подожди, – перебил Кранч. – Какой Вовка? Какая оппозиция? -- Да это…, – начал я. – Поставили на пост президента РФ Владимира Путина, бывшего агента КГБ, какие-то теневики и требуют, чтобы он развивал коррупцию в своей стране. У него даже партия своя образовалась, которую все обзывают единороссами. Простым гражданам вообще не нравится политика этого Вовки, но большинство помалкивает, потому что СМИ отвлекают от насущных проблем. -- А откуда ты столько знаешь? – удивился Сина. – Ты же из компьютерной игры! -- Ты, кстати, тоже. Видно, в моей игре было всё то же самое, что и в «реальной жизни», либо я попал в аномалию, соединявшую «реальный» и «вымышленные» миры. Я ж «выдуманный персонаж», и со мной что угодно может быть. И остальные к той же категории относится. Вот так, например, Крэш из ниоткуда может узнать о теории относительности и за одно мгновение выучить все известные науке физические формулы, а Пинстрайп на ровном месте может превратиться в девушку. Ну, ладно. Всё равно по щучьему веленью, по нашему хотенью Кортекс вот так не сдохнет. Да и зачем его убивать? -- Конечно! Зачем? – поддержала Коко. – Убивать – глупо! -- Да и к тому же он сам не слишком хорошо пытался нас прикончить, ха-ха, – добавил Кранч. – Так что просто ограничимся пинком под зад. Кстати, Макс, ты уверен, что Кортекс именно в России? -- Если б не огромная голова, тощее телосложение, низкий рост, буква «N» на лбу и жёлтая кожа, он смахнул бы на злого двойника Ленина, – сказал я, предлагая мотив своего неожиданного предположения. Я только подумал о следующем: если б кто-то заявил, что Кортекс русский, то Кортекс ответил бы: «Без балды! Во мне смешалась кровь австралийцев и русских иммигрантов! А значит, я русский по крови.» -- Кажется, про какого-то Ленина Коко мне показывала в Интернете, пока мы качали очередной фильм, – сказал Кранч. -- Да всё равно, – отрезал я. – Мы ещё должны проверить прав я или нет. Я, Коко и Крэш могли бы отправиться в Россию прямо сегодня, но сначала мне бы провести некоторые улучшения для нашего оружия и научить Крэша правильно пользоваться огнестрелом. А то он так стрелял навскидку, что у Пойнтмена чуть штаны не намокли от беспорядочной струи пуль. Я в очередной раз подколол Пойнтмена, хотя это было совсем необязательно, зато достаточно образно описал стрельбу Крэша. -- Кстати, я бы тоже могла потренироваться, – сказала Коко. – Даже если я в надёжной мужской компании, всё равно я должна уметь постоять за себя. Кроме краденых АК-12 у нас ничего нет? -- Есть, – ответил я. – Под диваном улучшенный Кольт М1911 и энергетическая Беретта 77R, которой могу пользоваться только я. И если мои биометрические данные особо не изменились из-за превращения, то я могу и дальше пользоваться вторым пистолетом. А если да, то придётся взламывать. Я мигом достал из «тайника» Беретту и Кольтовец, отполированный до блеска и без надписей, мемов и раздражающих звуков, которые так нравились Вонючке. Вышел на улицу и выстрелил в небо. На самом деле тут биометрика совсем не причём, так как я стрелял, будучи в перчатках. Тогда я на случай утери перчаток ввёл коды, отключавшие обязательное распознание пользователя по перчатке, добавил в базу свои новые биометрические данные, Крэша и Коко. Теперь у нас был один пистолет на троих и один пистолет на всех, зато каждому по автомату, правда патронов 5,45 было немного, всего сто восемьдесят, и если всем шести членам команды раздать по стандартной обойме 30 патронов, то на раз съедим. У Беретты, к счастью, патроны были чуть ли не бесконечные, так как я смог встроить в магазин ядерный генератор энергии и обить внутреннюю часть магазина серебром для защиты от радиации с помощью инструментов, найденных на разбившемся Громотронике, той самой куче мусора, оставленной когда-то Крэшем после очередной победы над Кортексом. Можно было заряжать пистолет, запуская реактор по нажатию кнопки перезарядки. На время тренировки я разрешил Крэшу и Коко пользоваться моей Береттой по очереди. Подходящих мишеней не было, так что пришлось использовать железяки окрашенные в красный, жёлтый и зелёный цвета. Красные – враги, которых надо было нейтрализовать, жёлтые – нейтралы, с которыми можно было поступать по усмотрению, зелёные – союзники, по которым нельзя стрелять. Прикрываясь пиджаком, я показывал ученикам разные мишени и советовал глядеть в механический прицел. Крэш метко сбил на скорость все красные мишени и ни одной жёлтой, ни одной зелёной и перезарядился. Коко тоже сбила все красные, но уже не так быстро, как её старший брат. Это можно было объяснить тем, что она не получила моей способности замедлять время после выброса. -- В общем, вы всё усвоили, да? – осведомился я. – Да? В таком случае можем отправляться в Россию. Желательно очутиться в Воронеже, а не в Москве, потому что в столице повсюду агенты ФСБ, и мне не хочется иметь с ними дело, если мы пойдём в открытую, а Кортекс успеет заварить ещё больше каши. -- Я перемещу вас на окраину города, – сказал Аку-Аку. -- Тогда отправь нас в Юго-Западный район, – велел я. – Там я как-то отобрал квартиру у местных наркоторговцев. Кстати, отличный вид на парашу, особенно в бесснежную зиму. Блин, мне пора отучиваться от сарказма. -- Так люди всё равно неадекватно на нас отреагируют, – сказала Коко. – Ты хочешь переместиться в Воронеж только из-за ФСБ? -- Ага. Лучше проследить за событиями. Если Кортексу повезёт, он отправится на тот свет не раньше времени. Если его выгонят из Москвы, он наверняка побежит на Нововоронежскую АЭС воровать электричество, чтобы клепать свои изобретения в подземной лаборатории. А от Воронежа до Нововоронежа как раз недалеко. Аку-Аку, отправляй нас. Крэш, Коко, позвольте мне говорить с местными, поскольку я знаю русский, а на вас в этом плане не рассчитываю. Через пару секунд я, Крэш и Коко оказались на полупустой стоянке торгового центра «Армада». В этом часовом поясе только наступило утро второго января. Как и следовало ожидать, снега на улицах вообще не было. -- Ай, блин, как тут серо! – отреагировал Крэш. – Это и есть реальность!? -- Поверь, у меня «дома» ничем не краше, – ответил я. – Хоть глаза не устают. Не успели мы пройти и пяти метров до моей квартиры, как нас остановила молодая семейная пара людей привлекательной внешности и умного вида. Они явно спешили на рынок. Женщина сказала: -- Это же только сон. Не так ли? -- Нет, – ответил я. – Играли в «Крэша Бандикута»? Со мной как раз Крэш и Коко собственной персоной. А я Макс Пэйн. Не обращайте внимания на мою новую внешность. Я всё равно тут был главной грозой всех преступников. По крайней мере в моей «домашней» вселенной. -- Вау! – воскликнула женщина. – Петя, прикинь? Это же Бандикуты из той самой игры! -- И я должен отметить, что Кортекс всё, что ему понравилось, слил с вашей реальностью. Мы все живём в компьютерной игре. Ну, вот, что и требовалось доказать. У вас никогда не возникало ощущения, что дороги и улицы загружаются специально, чтоб вы не чувствовали себя в одиночестве, хотя на самом деле вы тут одни? -- Возникало, – сказал мужчина. – Да и вообще мне ничего не кажется настоящим. И зачем тогда жить? Для развлечения? Развлекаться, увы, не могу. Я раб своего босса. Я каждый день копаюсь в бумагах, чтобы заработать денег. А кто-то так вообще пашет как проклятый. Мы все вынуждены работать, потому что страна, в которой мы заспавнились, в жопе. И все, кто раб, а не рабовладелец, должны здесь работать. Так что если вы припёрлись сюда жить, работайте, блин. -- Может, парочка трудоспособных антропоморфных существ разукрасит ваши серые будни? – предложил я. – Кстати, могу воспользоваться Эволюционным Лучом и Модификатором, если найду нужные устройства. -- Будут или не будут человекоподобные звери, всё равно жизнь – говно, – отрезал мужчина. – Замочите Путина, и на его место поставят диктатора ещё хуже. Долбаные купленные выборы. Эх, если б только Навальный не погиб от рук ИГовцев. Теперь они и в нашей стране совершают атаки с помощью сподвижников из нашего населения. -- Может, тогда сделаем снимок на память? – спросила женщина, доставая смартфон. – Возможно, мы видим их в первый и в последний раз в живую. -- Вы ещё увидите как мы в прямом эфире казним теневиков, которые как раз и говорили Путину, что делать, – сказал я. – По мне так они заслуживают подобного наказания. Столько лет они выжимали соки из россиян через Путина и его команду. Впрочем, и раньше власть пыталась извлечь из крестьян массу личной выгоды. При этом совершенно никакой ответственности. У вас, блин, рабское государство с бандитским строем. -- Да уж, – согласилась женщина. – И мы очень надеемся, что вы это исправите. Я позволил фанатке сфотографироваться с нами, а Крэш дал автограф, начеркав на куске бумаги своё имя. Пара и наша группа разошлись по своим делам. Больше не нашлось прохожих, которые могли бы к нам пристать. Как только мы добрались до моей квартиры, дверь которой была открыта, я сказал товарищам подождать, пока я разведаю обстановку. Когда я зашёл, всё было тихо в этой полупустой хате. Как всегда русский ковёр на стене гостиной, бардак на кухне, неубранная спальня, запылившийся компьютер, заставленный коробками и дисками телевизор, никому не нужный пустой книжный шкаф в кабинете и, в общем, грязи немерено. У меня даже возникло желание прибраться в квартире, но для начала я решил сесть на стул на кухне и подождать, пока кто-нибудь не выйдет на меня с оружием в руках. Как и следовало ожидать, хотя я вовсе не ожидал, из-за холодильника вылетел сам Вонючка с бейсбольной битой в руках. Он крикнул по-русски: -- Слышь, ты чё охуел, уёбок!? Я тебя выебу! Мне показалось, сейчас повторяется сцена с Кранчем. Только на этот раз я уже бандикут. Я схватил стул и стал защищаться. -- А ты не в курсе, кто тут хозяин!? – спросил я. – Это я! Макс Пэйн! Я эту квартиру отжал у местных барыг и теперь использую её как укрытие. -- Макс Пэйн!? – удивился Вонючка. – Ну, ты в натуре еблан. Пэйн – человек, а ты какой-та непонятный котопёс-хуесос. -- Я теперь БАНДИКУТ!!! Блин, ну, с тех пор как ты в первый раз умер, так ты ещё дурнее стал. Помнишь, как тебя порвало на куски тогда в Зоне? Ты ещё был на стороне Овервотч. Я был твоим коммандером. А потом ты по новой предал Коготь, чтобы спасти меня. Ты ещё был ранен Леной Окстон, которую ты знаешь как Трейсер. -- О, блядь, Максимка, это, и правда, ТЫ!? Наконец-то, до Вонючки дошло, что я его бывший приятель, обращённый в антропоморфного бандикута. -- ОООООООООООО!!! – протянул Вонючка. – Мой братан!! Как движуха!? Слышь, я тебя и в правду не узнал. Главное, сидит какой-то непонятный то ли чел, то ли зверь. А знаешь, тут, короче, я забил стрелку с пацанами, ща припрутся. -- Какие нафиг пацаны? – возмутился я. – Тебе скучно? Иди постреляй с глушителем по бутылкам. -- Да я как раз и собираюсь идти стрелять. Просто я решил устроить на хате общий сбор, а потом пойдём мочить объебосов русского народа, блядь. В толпе обосраться не так стыдно. -- Блин, ещё и мой клон называется. -- Вообще-то я клон твоей прошлой и менее совершенной версии. -- Да суть не в этом, а в том, что ты безликим трусом стал, приверженцем толпы. Уже забыл, что Циглер может тебя бесконечно клепать? И ещё ты потерял своё лицо, которое больше хотелось называть хлебалом. -- Бля, мне уже как-то ссыкотно подыхать. В последний раз я едва не схватил маслину, пока съёбывал из лабы. Чё-то выёбываться стала эта Циглер. Я б ей пизды дал. -- Позволь мне тебя огорчить, но с таким уровнем интеллекта ты не слишком компетентный член отряда независимых анти-террористов или НАТ. В русском варианте созвучно с НАТО, а в английском звучит как ICT (IndependentCounter-Terrorists). -- Тебя уронить, бандикут ебаный? -- К сожалению, я не могу ответить на твой звонок. Кстати, ты сам придумал или… -- Пошёл нахуй! Потеряв терпение, Крэш и Коко вломились в квартиру и напугали незадачливого дегенерата. -- НИХУЯ!!! ДА НУ НАХУЙ!!! ЁБАНЫЙ В РОТ!!! ПИЗДЕЦ ГРАЖДАНЕ!!! АААААА!!! Вы кто такие!!? Я вас не звал!! Идите нахуй!! Нахуй идите, я сказал!!! Нахуй, суки!!! Вы, бля, заебали, идите нахуй!!! -- Воу-воу, полегче, парень! – сказал Крэш на английском. – Давай без твоей русской нецензурной лексики, ладно? Я так понял, ты тут живёшь. Что ж моя сестра Коко и я, Крэш Бандикут, не рассчитывали увидеть тут какого-нибудь принца. -- Ну вы ебланы в натуре! – высказался урод. – Рази я похож на принца!? Я БУККАКЕ по имени Ванючка!! У меня даже на спине надпись есть. Я тут самый пиздатый Гамаз, а вы так, объебосы, уёбки, блять. Все иностранцы патлатые говнари. Все за исключением Максимки. -- Так, что ты там говорил про «уронить»? – спросил я. – Мы можем устроить это прямо сейчас. Я смотрю, в твоей болтовне нет никакой логики. Да и разве от тебя дождёшься умной речи? -- Заткни ебало, а то и так потерял уважение. -- От тебя-то? Да мне и от Пидоровича уважение… -- Что!? Ты ему в жопу давал? -- Не-а, я не из голубых. -- А ты, Крэш? -- Нет. -- А ты, Коко, ебалась с футанари? -- Нет. Ты за кого нас держишь? -- Держал за пидоров. Видно, ошибся. Вы, оказывается, норм ребята, ребята, добро пожаловать на Юго-Западный пацанский район. Располагайтесь, а я вам пивка принесу. Всё равно мы с пацанами собираемся ебашить водку. -- Надеюсь, Кортекс исправит это недоразумение, если окажется на нашей стороне, – шепнул я Коко. -- Кто эти пацаны? – спросил я Вонючку. -- Они из ИГ, – ответил мой собеседник. – Совсем хуёво им стало. Некуда податься после того, как Вовка им уебал. -- Чего, блин!? ИГ!!!??? Да я тебя сейчас закопаю вот этими руками, причём очень быстро! Ты меня понял!? А знаешь, как бандикуты хорошо роют землю? -- Ты чё еблан закапывать великого БУКАККЕ в землю!? Вам троим пизды дать? Я со всей силы ударил Вонючку в лоб. У бедного ублюдка чуть мозги не вылетели от удара. Он упал на пол и начал дёргаться. Я заметил, что он стал меняться. Бледная грязная кожа покрылась более или менее чистой гладкой рыжей шерстью, уши и морда обрели бандикутовскую форму, голова слегка увеличилась, телосложение стало ещё более худощавым, ноги стали короче, зато ступни и кисти стали побольше, как, в принципе, и у меня. Видимо, я случайно запустил синхронизацию генов и превратил Вонючку в ещё одного бандикута. Как только Вонючка очнулся, сразу, почувствовав кардинальные изменения, осмотрел своё тело. Разумеется, в мой адрес полетели все известные матерные слова русского языка. -- Зато ты первый бандикут чисто славянского типа, – сказал я. – А ещё с тобой теперь приятно обниматься. Правда из подмышек пахнет мочой. -- ДА, БЛЯДЬ, ЗАЕБАЛ ТЫ МЕНЯ ТРОЛЛИТЬ!!!!(((((99((9(9( – выкрикнул Вонючка. -- Давай, я тебя закрою в ванной, чтобы ты хорошо помылся, а сам скажу пацанам: «Извините, вы террористы, а я против террористов, ты-дыжь, ты-дыжь». Я и Коко просто разберёмся с «ИГовцами», пока они не разнесли тут всё своими поясами шахида. Крэш за тобой присмотрит. Мы с Крэшем едва смогли затащить Вонючку в ванную, где раздели его до трусов и уложили в ванну. Крэш пустил тёплую воду и принялся насильно мыть нашего сопротивлявшегося друга в то время, как мы с Коко отправились очищать Юго-Западный от террористов. С помощью тактических очков я смог распознать людей, представлявших из себя потенциальных террористов. У них были при себе взрывчатые вещества и огнестрельное оружие, причём очень хорошо спрятанные под одеждой, состоявшей из чёрного спортивного костюма «Адидас» и поношенных кроссовок. Террористы с разных сторон направлялись к зданию моей квартиры, на задний двор, где должен был проходить общий сбор. Они не заметили нас с Коко, так как мы прятались в переулках и следили издалека. Как бы это ни было странным, наша шерсть не выдавала нас, когда мы выглядывали. Да и глядеть на нас особо некому было. Когда «ИГовцы» собрались во дворе, настало время принять решение: убить ребят или ограничиться переговорами. Моя ренегатская человеческая сторона нашептывала мне, что этих людей надо убить любой ценой, а бандикут-парагон говорил мне: «У тебя совесть есть? Не убивай этих ребят. Они просто встали не на ту дорогу». Конечно, послушаться бандикута означает подвергнуть свою никчёмную жизнь опасности и с некоторой вероятностью встретить бесславную смерть. Но ведь анти-террористы – это борцы за справедливость, а не убийцы. Я оставил Коко в укрытии и вышел навстречу террористам-новобранцам. -- Слушайте! – сказал я. – Разве что-то изменится от того, что вы убьёте кучу людей и подорвёте сами себя? -- А ты кто такой? – спросил их вожак. – И где великий Вонючка? Он обещал прийти к нам, чтобы вместе с нами погибнуть во славу Аллаха! Ты не понимаешь, пёс, как для нас важно попасть в рай! -- Разве в рай пускают за убийства? По моему, за убийство на сковородке жарят, а за суицид так ещё и заставляют купаться в лаве. Вообще главный принцип любой религии – «Не убий». Даже у ислама такой принцип есть. «Убей неверного»? Брехня! Ребята, вы, если б у вас была возможность учиться, не стали бы прибегать к методам террористов-смертников. Я вас умоляю, не заставляйте меня обрывать ваши жизни, чтобы спасти простых невинных граждан. Это грех. И вообще я зашёл слишком далеко с этой бойней. Не будьте как те люди, которых я отправил на тот свет, тем более у вас ещё есть какое-никакое будущее. Кстати, я Макс Пэйн-Бандикут. -- Чего!? – все хором переспросили. – Макс Пэйн!? Это он!!! ОН ИЗМЕНИЛСЯ!!! ОН СТАЛ ЕЩЁ ОПАСНЕЕ!!! ЁРШ ТВОЮ МАТЬ!!!! Ребята запаниковали, узнав моё имя, побросали оружие и выкинули не активированную взрывчатку. Я приблизился к паникёрам. -- А-а-а! Не замай нас! Не замай, Бандикут! – кричали они. -- Теперь вы все вернётесь по домам, – шепнул я им. – Быстро! Пока я вам не дал пинка для скорости. Парни пустились бежать и больше никогда не прибегали к попыткам террористического акта. По крайней мере я уже не мог видеть их худощавых славянских лиц. -- Вот так бы всегда, – произнёс я. – Пошли, Коко. Крэш, наверное, домыл Вонючку. Мы вернулись в мою квартиру и стали свидетелями сцены драки, в которой Крэш пытается надеть на Вонючку старый серый костюм из моего шкафа, а Вонючка отбивается, оправдываясь, что ему туфли малы, а пиджак и брюки великоваты. -- У нас нет времени подгонять одежду под тебя, – сказал я Вонючке. – Уж какой костюм есть. Ну да, я был толстоват и толстозад, и моя старая одежда вообще никак на тебе не смотрится. Но это куда лучше, чем эти твои тряпки с надписями и мемами. То барахло отправится в мусорное ведро. -- Стой! – крикнул Вонючка. – Верни мне мою прежнюю рожу! -- Прости, но если Пэйн – Бандикут, то и его клоны должны быть бандикутами. Кстати тебе нужно новое имя. Как насчёт Андрей Ильич Бандикут? А? -- А почему не Иван? -- Я знал одного Ивана. Кажется, он плохо кончил, когда отряд Овервотч убегал вместе с Катей и Машей Вольскими на СВВП. Я помню, Сомбра под шумок вколола мне снотворное мгновенного действия и устроила крушение. Что случилось с Катей, Машей и Джеком Моррисоном, я не знаю. Наверное, попали в лапы «Когтя», а оттуда к Кортексу и отправились в бесконечные измерения. Если так оно и было, то Кортекс знает худшие подлости и злодейства, чем убийство. -- Я думаю, он мог бы сделать ещё хуже, – сказала Коко. – Он мог бы… Э-э-э… Не знаю. Кто знает, что взбредёт в его злую голову? Когда он забрал нас с Крэшем и Кранчем, чтобы провести эксперименты, наши родители были убиты лисой. Возможно, Кортексу нужны были только мы в качестве лейтенантов его армии супер-животных. -- Ну, Кортексом мы займёмся, когда узнаем, что он успел натворить, и где он сейчас, – произнёс я. – Разработать план дальнейших действий и не дать кому-то попасть в беду – это пока наша цель. Ну, а твои планы на будущее, Андрей? -- Какие могут быть у меня планы, Макс? Я с тобой, – ответил Андрей, бандикут, несколько минут назад бывший человеком по имени Вонючка. – Я надеру зад любому, на кого укажешь… за косарь, конечно же. -- Ну, я тебе не могу обещать тысячу рублей в день, но я могу обеспечить тебе достойное существование. Просто делай, что я скажу, и ты не только будешь сыт, но и со временем влезешь в новый костюм на заказ. -- Класс. Идёт. «Стоило только помыть этого молодого человека, как Вонючка, которого я знал, ушёл из моей жизни, – подумал я. – Интересно, что же будет дальше». Глава 3.5. (Злой) учёный против спецназа. (Нео Кортекс) В это время я сидел в кабинете своей скромной квартиры в доме на окраине Москвы, столицы России. Мы с Джином и Брио провели достаточно времени, изучая краденые моей племянницей Ниной засекреченные бумажные файлы о деятельности Влада. Если б только Крэш и Пэйн знали, как я был возбуждён одним чтением этих документов. Минимальная зарплата ниже, чем в Лаосе, уровень жизни вообще никакой по сравнению с другими развитыми странами, количество бюджетных мест уменьшилось, подоходный налог взлетел до небес, убита половина годных кандидатов на пост президента ещё перед выборами 2018, а пенсионный возраст такой большой, что до него не доживает девяносто процентов населения страны. Зато все министры и чиновники живут припеваючи. И всё благодаря Владу и его сподвижникам. Эх, если б только Бандикуты были моими верными рабами! Я бы, наверное, так же хорошо жил как Влад, как Дмитрий Анатольевич, как все известные коррупционеры и неизвестные теневики России!!! Ну, мои приближённые тоже получили бы свою долю, как одни из главных злодеев. Я позвонил Владу прямо во время конференции, где он принимал звонки и отвечал на вопросы. Я только хотел совершить очередную подлость и знал, что должен делать, тем более опытная хакерша Сомбра, которую я случайно встретил ещё в своей лаборатории, могла помочь обнародовать секретные материалы. Можно было сказать, что я – злой учёный в роли Навального-разоблачителя. Я был готов ко всему. -- Владимир Путин на связи, – сказал Влад, взяв трубку. -- Владимирович!? – осведомился я, будучи в возбуждённом состоянии и говоря на русском без австралийского акцента. – Ха-ха! Я доктор Нео Кортекс, сумасшедший учёный с острова Вумпа. Я звоню тебе, чтобы сообщить, насколько я… восхищён твоей политикой. Я и мои друзья хорошо изучили твои секретные материалы. Можно сказать, вы с Единой Россией поиздевались над своей страной на славу. Только посмотрите! Цены растут, а зарплата – нет. Крупный бизнес и монополии процветают, а средние и малые фирмы утопают в грязи и умирают. Зарплаты настолько смешные, что иностранцы готовы умереть от смеха, а россияне – от голода и невозможности разобраться с кредитами. Лишь единицы доживают до пенсии, и то ничего с неё не имеют. Количество бюджетных мест уменьшается и интеллектуальный потенциал страны падает. Зато у каждого министра есть дворцы и яхты, и все природные богатства принадлежат «Газпрому»!! Вот она – великая путинская Россия, или Российская Федерация!!! Осталось только запретить эмиграцию и установить диктаторский режим и будет вам ИМПЕРИЯ ВЕЛИКОГО ВЛАДА!!! Ха-ха-ха-ха!!! Эх, мне бы совершать такие подлости, как те, что ты совершил, Влад. -- Вы… пошутить решили!? – возмутился Влад. – Что за ерунду вы несёте? Хотите, чтобы за вами приехал спецназ и арестовал!? Вы понимаете, что вам за такие слова грозит пожизненный срок в тюрьме!? -- Да ну! Ты скорее предпочтёшь через своих верных солдат послать пулю в голову любому, кто знает правду о тебе. Ой, не ты ли послал группу террористов из ИГ, чтобы убить Навального? Впрочем, неважно. Зачем притворяться? Ты же злодей, и пусть вся страна знает, что ты злой диктатор, а не президент! Упраздни демократию, если и так всё куплено! Или я, всё-таки, опубликую материалы, и начнётся гражданская война. Ха-ха-ха-ха-ха-ха! ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА!!! -- За вами уже выехали… -- Да знаю я, бандит Владик, знаю! Я так же знаю, что твои друзья-теневики просто так не отпустят в президентского поста! Пока! Я повесил трубку. Теперь нужно было перейти к самым сложным этапам: публикация файлов, сопротивление спецназу и побег. -- Сомбра, – обратился я к хакерше, – обнародуй все эти секретные материалы про Влада. Кстати, Нина, ты хорошо поработала. Пробраться в подземелья Кремля под покровом ночи – это настоящее злодейство, на которое не у всех хватит дерзости. -- Хах, – выдавила из себя Сомбра, дистанционно взламывая проектор в здании конференции и транслируя данные с документов. – Думаю, Пэйн, будучи на стороне Добра, поступил бы как и ты, Кортекс. Правда, он бы говорил совсем другие слова. Мы, кажется, стоим сейчас на размытой границе между Добром и Злом. -- Кроме того я разжигаю гражданскую войну против злодея, – добавил я. – И кто я теперь после этого? Ука-Ука, наверное, похвалил бы меня, сказав, что я неслыханный подлец и негодяй. Но я однажды предал его и сильно разозлил, и теперь он хочет моей смерти. Впрочем, если я не захвачу власть над миром, всё равно пойду в расход, как должны были пойти Крэш Бандикут и Макс Пэйн. Интересно, что там Нефариус творит с нашей дорогой Трейсер-предательницей? -- Ты только о Нефариусе и думаешь, – сказал Брио. – А поблагодарить меня за ловушки, которые я изобрёл специально для тебя? -- Ах да! Спасибо, Брио, – поблагодарил я друга. – Без тебя я бы не смог сделать магнитную панель и надёжно спрятать её. Ну и как же без твоего холодильника-убийцы на кухне и мутировавшего плотоядного плюща в прихожей? Эти «бесстрашные» спецназовцы в лучшем случае напустят в штаны, если попадут в наши с тобой ловушки!! Ха-ха! -- Если вы не забыли, у нас ещё остались окна и балкон, – сказала Сомбра. – Нина надёжно забаррикадировала оконные проёмы, Н. Джин везде, где можно, заложил взрывчатку, а я установила на балконе контактную мину. -- Какие все молодцы! – восхитился я. – Какие все подлецы!! И я до сих пор вбиваю себе в голову, что я злой учёный. Впрочем, бывает так, что зло наказывается добром, а иногда так, что зло наказывается другим злом. Ну, я бы предпочёл, чтобы меня наказал Крэш Бандикут, а не российский суд или спецназовец-убийца. Всё-таки привык к старому доброму врагу. А может, я наказываю Влада? Внезапно в кабинет залетела свето-шумовая граната. Мы едва успели закрыть глаза и отвернуться. Взрыв нас оглушил, но не ослепил. В комнату залетели пять спецназовцев вооружённые бесшумными автоматами ВАЛ и экипированные в кевларовые бронежилеты. -- Стоять на месте! Руки вверх! – крикнули оперативники. – Бросить оружие! -- Что это значит!? – возмутился я. – Штурм начался раньше времени, а наши хитрые ловушки не сработали!? -- А тебе не показалось, что я установила вместо контактной мины телепорт? – спросила Сомбра. – Нет? Ну, ты глупец, Кортекс. Я же сейчас сбегу со всеми уликами против Путина и буду с ними делать всё, что захочу. Такая здоровая башка и такой мизерный мозг! -- Это реплика Ука-Уки! – выпалил я, непонятно за чем. – Я знал, что тебе нельзя доверять. Но я всё равно принял тебя в команду, потому что никто из нас не может в информатику, даже я! Знаешь, будь ты моей дочерью, я бы гордился тобой. Что может быть более коварно чем предательство? -- Как же ты достал, Нео. Впрочем, адьос, амиго! – попрощалась Сомбра и исчезла из виду. В кабинете остались только я, мои верные друзья, племянница и спецназовцы. У меня был только один вариант, позволивший мне выжить: отвлечь отряд на одного солдата, который будет испытывать эффект луча карманного Мутаторайзера, или Модификатора. Непонятным образом замедлив время, я выхватил Модификатор, настроил на превращение в потору и выстрелил лучом в спецназовца с бородой и длинными волосами, не слишком хорошо скрытыми под маской. Я вдруг понял по глазам солдата, что это Пойнтмен, никак не мог поверить, что он среди русских оперативников. -- Эй! – крикнул я, указывая на Пойнтмена, переживавшего превращение в антропоморфного потору. – Смотрите, что может моё изобретение! Кстати, я его собрал по чертежам, предложенным моим коллегой Н. Брио. Всего полминуты, и Пойнтмен стал похож на Пинстрайпа Потору. Только с бородой, длинными волосами, сильным, солдатским телосложением, волевыми чертами лица и в форме спецназовца. Ему и шлем стал мал, и морда не влезала в маску. Произошедшее сильно удивило всех. -- Твою мать! – выругался ошеломлённый один из солдат. – Юрий, что с тобой? -- К чертям собачьим всё! – выругался герой. – Я Пойнтмен, и мне надоело ждать, пока Макс Пэйн что-то с тобой сделает, Кортекс. Я притащу тебя прямо к нему, если мне российский спецназ позволит. -- Ну, уж лучше в лапы Пэйна попасть, чем умереть от рук приспешников Влада, – сказал я. – Нина, выруби этих спецназовцев, пока они не вспомнили, что должны перестрелять нас. Нина своими механическими руками вырубила всех спецназовцев, в том числе и Пойнтмена Потору. Всё что нам осталось сделать – это спуститься по пожарной лестнице, подорвать квартиру и угнать машину. Мы пустились бежать, но мою голову едва не прострелил снайпер, засевший в противоположном здании. Он пользовался тем, что на балкон открыта дверь, а коридор вёл прямо на балкон через гостиную. Тогда я принял решение уйти через парадную дверь, прикрываясь телами штурмовиков вместе с командой. Мы так и сделали. Как и следовало ожидать, снайпер не стал открывать огонь по своим. Каждый из нас взял себе автомат и патроны и мы пустились вниз по лестничной площадке. -- Стреляйте по снайперам на крыше! – крикнул я своим выйдя из здания и прихлопнул одним выстрелом в голову своего первого стрелка. Честно говоря, я не ожидал от себя такой меткости попадания, ведь я выстрелил на дистанцию примерно 200 метров. Похоже, даже простой злой учёный вроде меня научится бы владеть автоматом в экстремальной ситуации. Я убил около дюжины солдат спецназа и полицейских и вдруг почувствовал себя злым двойником самого Макса Пэйна. Время вокруг меня замедлялось, и я мог обходить стороной летевшие в меня пули. Да и к тому же поверх моей лабораторной одежды была длинная чёрная кожаная куртка, которая ещё больше обостряла моё ощущение. -- Вау! – произнёс Н. Джин своим полумеханическим голосом. – Пули обходят стороной хозяина! Кортекс непобедим! Я предвидел, что мы останемся живы, но я не думал, что Кортекс будет так крут! -- Ну, мне кажется, это побочный эффект выброса квантовой энергии, – предположил я. – Похоже, я обменялся способностями с Максом Пэйном… Постойте! А вдруг он и Крэш повысили уровень интеллекта за мой счёт? А как же… Н. Джин!? Ты видел будущее? -- Да, и я знал, что всё так и произойдёт, – сказал мой приспешник. – Но это так и надо было, потому что Бандикуты помогут нам в дальнейшем. -- Чушь! С таким уровнем интеллекта как у меня они вряд ли нам помогут. Только помешают. -- Но ведь Крэш и Макс могут спасти вас от гнева великого Ука-Уки! Если только пообещаете не делать пакостей. -- Серьёзно!? – удивился я. – Тогда угоним машину и свалим отсюда. -- Да не стоит сопротивляться, хозяин. Мы всё равно проиграем! Я посмотрел все возможные варианты. Куда вы ни спрячетесь Ука-Ука или Бандикуты найдут вас и накажут. -- Правда? А что они могли бы сделать с тобой? А с Брио? А с Ниной!? -- Э-э-э, посадят в клетку с каким-нибудь геем, причём очень неприятной наружности. Я про вариант Макса Пэйна, конечно же. Ука-Ука же просто испепелит нас вместе с вами, если поймает. -- Блин, что я наделал!? – выругался я. – Я же обеспечил себе поражение! Теперь единственный выход – это сменить сторону. -- ЧТО!? – удивились все. -- Знаете, сколько лет прошло, а моя злодейская карьера так и не задалась. Может, мне пора перестать делать пакости, пора забыть про всю эту детскую боль и ненависть и начать любить и играть на стороне хороших парней? Потому что я уже не могу так жить! ВСЁ!!! С меня хватит! Н. Джин, спасибо, что сказал правду про моё поражение. Теперь настало моё время геройствовать! Вот, где я с большой вероятностью одержу победу! Чуть не забыл, проследите, чтобы Крэш не стал злодеем вместо меня. А то будет очень грустно. Я только подумал о том, что самым правильным решением для сохранения своей шкуры и обеспечения себе победы будет смена стороны. А что делать? Если я злодей, то какие бы хитрые планы я ни строил, Крэш или кто-то из его друзей всегда найдёт способ победить меня. Да и к тому же я настолько сильно разозлил Ука-Уку, что борьба против хороших парней может только привести меня к гибели. Я принял решение стать хоть и не настоящим героем, зато борцом против плохих парней. Очень скоро за нами пришёл Пойнтмен Потору и сказал: -- Значит, Кортекс, ты меняешь сторону? Я был удивлён, когда прочитал твои мысли. У меня сразу в голове такой порядок образовался. -- Я тоже меняю сторону! – воскликнул Н. Джин. – Куда хозяин, туда и я! Если мне не суждено быть главным злодеем на острове Вумпа, то я выберу участь киборга, борющегося с бандитами и террористами. И я не буду ничего подрывать. По крайней мере сегодня. -- Да и я туда же, – сказала Нина, махнув рукой. – Всё равно быть злодейкой – это полный отстой! -- И я! – сказал Н. Брио. – Вообще я хотел работать в баре… Но если объявятся новые злодеи, то пусть сначала испытают на себе мои изобретения и только потом идут против героев! -- Ну, так полезайте в Лэнд Ровер, – велел Потору. – Я отвезу вас в Воронеж на квартиру Макса. Он там, небось, бездельничает, если не борется с бандитами. Так делают все бандикуты. Пойнтмен угнал для нас внедорожник, и мы сели. Не успели мы отъехать, как за нами увязались полицейские машины. Копы стреляли по нам, надеясь, что мы остановимся. Я подумал, что до добра это всё не дойдёт, и прострелил шины автомобилям и бронированным фургонам ФСБ. -- Это только вопрос времени, когда вы наконец-то поймаете нас и приведёте к Владу, чтобы он пустил нам пулю в голову! – крикнул я. – Помните: нас не остановить, зато мы можем остановить вас! Ха-ха! Пойнтмен, прибавь газу. Кстати, как тебе новый облик? -- Макс Пэйн предполагал, что я превращусь в потору, – ответил Пойнтмен. – В принципе, вот чего мне следовало бояться. Боже мой! Если меня увидит Пинстрайп!... -- Он будет приятно удивлён, не переживай, – отрезал я. – Кто-нибудь из наших ещё хочет стать фьюрри? Меня можно назвать сумасшедшим, учитывая тот факт, что я вообще согласился ехать прямиком к Максу Пэйну. Но куда деваться? Лучше уж пересмотреть свои жизненные позиции и перейти на светлую сторону, пока герои не убили тебя или пока не начали убивать друг друга от скуки. А ведь я даже не знал, что должен сказать Максу Пэйну. Глава 4. Поездка в Зону. (Макс Пэйн-Бандикут) -- Ты действительно хочешь убить Кортекса? – спросил я Коко в то время, как она присоединяла к АК свой самодельный ракетный гранатомёт. -- Да, – ответила Коко. – Надо же испытать моё новое оружие. -- М-да, с такой склонностью испытывать новые изобретения ты скорее попадёшь в Сенат США. Американское правительство тоже готово разжигать войны, лишь бы испытывать новое вооружение. Неужели он тебе причинил так много страданий? Я б ещё понял, если бы он убил всю твою семью, и тебе нечего было бы терять. Но ведь Крэш всё ещё жив, Кранч тоже, остров Вумпа никто не захватит, вы получили массу преимуществ над своими сородичами, благодаря этому чудику. Крэш, разве я неправду говорю? Крэш помотал головой и сказал: -- Нет, ты правду говоришь. Если б не Кортекс, я б не знал, насколько интересна жизнь эволюционировавшего бандикута. Ему стоит сказать спасибо, хоть он и злодей. -- А ещё ему надо сказать спасибо за опыт, который он вам дал, – добавил я. -- Спасибо за опыт!? – возмутилась Коко. – Он издевался над нами, как мог! -- Коко, не будь я телепатом, я бы поверил. Но он даже не пытал вас так, как обычно пытают пленных бандиты и агенты спецслужб. Вот это я понимаю, издевался. Если бы он насиловал вас, я б тоже понял. Но он даже не пытался приложить к вам кулак. Он только стрелял в вас из своего плазменного пистолета, и не слишком сильно пытался убить. Тебя он так вообще парализовать хотел вместо того, чтобы убить. Кортекс ещё не заслужил смерти! -- А когда он заслужит!? – спросила Коко. -- Когда он устроит Третью Мировую или убьёт кого-нибудь из нас при условии, что он не пытался спасти себя или кого-то ещё от незаслуженной гибели. Так что… Никакого оружия. В кабинет ворвался Андрей Бандикут и сообщил: -- Ребят, по телеку показывают, как один продажный спецназовец смылся вместе с Кортексом, устроившим скандал по поводу Вовки Путина, и дует сюда, в сторону Воронежа. -- Думаю, Кортекс вряд ли мог купить кого-то из ФСБ, – сказал я. – Это скорее всего Пойнтмен влез без моего ведома. Зато как вовремя. Наверное, Пойнтмен сам понял, что надо действовать, а не ждать, пока Кортекс сам к нам придёт. Коко, ты и вправду разряди своё оружие и отложи в сторону. Вдруг Кортекс осознает, во что вляпался, и захочет присоединиться к нам. -- Ю-ху! – воскликнул Крэш. – Мы с Нео снова будем вместе! -- Это возмутительно! – сказала Коко. – Он же монстр! -- Коко, я знаю, что тебе не терпится задать трёпку какому-нибудь злодею, – отрезал я. – Понимаю, ты не в себе. Но ведь надо себя сдерживать. А то ведь может получиться так, что ты перейдёшь на тёмную сторону. Трейсер меня один раз убила то ли из-за обиды за друзей, то ли из-за комплекса неудачницы и стала злодейкой. Мне сейчас очень важно, чтобы хорошие парни и девушки остались хорошими парнями и девушками. Если же плохие ребята надумают сменить сторону, просто не будем им мешать. Будем бить только тех, кого уже не исправишь. Так или иначе я смог отговорить Коко от того, чтобы убить Кортекса. Я считал, что будет лучше оставить Кортекса в живых, однако я тем самым подвергал мир большой опасности. Кто знает, на что способен великий Ука-Ука в припадке бессмысленной ярости? На следующий день наш «партизанский отряд» бандикутов проучил группу местных гопников и доел завалявшийся в морозилке просроченный Доширак. Обед был такой отвратительный. Андрюха, вспомнив, что он Вонючка, отыскал под диваном косяк и закурил прямо у меня на глазах. Он даже попробовал предложить Крэшу, но я помешал, сказав: -- Крэшу для веселья не нужно принимать никакие наркотики. Правда, Крэш? Крэш принялся за старое баловство, чтобы показать, насколько он может хорошо обходиться без марихуаны и гашиша. -- Эх, жалко, что мы такие нищеброды, – сказал Андрей, раскуривая косяк. – А то бы я купил кокса на всех и устроил вечеринку. -- Тогда бы нам пришлось выйти на своей яхте в хотя бы Средиземное море, – отрезал я. – Тут, в России всё слишком строго с тяжёлыми наркотиками. Слушай, к нам ведь гости придут, а ты тут марихуану куришь. -- Да и хрен с ним! – махнул рукой мой приятель. – У меня ещё есть парочка, правда они какие-то пыльные. -- Ну, так выкинь! А то какую-нибудь заразу и сам подхватишь, и других заразишь ей. -- Да ладно! Другим не дам, сам скурю, раз ти такой. Всё равно я конченный наркоман. Прям как ты. -- Вообще-то я сидел на обезболивающих и бухал. -- Да какая нахер разница!? Наш занудный диалог прервал стук в дверь и крик на русском: -- Открывай, Пэйн! Старый Новый год, блин! -- А кодовое слово? – спросил я. -- Какое, блин, кодовое слово!? – возмутился человек за дверью. – Мы даже кодового слова с тобой не придумали. -- Тогда расскажи какую-нибудь офигительную историю. -- Меня считали некоторые ребята… провальным экспериментом, слабым прототипом, даже по морде дали. Хотели, чтоб я командовал войсками клонов, но я мог только ускорять свои рефлексы и стрелять точнее в замедленном времени. А потом, когда я стал работать в ФЕАР, мне надо было убить собственного брата-каннибала, который как раз и был удачным прототипом… -- Всё, дальше не рассказывай, иду открывать. Стоило мне, Крэшу и Коко открыть дверь, как я увидел на пороге одетого в форму спецназовца ФСБ бородатого длинноволосого потору, очень похожего на Пойнтмена. Позади него были синекожая девушка-гот со вздёрнутыми верхними передними зубами и буквой «N» на лбу, облачённый в зелёный халат безбородый Хайзенберг с двумя болтами, торчащими из головы, и выбитым нижним зубом, побледневший киборг Н. Джин и сам Нео Кортекс, потрёпанный и вырядившийся в чёрное пальто поверх лабораторного костюма. Можно сказать Нео был очень похож на меня прежнего, когда я был алкашом. Я не сразу узнал в потору знакомого оперативника, но когда понял, что этот зверь и есть Пойнтмен, я бесшумно посмеялся. -- Нина Кортекс!? Нитрус Брио!? Нитро Джин!? – удивилась Коко. – И вы тоже в этом участвуете? Я думала, у вас есть дела поважнее. -- Пойнтмен? – спросил я, пропуская гостей и проводя их в гостиную. – Ты привёл ко мне Кортекса и его друзей? Какой же ты сообразительный. Небось, принял успокоительное и понял, что следует дуть в самую Москву и спасать нашего злодея-неудачника с его командой? -- Бывшего злодея-неудачника, – поправил Нео, усаживаясь на диване вместе с Ниной и Брио. -- Ага, – согласился Пойнтмен. – А ты ленивый и трусливый бухарь, Макс. Что ж ты решил прохлаждаться в Воронеже вместо того, чтобы внедриться в ФСБ и спасти Кортекса, устроившего скандал вокруг Вовки? -- Вообще-то я отговорил парней из ИГ от совершения террористического акта и защитил группу местных школьников от бандитского произвола, – оправдался я, неуверенно прижимая хвост к стулу. – Конечно, у тебя всё было куда круче, потому что ты полез в самое пекло. -- Этот че…, э-э-э…, потору помог нам сбежать из Москвы на машине, – сказал Кортекс. – Ехать было всего-то 500 км, однако нам пришлось выторговать у заправочной станции бензин на 2000 рублей за один завалявшийся у меня в кармане самоцвет. Разговор был долгим и полным грубостей в мой адрес, однако я смог убедить владельца заправки, что он потом может перепродать самоцвет за пару десятков или сотен тысяч долларов и даже больше с учётом, что камень очень похож на алмаз и весит грамм двести (1000 карат). Конечно, я, моя племянница Нина (синяя девушка) и мои коллеги, Брио (Хайзенберг безбородый) и Джин могли бы сами о себе позаботиться и обойтись без приключений, благодаря моей способности замедлять время, полученной от тебя, Макс. Просто если бы не Пойнтмен, мы бы ни за что не подумали ехать в Воронеж. А если бы не Н. Джин со своими вариантами развития событий в будущем я бы так и не отказался от своей провальной злодейской карьеры. Всё, теперь я на вашей стороне, Бандикуты. Кстати, кто этот наркоман? Я обернулся. В проходе стоял Андрей со своим косяком в зубах. Наш наркоман убрал скрутку и сказал всё так же на русском: -- О, привет, Кортекс. Я Андрюха Бандикут, некогда известный как БУКАККЕ Ванючка. Ты конченный, братан. Сказать всю правду про Вовку с таким сарказмом… Тебе осталось только поиметь его, и тебе будет респект плюс. -- О чём он говорит? – спросил не знавший русского Н. Джин. -- Он хочет сказать, что если я уберу Путина с президентского кресла, меня будут уважать, – сказал Кортекс. -- А что, неплохо! – сказал я. – Нео Кортекс, знаменитый бывший злодей из видеоигры объединяет единое целое вымышленные и реальный мир и приезжает в Россию, чтобы дать по морде несправедливому диктатору, которого все величают президентом Путиным. Он объединяет усилия со своими старыми союзниками и бывшими врагами, чтобы добыть необходимые источники энергии и навсегда искоренить коррупцию в Российской Федерации с помощью своего нового супероружия психического действия. Однако нашим героям не следует ограничиваться свержением несправедливой власти в обедневшей стране. Миру грозит куда большее зло, чем вооружённая до зубов русская армия во главе с генералами-милитаристами и ядерное оружие: великий Ука-Ука пришёл в ярость, узнав, что его хитрый план по убийству Кортекса бывшим копом и наёмным убийцей Максом Пэйном не сработал и решил устроить свой Рагнарёк на Земле: сначала спалить всё и всех дотла, потом заморозить, охладить планету до температуры, близкой к абсолютному нулю и превратить в безжизненное космическое тело. Нео Кортекс, Бандикут Крэш, Макс Пэйн и их друзья должны раньше Ука-Уки найти все необходимые источники энергии, чтобы предотвратить грядущий апокалипсис. Да помогут им великолепный Аку-Аку и знаменитый ДЖОН СИИНАААААА!!!! ТУ-ДУ-РУ-ДУУУУ-ТУ-ДУ-ТУ-ДУ-ТУ-ТУ-ТУ-ТУ-РУ-ДУУУУ!!! -- Ты эту аннотацию заранее придумал или на ходу сочинил? – спросил меня Пойнтмен, сдержавшись от смеха в отличие от остальных. -- На ходу. А что? Ситуация подходящая. -- А нет ли у тебя желания дать пинка под зад этому Кортексу? – поинтересовался оперативник. Он же нас обратил в животных! -- В человекоподобных животных, – поправил я, когда все уже более или менее успокоились. – Думаю, нет абсолютно никакой разницы в том, грызуны мы сумчатые или высшие приматы за исключением положения в царстве животных, да и то от людей эволюционировавшие и превращённые бандикуты и потору не слишком сильно отличаются от людей. Дам Кортексу пинка только если узнаю, что он несёт ответственность за гибель Овервотч. -- А хера так мало? – возмутился Андрей. -- Потому что в Овервотч были одни пидоры, а я пидоров не люблю, особенно если у них комплексы неудачников. -- Насчёт Овервотч особо не переживай, Макс, – сказал мне Кортекс. – Я их отправил в двадцатое измерение и запер там всех выживших, кроме Трейсер и Сомбры. К несчастью, Трейсер оказалась в руках доктора Н. Тропи, а Сомбра… в общем, она не дала мне до конца разоблачить Вовку. Теперь она скрывается вместе с файлами, доказывающими его вину. Кстати, ты молодец, что смог нейтрализовать действие моей Зависты на Джона. -- И почему меня не было в Кремле? – спросил я. – Уже давно бы перестрелял охрану Влада и пустил ему самому пулю в голову, а потом вычислил бы его друзей-теневиков по IP. -- Кстати, ты сказал про оружие психического действия, – сказал Нео. – У меня делать его уже башка не варит. Мне б сейчас бухнуть. Водка найдётся? -- Конечно, – ответил я. – Стоит в серванте над телевизором. Только вот я не знаю, отравишься ты ей или нет. Я бы посоветовал купить водку в «Билле» и отправиться с ней в Зону. Если антирада нет, можно и водку выпить, чтоб чуть-чуть радиацию вывести. -- О да! – воскликнул учёный. – Я почти забыл. Зона! Там же должны быть артефакты из С.Т.А.Л.К.Е.Р и, возможно, кристаллы! Возьмём у Сидоровича на Кордоне каждый по детектору и счётчику Гейгера и отправимся искать хабар среди аномалий. Только нам следует остерегаться мутировавших обитателей Зоны. -- Тогда это работа для… пятерых, – сказал я. – Только я, Нео, Крэш, Коко и Кранч. Можем с собой ещё взять Андрюху, чтобы он не ныл, что его, БУКАККЕ не взяли с собой в Зону. Только если он хочет. -- А давай! – сказал Андрюха, соглашаясь идти с нами. -- Остальные, – продолжил я, – пускай возвращаются на остров Вумпа и стерегут дом Бандикутов вместе с Пинстрайпом и Джоном Синой либо идут на подработку и пытаются собрать достаточно денег на оружие и «железо», необходимое для изобретений. Можно порыться в мусоре в пункте приёма металлолома и попробовать сделать из обломков трубы и болтов ракетницу, как поступила Коко, но лучше купить новые запчасти, особенно если надо собрать суперкомпьютер. Кстати, с Пинстрайпом у вас больше шансов получить хорошую выручку, поскольку он любит деньги и обладает достаточной харизмой, чтобы торговаться. -- Ну и где мы можем подработать? – спросил Брио. – В магазине? Я уборщиком или продавцом не пойду работать! Я ненавижу общаться с людьми из толпы! -- Да кто тебя просит? – сказал я. – Можешь пойти подрабатывать химиком на продуктовом заводе или сварить партию метамфетамина, хотя я не рекомендую НАСТОЛЬКО быстрый способ заработка. Ты же в химии разбираешься, Хайзенберг? -- Разбираюсь. Да и в биологии, и в физике тоже, – ответил Нитрус. – Могу сварить партию мета и отправить куда-нибудь в Сербию, если только не найду себе подходящую работу. -- Найдёшь, если позаимствуешь у местных ментов какую-нибудь Ладу и залезешь в компьютер. Я так много раз делал. Однако прежде чем кто-то из вас приступит к миссии линчевателя, я должен убедиться, что вы не в розыске. -- А как насчёт скандала с Путиным? – спросил Н. Джин. – Думаю, хороший повод разыскивать нас как соучастников. Да и к тому же нас крутят по телевизору! -- Я сотру вас из системы, и шести звёзд как не бывало, – ответил я, открыв голографический экран и за считанные секунды взломав базу данных ФСБ и МВД. Как только я удалил сведенья о Кортексе и его команде, а также о Пойнтмене Потору, я запустил на канале «Россия» вместо очередной новости про разыскиваемых бывших злодеев и американскую агрессию фильм «Зелёный слоник». Уж куда приятнее смотреть российский треш-фильм, чем слушать про тупость правительства моей родины. – Ну, теперь всё, вроде как. -- А если у полицейских есть наши словесные портреты? Думаю, у спецназовцев было достаточно времени, чтобы разглядеть нас и разослать наше описание во все участки. -- Да ладно вам! Кому охота кого-то искать по словесным портретам? В России вообще правосудие на нулевом уровне. Тут судят только тех, кто вовремя денежку не принёс продажным копам или оставил улики для изучения честными. Выполните для стражей порядка грязную работу, и вам всё простят. Среди полицейских много хороших, добрых парней, просто им не дают волю в борьбе с преступностью. Мне власти уже дали волю и чуть не убили на днях. -- Ещё чего скажешь, пушистик? – спросила Нина. -- Можете пообещать им, что когда наведёте в этом городе порядок, некоторым местным бюджетникам повысят зарплату, хотя вряд ли кто в это поверит, – ответил я. – Кстати, ещё не возникло желания превратиться в фьюрри как мы с Пойнтменом? В бандикута, например? -- Боюсь, я буду похожа на уродливую крысу-переростка. -- Да ну! Ты такая няша! Уверен, ты, будучи бандикутом, могла бы поравняться с Коко. -- Верно! – поддержала Коко к моему удивлению. По идее я сказал обидную тупость, но Бандикут повела себя не так, как должны все нормальные девушки. – Было бы приятно взглянуть ещё на одного человека, превращённого в антропоморфа. -- Ну, всё уже, – решил я. – Пора за дело. Позовём Аку-Аку и попросим его перенести нас на Кордон. -- И пусть он перенесёт сюда Джона и Пинстрайпа, – сказала Коко. – Всё равно наш дом будут охранять тигрёнок Пура и полярный медвежонок. -- Эй, а вы мне их не показывали. Стоило нам с Коко только сказать про Аку-Аку, как он тут же появился вместе с Джоном, Пинстрайпом и даже Кранчем, про которого мы упомянули во время обсуждения поездки в Зону. Маска удивилась, увидев в нашем доме бывших злодеев. -- Кортекс!? – смутился Аку. – Что ты и твоя команда здесь делаете? -- Спокойно, – сказал я. – Они на нашей стороне. Кстати, привет, мужики. -- И как мне это понимать? – спросил дух, глядя на Нео и Нину. – А как мой брат на это отреагирует? -- Ну, это его мало разозлит, потому что по его мнению Нина, Брио и Джин – те ещё имбецилы, раз они не смогли остановить безмозглого Крэша. А теперь у Крэша с мозгами настолько всё хорошо, что он мог бы вполне создать свой мутаген или ещё что-то, и его не остановить. Ровно как и меня с одним пистолетом. Что же до твоего брата-негодяя, то он найдёт себе союзников. Держу пари, что он обратится к специалистам из Нео-Тек-Секьюрити и самому Бриггсу, если Ангела его воскресит. Не исключаю вариант, что он сделает своими приспешниками агентов Овервотч. -- Да как он может!? – смутился Крэш. – Я думал, Овервотч – герои! Мне мужик в костюме рассказывал! -- Напомню, что Овервотч – «геройская» организация лесбиянок и педиков, – сказал я. – Попал я туда по той причине, что Кортекс позволил Циглер зайти в моё измерение, усыпить меня, забрать и обеспечить меня имплантами и технологиями будущего. Ну, сами знаете, что я провёл с ними какое-то время, повоевал против террористов-фетишистов. Стоило мне пойти на переговоры с Вольской, как оказалось, что она на стороне врага. Большую часть Овервотч забрали и кинули Кортексу… Когда я почти добил «Коготь», оказалось, что Трейсер пидрша даже после того, как я… переспал с ней. Я любил её, и что в итоге? Она не только осталась верной своим лесбиянским взглядам, но и стала ярой противницей натуралов с комплексом неудачницы, второсортного героя. Я б её сейчас пристрелил, чтоб не мучилась, только вот она беременна моим ребёнком. Как только пройдёт девять месяцев, я должен забрать сына или дочь у этого монстра. -- Иногда добро становится злом, а зло становится добром, – сказал Кортекс. – Чтобы этого с вами не случилось, вы должны твёрдо стоять на той стороне, которую выбрали, либо придерживаться золотой середины. Ну, если уж злодей твёрдо перешёл на сторону героев и стал борцом за справедливость, то это нормально. А вот когда герой становится злодеем – это плохо. -- Да и попробуй потом разобраться, где друзья, а где враги, – добавила Коко. -- Что ж, я надеюсь, что люди, находящиеся в этой квартире уже никогда не выберут тёмную сторону, – сказал Аку-Аку. -- А может, ещё стоит выпить за это? – предложил Андрей. – Я ж на днях как-то получил на халяву две бутылки виноградного сока и не знаю, куда их девать. Кто не хочет сок, тому водку могу налить. Кстати, у меня есть нормальная водка, непросроченная. -- Да, пожалуй, – согласился я. – Кстати, если мы команда, то у нас должно быть кодовое слово. Давайте сделаем так, когда к нашему отряду приближается кто-то из своих, командир должен сказать: «Шизофреник». Антропоморф должен ответить: «Я лишь эксперимент!», учёный: «Я создатель!», а все остальные: «Не нарывайся, я нормальный!». Поняли? -- Да, – ответили все хором. – Давайте уже выпьем, чёрт возьми! – поторопил нас Джон. Мы взяли себе стаканы, налили кто сок, кто водку и выпили за то, чтобы уже никто из нас не свернул с пути хорошего парня. Через полчаса я, Крэш, Коко, Кранч, Нео и Андрюха собрали снаряжение, какое у нас было, провизию, пушки и переместились на Кордон Зоны. Мы были на территории этой радиоактивной и полной мутантов «страны чудес» совсем недалеко от блокпоста, но, к счастью, у военных было больше забот, чем предполагалось, и им было не до нас. Дело было в том, что они отстреливались от свихнувшихся бандеровцев, решивших взять Кордон в свои руки. Можно было, конечно, позволить военным самим разобраться при помощи ненадёжного американского оружия, сделанного специально для Украины, но Кортекс не выдержал и побежал на помощь солдатам с блокпоста. Я пустился за ним, сказав всем остальным идти на север до ближайшего лагеря сталкеров. Несмотря на то, что Кортекс стрелял точно по бандеровцам, плохим парням, и кричал, что пришёл на подмогу, военные всё равно открыли по нему заградительный огонь из пулемёта. Если б я вовремя не закрыл здоровую голову учёного своим пуленепробиваемым пиджаком, он ушёл бы на тот свет. -- Тебе жить надоело? – спросил я Кортекса, когда мы отошли на безопасное расстояние. -- А ты думал, я не знаю, что на Кордон нападают сумасшедшие украинцы-националисты? – сказал в ответ Нео. – Думал, я не знаю, что у армии Украины теперь очень ненадёжное оружие? Я изучил этот «реальный» мир и знаю, что тут за детский сад. Но ведь я не хочу, чтобы простые вояки погибли, когда у меня есть оружие, чтобы помочь им? -- Да, пожалуй. Ты прав. Если уж эти не могут сами разобраться, то ты помоги им. А ещё лучше вправь мозги лидеру Украины. -- Да-да! Я это и хочу сделать! Ведь этот Порошенко никак не может без политики. Даже когда он российские фильмы смотрит, пытается найти там политику. -- А ты никогда не задумывался о своём методе управления народом в случае, если б ты захватил мир? -- Нет. Я только думал, что буду повелевать всем разумным и неразумным на Земле, и всё. Да и вообще я ненавижу политику. Идём к остальным. Наверное, уже успели заглянуть в подвал Сидоровича. -- А кто он? Ну, понятно, что он торговец, но… -- Да он такой же моральный урод, как и его двойник Пидорович. Только в отличие от Пидоровича Сидорович не является дегенератом нетрадиционной ориентации, зато более жадный и подлый. Он нам скидку никогда не даст и первую свою аптечку мы у него будем целый год отрабатывать, шатаясь по Зоне. -- А что если на него надавить? -- Он заявит, что у него большие связи и что он Зону всю знает. Кстати, некоторые военные офицеры – его друзья, так как он через своих сталкеров доставляет им всякие журнальчики, даёт им денежку, которой ни у нас, ни у оставшихся в Воронеже нет. -- Блин, если ты прав, то я когда-нибудь придушу этого Сидоровича. Потому что мне всё равно, какие у него связи. Я повстречался с одним человеком, у которого были влиятельные друзья. И что думаешь? Я уничтожил его банду, а мой друг пристрелил этого самого гада и позволил мне закончить работу. -- Ну, ты так ему и скажи. И ещё добавь, что мы с тобой и Крэшем – непобедимые убийцы. Тогда он точно в штаны напустит. Кстати, вон там валяется наш первый артефакт. Нео показал пальцем на какое-то уродливое образование, лежавшее под упавшим деревом. Я пошёл, подобрал и вернулся к напарнику. -- Это Медуза, – сказал Кортекс. – Антирадиационный артефакт. Очень эффективно борется с негативными последствиями пребывания в очагах и использования радиоактивных артефактов. -- Значит, мне не всегда нужно будет глушить водку и принимать антирад? Отлично! Осталось только всем остальным найти что-то подобное. -- Кстати, ты не почувствовал слабую тягу к аномалии? -- Нет. -- А там была гравитационная аномалия. Наверное, рассосалась из-за выброса и перешла в другое место. Не беспокойся, я припас болты на случай, если аномалия окажется у нас на дороге. Идём в деревню новичков. Мы прошли где-то около ста метров до ближайшей деревни, где в основном проживали новички. Стоявший на входе парень в куртке, спортивных штанах и ботинках поприветствовал нас: -- Здравствуйте, сталкеры. Как вас звать?... Постойте! Ты ж Макс Пэйн? – спросил он указывая на меня. – А ты, Кортекс? – указывая на Нео. – Как же вы изменились! Почему без сталкерского снаряжения? -- У меня антирадиационный артефакт и пуленепробиваемый пиджак, а у Кортекса болты и длинная кожанка, – оправдался я. – Думаю, нам этого хватит. -- Ну, можете звать меня Васей Пельменем, если вам не всё равно как меня зовут. Пять минут назад сюда зашло четверо бандикутов, тоже без всего необходимого. Присели у костра и ждут вас. Мы с Нео прошли до центра деревни, где около дороги в бочке горел костёр, поддерживаемый местными и нашими бандикутами. Коко, заметив нас, окликнула: -- Шизофреник! -- Я лишь эксперимент, – ответил я. -- Я создатель, – отозвался Кортекс. Коко убедилась, что мы настоящие и подозвала к себе. -- Слушайте, – сказала она нам, когда мы подошли. – Я узнала от местных, что после слияния миров в Зоне стало ещё более неспокойно из-за постоянных попыток властей и бандеровцев внедриться на территорию Свалки, Военных складов, Бара, Затона, Припяти и ЧАЭС. Уже много вертолётов потерпело крушение и были убиты многие сталкеры. Бандиты уже не так активно действуют из-за бандеровцев, но по возможности пытаются ограбить новичков. -- Наверное, лучшим решением будет выгнать с территории Зоны националистов и представителей властей из центра, – предположил я. – Можем, конечно, и бандитов перестрелять, если они так много проблем новичкам приносят. Только вот бесконечные патроны на них есть только у меня. Пойдём к Сидоровичу. Может, вынудим его сделать нам скидку? Мы вшестером вошли в бункер Сидоровича, находившийся от деревни буквально в паре шагов. Поскольку Бандикуты с острова Вумпа не знали ни русского, ни украинского, было решено, что будем в основном говорить только я и Кортекс. Владелец, толстый лысый мужик с щетиной и выпученными серо-голубыми глазами как раз сидел за своей «кассой» и сладко дремал словно убитый. Наверное, недавно перекусил и решил со скуки покемарить. Но Кортекс не собирался ждать, пока толстячок проснётся. -- Вставай, задолбал, ёканый шашлык! – разбудил толстяка Нео, говоря по-русски. -- А? – откликнулся торговец, проснувшись, и увидел нас. -- Здорово, Меченый! – сказал он, обращаясь к Кортексу. – Что за бодягу ты мне приволок? Мне нужен РЕАЛЬНЫЙ товар, а не твои сказочки. Врубаешься? -- Да ты имеешь дело с создателем фьюрри! – сказал Нео. – И никакой я не Меченый! Я доктор Нео Кортекс! -- М-М-М-Меченый! -- Кортекс! -- Меченый. -- Кортекс!! -- Меченый, хы-хы-хы-хы. -- КОООРТЕЕЕЕЕЕКС!!! И так полминуты Сидорович троллил бедного Кортекса, пока мы с Крэшем не начали размахивать Береттой и фруктовой Базукой. -- Э, бля, вы охуели!? – заругался хозяин лавки. – Вы хоть знаете, какие у меня связи? -- Ну, хрена ли ведёшь себя как дитё малое? – спросил я. – Ты ещё скажи своим друзьям спасибо, что держат тебя в живых из-за надобности. -- Засосите! – произнёс Сидорович. – Такого товара как у меня вы больше нигде в Зоне не найдёте. Выкладывайте, что вам нужно, или проваливайте. Кстати, а почему остальная бодяга молчит? Русского не знает? Хоть назовитесь. Хотя нет. Мне похуй как вас зовут, хы-хы-хы-хы. Все у меня будете Шустрыми. Я перевёл Бандикутам на английский всё, что сказал Сидорович. Поведение торговца очень разозлило всех. -- Нам нужно каждому по детектору аномалий и артефактов, по счётчику Гейгера и, желательно, по противогазу, – сказал Кортекс. -- Ну, извините, но так как вы мне нагрубили, могу бесплатно выдать только один детектор, один счётчик Гейгера и один респиратор, – ответил Сидорович. – И то вам придётся отрабатывать, хе-хе. -- Мне казалось ты нам больше нагрубил, чем мы тебе, Сидор, – возмутился я. – Ты же ещё матом на нас заругался. -- А я права имею определённые. Что до вас, то вы рабы, и в паспортах это прописано! Если паспортов у вас нет, то вы тем более рабы. Только у двоих из шестерых было по паспорту. Один австралийский, другой американский. Помимо основных паспортов у нас с Кортексом были ещё и загранпаспорта. -- Значит, иностранцы с загранпаспортами, да? – сказал Сидорович. – Ну, значит вы берёте от меня всё основное снаряжение сталкера и идёте гулять, раз вы такие грамотные. Остальным придётся отрабатывать. -- Что тебе нужно, лысый? Говори, – сказал Андрюха. -- Так! – произнёс Сидорович. – Это секретное задание для всей оставшейся группы. Меченый, забирай свою хуйню и антропоморфа-пиздобола в костюме, и чтоб больше я твоего ебала сегодня не видел! Ясно? Мы с Кортексом, вынеся массу сквернословия, смогли выудить у Сидоровича целых два детектора «Медведь», два счётчика Гейгера, один респиратор противогазовый и один бронежилет СБУ, который по каким-то причинам мог подойти только самым худым из нашей группы. А так же мы получили две рации, способные перехватывать переговоры военных и сталкеров в радиусе 50 метров. Остальным пришлось полезть в скопление гравитационных аномалий путём кидания болтов и добыть ещё один артефакт Медуза с помощью детектора «Отклик». Я зашёл в тот же самый очаг так же с помощью болтов и нашёл с помощью своего детектора «Медведь» артефакт Выверт, который, по словам учёного, так же помогал бороться с радиацией, но был немного эффективнее. «Если Сидорович не узнает, что я тут нашёл, он вряд ли будет выуживать у меня артефакт за пять рублей» – подумал я. Неожиданно ко мне подошёл какой-то сталкер в шарфе и сказал, строя из себя больного: -- Слушай, пушок, у тебя не найдётся Выверт? А то мне радиацию лечить надо. -- Какую радиацию!? – смутился я, глядя ему в глаза и понимая, что он врёт. – Ты ещё скажи, что отвалишь мне штуку долларов за этот артефакт. Нет уж, Ромка Чалых! Я врунам не доверяю, даже самым красноречивым. -- Ну, тогда чеши отсюда, урод! Ещё воздастся тебе за такое с товарищем обращение! Ненавижу вас, американцев. -- Ой, поверь мне: я и на американца уже не сильно похож, хоть родом из штатов. Стоило мне повернуться спиной к этому юноше, я услышал, как он передёргивает затвор. -- Быстро! Весь хабар мне отдавай! – выпалил Чалых. – Не тупи или я тебя пристрелю! Кортекс, только что вышедший из кустов, увидел, что я в опасности, достал свой плазменный пистолет и крикнул сталкеру: -- Эй! Отпусти моего друга! Я стрелять буду, если не отпустишь! -- Сейчас-сейчас! – ответил Ромка. – Вот только твой друг отдаст мне весь свой хабар и костюмчик тоже. После фразы про «костюмчик» я включил Замедление и, резко развернувшись, устроил новичку перелом правой руки, в которой он так крепко сжимал пистолет до сего момента. -- А-а-ай!! Падла! – выкрикнул Ромка от боли. – Теперь придётся к Доктору идти. -- Скажи спасибо, что не убил, – сказал я. – Обычно я убиваю любого, кто моей жизни угрожает. Но ты молодой, и у тебя достаточно времени, чтобы одуматься. -- Козёл! – обозвал меня Чалых. -- Я вообще-то бандикут, некогда бывший человеком, – поправил я. – А козёл у нас ты, причём морально, не физически. Но мой друг Кортекс может тебе устроить превращение. -- Да! И вообще я бывший злой учёный, – добавил Нео. – Кто знает, чего от меня можно ожидать? Может, я могу манипулировать реальностью людей… -- Ох! Я б хотел, чтоб моя ненавистная жена, с которой я живу из необходимости, скорее сдохла и оставила мне наследство! – сказал Ромка. Мне уже хотелось пристрелить парня за такие слова, но Кортекс быстрее меня достал Антро-Модификатор и с его помощью превратил сталкера в худую человекоподобную крысу-переростка, у которой морда уже не влезала в шарф. -- Так-то лучше! – сказал учёный, открыто улыбаясь. -- А всё-таки, наружность должна как-то соответствовать содержанию, – решил я. – Всегда мечтал взглянуть на человека, который будет крысой и морально, и физически. Кстати, не хочешь ли ты взглянуть на себя в зеркало? -- Этого не может быть! – выкрикнул сталкер-крыса. – О нет! Это же наяву? -- Боюсь, что да, – ответил я. – Так что смирись и иди куда-нибудь, где можно пообщаться с крысами-мутантами. -- С тушканами Зоны!? Да ни за что! Уж лучше буду сидеть в деревне до конца своих дней. -- А может, вернёшься домой и извинишься перед женой за всё плохое? -- Блин, придётся переться обратно в Россию. А то я как бы беженец с Украины, которому не уделили внимания. -- Ну, так скорей беги, крыс! Беги! – крикнул я и дал новому антропоморфу пинка для скорости. – И не забудь заглянуть в деревню и показать, что бывает, если новичок нападает на Макса Пэйна со спины! Парень скорее убежал, поджав свой длинный хвост, а мы с Кортексом от души посмеялись ему вслед. К нам подошли Бандикуты и Андрюха, сказав отклик на позыв, и Коко спросила: -- А что тут было? -- Да вот один новичок хотел ограбить Макса и заработал перелом руки, а я ещё и в крысу этого зелёного сталкера превратил, – ответил Нео. – Эх, жалко, что я уже не смогу вернуть его в человеческую форму. Я ещё не сделал такой функции, чтобы антропоморфа в настоящего человека превращать. -- Да и не надо особо, – сказал я. –По моему, некоторые люди – твари хуже зверей, заслуживающие, чтоб их превратили во что-то отвратительное. Все остальные пусть становятся тем, чем хотят быть в своей жизни. Посмотрим, сможет ли Чалых извлечь из своего превращения какой-то урок. Кстати, ты за что превратил Пойнтмена в потору? -- Э-э… я только хотел сбить спецназовцев с толку, – оправдался учёный. – Что я ещё мог сделать? -- Может, так оно и надо. Чтобы жить дальше существу иногда приходится проходить через изменения. Человеку же приходится пересматривать свои приоритеты и расставаться с грузом прошлого. Забудьте всё, что вы знали обо мне до этого, ребята. Забудьте всё, что вы знали о Кортексе и его друзьях. Скоро вы, Бандикуты, должны забыть о том, чем вы были. Не надо держаться за прошлое. Можно только учесть, что история повторяется, и меняются лишь детали. Я прошёл через обновление, Кортекс тоже, Андрюха, Нина, Джин, Брио, Пойнтмен, Пинстрайп… И вас ждёт точно тоже самое. Я так думаю, Крэш отрастит усы и густые волосы и всерьёз займётся химией и биологией, изобретёт собственное лекарство от ранений на основе компонентов фруктов вумпа, Коко отдаст предпочтение классическо-футуристической одежде, примерно как у меня, наберётся нового опыта, будет прекрасно разбираться в автомобилях и оружии, начнёт делать своё «железо» из разных деталей и… может, характер немного поменяется, станет более устойчивым. Кранч как был красивым и исполнительным качком, так и останется. Он разве что освоит правила выживания в различных социальных сферах и станет врачом-травматологом. -- Серьёзно? Я стану усатым биохимиком? – поинтересовался Крэш. -- Ну, можешь сразу нормальную бороду отращивать поверх шерсти, но выучить химию и биологию, дойдя от азов до глубин, ты обязан, – сказал я. – У тебя ж теперь нормальный мозг. -- Да! – подтвердил Нео. – Я Крэша на днях отловил и сделал ему нормальный мозг со здоровыми нейронами! Честно говоря, я так должен был сделать сразу, как только Вортекс испортилась и повредила ему нейроны. -- А почему я должен освоить правила выживания в социальных сферах и быть доктором? – спросил Кранч. -- Ну, тебе, мне, всем нам придётся работать на разных людей и какое-то время играть по их правилам, если они, конечно, не противоречат нашему моральному кодексу. Они все достаточно просто усваиваются, так как строятся в большинстве случаев на основе морали. Это только в бандах могут убить без суда и следствия. Да и на верхушке власти или корпорации могут подставить, если ты не идёшь на всё, чтоб только быть у кормушки. Доктор? Да ты просто похож на человека, который разбирается в анатомии и способен вправлять кости. В общем, выучишь всё, что тебе понадобится. -- Ты сказал, я начну разбираться в оружии и смогу делать своё? – спросила меня Коко. -- Да, в общем-то, – ответил я. – Ты уже сделала ракетный гранатомёт. И по поводу характера: ты станешь более психически уравновешенной и хладнокровной, однако в общении с друзьями и знакомыми ты останешься такой же доброжелательной. Кстати, Крэшу надо достать учебники по химии и биологии. Однако мы тут можем найти только артефакты. Следуйте за мной, побродим по Зоне и найдём чего-нибудь, что можно съесть или продать. Поскольку у нас с оружием напряг, стрелять будем только мы с Нео. И так началось наше путешествие по Зоне в поисках артефактов. Глава 5. Жрать охота, надо работать. (Пинстрайп Потору) -- Мля, жрать охота, – высказался Джон, выйдя из кухни в гостиную. – В холодильнике одна какая-то херня лежит, и кетчуп сверху. Не знаю как вы, а я пойду в туалет, наверну собственного говна. -- Неужели все качки такие имбецилы!? – недоумевал Брио. – В холодильнике и вправду что-то похожее на еду лежит! -- Там замороженные пельмени, котлеты и чебуреки! – крикнула с кухни Нина, вероятно, заглянув в морозилку. – Как раз на сегодня можно сделать себе обед и ужин. Так как ты, Джон, проглядел, ты готовишь обед из пельменей. -- Мля, а как их делать? Мне жена всё время жрать готовила! – растерялся рестлер. -- Давай, как меня русские бандиты учили, – предложил я, вставав с кресла и подойдя к своему ученику. – Берёшь такой кастрюлю, а можно и две, если на шестерых готовишь, наливаешь воду до половины, херак, включаешь плиту, ставишь кастрюлю на огонь, ждёшь пока закипит, сыпешь ложку соли или приправы в кипящую воду, берёшь пельмени, вытряхиваешь всё, что поместится в кастрюлю, из упаковки в большую тарелку, пересыпаешь из тарелки в кастрюлю, ждёшь, пока все пельмени всплывут, при этом помешивая их ложкой, чтоб ко дну не прилипли, после всплытия ждёшь пять минут, выключаешь и подаешь на стол с бульоном, кетчупом, майонезом или сметаной, в зависимости от того, как ты себе захочешь, и что закажут домочадцы, и можно спокойно есть. Кстати, мне один русский говорил, что с кетчупом можно есть практически всё, что угодно. -- Хм-м, вроде, не так уж сложно, – подумал вслух Сина, почесав свой выдающийся подбородок. – А почему только шесть? Как же Аку-Аку? Если он волшебная маска, то ему и жрать не надо? -- У меня даже нет желудка, чтоб переваривать пищу, – сказал Аку-Аку. – Только рот, зубы и язык, чтобы говорить. Готовь только для себя и для команды, Джон, а я прослежу, чтобы не получилась чрезвычайная ситуация. -- Может, он и приготовит обед, но мы продержимся только до послезавтра, – сказал Джин. – Не знаю, может, тебе, Пинстрайп, подыскать нам работу? А то я не уверен, что с нашими дипломами о высшем образовании в Академии Зла примут на какое-то предприятие. -- Я попробую выяснить, платят ли местные копы народным мстителям, – ответил я. – Это максимум, что я могу для вас сделать, потому что я по сути тупая пародия на бывшего мафиози. И мне кажется, я не дорос до уровня Пэйна. -- До него ещё никто не дорос, что ты! – сказала Нина. -- Он человек высоких нравов, он хорошо знает физику, программирование, психологию, использует телепатию, разбирается в людях лучше меня и стреляет без единого промаха! -- Поверь, у нас есть и свои плюсы, – успокоил меня Брио. – Ты, например, более красноречивый чем Макс и лучше обращаешься с деньгами. Мы с Кортексом диву дались, узнав про твои денежные махинации. -- Тогда у меня были подставные фирмы, – сказал я. – А теперь я хочу поиграть по-честному, с помощью вложений денег в акции. -- Спешу тебя огорчить, что в России дела хорошо идут только у IT-компаний и монополий вроде Газпрома и «Ж/Д», – сказала Нина. – С доходами народных мстителей и нелицензированных учёных имеет смысл вкладываться только в те компании, где работают выпускники ПММ и ФКН Воронежского Государственного Университета, хоть они и дороговаты. Но, поверь мне, акции монополий куда дороже! -- Откуда ты так много знаешь? – удивился я. -- Я хорошо изучила обстановку в стране и поняла, что дуракам здесь не место. Тут надо учитьсяна крутого бизнес-компьютерщика, чтобы хорошо зарабатывать в приличной фирме, либо ехать за границу. Вот такая Россия. -- Ладно, я ещё попробую свои навыки игры в блэк-джек, если найду тут подпольное казино. -- А ты и не найдёшь лицензированного. Здесь просто невыгодно вести игорный бизнес. Езжай в Москву, если хочешь играть в самых респектабельных заведениях. А сейчас…, пойдём на кухню и посмотрим, как готовит великий рестлер. Кстати, мы могли бы проверить его на прочность в соревнованиях по боям без правил. Завтра все желающие будут проходить официальный отбор через бой на выживание. Отличный способ заработать денег. -- Полностью согласен. Сина, как оказалось, готовил строго по инструкции, которую я ему дал. Получилось вполне съедобно. Как только я доел свои пельмени, у меня зазвонил телефон. Я взял трубку, не имея понятия, кто бы мог мне позвонить. -- Алло? – сказал я. -- Пинстрайп Потору? – осведомился звонящий. – Слава богу, дозвонился! Слушайте, мне Макс Пэйн позвонил и сказал, что вам нужна работа. Это так? -- Да, но я даже не знаю, кто вы. -- Майор Валерий Борисович Семёнов, глава местного полицейского управления. Дружу с Максом, так как понимаю, что люди вроде него хоть и причиняют некоторый ущерб, зато способны резко понизить уровень преступности в городе. Знаю, вас могут разыскивать агенты ФСБ, но у меня для вас есть пара заданий. Нужно раскрыть дело, касающееся… э, банды Потору. Недавно приехали в Россию и устраивают массу неприятностей. -- А сейчас какое число? -- Пятое января. А зачем вы спрашиваете, Пинстрайп? -- Да просто у меня предположение, что мой сын Анджело вернулся вместе с Тавной и всей организацией из будущего, будучи вооружённым высокими технологиями. Что он делает в России, я не знаю. Вообще мы все были в Штатах. Это была, конечно, моя банда, но у меня нет никакого желания нести за них ответственность. -- Ну и не надо. Только вы должны как-то убедить их не делать пакостей хотя бы в моём городе. Кстати, Воронеж почему-то всегда был любимым русским городом Макса Пэйна. Кстати, как он? Небось волосы до пояса отрастил? В последний раз он тут ходил с густой бородой и волосами средней длины. -- Ещё круче: стал бандикутом-полукиборгом с хакерскими и восстановительными имплантами, бородатый и с объёмным зачёсом. -- Ого! -- А до этого он был просто красивый человек. В принципе, он и сейчас выглядит неплохо. -- Да, интересно было бы посмотреть. Кстати, он присылал мне вашу фотографию. Врать не буду: вы выглядите несколько устрашающе даже с обычной физиономией. Отрастите бороду или смените причёску, что ли. Поменяйте одежду в конце концов! Да, кстати, когда пойдёте встречаться со мной на площадь Ленина на Плехановской, на вас не должно быть вашего старого костюма. Оденьте классические джинсы, простую рубашку, куртку, зимние ботинки. -- А где я вам возьму их? -- Да там в «Армаде» есть магазин «Глория Джинс»… -- У меня нет денег даже на дешёвую одежду. -- Ну, если вы сейчас находитесь в квартире Макса, поищите что-то из его гардероба. Может, подойдёт что-то, хоть и не по размеру. Мне, чтобы только пойти на встречу с полицейским, пришлось взять из гардероба Макса джинсы, красную гавайскую рубашку, старую чёрную кожаную куртку и походные ботинки. Оказалось, что я в такой одежде выгляжу несколько смехотворно. Я даже показался команде Нео, Аку и Сине, и все посмеялись. Нина вовсе назвала меня «вторым Максом Пэйном». Но делать было нечего, и я отправился на встречу с майором Семеновым в таком несколько непритязательном виде, а свой старый костюм оставил пылиться на не заправленной кровати. Чтобы не привлекать лишнее внимание к поцарапанному и простреленному пулями Лэнд Роверу, я отправился на площадь Ленина на маршрутке. Однако тем самым я привлёк внимание людей к своей морде потору и тёмно-коричневой шерсти. Только водитель не возражал, чтобы я ехал в маршрутке, потому что я заплатил за проезд те рубли, которые ещё были, и хорошо говорил по-русски, хоть и с бруклинским акцентом. Когда я вышел из маршрутки на нужной остановке, меня пошёл встречать одетый в белую куртку, тёмно-синие брюки и осенние туфли седеющий усатый мужчина средних лет, очевидно Валерий Семёнов, одетый не по форме. -- Здравствуйте, – сказал он. – Я Валерий Семёнов. Очень рад вас видеть. Теперь можно пройтись до гостиницы «Меркурий» и по дороге обсудить подробности. И мы пошли с ним к отелю, располагавшемуся в паре сотен метров от площади Ленина. -- Вы не против, если мы перейдём на «ты»? – спросил майор. -- Конечно, Валерий, – согласился я, слегка улыбнувшись. – Что за вопрос? -- С одной стороны да, что за вопрос, ведь у вас, англичан и американцев всё на «ты», так как у вас нет ничего, кроме обобщённого «you». А с другой стороны это, всё-таки, вопрос вежливости с иностранцами в России. Поскольку я человек не слишком привередливый, я позволяю людям обращаться и на «ты», да только мой пост и моё звание не позволяют людям так делать. -- Ну, сейчас ты одет не по форме, так что я могу к тебе спокойно обращаться по-дружески. -- Да если я и по форме буду одет. Пинстрайп, это твоё право и Макса Пэйна тоже. Почему ты один? -- Да мои друзья завели знакомство с самим Джоном Синой и теперь никак не выйдут с ним из квартиры, чтобы не привлечь внимание. Один только оперативник неназванной организации отправился на вылазку. -- О нём что-то известно? -- Только то, что он был рождён в целях опытов по созданию командиров-телепатов, а, повзрослев, ушёл в армию США и оттуда в Ф.Е.А.Р.. Имени ему, видно не дали, из-за того, что он был провалившимся экспериментом, называем его Пойнтменом, или по-русски Оперативником с большой буквы. В бою его нельзя недооценивать, так как он обладает фантастической реакцией и скоростью передвижения в критических ситуациях. Он один стоит целой армии! -- Ровно как и один Макс Пэйн стоит всех сотрудников МВД России и полицейских США. Он один из немногих, кто действительно может навести порядок в городе и уберечь от беды мирных граждан. Может, тебе стоило бы попробовать? -- Ну, если мои ребята-потору ещё не забыли, кто среди них главный, то я могу воспользоваться их помощью. А если нет, то пусть все сядут в тюрьму или лягут в могилу. Они ж преступники как и я ранее. -- Это меня не волнует. Главное – наказать негодяев и спасти невинных. Если ты сделаешь так, чтобы твоя банда тут не пакостила, я заплачу тебе пять тысяч рублей. -- А если я скажу, что я профи? -- Тогда уж десять. Только смотри, чтоб граждане не попали под обстрел, если всё полетит к чертям. Выживут – плачу десять, нет – пять. -- Что ж я могу за такую дополнительную плату и под пули встать. Правда, продержусь недолго. -- Бог тебе в помощь. Просто верь, что справедливость обязательно восторжествует, и работа сладится. Но если ты хочешь быть настоящим героем, спасение людей и ловля преступников должны стать частью твоего поведения, а не работой за деньги. Считай, что деньги – это чья-то компенсация тебе за потраченное тобой свободное время. -- Ну, ладно. Приступим. -- Если ты готов, то бери Грач и заходи в здание «Меркурия». Его как раз «оккупировали» Потору. И, ради бога, никаких жертв! -- Постараюсь, – сказал я, принимая из рук Семенова пистолет так, чтобы прохожие не заметили. Мы дошли до здания гостиницы, и я один зашёл внутрь, припрятав пистолет в *данные засекречены*. Стоило мне войти, как мои бывшие подручные нацелили на меня свои пистолеты-пулемёты. -- Кажется, я совершенно зря сменил одежду и променял Томмиган на Калаш, – произнёс я на английском с бруклинскими акцентом. -- Дон Пинстрипелли? – удивился один из громил, узнав меня и опустив оружие. – Неужели? И откуда на вас эта одежда? -- Не поверите, сам Макс Пэйн позволил мне погонять, – ответил я, показывая жестом, чтобы все прибрали стволы. – Увёз меня от вас подальше и разрешил мне всё, что не запрещено законом. Он вообще собирался натравить меня против Вишкар и русской мафии, но мы попали в аномалию… и теперь готовимся сражаться с великим Ука-Ука. -- Да у вас крыша поехала, босс! – сказал другой громила. – Он вас прикончит! И зачем вам сражаться с Ука-Ука? Жить надоело? Давайте лучше ограбим банк! Тут же есть через дорогу… -- Это лишь офис Сбербанка, дебил! – поправил я. – Пока я сюда шёл, я уже успел приглядеться. И если вы решили сорвать куш, тогда идите делать ставки на боях без правил. Там как раз будет выступать неудержимый ДЖОН СИИИНААААА!!! Ну, ещё можно попробовать вложить деньги в акции IT-компании, если Анджело ещё не все взломал. -- Если вы хотите обсудить новые правила игры, поговорите с Анджело. Он тут босс. Найдёте его в пятидесятом номере. Я пошёл на пятый этаж в указанный членом банды номер, по дороге неоднократно увидев унылые физиономии сотрудников персонала, шедших под прицелом гангстеров. Люди презрительно смотрели на меня, как на очередного бандита-потору, а я чувствовал себя виноватым в том, что не смог предотвратить подобного. Стоило мне зайти в комнату, как на меня налетела Тавна Бандикут с распростёртыми объятиями. -- Пинстрайп! – сказала она. – Хорошо, что ты здесь! Может, ты исправишь это недоразумение? -- Ну, если мой сын не прекратит нарушать порядок на территории Воронежа, я буду вынужден сдать его полиции или убить. Я теперь не бандит, а что-то вроде линчевателя. -- Мне всё равно. Мы можем вместе начать новую жизнь…, если мы выживем. И тут неожиданно выплыл мой сын Анджело, одетый как мафиози из киберпространства гибрид потору с бандикутом с имплантами в голове и Томмиганом в руках и засмеялся: -- Хе-хе! Только через мой труп! Я выхватил пистолет и закрыл собой ошеломлённую Тавну от линии огня. -- А ты уверен, что ради власти ты готов убить собственных родителей? – спросил я. -- Ну, знаешь ли, если ты теперь хороший парень, то ты мне уже и не отец, и твоя жизнь ничего мне не стоит, – ответил Анджело. -- Да, я теперь другой, и я предпочту, чтоб мои бывшие подчинённые жили, строго следуя букве закона. -- П-ф-ф-ф, ну ты и лох, Пинстрайп! Мы гангстеры, и мы должны нарушать закон. В этом и заключается наша жизнь. -- А я думал, мы нарушаем закон, только чтоб обеспечить себя деньгами и властью, а не потому что нам больше нехер делать. Что ж, если я сменил сторону, то это я предатель? -- Ага. -- То есть, переосмысление – это уже предательство. Так? Ну, тогда мне будет проще ранить или убить тебя. Время потекло настолько медленно, что у меня его было достаточно, чтоб прострелить сыну-негодяю правую руку, в которой он держал автомат. -- Ёб твою мать! – выругался Анджело, роняя оружие. – Вот сучара! -- Смотрел фильм «Тарас Бульба»? – спросил я. – Мне как-то русские дали посмотреть. Там показывают про войну запорожцев с поляками, про верность и предательство, про судьбу Тараса и его двух сыновей. Хоть он и на русском без английских субтитров шёл, я всё равно всё до последнего слова понял, и мне понравился этот фильм. Смотрел? -- Нет. -- А жаль. -- Ты предатель, Пинстрайп Потору! -- Вообще-то, я глава семьи, и мне решать, как нам жить дальше. Ну, если уж на то пошло, то перед тем как пристрелить тебя, я процитирую фразу из фильма на английском, чтоб тебе было понятнее: «Я тебя породил – я тебя и убью». Это сказал Тарас перед тем, как расправиться со своим сыном-предателем Андрием, который променял свою Родину на любимую панночку. Ты же просто сел на моё место, будучи ещё несовершеннолетним, причём без моего ведома, предал собственных родителей. А надо было ждать, пока появится отец и всё устроит. Прощай, урод. Я прострелил Анджело голову. Теперь паршивец был мёртв. -- Но… это… был… наш единственный сын, – сказала Тавна, выходя из состояния шока. -- Единственный сын, который поступил как крыса по отношению к отцу и матери, – добавил я. – Пошли. Если мои бывшие подчинённые обернутся против меня, я убью их всех. Я забрал Томпсон и, как следовало ожидать, перестрелял всех вооружённых и враждебно настроенных бандитов в отеле с невероятной точностью, не задев ни одного мирного гражданина. Казалось, время текло очень медленно, и громилы просто не успевали выхватить оружие до моего выстрела. Я действовал шумно и глупо, оставляя шокированных свидетелей среди персонала и жильцов отеля, но иначе я просто никак не мог расправиться с бандой Потору. Я создал банду из тех существ, которых специально для меня наклепал Кортекс, и я её уничтожу. В отеле не осталось ни одного живого потору-гангстера, все были мертвы. По крайней мере никто из гражданских лиц не пострадал. Я вернулся с Тавной к майору, спрятав автомат под куртку и сказал, что дело сделано, и те, кто не заслужил смерти, живы. -- Неплохо! – отреагировал он. – Хотя можно было и мирным путём… -- После того, что устроил мой сын, я не хочу говорить на эту тему. Я сделал то, что должен был, – отрезал я. -- Ладно. Ну, я даже не знаю… Ты так рисковал… На тебе, пожалуй, тысяч двадцать. Полмесяца вам двоим можно протянуть. Звони мне, работа найдётся! У тебя же остался мой номер, верно? -- Ну, да. В общем, позвоню. Пока. Я получил больше денег, чем в начале оговаривалось, распрощался с главой местной полиции и собрался идти с супругой домой, как вдруг мне позвонил Джон. Он сообщил мне: -- Я тут записался на бой на выживание и собираюсь ебашить русских борцов и антропоморфов-качков направо и налево! Я сейчас у арены на заброшенном заводе, скидываю координаты. Ты где? -- А ты не слишком сильно рискуешь, записываясь на подпольные бои? Тебя ж могут и пристрелить, если ты уложишь босса, – ответил я обеспокоенно. – Я у отеля «Меркурий». -- А-а-а. Ну, тебе досюда пилить километров так шесть. Ты не успеешь под конец замеса поставить на меня, и у нас не будет дополнительного выигрыша. -- Я придумаю что-нибудь. Увидимся. Я положил трубку и собирался уже ловить попутчиков, как Валерий, который должен был уйти восвояси, посигналил мне из своей Лады Гранты и сказал: -- Залезай! Я тебя отвезу. Какие координаты, покажи? Очевидно, полицейский подслушал наш с Джоном разговор с помощью хакерского ПО от Макса и решил подбросить меня до завода. Я и Тавна залезли в машину, и я показал водителю, куда надо ехать. Мы добрались за пять минут, обходя стороной заторы и пробки и смогли успеть пройти на территорию завода. Среди зрителей, наблюдавших за боем, в котором участвовал сам Джон Сина, было немало гопников, неформалов и жутких антропоморфных грызунов не то из России, не то из Австралии, да и вообще мне казалось, что там собрались все отбросы Черноземья, перемешанные с выходцами с острова Вумпа. Нашему великому бойцу там определённо было не место. Из-за толпы я так и не смог хорошо разглядеть, против кого, всё-таки, стоит мой друг. -- На кого будем ставить? – вдруг спросила неожиданно появившаяся мерзавка-гот с многочисленными пятитысячными купюрами в руках. – Тут наши все ставят на то, что Джон Сина не выстоит против финального босса…, я хотела сказать, против двух финальных боссов. -- Ну, а я, всё-таки, рискну и поставлю на чемпиона Сину, – сказал я, отдавая пятнадцать тысяч рублей. – Я слышал, его можно одолеть, только если он не будет оказывать особого сопротивления, и то лишь с помощью нескольких крутых рестлеров. -- Правда? Ну, посмотрим. В любом случае, ставки сделаны. -- Эй, а не скажешь, кто наплодил антропоморфов и внедрил их в ряды местных? -- Какая-то сумасшедшая учёная. Неважно. Ты же не из наших, раз спрашиваешь? -- Меня сделал антропоморфом один бородатый мужик с толстой губой, чтобы я побыл его телохранителем. Теперь, я вижу, есть кому пользоваться Эволюционным Лучом вместо старого учёного, причём на территории России. -- Хорошо хоть только крысами и мышами эта баба ограничилась, а то бы и русского медведя приблудила, и он бы нас всех сожрал. -- …И запил водкой, хах. Ну, ладно, значит, дело серьёзное… Я недоговорил и пошёл пробиваться к своим товарищам. Их теснили в первых рядах перед самой ареной, но зато им было видно, что подкрепившийся пельменями и чебуреком Джон Сина справляется со своей работой лучше некуда. Он просто раскидывал накачанных крыс-людей и чемпионов дворовой лиги по реслингу, и за каждого побеждённого ему в банк подкидывали по пятьсот рублей. Наконец-то, настало время для финальных боссов, и тут против Джона Сины вышли сразу Тайни Тигр и Коала Конг. Мне стало не по себе при виде старых знакомых громил Кортекса, а Джин, Брио и Нина так вообще заметались. Один Пойнтмен сохранял холодное спокойствие. -- Мля!!! – выругалась Нина совершенно по-русски, схватившись за голову своими металлическими руками. -- Не кричи, – сказал ей Пойнтмен. – Ты что, маслину поймала? Давай, Сина! Выруби этих козлов! Джон Сина, конечно, не испугался своих противников, но, всё же стал мучиться вопросом о том, как же их всё-таки одолеть, если они по габаритам больше него. И тут на арену начали кидать самое разное имитированное оружие вроде стульев, микрофонов и клюшек. Тайни и Конг как самые крутые схватили сразу по два стула, чтоб Джону худо было, но наш герой смог найти выход. Он подобрал микрофон и метнул прямо в морду коале. На какое-то время Конг ошеломлён ударом, и Сина пока мог только отмахиваться от Тайни клюшкой для гольфа, пока тигр не устанет нападать. Как только Тайни устал Джон зарядил ему по голове и стал добивать, пока Конг не оправился. Тигр вылетел с арены с громким треском, и в него стали метаться бутылками водки и закуской. Никто и не мог понять как так получилось, что Тайни не смог расправиться с таким маленьким человеком. Скоро знаменитый Джон Сина взял Коалу Конга своей невероятной ловкостью и умением выводить противника из себя, и второго бойца ждала та же самая судьба, что и его напарника. Так наш герой в очередной раз доказал, что для победы не обязательно надо быть самым сильным, но надо быть проворным, хотя физическая сила тоже приветствуется. Только дураки-гопники заливались радостные возгласами, когда все остальные, бандиты и антропоморфы-негодяи заявляли, что Сина жульничал. Тогда Джон объявил: -- Я бы согласился, что я жулик, если бы я призывал Аку-Аку, а его, как видите, не было нихера.Я победил честно и справедливо, используя свою относительную ловкость против этих громил. Отдайте мне мои честно выигранные деньги, и я свалю отсюда! Конечно, Сина получил свои 110 тысяч рублей, заработанные на ринге, а я получил свои поставленные 15 и ещё 30 тысяч. Пробив себе дорогу среди столпившихся людей и гуманоидов и уехав на маршрутке, мы вернулись домой богачами. Теперь нам было на что поесть и на что купить железо, чтобы наши учёные могли проводить некоторые разработки. И всё же выигранных или заработанных денег много не бывает никогда – всегда найдётся, на что их потратить. И весь оставшийся месяц мы уже провели, работая по найму и изобретая разные устройства. Глава 6. Бар, Бандикуты и бухарь. (Макс Пэйн-Бандикут) -- Внимание! Ищутся добровольцы для выполнения особо опасных заданий. Хорошая плата и компенсация предоставляются любому, кто возьмётся и сделает всё, что от него требуют. Заинтересованным подходить в бар. Вот, что мы, пять обросших бандикутов и один человек с плотными куртками и одним пуленепробиваемым пиджаком услышали, подходя к территории заброшенного завода «Росток» спустя месяц пребывания в Зоне. Нам в тот день надо было пополнить запасы провизии. К счастью, никто из нас не получил облучения, и нам удалось собрать немало артефактов, зато Кортекс, который постоянно залезал в очаги радиации в поисках тайников и кристаллов, был вынужден бухать водку всю дорогу и закусывать последней диетической колбасой. Мне даже казалось что он пародия скорее на среднестатистического сталкера, чем на учёного из рода клоунов, тем более у него волосы отошли от укладки и стали похожи непонятно на что, борода разрослась чуть не до груди, а под глазами образовались синяки, да и одет он был уже в короткую чёрную кожанку сталкера, синие спортивные штаны «Адидас» и серые кроссовки «Найк». -- Кортекс, неужели это ты? – спросила Коко уже не первый раз. – Я не помню, чтоб ты был таким пьяным и вот так одетым. Кажется, ты пьяный выглядишь ещё ужаснее, чем когда ты был трезвый и злой. -- Зато, бледь, я добрый щас, – медленно ответил Нео по-русски. – Ух ёб, какой я был, всё таки… я ж был не доктор, а… прям… пиздец. Ну, накатим ещё, блядь, за Россиюшку! За Зону и артефакты! -- Ух, тебе надо поменьше пить! – скороговоркой сказал Кранч, на котором уже было кое-какое снаряжение среднего сталкера. – Так ты можешь в конец загубить и мозг, и печень! -- А ты мне ещё пива подмешай в водку, тогда мне точно придётся отказаться от научной деятельности и предоставить это дело Крэшику. Да и всё равно вы не можете столько водки пить сколько я, поэтому используете артефакты и антирад. А я могу бухать, так как я уже старый и мало на что годный. -- М-да, – произнесла Коко. – Если тебя найдёт Ука-Ука, то я даже не знаю, как он на тебя отреагирует. -- Да мне похер! – сказал Кортекс. – Я для того и бухаю, чтобы забыть про всё на свете, что мы с ним делали. Давайте следующую бутылку! Это, кажется, была вторая? Я говорю: мне себя не жалко. Хоть в рабство продавайте. -- Ага, – кивнул я. – А как протрезвеешь, начнёшь нас проклинать. Пошли, бухарик! Как только мы подобрались поближе к заводу, нас окружили сталкеры в чёрно-красной форме, и командир сказал: -- Стоять, твари! Или я дам приказ стрелять! -- Мужики, не шмаляйте! – закричал Андрюха. -- Ах-ах! – пролепетал Крэш. -- Спокойно! – сказал я. – Мы не из мутантов Зоны. -- Люди-животные, по-моему, те самые твари, которых порождает Зона! – заявил командир. – И желтокожие головастики тоже! Совсем бухой Нео Кортекс от бедра выстрелил в командира лучом Антро-Модификатора и превратил его в кота. -- Бля, не та пушка, – выругался Кортекс. -- Отставить целиться в мутантов, пока они не устроили ещё чего! – приказал командир, еле освобождая свою новую шерстистую пёстро-серую голову от шлема с противогазом. Мне сразу стало ясно по морде кота, что он был совершенно тупым, но при этом исполнительным человеком. – Что за шутки? Почему у меня на лице шерсть, а на голове кошачьи уши!? Что с моим носом!? Почему? -- Потому что вы теперь кот, капитан Пличко, – сказал я командиру. – Добро пожаловать в сообщество животных-антропоморфов. Я Макс, а это Крэш, Коко, Кранч, Андрюха Бандикут и Нео Кортекс. Кстати, не смотрите, что Нео похож на бухаря и ватника, потому что именно он изобрёл ту штуку, которая сделала вас антропоморфом. -- Блин, как же я в таком виде покажусь генералу Чаплыгину? – потупился капитан. – Меня ж из «Долга» выгонят. А отменить изменения можно? -- Зачем? – спросил я. – По-моему, это не самое лучшее решение. Я был раньше человеком, и мне просто надоела моя старая внешность. Вот я и попросил Кортекса сделать меня бандикутом. А ещё с такой мордой ты выглядишь меньшим зверем, нежели человек. -- Блять, – выругался Пличко. – Ну, хуй с вами. Пиздуйте в бар. Он в подвале сразу за проходным помещением склада… Я сказал: идите своей дорогой, сталкеры! Мы прошли дальше на территорию завода. -- Вот блин, одни сквернословы и идиоты кругом, – сказал Крэш по-русски. Бандикуты с острова Вумпа уже успели освоить русскую речь и могли себе позволить выразить свои мысли на русском. Мы зашли в бар. Обстановка была примерно точно такая же, как и восстановленная у меня в памяти: сталкеры стоят и сидят в разных местах за столами, пьют водку, закусывают консервами и слушают навязчивую мелодию. В первый раз я был здесь в будущем, в 2077-ом году. А сейчас был 2019-ый. Сталкеры в серых и зелёных комбинезонах оглянулись на нас с необычайным любопытством, и только долговцы посмотрели на нас с презрением. -- Здорово, сталкеры! – поприветствовал нас бармен. – Как делишки? Опа-на! Ещё и с бабой пришли, вот дела! У нас в Зоне баб вообще редко видно, а бандикутов так тем более. Ну, показывайте, что принесли. Поди, месяц по Зоне шатались? -- Ага, – подтвердил Крэш. – Мы нашли несколько артефактов на продажу и перемочили чуть ли всех бандеровцев, которые тут были. Да и вообще мне кажется, что я уподобился Карателю. -- А ты часом не Крэш Бандикут? А этот бухарь разве не сам Нео Кортекс!? Ребят, я прямо удивлён, что вижу вас в одной компании среди сталкеров! -- Да мы…, – начал Нео, – хотели отыскать кристаллы. Фиолетовые такие… Знаете? -- Ну и как? – спросил бармен. – Нашли? -- Нашли парочку в лаборатории X16, – ответил я, показывая два больших фиолетовых энергетических кристаллов. -- Продадите за пять тысяч рублей? – поинтересовался бармен. -- Нет, – ответила Коко. – Нам позарез нужны кристаллы для изобретений. -- Тогда продайте мне артефакты и ненужное оружие, которое вас грузит, и присядьте где-нибудь, отогрейтесь, отведайте моих блюд. Сегодня у нас лапки снорка в томатном соусе, глаз «плоти» в томатном соусе, из рыбного – щупальца кровососа в томатном соусе. Как в анекдоте. Слышали? -- Похоже, это была даже чересчур атмосферная игра, – шепнул я Кортексу. Делать было нечего, и мы продали те артефакты, которые не спасали нас от радиации, заказали себе щупальца кровососа. Очищенное от радиации и всяких ядов мясо мутанта оказалось на вкус отвратительным, но, как говорится, с кетчупом можно есть что угодно, даже картон. Мы перекусили, пополнили запасы провизии водкой, хлебом, колбасой и антирадом и готовились провести время на складе. Там уже сидела у костра группа сталкеров, играющих на гитаре и рассказывающих анекдоты. Один был про то, как сталкер встал у перекрёстка и стал читать надписи на указателях, последняя из которых указывала на «кабаки и девок». Ну и решил он пойти по прямой на монстров, думая что он встретит сталкеров, которые объяснят ему, что это за ужасы невиданные: кабаки и девки. -- Ничего смешного в этом не нахожу, – сказал Крэш. – Ты б ещё про Соника рассказал. -- Да, – согласился я. – Давайте тогда уж, послушаем мои истории. -- Бля, тебе только бы пиздеть всю дорогу, Макс Пэйн, – открытым матом заявил Кортекс, к моему удивлению. -- Чего ты так взъелся? – спросил я с любопытством. -- Да ты постоянно пиздоболишь про всякую хуйню-малафью, про всякие охуительные философские темы и ещё умудряешься саркастически смеяться над агентами Овервотч, когда сам же плачешь, что ты подвёл их! Бля, ты не изменился с тех пор, как твою семью замочили! Теперь посмотри в какое существо тебя превратили! Это всё было ради тебя… А ты так и остался разъярённым циничным бывшим копом и убийцей, который выёбывается как герой и раздаёт пиздюлей направо и налево. А потом, зная, что ты можешь рассказывать охуительные истории, ты пиздишь нам про «обновление». Да нифига подобного! Я просто встал на сторону Добра, потому что мне надоело играть на стороне Зла. Я ёбаный неудачник, а ты не примешь никаких мер, чтобы убедить меня лечиться от радиации антирадом, а не водкой. Да, я бухаю, потому что… -- Кортекс за этот месяц столько всяких приключений пережил! – сказала Коко. – Помнишь, ты полез искать кристаллы, а на Кортекса напал бюрер и чуть не убил его телекинезом? Нео выжил только благодаря Крэшу, своему бывшему врагу, а не тебе. А потом Кранч спасал Кортекса от кровососов и химеры, пока ты пытался обыскать тела бандитов. Рассказать, что мы с Андреем сделали ещё? -- Обозвали свободовцев-растаманов, которые чуть не подсадили Нео на иглу? – спросил я не без сарказма. – У меня такое ощущение, что я навеки один, что я коммандер без отряда. -- Потому что у тебя всё такой же отвратительный характер, а твой костюм лишь накладывает на тебя маску героя! – завершила Коко. -- Да? А мне казалось, что я своей тенью загораживаю своих товарищей и присваиваю всю славу себе, убивая собственными руками всех плохих парней в округе. -- Ха! – выразился Кортекс. – Неудивительно, что у тебя нет друзей. Лучше б ты был такой же безмозглый, как прежний Крэш! -- Да, – поддержал Крэш. – Уж лучше тупая пародия на прежнего меня, чем ханжа, притворяющийся парагоном. Скажи, что хорошего от того, что ты замочил того ублюдка Бриггса? Да, я понимаю, что он заслуживал наказания. Но разве ты что-то сделал полезное? -- Э-э-э, – неуверенно протянул я. -- ХОРОШ ПИЗДЕТЬ НАМ!!! – выпалил Кортекс. – Может, я бухарь и ватник, да и к тому же бывший злой учёный, но я имею полное право заявить, что ты негоден для борьбы на стороне добра. Лучше подумай хорошенько над своим характером, своими поступками и над той хуйней, которую несёшь людям. Отдай нам своё оружие. -- Блядь, – тихо выругался я. – И как я, по-вашему, буду в Зоне выживать? -- Тебе помогут артефакты и Андрюха, – сказал Крэш. – Правда, сталкер? -- Братва, я чё, один тупой? – поинтересовался Андрюха. – Это вы про чё? -- Да про то что я буду по Зоне без оружия ходить, и только ты будешь оберегать мой тощий зад, – сказал я, отдавая Нео Беретту, Калаш и гранаты. – Даже не знаю, может, в «Долг» податься? -- Да какая военизированная группировка тебя, больного на всю голову циничного бандикута, возьмёт? – спросил Кортекс. – Ты даже на бандикута не похож с таким характером! -- И что я, по-твоему, должен делать, чтоб быть похожим на бандикута? Радоваться своей говённой жизни, рассказывать анекдоты и думать, что всё будет хорошо? -- Да хоть даже это. Всё равно изменись, – сказала Коко. – Зайди в свой разум и измени свою суть. Избавься от всех воспоминаний и переродись. -- Ну и как…, – начал я. -- О, Господи! – взмолился Нео. – Заткнись нахуй! Всё! Больше ни слова на счёт Пэйна! Как только станешь настоящим Бандикутом, тогда и поговорим! До свидания!Крэш, ты ведёшь. -- Куда? – спросил Крэш. -- На Янтарь, – ответил Кортекс. – Там есть комплекс учёных. С ними мы попробуем что-нибудь сделать. Думай, Кортекс! Думай! Нео, Крэш, Коко и Кранч все дружно пошли прочь из склада в сторону севера, оставляя со мной только артефакт Выверт, двухдневный запас провизии и Андрюху с Калашом и двумя обоймами. -- Нет! – начал Андрюха. – Не, ну пацаны, подождите! Вы чё, типа уходите от нас? Да манал я вас тогда! -- Говори в наш адрес всё, что хочешь, но ты остаёшься с Максом и защищаешь его от монстров и враждебных сталкеров! – ответил Крэш, приостановившись на выходе из склада. – Я не знаю, как такое решение Кортекса повлияет на Макса, но Макс должен измениться в итоге, и только потом он может встретиться с нами. Пока. И мои товарищи ушли от меня с Андрюхой. -- Это какое-то неуважение! – возмутился Андрюха. – Как думаешь, Максимка, надо дать им пизды за это? -- Щас сам получишь! – ответил я. – Это моя вина! Я уж лучше посижу в баре. Буду бухать весь день. -- Не, ну ты мужик или как? Дай им по еблу разок! -- Ты долбоёб? Как я могу дать своим же друзьям по морде? У меня же принцип никогда не поднимать кулак и не наводить ствол против друзей, даже если они меня покидают. Да и вообще я никогда не трогаю тех, кто на светлой стороне. Если хочешь, чтоб тебя расстреляли сталкеры из «Долга», можешь открыть огонь по своим на территории завода, только потом пеняй на себя. -- Ладно, хуй с ними. Пошли бухнём. Мы с Андреем вернулись в бар и заказали по две бутылки водки. -- Всё-таки Кортекс и Бандикуты решили покинуть вас? – поинтересовался бармен. – Бывает. Тут часто сталкеры подставляют друг друга. -- Они не подставляли меня, – отрезал я. – Они просто дали мне время для раздумий и завершения превращения. -- То есть, ты не полностью превратился? В кого ты должен был превратиться? -- В бандикута. А я лишь человек, прикрытый шкурой бандикута. Ну, ещё морда и уши бандикута у меня есть. Но по характеру я такой же богохульник, что и… -- Что и пидор Сидорович? -- Что и прежний я. Сидорович, понятное дело, цену занижать не станет, а только будет рад продавать бинты по двести рублей, когда мне оставили на водку только сто. -- Ну, ладно, я тебя, Пэйн, пожалею. На, бухни. Бармен дал мне две бутылки водки, и я одну выпил до половины с горлышка. Я ужасно опьянел от одной водки, и тут же бармен переключил магнитофон на славянский хардбасс. «Чики-брики и в дамки!», и пошли басы. Сталкеры пустились плясать русский брейк-данс, пошло веселье, и даже Андрюха присоединился к толпе. Один я остался за барной стойкой допивать свою водку. Честно говоря, я был совсем не похож на то, чем был снаружи. Я был всё тем же Максом Пэйном, тупым уродом, заливающим своё горе алкоголем и заедающим наркотиками. И кто подумает, что мне можно верить, если я физически фьюрри? У меня ж нет особо животных инстинктов, окромя одного: убивать всех, кто пытается убить меня. Надо было что-то с этим делать, и я для начала стал танцевать вместе со всеми. Я уже не боялся быть осмеянным и поэтому танцевал как умел, а, как выяснилось, все движения выходили очень нелепо из-за моего опьянения. Я продержался всего три минуты и потом упал без сознания. Я уже проснулся часа, кажется, через два в луже человеческой крови. Мне стало немного страшно от увиденных мной убитых сталкеров с перекошенными лицами, выпущенными кишками, оторванными конечностями и разлетевшимися мозгами. -- Ух-ах! – пробормотал я в ужасе. Несмотря на страх, обычно не свойственный мне, я решил разведать обстановку и поискать заодно моего единственного телохранителя Андрея. Как только я вышел во внутренний двор завода, я ужаснулся, увидев кучу убитых сталкеров «Долга» и шестерых вооружённых хромированными винтовками крыс-антропоморфов в бронежилетах, рыскающих среди трупов. -- Да где же эти Бандикуты? – поинтересовалась одна из мерзких крыс с тёмно-желтоватой шерстью. – Куда они пошли? -- И Пэйна нигде не видно, – сказала другая. – Кстати, подруга, не знаешь, Пэйн, всё-таки лысый или волосатый с бородой? -- Идиотка! Он уже давно в бандикута превратился! -- И как мы его определим? – спросила третья. -- Эй, если никто не помнит, только Макс Пэйн носит чёрный пиджак и серые брюки, – сказала четвёртая. Я хотел пройти мимо них, через запасной выход из склада, но меня заметили. -- А ну-у-у! Чики-брики и в дамки! – закричала заметившая меня мерзавка. – Ливер вылез! У меня не было возможности подобрать оружие и начать отстреливаться. Пришлось бежать в сторону свалки. По какой-то причине время перестало работать на меня, и я мог только быстро бежать. Крысам надоело гнаться за мной, и они выстрелили мне в ногу из снайперской винтовки. У меня перебило артерию, и я упал без возможности бежать дальше. Я подумал, что это мой конец, и до ужаса стал бояться смерти, которую сам же когда-то ждал много лет. Я впервые осознал, что очень сильно хочу жить. Ко мне подбежали крысы, ввели мне снотворное и забрали меня. Глава 6.5. Убить (старого) Пэйна. Я очнулся на кровавом берегу острова Вумпа, по всей видимостизахваченном Ука-Ука. Мне стала до жути неприятна испытываемая мной головная боль. На мне были только брюки, туфли и галстук, а пиджака не было. Даже оружия у меня с собой не было. Я пошёл через джунгли и зашёл в психиатрическую больницу имени Кортекса и Фламинго, и увидел за решёткой плачущего мальчика с игрушечным револьвером в руках. -- Я убил собственных родителей! Маму я довёл до отравления алкоголем, а папу застрелил! Я думал, что убив папу, я отомщу за маму. Я такой глупый! Дедушка, ну зачем ты врал, что я невинная жертва обстоятельств!? Папа прав: я должен был повзрослеть. -- Ну-ну, успокойся, – сказал я мальчику каким-то молодёжным звонко-мягким голосом. – Думай о хорошем, что может случиться в твоей жизни! Ну же! -- И ты это говоришь мне? Десятилетнему пацану, оставшемуся без родителей? -- Ну, что ты! Гарри Поттер вообще остался без родителей, когда ему был только год. -- А Макс Пэйн, потерявший маму и папу в десять лет уже не такой крутой как Поттер? Да пошёл ты в жопу, Бандикут! Я пошёл дальше, чтоб больше не злить мальчика и встретился с тридцатилетним безумцем, который тоже сидел в камере и рыдал. -- Я должен был защитить их! А я… Я просто опоздал… Моя жена… Моя дочка… Их убили эти подопытные кролики… Как же я мог допустить такое? – говорил он. -- Ты невинная жертва обстоятельств! – сказал я. – Эти политики просто играют жизнями людей. Если хочешь, я могу всё исправить! -- Пошёл ты, Бандикут! Как ты надеешься исправить прошлое Макса Пэйна? Тебе остаётся только пытаться примириться с ним. В следующей камере сидел мрачного вида красавец тридцати пяти лет. -- Неужели я не могу ничего исправить? Я ж мог бы сделать всё лучше! Нужно только думать. Думай, Пэйн! Думай! -- Ты спёр эту фразу у Кортекса. -- Иди ты, Бандикут! После недолгого разговора с красавцем я пошёл дальше и увидел ещё одного Пэйна, сорокатрёхлетнего лысого с бородой и с мачете в руках. -- Они все поплатятся, – говорил он. – Клан Пунчинелло, наёмники, агенты правительства, уборщики, люди Гоньитти, русские, коммандос, семья де Марко, панамские киллеры, Командо Сомбра, Крача Прето, Тропа-зед, UFE… Они все умрут… до одного. -- Я бы на твоём месте радовался, что жив, и не рыпался, – сказал я, проходя дальше. Пятым пошёл крашенный бородатый мужик в крутом светящемся классическо-футуристическом костюме, с зачёсанными волосами и имплантами на лице. -- Я думал, что я изменился, – начал он. – Думал, что после стольких лет в морозильной камере и улучшений я стал другим. Я думал, что я стал героем, что я стал одним из них. Но я ошибся. Я остался всё той же дурной пародией на лучшего человека. Я вышел на свет, загородил товарищей, думая, что защищаю их, но тем самым свёл их в могилу. Ещё я каким-то боком являюсь хакером. Бред. Я айтишник только из-за имплантов и загруженных в мой мозг данных. На самом деле я не более, чем убийца, прикрывающийся аурой героя и уничтожающий плохих парней. -- В принципе, была неплохая попытка, – сказал я. – Но ты же боялся забыть историю и не хотел выставлять себя на посмешище! Поэтому ты только и делал, что мочил и отбирал поклонников у настоящих героев! -- Они были педиками. Все до единого. Думаешь, я не был в России, и мне там не рассказывали про Гейропу? Ха! Эти жизнерадостные пидорасы сами выбрали себе человека, который сведёт их в могилу. А ведь я их предупреждал! Последним Пэйном оказался недоделанный человек-бандикут в костюме, что и у предпоследнего. -- Забавно, – начал он. – Каждый раз какая-то херня. Я точно знаю, что меня много раз изменяли внешне, но суть мою…! Я каждый раз выглядел не так! Я думал, что я ребёнок. Я думал, что я взрослый, что я кадет, что я коп, что я бандит, что я агент под прикрытием, что я наёмный убийца, что я телохранитель, что я пациент, что я алкоголик, что я курильщик, что я сторонник ЗОЖ, что я американец, что я русский, что я оперативник Овервотч, что я командир-неудачник, что я правдолюб, что я звездобол, что я человек, что я бандикут. Я думал… КТО Я!? Кто я!? Я думал, что я не один раз влюблялся. Я думал…, что моя суть не менялась, когда менялись внешность и ярлыки. -- И тебе было совсем немного времени отведено, потому что очень скоро старый Пэйн должен умереть, а на смену ему должен прийти Бандикут, – сказал я. -- Уж лучше б я скорее умер, – согласился Макс Пэйн. – Кстати, Аку-Аку и Крэш пытаются отвоевать твоё тело у Циглер. -- Ты действительно так считаешь? -- Да не. Это всё поток их мыслей в твой же разум. Кстати, Аку-Аку отчитал Кортекса за то, что тот оставил тебя в беде. -- Но ведь это был отличный план! Так и должно было случиться! -- Ну, если будешь готов убить меня и всех этих… пройди вон в ту дверь в конце. Удачи. Я прошёл через дверь, на которую мне указал последний Пэйн, и я попал на кладбище, где было полно могил, рядом с которыми стояли ящики со знаком вопроса. Я разбил один из них, и передо мной явился сам Аку-Аку. -- Как бы то ни было, мой долг защищать тебя даже во сне, – сказал он. – Разбей ещё ящики и найди себе оружие, вумпа-фрукты и броню. Тебе придётся встретиться с самим Максом Пэйном. -- И как всегда мой самый страшный враг – это я сам, – сказал я. -- Как только ты убьёшь всех призраков, ты уже не будешь Максом Пэйном. Ты окончательно и бесповоротно станешь Максом Бандикутом. И поверь, это единственный способ продолжить твоё существование, иначе яд Циглер сработает, и ты умрёшь. -- Ладно, убью себя, чтобы себя же и спасти. Я разбил ещё дюжину ящиков, чтоб собрать достаточно брони, вумпа-фруктов и патронов к найденной мной винтовке G36C. Дальше я знал что делать. Я отправился вместе с Аку-Аку на могилу Мишель и Рози. Там как раз стоял мрачный темноволосый мужчина средних лет в пальто, рубашке с галстуком, брюках, туфлях и со слезами на глазах. Он всё жалел о том, что не смог вовремя защитить своих близких. -- Эй, ты Макс Пэйн? – спросил я. -- А что? – поинтересовался Макс Пэйн. – Нелепый косплейщик на Крэша Бандикута пришёл с автоматом, чтобы сообщить мне о моём выигрыше в лотерею? -- Поверь мне, для тебя это лучше, чем выигранный миллион долларов. Это твоя смерть. Ты разве не об этом мечтал? -- Да, я мечтал, что найдётся достойный убийца. И это, похоже, бандикут, укравший мои черты лица и мою причёску. У тебя даже брюки и туфли похожи на мои! -- Ну и что? Всё равно, я – больше не ты. Я Макс. Макс Бандикут. А тебе, Макс Пэйн, уже давно пора на небо. -- Неужели, так получилось, что моя душа раздвоилась? Одна часть осталась такой же мрачной и изуродованной ранами прошлого, а другая превратилась в подобие души весёлого миролюбивого зверя? -- Да, я миролюбив теперь. Но если надо, я могу пристрелить или дать тумаков, вращаясь. -- Да мне до задницы, потому что меня вообще невозможно убить. Таблетки уже сделали меня невосприимчивым к ранениям. Попробуй стрельнуть мне в голову! Я сделал, как сказал Пэйн, но пуля пролетела мимо. -- Жулик! – крикнул я. – Мне придётся обезоружить тебя и дать тебе пинка под зад! Я проскользнул к могиле под пулями из Кольта, прыгнул и зарядил Пэйну по лицу с ноги несколько раз подряд, пока был в воздухе, да так сильно, что разбил его в кровь. Пэйн закричал от невыносимой боли, и я, чтобы избавить его от страданий, застрелил. Однако не всё было так просто. Очень скоро пришли те самые Пэйны, которых я видел в психушке, все, кроме бандикута. У них в руках были РШ-12 и Джекхаммеры, против которых я долго не мог устоять. Я спрятался за надгробием и стал ждать, пока кончатся патроны, однако я не учёл, что у моей смерти амуниция бесконечна. Аку-Аку защитил меня от пули Макса-ребёнка, и я тогда пристрелил бедного мальчика. Позднее меня стали поливать беспрерывным градом дробей, однако я начал стрелять вслепую на слух и попал точно в Макса 30-летнего и в Макса 35-летнего. Потом на меня налетел лысый Макс с мачете и попробовал зарубить меня, но я вовремя увернулся, выбил оружие и перерезал горло мужику. Остался только Макс из Овервотч. Благодаря своему костюму он не только оказался неуязвим против моих пуль, но и смог взломать всё оружие, чтоб я не мог использовать против него что-либо. Тогда я, подкрепившись вумпа-фруктом, взял мёртвое тело лысого и, прикрываясь им, попёр на хакера, надеясь, что тело мертвеца и моя броня сдержат дроби. А потом я свалил лысого на хакера, обезоружил второго, отдавил ему левую руку и несколько раз втоптал его голову в землю. Наконец-то появился и недоделанный бандикут в костюме. Он сказал: -- Молодец, ты смог их убить. Твоё последнее слово? Я внезапно услышал стоны недобитого главного Макса Пэйна, ударил бандикута прикладом, развернулся и расстрелял Пэйна, пока он не успел съесть таблетки. -- Я ещё успею сказать своё последнее слово, – сказал я и застрелил Пэйна-бандикута в голову. Последний контрольный выстрел, совершённый мной в этом сне, и обойма моей винтовки окончательно опустела. -- Ты сделал это! – сказал Аку-Аку. -- Ха-ха! – радостно воскликнул появившийся из ниоткуда бородатый Крэш в чёрной куртке. – Ты победил сам себя! Теперь пойдём отсюда. Здесь как-то мрачно. Может, в лабораторию? Там ты окончательно станешь другим существом. -- Я бы с радостью! – сказал я. – Идём! Мы внезапно оказались лаборатории, где кроме Крэша в куртке было ещё много танцующих Крэшей с голым торсом, и все хотели, чтобы я повторял движения за ними. У меня в итоге получилось что-то вроде победного танца Бандикута. Я был счастлив, что избавился от своих призраков и стал другим. Я стал Максом Бандикутом… По крайней мере я так думал. ЧАСТЬ II. ПРИКЛЮЧЕНИЯ МАКСА И ДРУЗЕЙ. Глава 1. Новый герой. (Макс Бандикут) Когда я проснулся, я чувствовал себя слабым, но думал, что лучше быть не может. Я открыл глаза, и всё расплывалось. Лишь через какое-то время я смог различить окружающий мир. Я находился в какой-то лаборатории, где вокруг стояли компьютеры и какие-то устройства, и лежал на койке. Я вообще не помнил себя и своего прошлого, кроме того, что произошло во сне. Я только знал, что на свете были такие существа и люди как: Крэш Бандикут, Коко, Кранч, Андрей «Вонючка», Нео Кортекс, Нина Кортекс, Н. Джин, Нитрус Брио, Пинстрайп Потору, Пойнтмен, Джон Сина, добрая маска Аку-Аку, злая маска Ука-Ука, Ангела Циглер, несколько агентов «Когтя» и Овервотч, Путин, Навальный и Трамп. Всё остальное было, конечно, знания из мировой истории, математики, психологии, физики и программирования. Надо мной стоял не очень гладко выбритый Крэш Бандикут в лабораторном халате с буквой «C» на груди, в белых брюках в обтяг, с густым лежачим ирокезом и защитными очками на голове. Он два раза пощёлкал пальцами, чтобы я, наконец-то, очнулся от своего кровавого кошмара, совсем не на долгое время сменившегося хорошим сном. Я пошевелил руками и проверил: на месте ли моя одежда, или я голый. Оказалось, что на мне были брюки и туфли. -- Рад видеть тебя в живых, дружище, – сказал он. – Циглер испоганила твои импланты, чтоб ты быстрее умер. Пришлось искать тебе другое тело. Мы взяли обычного бандикута и применили на нём Эволюционный Луч, пока он был под наркозом. Мы перенесли твоё сознание и твои знания в его разум, дали ему что-то вроде твоего лица, а все воспоминания о твоём прошлом уничтожили. Ты же ругаться не будешь? -- С чего бы? – удивился я, говоря звонко-мягким мужским голосом. – Всё что я помню – это то, как я во сне убил каких-то мужиков, а потом встретил тебя. Только ты был бородатый и в куртке. Ты Крэш. А я кто? Напомни, пожалуйста, а то я себя не помню. -- Ты Макс. Макс Бандикут, серые брюки и коричневые оксфорды с подсветкой. Я знаю про твоё прошлое, но пока у тебя не всплывут остатки воспоминаний, можешь считать себя новым героем. Посмотри на себя. Он дал мне зеркало, чтоб я мог взглянуть на себя, и я увидел в своём отражении красивого и жизнерадостного эволюционировавшего бандикута сгладкой рыжей шерстью зачёсанными каштановыми волосами, густыми бровями, широко открытыми серо-зелёными глазами и пушистыми щеками. У меня так же было стройное и подтянутое тело, покрытое мехом, и красивая сильная средней ширины шея, на которой громоздилась моя великоватая и ненаглядная голова. -- Вау! – сказал я, будучи в ударе от собственной внешности. – Неужели это я? -- Да, это ты, – подтвердил Крэш, помогая мне встать с койки. – Всё-таки, спустя 23 года моего существования, доктор Нео Кортекс и Аку-Аку научили меня, как быть умным. Неожиданно в лабораторию залетел антропоморфный оранжевый бандикут с чёрной козлиной бородкой, венчиком из волос, большими красными глазами и буквой «N» на лбу и радостно замахал руками. Очень напоминал Нео Кортекса из остатков от моих «воспоминаний». -- Ю-ху! – воскликнул третий бандикут, находившийся в комнате. – Кажется, восстановление нейронов пошло тебе на пользу, Крэш! Ты смог спасти сознание Макса! -- А ты вылечился от алкоголизма, Нео Кортекс, – сказал Крэш. -- Ух, у меня, наверное, ушло полмесяца, чтобы отказаться от водки и стать одним из вас, Бандикутов, пока мы спасали Макса и его сознание. Только всё равно я остался Нео Кортексом. Единственная разница – это то что я на стороне Добра, я бандикут, и у меня больше не такой скверный характер! Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!! Теперь я буду придумывать свои добрые планы и срывать злодейские! Конечно же, не без вашей помощи. И быть командиром нашего отряда выпадет именно Максу! Давай, Макс! Я буду составлять планы вместе с Крэшем, а ты будешь руководить операциями. Идёт? -- Идёт, – ответил я. – Наверное, будет здорово принять на себя решающую роль. Введёте в курс событий? -- Сейчас на Украине продолжается гражданская война, а командование российской армии проводит операции на территории Чернобыля в поисках виновника так называемого «международного инцидента», конкретно меня. Однако я уже успел изменить видовую принадлежность. Меня вряд ли узнают, потому что некому давать на меня новые ориентировки. Не знаю, может Сомбра заручилась поддержкой российского правительства. -- Сомбра – это хакер, насколько я ещё помню? – неуверенно сказал я. – Она как-то связана с нами? -- Ну, она играет за обе стороны сразу, но сейчас больше склоняется в сторону Зла. Злому брату-близнецу Аку Ука-Ука было бы выгодно иметь дело с такой шантажисткой, ведь с её помощью можно даже Путина превратить в Гитлера. -- Нет, не надо нам второго Гитлера! -- Вот и я про то же. В России и без того всё плохо, и хуже может быть только где-то в Африке или на Украине. А если у России будет свой Гитлер, то начнётся Третья Мировая война, и Земле придёт конец! Надо во что бы то ни стало остановить злодеев! Быстро! -- Как мы их остановим? -- Нам на самом деле нужно два супероружия. Первое должно уметь деактивировать все ядерные боеголовки в какой-либо стране. Второе должно так повлиять на сознание солдат, чтобы они не шли в бой, причём отказаться от драки должны солдаты как нападающей, так и защищающейся армий. Нам необходимо пять вспомогательных энергетических кристаллов, семь самоцветов и один мастер-кристалл, чтобы одно из оружий заработало хотя бы в малую мощь, и у нас всего… четыре вспомогательных кристаллаи один самоцвет. -- Где искать недостающие части? – спросил я. -- Похоже, тебе придётся пойти на чернобыльскую атомную электростанцию, где очень давно произошла авария, превратившая территорию Чернобыля в аномальную зону отчуждения. Там очень сильная радиация, так что ты, Кранч и Крэш пойдёте туда в специально обработанных броневых костюмах и противогазах, уже приспособленных под вас. -- Вау! – отреагировал я. – Наверное, меня ждёт незабываемое приключение! -- Да, если это приключение не обернётся очередной кровавой баней, – сказал Кортекс. – Запомни: ты здесь, чтобы помочь нам спасти мир, а не убивать людей. Убить или ранить ты можешь, только если кто-то угрожает твоей жизни или пытается убить твоих друзей или невинных. И если ты заметишь, что один человек несправедливо поступил с другим, дай первому знать, что он мог бы этого не делать. Не согласится – его проблемы. -- Ладно, я понял. Внезапно в комнату забежали встревоженные Коко и Кранч с автоматами MP5, и Коко объявила: -- На нашу лабораторию собираются напасть военные! Я прослушала их переговоры по рации. Берите оружие и рации и идите защищать здание! Кранч раздал нам с Крэшем и Кортексом по автомату и гарнитуре, и мы все вместе поднялись из лаборатории на поверхность. Как оказалось, мы были у башни в каком-то заснеженном заброшенном и полуразрушенном городке. -- Осторожнее с брошенной техникой и заржавевшими железками, – сказала мне Коко. – Они почти все радиоактивны. Один вздох рядом с ними – и тебе жить меньше. Поскольку Аку-Аку ещё не умеет защищать нас от радиации, тебе придётся либо принимать антирад, либо пить водку, если получишь облучение. Антирад не вызывает привыкания, а водка… одним кажется вкусной, другим противной. -- Ладно, – ответил я. – Учту. Снайпер! Мы пригнулись и спрятались за стеной, чтобы снайпер в нас попасть не мог. -- Ух, надеюсь, у него не пятидесятый калибр, и не 9 на 39мм, а то он нас достанет, – сказал Крэш. – Хотя у военного спецназа есть всё, чтобы поразить врага за кирпичной стеной. Снайпер сделал выстрел, проделал дыру в стене и чуть не задел Коко. Было страшно, но мы побороли свой страх перед смертью и поползли в сторону запасного выхода, чтобы обойти снайпера и обезвредить его. На нашем пути встали штурмовики, бросившие в нас кластерную свето-шумовую гранату, от которой мы сразу же закрыли глаза. Серия вспышек кончилась, и я в замедленном времени поразил спецназовцев выстрелами в голову. Я быстрее пошёл к зданию, где засел снайпер, уходя от линии огня, и забрался на крышу, где меня ждали бойцы с дробовиками. Я ловко кувыркнулся в сторону, прыгнул и перестрелял бойцов и снайпера. Чтобы убедиться, что будет подкрепление, я взял рацию с одного из убитых. -- Высылаем вам два Ми-24 и Т-90! – сообщил штабной командир по рации. -- Они выслали за нами вертолёты и танк! – сообщил я своим. -- Вот чёрт! – выругался Кортекс. – Придётся задействовать тяжёлую артиллерию. Макс, возьми снайперскую и попробуй убить пилотов, пока они не перестреляли нас, а мы с Коко приготовим для танка наше особое оружие! Я взял снайперскую винтовку «Винторез» и, дождавшись вертолётов военных, перестрелял пилотов через стекло, перекрытое забралом. Винтокрылые птицы едва не упали на здание с нашей лаборатории, потеряв управление, и разбились недалеко, на пустыре. Через некоторое время появился русский танк, который налету пробивал себе дорогу сквозь обломки и кирпичные стены. Он уже мог уничтожить здание с подземной лабораторией, но тут вышли Кортекс и Коко с лазерным ружьём и электромагнитной пушкой. Вместе они уничтожили электронику на танке, сделав машину непригодной для ведения боя, и обезоружили сопротивлявшийся экипаж танка. Бедные ребята молили о пощаде и говорили, что хотят домой. -- Ладно, идите, – сказал я, быстро спустившись с восьмого этажа на землю. – Скажете своему командованию, что вы пришли в армию Родину защищать, а не людей и животных убивать за нелицензированную научную деятельность. Поосторожнее с железками, они могут быть радиоактивны. -- Ух, спасибо! – поблагодарил нас командир экипажа. – Мы и сами-то не особо хотели выполнять этот дурацкий приказ. Жалко, что ребята из отряда вынудили вас убить вас. Кстати, вы за хохлов или за нас, москалей? -- Мы за обе стороны, учитывая, что русские и украинцы – поссоренные между собой братские народы, – ответил Кортекс. – Может, это не последняя наша встреча… старший сержант Леонид Андреев. До свидания. Солдаты сообщили о своём отступлении, и тут внезапно появился отряд клонов во главе с Мойрой, жуткой сумасшедшей рыжей учёной из «Когтя». -- Ух, блядь! – выругался старший сержант. -- Мойра!? – удивился Кортекс. – Я думал, Макс Пэйн убил тебя! И тут у меня в голове всплыла кровавая сцена убийства Мойры из энергетического пистолета. У меня возникло такое чувство, будто я был Максом Пэйном когда-то. -- Подожди, – сказал я, обращаясь. – Я тебя помню. Это же я тебя убил из пистолета? -- Ты, мой юный обрыганный бандикут? – усмехнулась учёная. – Меня убил брутальный бородатый мужик. Правда, у него туши на глазах было больше, чем вообще косметики на лице некоторых голубчиков. -- Так это я и был тем самым мужиком, пока меня не переселили в другое тело и не стёрли мне память. Только вот память потихоньку ко мне возвращается. -- И что ты хочешь сделать, Максим? -- Убить всех до одного, кто связан с моим мрачным прошлым, и уничтожить остатки от моих воспоминаний. Только тогда я смогу нормально жить с мыслью, что я новый герой-бандикут, а не какой-то трансформировавшийся старик-линчеватель с пушкой в руках. Из-за стены проржавевшего гаража неожиданно вышли толстый лысый усач в очках, в грязном и оборванном красно-чёрном злодейском костюме и синий антропоморфный ёж в шарфе, сталкерском плаще, белых перчатках красных кроссовках, выглядевший не более чем мультяшно. -- Опа! – возгласил усач. – Бандикут Кортекс и его создания против отряда спецназа и армии клонов во главе с сумасшедшей учёной? А я случайно не на конкурс лучшего злодея попал, раз тут слышались выстрелы и взрывы? Если да, то лучший злодей получит п***ы. -- Это ты, надеюсь, не про себя, Эггман? – поинтересовался Кортекс. – Потому что ты как раз хороший парень на фоне этой бездушной бабы-мясника и создательницы идеальных убийц. По мне так лучший злодей это тот, кто говорит о себе как о злодее, а худший – тот кто корчит из себя, убийцы и больного ублюдка героя или считает, что между добром и злом нет никакой разницы. На самом деле между добром и злом огромная разница, но полустёртая граница…, которая всё портит. -- Ой, а что она такого сделала, чего не сделал я? – спросил Эггман. -- Начнём с того, что именно она создала Жнеца, которого благополучно сожрал Пидорович из «Тени Ванючки», и она же проводила множество антигуманных экспериментов над людьми «для усовершенствования человеческого вида», – ответил Кортекс. – Да она много чего сделала, работая в террористической организацией «Коготь» в паре с двойным агентом Ангелой Циглер. -- А я пытался разрушить целые города с помощью своих роботов, – возразил усач. – Правда, Соник? -- Ещё как, – ответил ёж задорным молодёжным голосом. – Только я тебе помешал множество раз. Хорошо хоть мы из детских игр и мультфильмов, иначе дошло бы до того, что ты расчленял моих друзей, а я мочил твоих роботов из минигана. -- А сейчас мы все находимся в симуляторе реальной жизни, объединённом с нашими играми, так что если возьметесь за оружие, то будет ещё то мясо, – сказал Кортекс. – Помните, вы ели, только когда этого требовал игровой процесс и видели только то, что можно было видеть детям? Теперь вам и жрать всегда хочется, и поспать, и поиграть в Доту, КаЭс, танки, посмотреть аниме, иногда почитать какие-то книги и сходить в сортир и видеть то, на что могут смотреть либо матёрые мужики, либо хладнокровные женщины, либо полные пофигисты. -- Хм…, я про сан-узел. Если Мойреудастся достаточно хорошо исправить лицо, то мне не придётся её убивать, и её можно будет устроить в сортирностроительный завод в Норильске, чтобы она отрабатывала, – пошутил я. – Кстати, Мойра, не от того ли ты такая злая учёная, что тебя в школьном толчке топил биолог или трудовик? Все, кроме клонов и злодейки, расхохотались от моей детской шутки про Мойру и сортир. -- Ха-ха-ха!!! Мойру топили в сортире! – кричал со смеху Крэш. – Ой, я не могу! -- Бля, ну, что я могла поделать, когда мне собственный отец всячески навязывал, что я должна воспитывать себя мужчиной, хоть я и баба, – сказала Мойра. -- Тогда херовы твои дела, – сказал я. – Потому что клоны Пэйна – клоны человека, который, возможно, не очень хорошо относился к людям вроде мужебаб или женоподобных парней. Мойра со страхом оглянулась на клонов, которые несколько секунд назад были её верными союзниками и теперь стали врагами. -- Тобі пiзда! – сказал чисто на украинском один из клонов, наставляя на Мойру автомат. -- Ой, боюсь-боюсь! – забормотала Мойра с какой-то ироничностью. – А я и забыла, что могу высосать из вас всех жизненную энергию! Нео с помощью лазера вовремя успел отстрелить учёной правую руку-имплант, которой ей надо было поглощать наши силы. -- Не зря же я стрелял по бандеровцам и рубился в КаЭс! – высказался он. – Кто-нибудь из клонов хочет радиоактивного сала? Поохотьтесь на местных кабанов! Клоны ушли восвояси оставив с нами однорукую Мойру, которую только-только собирались убить. Видимо, они были настолько тупые, что подчинялись приказам любого человека, который не казался им враждебным ЛГБТ-шником или просто говорил убедительно. Солдаты русского спецназа поспешили удалиться. -- Вы мне за это заплатите! – закричала она. – Я ещё вернусь! Внезапно появился Аку-Аку и остановил Мойру: -- Стоять! Не так быстро! Лучше подумай над тем, что ты совершила, и иди, как Макс сказал, работать на сортирностроительном заводе, хоть польза будет. И без тебя есть кому разрушать мир. -- НЕЕЕЕЕЕТ!!! – взревела злодейка. – Это наша с Ангелой работа – разрушать мир. -- Команда из двух злых лесбиянок-фетишисток, возглавляющих армию клонов Пэйна и мутантов? -- Ну, с нами ещё Сомбра, несколько учёных-фьюрри из России и… бледь, Нэвэльный. -- ЧТОООООООООООООО!!!!???? – удивившись, переспросили все Бандикуты, в том числе и мы с Кортексом. -- Навальный, блин, Алёша, – повторила Мойра. – Что, вам знакомо имя этого борца с коррупцией? Он реально решил править Россией под нашим руководством, а то ему скучноват стал тот вариант, когда он победил в выборах 2018 и разрешил гей-парады во всех городах страны. Ему захотелось, чтоб рядом с ним были такие зловещие лесбиянки, как мы с Ангелой. -- Так значит, Навальный инсценировал свою смерть и свалил всё на Путина, а Кортекс достал поддельные секретные документы!? – осведомился Крэш. – Блин, вот что значит «слияние миров». В обычной симуляции реальности всё произошло бы и без таких приколов. -- Пожалуй, с фьюррями, нереалистичной графикой, героями и злодеями из компьютерных игр куда интереснее, – сказал Кортекс. – Только кто позволил мне довести технологию квантового компьютера до совершенства и объединить компьютер с Психетроном, чтобы я мог сюда попасть? Ведь я не совсем сам машину делал. Мне помогли неизвестные лица, возможно из симуляции реальности, где мы все были чьим-то вымыслом. И как так получилось, что Навальный инсценировал свою смерть 2018-ого года, когда я всё слил в 2019-ом? Он уже знал, что можно перемещаться между мирами и творить, всё что в голову взбредёт? -- Вот у Навального и спросишь, – сказал я. – Эггман, вы с Соником будете на нашей стороне воевать или вас борьба с террористами, коррупционерами, убийцами и всякими идиотами не привлекает? -- Ну, начнём с того, что Соник нашёл в интернете про Зону много чего интересного, и… Он, в общем, отправился в Зону в одиночку, оставив друзей на острове любви, а я последовал за ним, думая, что соберу достаточно артефактов для создания роботов, способных сокрушить моего главного врага. Но моя капсула накрылась ещё на Кордоне, и меня едва не расстреляли военные. Я встретился с Сидоровичем и стал выпрашивать у него снаряжение, а он мне задрал цену… одни бинты пятьсот рублей, а у меня и десяти долларов в кармане нет. Позднее меня голодного, облучённого, ободранного и потрёпанного местными бандами и аномалиями нашёл Соник, и у него на поясе была куча противорадиационных артефактов. Он дал мне один артефакт, бутылку воды и батон хлеба, чтоб я мог это использовать, и через некоторое время от «Слизи» мне стало лучше, а целой булки и полулитра минералки было достаточно, чтобы утолить мой недельный голод и жажду. «Если хочешь выжить в Зоне, тебе придётся держаться рядом со мной, – сказал он мне. – Наберёшься опыта, а потом делай всё, что хочешь, только не бей меня в спину.» Я был настолько благодарен Сонику, что пообещал ему никогда не обижать его самого, его друзей и любого, кто не заслужил. -- Серьёзно!? – в шутку осведомился Кортекс, корча рожу Звездуна. – Да, серьёзно. Ты не верил? Не верил? Нет? -- Да, Кортекс, ты совсем неисправимый злодей, – сказал Соник. – Эггман хотя бы прямо говорит. -- А ещё я не настолько кровожадный, чтобы превращать людей в окровавленные куски мяса и ошмётки органов. Максимум могу выстрелить в голову или в сердце из своего Винтореза, – добавил Эггман. -- Хватит болтовни! – сказал ёж, потеряв терпение. – Мы с вами! -- Ю-ху! – возгласил Крэш. – Теперь в нашей команде ещё один герой и один бывший злодей! Мойру мы, наверное, подержим на успокоительных, пока не сможем отправить её в Норильск, а сами можем надеть защитные костюмы и отправиться в Саркофаг ЧАЭС. -- А что мы там забыли? – спросил Соник. – Я думал, мы сейчас начнём бороться с бандитами, местными гопниками, мафией и другими преступниками и злодеями. -- Мы в Саркофаге забыли мою больную тему… КРИСТАЛЛЫ!!! – ответил Кортекс с физиономией сумасшедшего. – Они нам нужны, чтобы деактивировать ядерные боеголовки! -- А взломать эту симуляцию не судьба, раз это та же самая игра, что и мы? – спросила Мойра. -- Нет, – ответил Нео. – Нам нужен РЕАЛЬНЫЙ квантовый суперкомпьютер, чтобы мы могли взломать ЭТУ симуляцию. Можем заручиться поддержкой студентов ФКН ВГУ, т.к. они проходят квантовую информатику. -- Ну, так чего мы ждём? – спросил Соник. – Соберём кристаллы и всё, что нам нужно, позовём студентов, деактивируем боеголовки и сделаем компьютер! -- На тебе даже брони нет, чтобы идти в Саркофаг! – возразила Коко. -- Там радиация и куча монолитовцев, – добавил Крэш. – Артефакты, может быть, спасут тебя от радиации, но от пуль и взрывов тебе, всё же, нужна защита на тот случай, если кто-то сможет тебя замедлить. -- Только я один из немногих, кто способен замедлить время и попасть в тебя, Соник, – сказал я. – Но только по тебе как по своему стрелять не буду. Я тебя прикрою, понял? -- Понял, э-э-э, Макс Пэйн? -- Макс Бандикут. От Пэйна остались только стиль ведения боя, коды ДНК и замедление времени. -- Тогда те, кто идёт, пусть надевают костюмы и идут! Кто быстрее сыщет все кристаллы, тот получит звание героя месяца! -- Ты можешь оставить Эггмана с нами, а сам можешь бежать к ЧАЭС через Припять, там уже отключили Выжигатель мозгов, и уже не опасно ходить через Припять. Смотри, не попади в ряды «Монолита», – сказал Сонику Кортекс, и ёж побежал со скоростью звука на север. – Макс, для тебя я специально сделал новый интеллектуальный пуленепробиваемый ультрамодный чёрный пиджак со светодиодной подсветкой! Всё равно шерсть и иголки Соника достаточно сильно его выделяют, так что ты его не затмишь, но сам можешь покрасоваться. Пошли. Кранч, будь добр, введи снотворное нашей дорогой Мойре, пусть отоспится. Эггман, чувствуй себя как дома. Здесь грязновато, но не страшно. Ты же, в конце концов, не сможешь вернуться на вулкан, пока не соберёшь достаточно ресурсов. -- Да я бы с радостью вернулся в прошлое и предотвратил евромайдан, чтобы только иметь возможность возвращаться домой, – сказал Эггман. – Ладно, посмотрим, можно ли в таких условиях чувствовать себя как дома. Вы не думайте! Я уже привык к неблагоприятным условиям Зоны! Кранч вколол Мойре снотворное и отнёс её в камеру, Кортекс отвёл меня в лабораторию и показал мне там шикарный интеллектуальный чёрный пиджак из титановых пластин, обшитых синтетической пулестойкой тканью. Разумеется, в пиджаке были микрокомпьютер и усилители, по словам Кортекса. А ещё к пиджаку прилагались футуристическая чёрно-оранжевая рубашка и галстук тех же цветов. Я ахнул от изумления. -- По-моему, ты доказал, что и без этого пиджака ты чего-то стоишь, – сказал Нео, указывая мне на мои раны, которых я даже не заметил. Оказалось, что раны были серьёзные, но не смертельные. Пришлось вытащить пули из моего тела и перебинтовать меня. Глава 2. В поисках друзей. (Лисёнок Тейлз, пару дней назад, Юго-Западный район Воронежа) -- Я точно знаю, Соник рванул именно сюда! – уже неоднократно повторил ехидна Наклз, когда мы проходили возле рынка. -- Да ну! – махнула рукой Эми. – Мы за эти две недели уже побывали везде: и в Хорватии, и в Сербии, и в Афганистане, и во всём Черноземье России, а Соника нигде не нашли! Я, Эми Роуз, Наклз и барсучиха Стикс отправились в Среднюю Азию и Восточную Европу в поисках Соника, неожиданно покинувшего нас. Он даже не оставил нам какой-либо записки, но Наклз утверждал, что наш друг отправился именно в эту часть земного шара. -- Мы ещё в Чернобыле не были, – сказал я. -- Какой тебе Чернобыль, Тейлз? – удивился Наклз. – Там же радиация сплошная, Соник там не продержался бы так долго. -- А что если Соник именно там? – беспокойно спросила Эми. – Ах! Он же может там погибнуть! -- Если он достаточно умён, то он, вероятно, обеспечил себя защитой от радиации, либо просто обходит очаги, – предположил я, успокаивая Эми. – Но, в любом случае, он слишком мало времени даёт нам на поиски. -- Он исчез полмесяца назад, и от него никаких весточек, – сказала Стикс. – Хоть бы письмо написал что ли. -- Я б на вашем месте не пользовался услугами «Почты России» и почтовых отделений Украины без крайней необходимости, – сказал неизвестный мужчина за нашими спинами. Мы оглянулись и увидели перед собой высокого человека сильного телосложения и с волевым лицом. Он был одет в джинсы, ботинки, жёлтый пуховик и зелёную футболку с надписью «JohnCena». -- И ЕГО ИМЯ ДЖОН СИИИНААААААА!!! – выкрикнул мужчина из толпы, но лишь немногие прохожие оглянулись на местную, а может и мировую знаменитость. -- Ну и похеру, что Джон Сина, – сказал другой. – Ему нехер делать в России, ровно как и этим косплейщикам-раздолбаям. -- Мы не косплейщики! – возразила Роуз. – Мы настоящие персонажи! -- Тогда вы тем более раздолбаи, – сказал второй мужчина. – Звездуйте домой к мамкам, долбаная школота! -- Не травмируй этих ребят морально, иначе мне придётся травмировать тебя физически! – сказал Джон Сина. -- Втащи ему! – сказал первый. – А то он уже достал! И Джон ударил нашего обидчика по лицу с такой силой, что тот упал в грязный полу-растаявший снег. -- Обычно я не бью гражданских, – сказал Сина. – Но ты докопался до друзей Соника. Извинись перед ними! -- Не буду! – ответил поверженный. -- Тогда и я не буду платить страховку за твоё лицо. -- Ну, ребята, пошли ко мне на хату, – сказал Джон, обращаясь к нам. – Я вас там как следует отогрею. И мы пошли за ним в квартиру, где он жил. К своему удивлению мы встретили дома у Джона Нину Кортекс, Брио, Н. Джина, Пинстрайпа, Тавну Бандикут и потору, очень похожего на опытного спецназовца. -- Здорова, агалы! – поздоровался с нами Джин. – Это уже не видеообращение, а… -- Как нам это понимать!? – недоумевал я. – Джон, ты на стороне злодеев, что ли? -- Если б я был на стороне злодеев, вы бы уже давно схватили двоечку с аппендицитом, – ответил Сина. – Эти ребята теперь на светлой стороне. Н. Джин, ты всё равно реп не пишешь, так что хватит выделываться! -- Кто вы? – спросил потору-спецназовец охрипшим грубым голосом. -- Ты разве не знаешь нас, дедуль!? – удивился Наклз. – Мы же друзья Соника! Я Наклз, а это Тейлз, Эми и Стикс. -- А я Пойнтмен, сын Альмы Вэйд, – сказал потору устрашающе улыбнувшись. – Вам повезло, что я за хороших парней, а то бы я мог пустить вам пулю в голову в замедленном времени. -- Ты можешь замедлять время? – осведомился я. -- Конечно. От пуль я не уклоняюсь, зато могу поймать выроненный нож и мгновенно перерезать кому-то глотку. -- Ух! – устрашилась Эми. – Я думала антропоморфные животные до такой жестокости не доходят. -- Какое антропоморфное животное? Я человек! – отрезал Пойнтмен. – Я самый страшный зверь на планете! По крайней мере я был им, пока Кортекс не выстрелил в меня своим преобразующим лучом. Надеюсь, это временно. -- Я тоже надеюсь, – сказал я. – Форма потору тебе определённо не идёт. А почему вдруг злодеи перешли на сторону Добра? -- У нас общие враги: Ука-Ука, киллеры Путина, террористы, крысы Циглер и местные криминальные авторитеты, – сказала Нина. – Да и вообще нам надоело быть злодеями. Захотелось погеройствовать. -- А вы обладаете качествами героев? – спросила Эми. -- Вроде мужества и чести? – осведомилась Нина. – Да не, мы только знаем, что надо защищать невинных и наказывать негодяев. Так-то мы с поля боя не бежим. -- Знаете, нам было даже полезно сменить роль, – сказал Н. Джин. – Я также понял, что… -- А вы знаете, где Соник? – перебивая доктора Джина, спросил Наклз. -- Тогда спрашивай проще: «Ты знаешь путь в Зону?», – сказал Брио. – Вот туда, в Зону Чернобыля, отправились Бандикуты, Пэйн и Кортекс. Возможно, Соник тоже там. Пэйна вы не сразу узнаете, так как он перетерпел массу трансформаций и в конечном итоге превратился в высокого стройного рыжего бандикута. Если он уже успел перенять форму Соника, то особыми приметами можно считать положение ушей, причёску, рост, растительность на лице и наличие одежды. Бандикуты же совсем голые не ходят в отличие от некоторых из вас. -- Ладно, мы сгоняем в Чернобыль, – сказал Наклз. -- Идите сразу на ЧАЭС, потому что там самое интересное для Соника! – посоветовал нам Брио. Он подошёл к окну, чтобы осмотреть двор и окрестности города и убедиться, что неприятелей нигде нет. Но через пару секунд учёный закричал русским матом: -- ЕБАТЬ, ВДОВА!!! -- Что!? – переспросил я, не поняв слов Нитруса, но тут же его застрелили в голову. -- ЭНБРИООООООООООООООО!!!! – взревел в отчаянии Н. Джин, глядя как поверженный товарищ падает на пол и заливает кровью всё вокруг его головы. -- Блядь, все от окон! – ругаясь, выкрикнул Пойнтмен и схватил пистолет-пулемёт. Мы все отошли подальше от окон и легли, чтоб нас не задели пули, и только Пойнтмен и Пинстрайп стояли у двери, вооружившись автоматами. Они открыли дверь и перестреляли киллеров, пришедших за нами. -- ЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫ!!! – зарыдал Н. Джин. – УБЛЮДКИИИИ!!! Я ВАС УГАНДОООШУУУУУУ!!!! -- У нас нет времени на них! – сказал Пойнтмен. – Берите всё самое необходимое, и мы сматываемся отсюда! Команда из двух учёных, одного качка и бандикута забрала провизию, инструменты, деньги и изобретения, и мы вместе побежали на выход. Чтобы оторваться от угнавшихся за нами неизвестными наёмниками, нам пришлось угнать три припаркованные у обочины машины. Это было, конечно, против правил, но жить-то хотелось, поэтому Пойнтмен, Пинстрайп и Джон прыгнули за руль БМВ, Лэнд Ровер и Рено Сандеро, а мы расселись на задних сиденьях, взяв в руки по пистолету. -- Думаю, Шедоу был бы не в восторге от такого оружия, – сказал Наклз, осматривая пистолет. -- Это пистолет Макарова, – сказал Джон, с которым я, Наклз, Эми и Стикс поехали. – Лучшего оружия местные копы не разрешают носить. Если точности попадания хватит – стреляй по тем чёрным Хаммерам, что увязались за нами, только гражданских не пристрели. -- Давай, я первый, – предложил я. – У меня со стрельбой лучше получается. Я вылез из окна и, почувствовав прилив адреналина, выстрелил стрелку в Хаммере в голову. -- Нихера се, баклажан! – высказался Джон. – Ты прям как Макс Пэйн, Тейлз. -- Эх, взглянуть бы на настоящего Пэйна, – ответил я, стреляя по следующему стрелку. Тоже убил выстрелом в голову. -- Так и продолжай, – сказал наш водитель. – Всё равно бог тебе простит, если ты защищаешь себя. А мы пока проедемся по Курской трассе и свернём на юг, поедем в Припять и оттуда попадём на ЧАЭС. Идёт? -- Идёт! Только не отвлекай меня больше. Я высадил две обоймы в наёмников, и скоро наши враги отстали. Теперь мы могли вернуться к поиску друзей, которых у нас было уже не так много, как неприятелей. Мы, наконец-то, выехали из города, проехали пару сотен километров на юг и остановились. Н. Джин вышел из БМВ Семёрки и начал в истерии долбить машину. -- ЫЫЫЫЫЫЫ!!! – ревел он. – Бляди!!! -- У него не все дома, что ли? – поинтересовался Наклз у Джона. -- Похоже на то, – ответил Джон. – Ведь вместо того, чтобы ехать дальше, он просто остановил колонну и начал бить машину по кузову голыми руками! Интересно, дойдёт ли он до сцены из «Бумера». Но до сцены Н. Джин так и не дошёл, и вместо того, чтобы вернуться в машину, побежал с ускорением на остановку и смылся на автобусе. -- Вот гад! – выругалась Нина. – Он забрал все наши деньги!! Сука! Падла! Товарищ, называется! Сказал нам переться к самому Пэйну, а сам! У, бля! -- Зато он станет наркобароном, если его не убьют, – предположил Сина. – Я с самого начала подозревал, что это тот ещё фрукт. Хорошо хоть пожрать нам оставил. -- Да этот идиот сейчас начнёт охотиться на Роковую Вдову! – сказала Нина. – И он… Бля, а что если он нас всех обманул? А что если мой дядя придумал свой новый коварный план и даже не посвятил меня? А что если Н. Джин с ним заодно? Вот я дура тупая! Мы бы могли и не обманывать себя, что меняем сторону. -- Думаешь, твой дядя так и остался злодеем? – осведомился я. -- Да, Тейлз. А я уже представила себе, что буду доблестной сотрудницей МВД РФ. -- Постой, – сказал Джон. – Если Кортекс в Зоне и притворяется добрым, пользуясь окружением Бандикутов, то он вполне может убедить Соника добыть ему все необходимые ресурсы. Блядь, а если он решил дать всем на свете навернуть говна!? Мы должны спешить! Быстрее, сукины дети, пока время и бензин есть! Глава 3. Самые быстрые ноги против самых быстрых рук. (Соник Ёж, в настоящее время на окраине Припяти) Я только что прибежал на окраину Припяти и наткнулся на целую террористическую организацию, которая совершала некую сделку. -- Это ещё что за уёбок!? – возмутился главарь. -- Я Ёж Соник! – представился я. – И если вы затеваете что-то плохое, то сворачивайтесь. -- А то что? Въебёшь свинца? – насмешливо спросил главарь. – УБИТЬ ЭТОГО МЕЛКОГО ПИЗДЮКА!!! Я вошёл в режим спринта и сделал серию больших кругов вокруг террориста-организатора, его банды и поставщиков ядерного оружия. Круг я всё сжимал и сжимал, пока не приблизился к врагам достаточно близко, чтобы обезоружить их и ударить по ним на сверхзвуковой скорости. -- Э, блядь, что за неудачники! – выругался главарь, доставая свой пистолет, который я благополучно отобрал. – Сука! Всё теперь. Убей меня, раз ты такой герой! Я ударил босса по лицу прикладом и сказал: -- Пусть за меня это делает какой-нибудь антигерой. Если тебе жизни своей не жалко, можешь попробовать продолжить своё грязное дело. Иначе одумайся. Он сказал что-то по-украински, и я сильнее ударил его, чтобы потерял сознание. Кейс с боеголовками я аккуратно взял и зарыл под кустом. -- Всё, – решил я. – Теперь можно и на ЧАЭС. Я буквально прилетел к знаменитой Чернобыльской Атомной Электростанции, где однажды произошла авария, породившая Зону. Там я оказался не один, а в окружении агрессивно настроенных друг против друга русских и украинских боевиков, и у каждой стороны помимо снаряжения сталкеров и оружия элиты была поддержка с воздуха в виде вертолётов Ми-24. Я решил подслушать разговоры по рации, и оказалось, что там про меня: -- Командир, тут какой-то не то сталкер, не то мутант. Идёт в сторону Саркофага. Что с ним делать? -- Уничтожьте его! То, что находится в Саркофаге, должно достаться только ВС России! -- Вообще-то мои друзья с помощью сокровищ из Саркофага только и могут спасти Россию! – возразил я. -- Ещё что-то нам доказывает, – сказал командир. – Россию только русские и могут спасти! -- А что, если нет? -- Группа Альфа, он меня доебал! Мочите его! Хотя по мне открыли огонь, пули, вылетевшие из солдатских АК-12, не смогли даже задеть меня. -- Ёб твою медь! – выругался командир по рации. – Прикончите его и закончите с хохлами! До выброса всего три минуты! -- Если хотите жить – на меня не отвлекайтесь! – крикнул я солдатам. – А то украинские боевики могут преподнести вам неприятный сюрприз! -- Тогда мы умрём за Родину! – ответил один из солдат. -- За интересы своего лидера и только! – поправил я, направляясь к входу в Саркофаг. – Всё, мне пора. -- Эй, ты куда, Соник? – спросил другой солдат, который явно знал меня. – Нам тоже надо укрыться от выброса! -- А что вам мешает пустить всё на самотёк и спрятаться от выброса, чтобы спасти себя? Страх перед командованием? -- Знаешь, ты прав, сталкер. Пошло всё нах! – сказал первый. – Прекратить огонь! 41-ый, закончишь с хохлами за нас. -- Так точно, товарищ капитан! – ответил пилот вертолёта и пустил в украинцев рой пуль и град ракет. – Всё на земле чисто! Остался только вражеский вертолёт в воздухе. Стойте! Ещё три вертолёта! Мне придётся с ними разбираться. Вы идите и не задерживайтесь. Я прибежал ко входу в Саркофаг, не заметив на пути ни одного члена группировки «Монолит». Видимо, они все были мертвы или пропали без вести ещё до того, как я пришёл на ЧАЭС. Я зашёл внутрь и через минуту вслед за мной ввалилась группа русских солдат. -- Ух! – выдохнул капитан. – Успели. Сталкер Соник, нас всё равно расстрел ждёт за невыполнение приказа, так что забирай всё, что найдёшь. -- Надеюсь, командование сжалится над вами, – сказал я. -- Да кому мы нужны? – спросил один из членов отряда. – Мы лишь пушечное мясо! Мы лишь простые тупые дотеры, которые попали в армию, на косарь. Нахера нас, призывников в Зону послали? Контрактников всех убили, что ли? Если какой-то влиятельный человек хочет свести нас в могилу, то ему не нужна и причина. Ты кому-то и нужен, Соник, поэтому тебя не убьют. Я прав? -- Может я и нужен, но я продолжу свой жизненный путь и не погибну по другой причине…, – ответил я. – Всё, мне пора спешить! Я пошёл в глубь Саркофага, ожидая услышать в моей голове голос Монолита, но так и не дождался. Зато я собрал несколько артефактов, самоцветов и пару кристаллов. «Что же там ещё мог бы ждать от меня Кортекс? – подумал я. – Ах да! Мастер-кристалл! Помню, во второй части «Крэша» он упал в пещеру и…» Мои мысли оборвал неожиданный голос Монолита: -- Твой путь завершается, Ёж Соник. Иди ко мне. -- А ты точно мастер-кристалл или всего лишь установка, предназначенная для расширения Зоны? – спросил я. -- Старый Монолит был уничтожен Меченым, – ответил Монолит. – Именно он был той самой установкой. Я же МАСТЕР КРИСТАЛЛ, и я могу поделиться с тобой частью меня. Иди ко мне и берегись врагов. Я пришёл в зал Монолита, и у меня счётчик Гейгера сильно затрещал от радиации, а в голове слова Монолита сбились в одну кучу. Я подумал, что это ловушка, и пошёл искать пульт управления установкой, но вдруг кто-то произнёс: -- Ровно в полдень, Соник! Я обернулся и увидел стоявшего в десяти шагах от меня ковбоя-киборга с мощным на вид револьвером. -- Моё имя и моя знаменитая фраза – последнее, что ты услышишь перед смертью, – сказал он. – Я Джесси МакКри, и сейчас ЧАС РАСПЛАТЫ!! Я вспомнил, что отобрал у террориста пистолет, и решил воспользоваться оружием. Однако с точностью у меня пока были проблемы, так что мне надо было несколько раз оббежать вокруг МакКри, пока у него не кончатся патроны, и застрелить его. Я сделал столько кругов, что уже не мог сосчитать, а пули не кончались. Видимо, у МакКри были бесконечные патроны. Тогда я завертелся, подкатил к ковбою, повалил его на спину своим ударом в кувырке и нажал на курок, но пистолет дал осечку. Джесси воспользовался этим и выстрелил мне прямо в живот, из-за чего я растерял кольца, которые защищали меня всё это время. -- А-а-а, твою мать! – застонал я. – Какой же ты злой ублюдок! -- Я не хороший, и не плохой, – произнёс мой враг. – Я чертовски злой, и я убью каждого, кто угрожает моему здоровью. Так делали все настоящие американцы с Дикого Запада. Эх, до чего же приятно лицезреть умирающего урода. Но тут же кто-то прострелил голову МакКри и сбил его шляпу прямо на меня. Я оглянулся и увидел Макса в новом пиджаке и Кранча в комбезе. -- Друзья, выручайте! – крикнул я. – Вы вовремя пришли! Мой пистолет отказался стрелять. Макс подбежал ко мне, дал мне обезболивающее, вытащил пулю, перевязал рану и сказал, глядя на пистолет: -- Дигл, что ли? С таким капризным охотничьим пистолетом в Зоне нечего делать. Правда, я не знаю, откуда я это знаю. -- Возьми рюкзак, – сказал я, отдавая сумку с артефактами, камнями и кристаллами. – Там всё, что я нашёл. -- А у МакКри тоже есть… Ага! Мастер-кристалл! – сказал Макс, порывшись в карманах поверженного ковбоя. – Кранч, ты понесёшь всё это дело. Макс кинул Кранчу рюкзак и найденный мастер-кристалл, и второй ловко всё поймал. Мы только собрались уходить с победой, как вдруг Монолит заговорил: -- Двоим из вас придётся совершить опасное путешествие сквозь пространство и время, если они хотят спасти человечество. Я их просто так не отпущу. -- Соник! – крикнул Макс. – Смотри, как ярко этот Монолит засветился! -- Блин, он нас сейчас засосёт! – сказал я. – Кранч! Забирай рюкзак и энергетический кристалл и беги прочь из Саркофага! Кранч послушно сбежал, а мы с Максом оказались ослеплены ярким светом, и мы уже ничего не помнили, что было дальше. Глава 4. Похмелье после путешествия. (Макс Пэйн) Я вообще не помнил, что вообще было. Я просто открыл глаза, и в моей голове всплыли самые худшие воспоминания из моей жизни. Мне хотелось продырявить себе голову до самого мозга. Вдруг я заметил, что мой пиджак стал чёрным со слабой синей подсветкой, брюки остались светло-серыми, а рыжая шерсть куда-то пропала, оставив вместо себя голую волосатую человеческую кожу, да и морда обрела форму человеческого лица. Я осмотрелся и понял, что попал в чей-то чужой дом и лежал на ковре в луже собственной рвоты, а рядом был Соник, вымазанный в своих же экскрементах. -- Ты в порядке? – спросил я. -- Хуже чем ты, – ответил Соник. – Такое ощущение, будто я выпил пять бутылок водки, обделался и повалялся в собственном кале. Фу, как от меня воняет! Постой, ты снова человек!? -- Ну, типа того. Кстати, моя рожа ещё сносно смотрится? -- Не знаю. У тебя брови такие… средней густоты и темно-каштановые. Волосы и борода какие-то грязные, но, пока ты ходишь с зачёсом, не страшно. -- Ну что, юные обрыганы, здорово, – сказал, подбирая у стены гитару, хозяин дома, здоровый седой мужик в чёрных брюках и футболке с черепом на груди. – Тебя, Пэйн, я знаю, ты ещё тот долбоёб. А ты, синий пидорас? -- Соник, – представился мой друг. -- Да пошёл ты нахуй, Соник! Соси мой писюн! Долбоёб ебаный, разводила, пидорас и говноед! – играя на гитаре, пропел мужик и сел на диван. – Вы, блядь, бухие вломились в мою квартиру, убив по дороге кучу не очень хороших парней голыми руками, потом выдули всё бухло, обоссали диван и заблевали ковёр, а Соник так ещё и мне в тарелку насрал, а я в это время для прикрытия яйца чесал, причём далеко не свои! Новый способ ведения допроса. Менее жестокий, зато очень унизительный для допрашивающего, если он не гей. -- Блин, а я точно обделался? – произнёс ошеломлённо Соник. – Блин, как же я так мог!? Взял и нагадил в посуду доброму человеку! И ещё я ёж-герой после этого! -- Френки, ты!? – удивился я, узнав старика. – А я уж думал, ты уже скончался! -- Ха-ха два раза! – рассмеялся Кастл. – Я сдохну только тогда, когда сдохнет Кортекс, сдохнет Ука-Ука и сдохнет каждый, кто за Навального или за Циглер. Ну и сдохнет каждый, кто против закона. -- А что Кортекс натворил? – спросил я, удивившись ещё больше. -- Да он взял да и деактивировал все ядерные боеголовки в мире, но потом устроил тотальный пиздец в Африке, Южной Америке и Индокитае, чтоб поубавить населения. Люди друг друга перестреляли, перебили, перерезали и сожрали с говном. К счастью, его вовремя остановил Джон Сина, и потери составили всего полтора миллиарда человек. Какой же всё-таки добрый человек этот Кортекс, а? -- ВОТ ЭТО ПОВОРОТ!!! – удивился ёж, широко раскрыв глаза. -- Он почистил планету от так называемого «биологического мусора», но при этом разлил озёра крови повсюду, – более или менее спокойно сказал я. – А как Бандикуты? -- И как мои друзья? – беспокойно спросил Соник. – Только не говори, что Тейлз, Наклз, Эми и Стикс погибли! -- Да они все залегли на дно в надежде, что буйный Кортекс успокоится, – ответил Каратель. – Мне да Сильва всё рассказал. -- Коп-антикоррупционер из Сан-Паулу, да? А в какой год и в какой город мы попали? – спросил я. -- В 2023-ий год. Сейчас мы в Норильске. Тут один вдох – и смерть ближе лет на семь. -- Может, тогда ты займёшься Менендесом, а мы Кортексом? – предложил я, осознав, что попал в будущее, где один миллиард сторонников коммунизма способен совершить тотальную революцию. -- Какой Менендес? – спросил Фрэнк. – Какой нахер Менендес? Ты втираешь мне какую-то дичь! -- А как же миллиард ярых противников капитализма во главе с самым крутым наркобароном в истории? -- Да ну нахуй. Пусть наши, американские вояки разбираются, если эти долбоёбы из «CordisDie» ещё дышат. Мы щас в России, и у нас есть куча времени, чтоб окончательно посадить печень. Вот вам двоим оболтусам по бутылке коктейля из Маунтин Дьюв и настойки боярышника. -- Ты сдурел!? – возмутился Соник. – От бояры, говорят, ласты склеить можно, а тем более от коктейля с добавлением газировки! Хотя, знаешь, мы и так сделали десяток вдохов, и теперь нас с Максом ничто не спасёт. Мы глотнули чудо-напитка Карателя, и оказалось, что это был обычный Маунтин Дьюв, даже без добавления спирта. -- Ну ты и разводила! – сказал Соник на Фрэнка. – И ещё говоришь, что это я людей обманываю. -- Да я знаю тебя! – сказал Фрэнк. – Ты всего лишь тупой зазнавшийся антропоморфный ёж, который любит выёбываться как герой. Ха-ха! Да видел я вас, героев! Чтобы восстановить справедливость, нужно пролить море крови, переломать немало костей, пустить кучу преступников и злодеев на фарш и открыть людям глаза на жуткую правду! А ты всего лишь шпынял своего любимого Эггмана и уничтожал его роботов. -- Как сказал Нуждин, «Не тот герой, что кучу баб победил, а тот герой, что с одной всю жизнь борется», – возразил я. – Кстати, Соник делает всё правильно. Вот только он зря стесняется симпатии со стороны девушек. А как ты, Френки? -- Я чё? Я ни чё. Бабу свою проебал, как ты свою, уебал многим гондонам, и всё. Только ты какого хуя у меня прямо на глазах то бандикутом, то синим ежом, то снова человеком становился? -- Я превращался в ежа!? – удивился я. -- Да, и ты был очень похож на Соника. -- Охренеть! – произнёс я. – Соник, ты это слышал!? Я могу принимать разные формы!!! Только я пока не знаю, как воспользоваться такой способностью. -- Слушайте, вы меня окончательно заебали, – высказался Кастл. – Пиздуйте в бар, пока не включили «Зелёного слоника». Бар находится прямо через дорогу и называется «Тень Ежа». Пройдёте фейс-контроль и можете бухать сколько вам влезет. Только ко мне сегодня не возвращайтесь. Я должен прибраться. Фрэнк окончательно выдворил нас с Соником за пределы своей хаты, позволив мне мимоходом загрузить со скрытых камер наблюдения в доме все записи, и мы оказались на освещённой солнечным светом грязной заснеженной улице. Всё что мы услышали дальше это слова: «Фу, блядь! Фу, нахуй!» – и бешеные вопли. -- Неужели весна в Норильске!? – удивился я, глядя на погоду, которая была не лучше, чем в феврале где-нибудь в Новосибирской области. Небо было тёмное и затянутое густыми облаками, будто сам Повелитель Тьмы закрыл от нас Солнце. Вполне можно было предположить, что сегодня первое марта. -- Всё-таки Наклз ошибался насчёт того, что Норильск южнее Украины, – сказал Соник, ныряя в снег и смывая с своей шерсти и иголок фекалии и рвоту. – Знаешь, он даже как-то сказал, что Челябинск находится в Южной Америке, а потом оправдывался, что русские расселились по всему земному шару. -- Вот как? Наверное, в тот момент он был настолько пьян, что географию за минус первый класс забыл. А что ещё ты можешь рассказать про Наклза? -- Да ничего особенного. Красный ехидна, способный одним ударом сотрясти землю или активировать вулкан. Ну, он глуповат, зато любит казаться героем главнее меня. Ну, пошли в бар. Я тебе ещё расскажу про друзей своих, если хочешь послушать. -- Да, пожалуйста. Всё равно я уже достал всех своим нытьём. Ну, всё, ёжик, ты уже чистый. Пошли. Мы подошли к бару. Впрочем, был бар как бар без каких-либо отличительных знаков, кроме перечёркнутого человека, справляющего нужду мимо унитаза и угандийских Наклзов, нарисованных на стенах. Я уже сотни раз видел этот идиотский мемчик, только вместо Уганды там была моя «любимая» Бразилия с угандошенным Люсио, держащим в руке музыкальную пушку. Вид обезображенного деградировавшего жалкого подобия Наклза-друга возмутил Соника, но через какое-то время он, как и я, сделал вид, что ему похер. Мы прочитали большой неоновый знак на русском: -- «Тень Ежа». -- Хорошо хоть не «Тень Ванючки», – сказал я, подходя к вышибале. -- И ЕГО ИМЯ МАКС ПЭЙН!!! – возгласил вышибала и заиграл на горне. – ТУ-ТУ-РУ-ТУУУУ-ТУ-ТУ-ТУ-ТУ-ТУ!!! -- Это ты о чём? – спросил я. – О том, что я знаменитость? Как ты меня узнал? -- Да уже за километр видно, что Пэйн идёт, – ответил вышибала. – Я твой большой фанат… Ого! Ты и Соника с собой привёл! Ну, проходите, не задерживайтесь. Только не двигайте табуретками и не справляйте нужду мимо толчка. -- А то что? -- А то вставят ни за что. Но вы же достопочтенные натуралы, не так ли? -- Да, мы традиционной ориентации. Пошли, Соник. -- Кстати, Макс, что у тебя с произношением? Ты как настоящий русский говоришь. -- А может я и был настоящим русским… немецко-скандинавского происхождения. А хрен его знает. Быть может, мой создатель Сэм Лэйк – чистый славянин. Вполне возможно, ведь он в Финляндии родился и жил. А Финляндия – единственная не-гейская страна Скандинавского полуострова, так как у нормальных скандинавов было принято в жопу трахаться, а у финнов-славян – нет. -- Верно, все чистые славяне в Финляндии живут. А тут все настолько перетраханные, что и не разберёшь. Мы зашли в бар, и тут на нас неожиданно налетел сам Пидорович, которого я никак не ожидал увидеть в этой толпище геев и натуралов, пребывавших в заведении. -- Хуя вас пидарнуло! – возгласил Пидорович. – Я думал, вас распидорасит, чтоб ваши жопы вытащить мне пришлось свою напрячь, ну, хуй с этим. -- Ух, ёрш твою…! – выругался Соник. – Ну ты и… Блин… ты… -- В чём дело, братан? – спросил Пидорович. – У меня грим потёк? -- Прекрати, или меня вырвет! – сказал Соник вместо ответа. -- Ну ты и пидорас! – выругался я. – И зачем ты врёшь, что спас нас? Ты, блин, врёшь! -- Да не, я и вправду потыкался в комнате управления Монолитом и, пока вы устраивали замес со своими демонами, и послал вас в Норильск в 2023-ий год, хы-хы-хы-хы, – сказал Пидорович. -- А нахер в будущее, раз на то пошло? – спросил я. -- Хотел прикольнуться. -- Ага, и теперь половина населения Земли – трупы. Миллиард физически, остальные морально. Слушай, я потом к тебе обращусь, если надо будет. А сейчас оставь нас с Соником в покое. -- Лады. Кстати, пусть Соник не обсуждает с нашим сортирным мастером капитализм, а то получит пизды. И Пидорович благополучно исчез с наших глаз. -- Кто это вообще такой? – спросил Соник. -- Пидорович, – ответил я. – Самый большой членосос во всей вселенной и самый гомосексуальный богохульник мира сего. Способен затрахать до смерти или сожрать заживо любого, кто даст ему в зад. -- А нафиг ты мне это рассказываешь!? Я теперь спать не буду! -- Ну и не надо. Насколько я знаю, у бессонницы свои преимущества до того момента, пока она тебя не убьёт. -- Для антигероев. А я не из ряда таких как… Каратель, допустим. Я без здорового восьмичасового сна не могу. -- Ладно. Буду каждую ночь сторожить твой сон, либо буду поить тебя энергетиками. Кстати, Ягу не советую пить. Говорят, она радиоактивна и способна сильно повредить детородные клетки. Только вот я совсем не вижу у тебя яиц. -- Увидишь, если я изменю сексуальные предпочтения и выберу тебя в качестве партнёра. -- Прости, я пас. Пошли, бухнём чего-нибудь. В баре заиграла какая-то гейская поп-музыка, сочинённая каким-то недоумком, у которого хорошо получалось писать и петь всякую ерунду. Мне сразу стало тошно, и я включил режим аутиста, взломал звуковую систему своими перчатками и поставил зацикленную музыку от сербских крутильщиков шашлыка. Сразу же пошёл плясать как умел. Но через полминуты появился чёрный ёж с красными иглами и в бело-красных ботинках. Он недовольно посмотрел на меня, включил Азиса и сказал: -- Идиота кусок! Ты где находишься, Пэйн!? Хм, Соник, и ты здесь? Ну, подходи, у меня как в Греции, ничего нет. Кризис. -- А чё, неплохо так Макс Пэйн сделал! – заступилась за меня половина натуралов. – Взломал систему и пустился плясать! Респект плюс! -- Ох, да что вы говорите! – сказала половина геев. – Тут такая прекрасная мелодия началась, а он…! Эх, сейчас бы пришёл Навальный и навалял Пэйну. -- Шедоу, ты? – спросил Соник, глядя на чёрного ежа. -- Да, Соник, – ответил ёж. – Это я, твой бывший враг. Помнишь, я был сильнее, быстрее и во многом лучше тебя? Я ПРОЕБАЛ СВОИ СУПЕРСИЛЫ, И ТЕПЕРЬ Я ПРОСТОЙ СМЕРТНЫЙ ЁЖ!!!! Когда Кортекс устроил тотальный разгром на короткое время, Навальный и Циглер воспользовались этим, чтобы свергнуть Путинку. Они наняли меня, чтобы я уничтожил всех приспешников Путина, и пообещали мне за это деньги, власть, уважение и безграничную мощь. Я согласился. Все теневики и коррупционеры были мертвы, но Влад и его друг Димон чудным образом спаслись от меня. Циглер поймала меня, высосала из меня все суперсилы, какие у меня были, и отобрала артефакты. Потом они выкинули меня где-то в Никарагуа, где я повстречался с Раулем Менендесом. Он «сжалился» надо мной, дал мне приличную сумму денег, чтобы я молчал о его… делах (Шедоу, как я выяснил, прочитав его мысли, имел в виду торговлю наркотиками, антисоциальную деятельность, высокотехнологические разработки, изготовление оружия и патронов и т.п., а так же то, что Менендес возглавлял крупнейшую террористическую организацию «Кордис Ди», насчитывавшую около 7 200 тысяч солдат и 1 миллиард сторонников по всему миру)… И заслал меня в этот долбанный Норильск, – продолжил Шедоу. – В России уже установилась власть Навального, так что я смог построить тут бар для геев и натуралов «Тень Ежа». Бар просто обеспечивает меня работой и хлебом на всю мою оставшуюся жизнь. Соник, ты не представляешь, как я страдал, когда терял свои суперсилы! -- Если ты ещё и рыдал, то понятно, почему ты решил построить бар для мужчин различной ориентации, – сказал Соник. От услышанного я рассмеялся словно деревенский мужик, которому рассказали шутку про тракториста. -- Чё ржёшь, борода в очках? – спросил меня Шедоу. – Навальный победил, и теперь житель любого города России имеет право организовать гей-парад. Я б, конечно, мог построить чисто гей-бар, но… дело в том, что я бисексуал. Поэтому вот так вот. А ты, Макс, так никого и не трахал после смерти своей жены поди? -- Да я как-то попытался завязать роман с Моной Сакс и переспал в итоге с лесбиянкой Трейсер, – сказал я. – Теперь я неровно дышу к Коко Бандикут. -- Да ну её в жопу! Я слышал, после того, как Джон Сина и Наклз расхерачили мозгопромывающую установку Кортекса, Крэш лишился мозгов (снова) и по своей дурости трахнул собственную сестру. Да и она особо не сопротивлялась. -- ЧТО!? – переспросил я, возмутившись. – Крэш лишился мозгов и трахнул собственную сестру!? Блин. Инцест – это, конечно, кошмар… Но Крэша я, пожалуй, прощу. Он же ДЦП-шник. -- Ха! – усмехнулся Шедоу. – Крэш Бандикут всегда был долбанатом. И всё по вине Кортекса. Ну, что вам? Бухнуть? Пострелять? У меня, кстати, есть новая Беретта 23R. Вышла совсем недавно. -- Да ты что!? – удивился я. – Новая Беретта 23R!? Обалдеть! -- Угу, при том, что у тебя и без того куда более крутая пушка. -- Да мне как-то охота перейти с импульсного на простое или гибридное оружие. Хотя, если подумать, лучше использовать оружие света против моих врагов. Всё равно пока не придумали оружия, способного убить с одного выстрела по любому месту кроме головы и сердца. -- Ну и используй дальше свою Беретту 77R. А я тебе, пожалуй, одолжу пива для гопников. Я снова расхохотался от услышанного: -- Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!!! Пива для гопников!? Дай угадаю. «Жигулёвское»? -- Ага, – подтвердил Шедоу, выставляя двухлитровую бутылку пива. – Жидкое золото. Отнесёте к дому через дорогу, и я вам дам сто рублей. -- Так там же Кастл живёт! – возразил я. -- Кастл!? – удивился Шедоу. – Этот старик уже вернулся!? Он мне говорил, что слетает в Америку и, возможно, поедет в Мексику, чтобы убить кучу плохих парней и распространить гетеросексуализм. Это было день назад, и насколько я знаю, вертолёт в город не прилетал, и ни одна машина не подъезжала к его дому. Пидорович говорил, что следил за домом целые сутки. Я склоняюсь к той мысли, что он, всё-таки, обманул меня. -- Когда он нас выгонял, – начал Соник, – я заметил по глазам, что Кастл какой-то пьяный, а на полу у двери валялась бутылка виски. Видно, не захотел, чтобы добро пропало, и выдул всё. А ещё на нас с Максом свалил, что мы всё за него сожрали. Ну, он ещё долго не отправится в своё путешествие, так как я у него дома нагадил основательно. Вот, что значит быть отправленным Монолитом в будущее с выключенными мозгами. Признаюсь, я кроме вспышки я ничего не помню! -- Ладно, поверю, – сказал Шедоу. – Ну, раз уж такое дело, можете сами отведать пива. -- Да не, я стараюсь не бухать, – отказался я. – Соник, разве что может. -- А я думал, ты у нас главный пьяница, – сказал Соник. – Ладно, я последую твоему примеру, ведь от алкоголя мне никогда не было хорошо. Да и зачем мне бухать, когда благодаря мне Кортекс смог осуществить свой зловещий план по уничтожению людей? Надо исправить положение или хотя бы наказать злодея. -- Вот если б я тебе предложил стакан виски, тогда другое дело, и ты бы, возможно, не решил бы бороться, – сказал Шедоу. – А так, извините, либо пейте пиво, либо платите за вискарь. -- Отнесём пиво Карателю, – решил я. – Вдруг удастся задобрить. Я взял бутылку пива, и мы с Соником понесли её к дому Фрэнка. Я тихо постучался и сказал: -- Фрэнк, это я. -- Ты!? – возмутился Кастл. – Если ты с Соником, убери этого говноеда, я с ним в одной хате сидеть не буду!! -- С чего ты взял, что Соник – говноед? -- Все ежи говноеды!! -- К твоему сведенью, я родился на в другом мире, на Рождественских островах Мобиуса, и я не из тех обыкновенных ежей, которые могут есть всё то, что видят, – сказал Соник. -- Но ведь ты же вымазался в своём говне!? -- Я теперь чистый! Сам выйди и посмотри! Фрэнк ногой выбил дверь, тем самым ударив меня, и навёл свой дробовик Ремингтон на Соника. -- Ты чё, блин, охренел!? – возмутился я. – Чуть пиво не разлил. Кстати, пиво для тебя! -- А чё ж ты сразу не сказал, Пэйн? – спросил Каратель. -- Хотел убедиться, что ты не будешь целиться в Соника. Я ошибся. -- Ладно, за пиво я вам прощу весь этот кавардак в моей хате. Только пускать буду лишь по делу! -- Мне волосы надо помыть. Можно воспользоваться твоей ванной? -- У меня шампуня нет. Сходи в «Магнит» и там купи. -- А денег дашь? -- Нет. Работай, буржуй. Разумеется, Фрэнк только забрал у нас пиво, которое мы ему принесли, и отпустил восвояси. Я лежал в снегу и чувствовал себя полнейшим идиотом, героем какой-то трешовой игры, лишённой всякого смысла. Внезапно нас с Соником окружили гопники и возмутились: -- Э, блядь, это для нас пиво, а ты отдал его Кончателю!!! Прощайся со своей рожей, Пэйн! Я выхватил пистолет, выстрелил в живот главному гопнику, и все остальные в страхе разбежались, выкрикивая матерные слова. -- Пацаны, вы куда!? – заревел гопник, падая в снег. – Выручайте меня! Я поднялся и сказал: -- Лежачего не бьют. Кто должен был отдать тебе пиво? – я спросил. -- Шедоу. У него в баре была только «Балтика», а я заказал своё любимое. -- Ну, надо было Карателя поскорее выселять. Теперь уж прости, твоё жидкое золото попало в руки неприятелю. Так что будь добр, сходи к врачу. -- Ты заплатишь за всё, Пэйн! Желая быстрее удалиться с улицы, мы с Соником вернулись в бар через чёрный ход. -- Вернулись? – осведомился Шедоу. – Ну, как всё прошло? -- Мы отдали пиво Карателю, а потом на нас напали гопники, и Макс выстрелил в живот главному из них, – ответил Соник. -- Хах, давно бы так. Честно говоря, меня уже достал этот Толик. Я б его уже давно убил, если б Пидорович не задрал цены на патроны и свои лучшие стволы. -- Типа сосисок из «Пятёрочки»? – поинтересовался я. -- Типа нуждинского SPAS-15 и тюнингованного АК-47. Нормальными стволами для менее укуренных, чем он, отказывается торговать. В этом районе, в частном секторе Норильска, Пидорович, к несчастью, единственный барыга со стволами. -- М-да, похоже, здесь нельзя достать хорошие стволы. А можешь рассказать подробнее, что произошло? -- В общем, я уже сказал, что Навальный отменил дискретизацию геев и разрешил гей-парады во всех городах России. Половина мужиков, разумеется, стала краситься, долбиться в очко, играть в Доту, КаЭс, смотреть аниме и версус-батлы. Поскольку население Китая теперь составляет всего полмиллиарда человек, а не миллиард с гаком, то из-за этого экономика Китая слегка пострадала, и как следствие, развитые страны мира попали в неприятную такую ситуацию. Экспорт из Китая упал, а другим странам просто нечего перепродавать, приходится самим производить дешёвые товары, что не очень-то и выгодно. Соник, раз уж ты доверился этому Кортексу, то ты неслыханный долбоёб и еблан. Ты в курсе? Ты ещё тупее Крэша, насколько я погляжу…, или тупее Ванючки. Зло и Добро есть Зло и Добро. Соник хлопнул себя ладонью по лицу от того, что ему напомнили про его тупость. Он хотел спасти мир, но на самом деле помог злодею, прикрывшемуся маской нового героя, и теперь на его совести смерть более чем миллиарда человек и кризис. -- Соник, ты не такой слабак, чтобы опуститься до уровня алкаша, – сказал я Сонику. – Я ЗНАЮ ЭТО! Поверь мне, мир ещё сможет встать с колен, а все эти люди… Знаешь ли, не всех Земля способна обеспечить ресурсами. -- Да и кому нужны были эти людишки? – добавил Шедоу. – Они ж занимали место на планете, словно ненужные файлы на жёстком диске! -- Возможно, ты прав, Макс, – решил Соник. – Теперь мне остаётся лишь не дать Кортексу захватить планету или уничтожить её. -- Да, и вам потребуется много пушек. К счастью, Пидорович принимает не только наличку, но и деньги с пластиковых и виртуальных кредиток. Только с подключением в Норильске беда – придётся ждать, пока деньги на счёт перейдут. Я и забыл про деньги, взятые со счёта Пинстрайпа Потору. -- Кредитс подойдёт? – спросил я Шедоу, порывшись в карманах и обнаружив кредитку. -- Кредитс? Да, конечно. Совсем недавно американцы ввели кредитс, и стоит она где-то около доллара или шестидесяти пяти рублей. -- Значит, они ещё кое-как живут, раз сделали кредитс. -- Кстати, вы не могли бы выполнить для меня просьбу? -- Какую? -- Вам надо пойти на сортирностроительный завод и забрать оттуда золотой унитаз специально для Пидоровича. Он мне за это обещал кучу денег. -- Забрать или украсть? Учти, мы не воруем. -- Значит, это ещё один ваш проваленный квест, блин. Всё. Либо заказываете, либо уходите. -- Кофе нам обоим. По полчашки молока и по две чайные ложки сахара. Всё равно у меня печений нет. Хорошо хоть тебе, Соник, не придётся надевать майку-алкашку. -- Согласен, – ответил Соник. – Ты хотел, чтобы я ещё рассказал тебе про своих друзей, так? -- Да. -- Ну, так вот… И он рассказал мне ещё и про двухвостого лисёнка Майлза «Тейлза» Прауэра, розовую ежиху Эми Роуз и барсучиху Стикс. Мне очень интересно было слушать рассказы Соника про их совместные приключения за чашкой кофе, отличным средством восстановления при похмелье. Глава 5. Злодей должен страдать. (Нео Кортекс в секретной лаборатории у Янтаря) -- Опять проиграл! – взревел я. – Это не честно! Эх, знал же я, что должен был по-настоящему перейти на сторону Добра, а сам придумал очень хитрый план, КОТОРЫЙ ТОЖЕ ПРОВАЛИЛСЯ!!! -- Ну-ну, хватит тебе плакать, мой зловещий друг-бандикут, – сказал мне Эггман, успокаивая меня. – Помнишь, мы с тобой спорили, кто из нас злее? И я думаю, что самый злой – это я! -- Полностью согласен. Только вот я не уверен, что тебе со всей твоей злостью и подлостью удастся победить Соника. И посмотри вокруг, мы тут одни. У нас даже приспешников нет! Вот что обидно! Брио убит, Джин пропал без вести, Нина и Пинстрайп отвернулись от меня, а Джон Сина и Бандикуты дали мне по морде больно и чуть хвост не оторвали. И ещё этот Наклз. Мы с тобой в заднице, Иво Роботник, и это при том, что мы до сих пор тырим с Янтаря оборудование и еду. -- А что нам мешает выбраться из Зоны? -- Полицейские кордоны. Нас просто убьют, если мы попытаемся покинуть Зону со всеми артефактами, которые у нас есть. -- Мне кажется, вам не надо никуда бежать, – вмешался в наш разговор появившийся из темноты красивый длинноволосый одноглазый старик в бежевых брюках, пиджаке и чёрной футболке. -- Кто ты такой? – спросил я. – Случайно не друг Макса Пэйна? -- Какой Макс Пэйн? – смутился старик. – Макс Пэйн – капиталист, а капиталист – мой злейший враг. Капитализм – вот истинное зло! Не то что ваши приколы. Я Рауль Менендес, воин света, проповедующий равенство и справедливость. -- Ну, и что тебе надо от таких злодеев как мы двое, раз ты якобы на стороне Добра? -- Я б хотел задать вопрос одному из вас. Кортекс, как ты относишься к капиталистам? -- Ну, начнём с того, что мою научную деятельность никто и не хотел финансировать, пришлось собирать мои изобретения из тех материалов, что я нашёл в Австралии и на островах Вумпа. Да и никакую Нобелевскую премию научное сообщество не хотело давать мне. -- Это не ответ. -- Ну, могу добавить, что этим продажным ублюдкам, якобы отстаивающим принципы справедливости, надо постоянно лизать задницу. -- Вот это уже ближе к теме. Но если ты против сложившейся системы, то почему ты не направил удар против неё? Ты бы мог направить волну безумия в Северную Америку и смести оплот капитализма! Но ты предпочёл смерть полутора миллиарда людей, которые были под давлением сильных мира сего!! И теперь ты должен страдать, Нео Кортекс!!! Он выстрелил мне в ногу из крупнокалиберного пистолета два раза, и я взвыл от боли. -- Тебе больно, да? – сказал Менендес. – А представь, каково было тем несчастным, когда они рвали друг друга в клочья! Представь сколько они страдали! Сначала из-за капиталистов, а потом из-за тебя! Я и мои люди потратили немало времени, чтобы найти тебя. И все эти четыре года ты на самом деле ждал наказания. Спасибо, Иво, что позаботился о Нео. Кстати, не хочешь присоединиться к «CordisDie»? -- Ну, да, – осторожно почёсывая усы, ответил Эггман. – Дай мне волю, и я сделаю для тебя такого робота, о котором ты и не мечтал, и единственным существом на планете, способным его уничтожить, останется только Соник Ёж. -- Прекрасно, – произнёс Менендес с улыбкой. – Рад слышать. Мы воспользуемся моими новыми технологиями и уничтожим Соника, и тогда нас ничто и никто не остановит, даже Дэвид Мейсон! -- Макс Пэйн и Джон Сина вам задницы надерут, как только найдут, я вам обещаю! – выкрикнул я. -- Заткнись, неверный, и гори в аду, – отрезал Рауль и кинул связку коктейлей Молотова в панель управления компьютерными системами. – Если выживешь – считай, что сам бог сохранил тебе жизнь, но не для того, чтобы остановить меня. А вздумаешь – тебя убьют. Рауль и Иво ушли, оставив меня в горящей лаборатории. Чтоб было не так страшно помирать, я включил на своём плейере забойную мелодию под названием «Burn» и пошёл к выходу. Разумеется, оставшиеся в коридоре приспешники Менендеса не хотели, чтобы я спасся, и начали по мне стрелять. Тогда я полез в вентиляционную шахту и вышел на туннель, где на стороже стоял незадачливый боец в техническом камуфляже, который я смог отличить от пустого воздуха. Я обезвредил его, забрал у него оружие и медикаменты и побежал, спасаясь от преследовавших меня штурмовиков и поджигателей с огнемётами. У меня в голове как-то всплыли воспоминания о том, как я своей энергетической пушкой парализовал Крэша, Коко, Кранча и Аку-Аку, когда Кранч, наконец-то, принёс мне необходимые источники энергии для завершения моего гениального изобретения. Эггман был в смятении от совершённого мной поступка, но потом я сказал, что у меня изначально был план. Мы с Джином и Брио ввели в заблуждение и друзей, и врагов, будто мы перешли на сторону Добра. На самом же деле мы оставались своим коварным целям. Эггман помог мне с моей установкой, и я сначала деактивировал управление всеми ядерными ракетами на планете и направил «Волну Безумия» на страны Африки, Азии и Южной Америки. Всё шло гладко, и жалкие людишки убивали друг друга, как могли, пока в лабораторию не ворвались друзья Соника, потору и моя племянница Нина во главе с Джоном Синой, выкрикивавшим своё имя. Герои избили меня до полусмерти, уничтожили установку и остановили «Волну Безумия», а Эггман просто смотрел на мой провал. Но вернёмся от воспоминаний к делу. Реактор лаборатории пришёл в нестабильность из-за пожара, и возникла угроза мощного взрыва. Буквально за секунду до ЧП я выбрался из туннеля и прыгнул в овраг. Произошёл взрыв, сопровождавшийся ужасным грохотом и мощной, смертоносной волной, от которой я чудом спасся в овраге. После случившегося на Янтаре поднялся уровень радиации, и оставаться там было для меня смертельно. Я скорее пошёл, прихрамывая, подальше от окрестностей озера, но, едва дойдя до Дикой Территории завода «Росток», я упал без сил двигаться дальше. Мне было больно. За совершённое мной преступление я обязан был понести жестокое наказание. Мне ещё, возможно, предстояло лишиться конечности, умереть или попасть в тюрьму на пожизненный срок. Глава 6. «Ты волшебник, Макс». (Макс Пэйн) За всё время, проведённое в Норильске, я уже успел помыться, уложить волосы, привести бороду в чувство, постирать костюм и почистить железо от накопившейся грязи, а Соник… Соник прозябал в баре, при том, что алкоголя он не заказывал. -- Ну, и долго мы тут собираемся прохлаждаться? – спросил меня мой друг, когда мы вместе сидели в баре Шедоу на стороне натуралов. – Мы должны выехать из Норильска как можно скорее! -- Город сейчас на карантине, – сказал Шедоу, влезая в наш разговор. – По возможности отсюда можно было бы удрать с железнодорожного вокзала на поезде. Только вот вокзала тут ни разу не было. -- Ещё хуже, – решил я. – Тогда мы тут и дальше будем высиживать яйца, либо мы придумаем, как отсюда выбраться. На резиновых дельфинов я, конечно не полагаюсь, потому что тут холодно, и воздуха в них не будет особо, а до Украины как до Китая раком. -- А причём здесь резиновые дельфины и Украина? – поинтересовался Соник. -- Александр Пистолетов. Тебе это имя о чём-то говорит? -- Нет. Знаешь, я не лезу в российский шоу-бизнес. Моё дело спасать вселенную от зла. Всё остальное не имеет значения, пока у меня не появится свободное время. -- Неудивительно, что у тебя тоже нет девушки. -- В смысле? -- В смысле, что ты слишком занятый герой, а я слишком… неприятный человек. -- А, – махнул рукой Соник. – Да… это… Может ты найдёшь свою девушку, а я… Мне кажется, Эми влюблена в меня и стесняется признаться мне, а я в свою очередь стесняюсь её чувств. -- Может, тогда вы начнёте серьёзные отношения? -- Ну, я не знаю, смогу ли. Просто я не хочу повторить твою судьбу. -- Да не повторишь ты! Эми со своим молотом сможет постоять за себя, если ты вдруг не успеешь прийти на помощь. Просто у меня жена плохо кончила из-за того, что видела доказательства, подтверждавшие виновность в преступлении одного из чинов в правительстве. Ты и твои друзья от этого правительства не зависите. -- Но ведь есть и злодеи кроме правительства! -- К тому времени, как ты обзаведёшься семьёй, они все либо умрут, либо сядут в тюрьму, либо залягут на дно в худшем случае. Я позабочусь о том, чтобы с тобой и Эми ничего плохого не случилось. Идёт? -- Уговорил. Встречу Эми – признаюсь ей в своих ответных чувствах. -- И помни: любовь – это такое чувство, когда ты неравнодушно смотришь на любимое существо как на нечто божественное, очень часто думаешь о нём, ты разделяешь его переживания, мысли, эмоции, а твой член стоит и готов выпустить твои положительные чувства наружу… В общем, понял? -- Слыхали, голубки, как он может о любви говорить? – спросил один из мужиков, чей голос показался мне знакомым ещё с Сан-Паулу. – Не то, что ваше «целоваться и долбиться в очко». -- Ну, знаете ли, на словах сказать, что такое любовь, нельзя! – стал оправдываться за всех один из геев. -- Ну, ведь Макс Пэйн смог, – сказал Соник. -- То-то, – сказал мужик, поддерживая Соника. – И это при том что Макс был разъярённым бывшим копом, сидевшим в баре с историей насилия и отвратительного характера. -- да Сильва!? – удивился я, узнав одного из посетителей заведения. – ТЫ!? Я взглянул на него, и узнал в нём того самого бразильского полицейского, борющегося с коррупцией и богатыми дурачками. -- Соник, позволь мне представить тебе Уилсона да Сильву, – представил я другу своего знакомого. -- Он тоже супергерой? – поинтересовался ёж. -- Нет. Он обычный полицейский, как и я изначально. Правда, он совсем не умел замедлять время, а я умел. Уилсон, садись к нам. -- Да, Макс, – вздохнул да Сильва, пересаживаясь за наш столик. – Кажись, ты по жизни либо суперчеловек, либо читер. Но мне кажется…, ты волшебник, Макс. -- Ха-ха-ха-ха-ха!!! Я!? – засмеялся я. -- Да, ты. Скажу тебе как Хагрид Гарри Поттеру. Я ещё сильнее расхохотался, а Соник так и не понял шутку. -- Соник, неужели ты не знаешь, кто такой Гарри Поттер? -- А кто это? -- Мальчик, который выжил и за всю жизнь убил только одного лысого, который убил родителей первого, когда тот был маленький. Видать, он вообще полный лох по сравнению с тобой. Ну, да Сильва, в чём заключается моя волшебная сила? -- Ты можешь в своей мере манипулировать временем, – ответил да Сильва. – Кроме того ты обладаешь телепатией и способностью манифестации. Ты можешь также поделиться своими способностями с кем угодно и перенять способности других. -- То есть, если я хочу, чтобы Соник замедлял время и стильно стрелял в прыжке, то так оно и будет? -- Да. Мог бы попробовать научить его. -- Эх, лучше бы ты научил меня плавать, – сказал Соник. -- Не один ты такой, кто хочет уметь плавать, – сказал усатый с седыми зачёсанными волосами старик в джинсах и коричневом пальто поверх голубой гавайской рубашки. – Не один. Раньше, знаешь, я мог хоть с Луны свалиться и не умереть, но зайти в воду по колено и захлебнуться. -- Томми! – воскликнул да Сильва. – Версетти! Вот чёрт! Не думал, что встречу тебя именно в Норильском баре на окраине. -- Да никто особо меня здесь и не ждал, – сказал старик Версетти. – По идее я должен был давно сдохнуть ещё в Майами, пока это был Вайс-Сити. Теперь я веселюсь в баре Норильска с такими же отмороженными и поехавшими как я и нервно поглядываю на хату Карателя. Всё-таки, я не бессмертный, и мои чит-коды тут не действуют. Кстати, какой мудак так сделал, чтобы мой Вайс-Сити стал не-моим Майами? -- Нео Кортекс, – ответил я. – Ему помогли. -- Ни разу о таком не слышал. -- Это злодей из «Крэша Бандикута». -- Теперь припоминаю. Да, он должен выглядеть намного нереалистичнее, чем я. -- Причём тут реализм теперь-то? Тут симуляция реальности смешалась с тем, что было для существовавших здесь персонажей играми. Игры второго уровня стали игрой первого уровня, если, конечно, симуляция реальности не является игрой ещё в какой-то симуляции. Ну, о чём я? Попробуем что-то сделать из воздуха. Я представил себе АК-12, чётко обрисовал внешний вид, все внешние и внутренние детали, механизм работы, как я буду чувствовать его в руках, как буду стрелять из него, какую буду чувствовать отдачу, какой буду слышать звук, и как быстро будет вылетать пуля, и ко всему этому добавил три полных магазина по 30 патронов калибра 5,45 на 39. И неожиданно для себя в правой руке я почувствовал рукоятку от чего-то увесистого, а в левой – магазины. Я открыл глаза, и оказалось, что это был тот самый АК-12, который я и вообразил себе. -- Пидорович, снижай цены на АК-12 и патроны 5,45мм! – крикнул да Сильва торговцу. – Макс Пэйн сделал автомат из воздуха! -- А он не развалится? – недоверчиво спросил Пидорович, скривив рожу тролля. Чтобы продемонстрировать надёжность и другие качества материализованного воображаемого автомата, я вышел на улицу и выстрелил в бутылку, а потом выпустил оставшуюся обойму в воздух. Мой АК никак нигде не заклинило, и даже перезарядка прошла без проблем. И тут мне в голову пришла мысль, что я могу материализовать любую вещь, зная из чего она состоит. Ну и тут же я наклепал несколько Беретт 92F, пару обрезов двустволки и патроны к ним. И всё это легко поместилось у меня под пиджаком. Когда я вернулся в заведение, увидел, что один низкорослый упитанный усач лет тридцати привёл Ванючку-человека и сказал: -- Смотрите, кого я вытащил унитаза! Диву даюсь, как он туда попал. -- Возможно, у него тоже есть способность перемещаться по трубам, как и у тебя, Сантехник, – предположил Шедоу. -- Я вообще-то Марио. -- Да похер. Я твой босс, и если тебе не охота так и дальше чистить мою парашу, вали на сортирностроительный завод. Там ты точно поможешь людям в строительстве Золотого Сральника. Только вот у тебя недостаточно монет, чтобы участвовать в этом мероприятии. -- Блин, а почему я не могу вернуться в Грибное Королевство? -- Потому что это всё было у тебя в башке. Ты просто неудачник, и поэтому ты никогда не встретишь свою принцессу Пич. -- Нет-не ну, пацаны, подождите, я в игру-кроссовер попал, что ли? – прервал обоих Ванючка. – А где мой реальный укуренный мир с Ролтоном, кучей самолётов в небе и летающими членами!? А где реальный мир с героями Овервотч!? -- Дурак! Мы всегда были в игре второго уровня! – сказал я. – Это сейчас, после того, что сделал Кортекс с пространством и временем, мы перешли на первый. И теперь мы в той симуляции, в которой живут наши создатели, в том числе и те наркоманы, сидевшие под домашним арестом в деревне у бабушки во время, когда придумывали тебя, Пидоровича и всех остальных товарищей. -- НЕЕЕЕЕЕЕТ!!! – закричал Ванючка. – Хотя похуй. Хотя не похуй, НЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ!!! -- Кажется, у тебя проблемы с психикой, – сказал Шедоу. -- Щас у тебя будут проблемы, мелкий пиздюк! – не без мата выругался Ванючка, перепрыгнул через барную стойку и начал бить бедного Шедоу. Но вдруг один незваный гость вечеринки вынес дверь телом вышибалы и ворвался с двумя автоматическими дробовиками на перевес. Это был Фрэнк Кастл, вероятно, совсем двинувшийся. -- Шедоу, – обратился он, когда драка прекратилась, закончившись ничьей. – У меня для тебя плохие новости. Я узнал о твоих преступлениях и поехал. Ты, что ли, уничтожил каждого члена Парламента РФ? -- Я убивал коррупционеров, и я знал это! Влад и Димон остались живы, потому что сбежали в последний момент! Долбанные теневики! -- Мог бы меня спросить… Опа! Томми Версетти! И ты тут!? -- Блед, – выругался Томми. – Мне хана. Дробаш для меня верная смерть, как и MP5. -- Ты немного моложе меня, но всё равно ты уже слишком стар, чтобы бояться смерти, Томми. Да и ты, Шедоу, свой век уже отжил. А я… я сдохну, когда сдохнет последний преступник. Я загородил собой Шедоу и Томми от Карателя и сказал: -- Кажется, было бы правильнее отдать пиво гопникам. Но несмотря на мою ошибку, никто сегодня не умрёт насильственной смертью. -- Ты загораживаешь собой преступников. Ты в курсе? – спросил меня Каратель. -- Может, они и переступали черту закона в прошлом…, но они уже наказаны за все свои грехи. -- Ха! И чем же? -- Например, бесперспективной говённой жизнью в этом сраном городе за полярным кругом. Один лишился суперсил и бессмертия, а другой – денег и власти. Если б ты хотел сделать им хуже, то поверь, ты бы сделал им только лучше, убив их любым способом. Все вокруг ахнули от моих слов, и только Шедоу и Томми согласились со мной. А через некоторое время и Соник с да Сильвой. -- Да, ты прав, – сказал Томми. – Для меня жизнь в Норильске – сплошной кошмар. Даже в аду гореть куда лучше, чем здесь мёрзнуть и травить себя водкой и боярой. Ты, Фрэнки, мог бы пустить меня через мясорубку, и я остался бы тебе благодарен. -- Ну, и живи, сволочь! – проворчал Кастл. – Не, я хуею, блять… Фрэнк по какой-то причине выронил своё оружие и схватился за грудь. -- БЛЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯЯТЬ!!!! – провизжал он матом и упал вперёд лицом. -- Чёрт возьми! У него инфаркт! – крикнул я, кинувшись оказывать старику первую помощь. – Ребята, вызывайте скорую! -- По норильским дорогам ни за что не доедет вовремя, – сказал Шедоу. -- Тогда тащи дефибриллятор! Я перевернул Кастла на спину и начал делать ему искусственное дыхание и непрямой массаж сердца. Когда Шедоу принёс дефибриллятор, я завёл сердце Фрэнка зарядом 300 Вольт. -- Держись, – сказал я, когда старик пришёл в чувство. – Всё будет хорошо. Ты ещё долго будешь жить. -- Ничего хорошо не будет, и мне уже пора на тот свет, – ответил Каратель, доставая свой боевой нож. – Пошёл нахуй, бородатый очкарик! Он воткнул мне нож в руку, вытащил и перерезал себе горло. Бедный старик совершил самоубийство, умер от кровопотери. -- Вот хрень, – произнёс я, глядя, как кровь Карателя заливает пол. -- Блин, всё-таки совершил суицид этот старик, – сказал Соник. -- Ну, чем ты думал, дебил!? – спросил меня Шедоу. – Чем ты думал, когда давал ему пиво!? -- Блин, ну хоть бы сказал, что Фрэнку нельзя пиво! – ответил я. -- А я тебе это и сказал, когда давал вам с Соником пиво! -- А я не услышал! -- Ёб твою мать! Ну ты и еблан, Пэйн! -- Да мне уже похер! Старик избавился от земных страданий и отправился на тот свет. Скоро последовал выстрел из револьвера. Мы обернулись и стали свидетелями самоубийства Томми Версетти. -- Блять, – выругался Шедоу, не имея больше словарного запаса. – Ещё один уёбок покончил с собой. Охуительно просто!!! Это всё из-за тебя, Пэйн! Пока тебя не было, всё было заебись, а теперь всё пошло нахуй!! -- Как будто я хотел их смерти! Они сами выбрали свою участь. Не дождались своей очереди за смертью, и ага. Они давно хотели на небо, а я их слегка подтолкнул, так что хера ты ругаешься матом? -- Потому что мне кровищу придётся вытирать. А Томми так ещё и ошмётки мозгов оставил. Охуенно просто. Охуенно. Щас пизды получишь! Шедоу накинулся на меня и стал быстро бить меня по лицу, чуть было не сломал очки. Но я схватил его покрепче, поднял, повалил на землю спиной, сел и рассказал очередной исковерканный анекдот от Нуждина: -- Если вы хотите сосчитать иголки на спине у ёжика, а ему некогда, сядьте на него, не пожалеете. Тогда вы, не давая ёжику возможность убежать по делам, можете не спеша посчитать количество иголок. -- Отпусти, или я начну кусаться! – выпалил Шедоу. -- Если на человека надавить, он отступает до определённой черты, а потом начинает давить на давящего. Так что успокойся. И нечего меня винить в смерти стариков. -- Это была их воля, – сказал Пидорович, вставая между мной и Шедоу. – Как говорится, хочешь сдохнуть – сдохнешь, м-да. -- Ну, и что ты будешь делать с трупами, Пэйн? – спросил чёрный ёж. -- Да не волнуйся! Сейчас всё будет пучком! – ответил я. – Я ж волшебник. Вдруг удастся воскресить бедняг. Если у меня получилось сделать охапку стволов из воздуха, то и восстановить жизнедеятельность мертвеца мне удастся. Я присел над трупом старика Фрэнка, глубоко вздохнул и выдохнул, очистил разум, взглянул на место перереза, пригляделся к клеткам, заживил их, восполнил запас крови, омолодил ткани и запустил жизнедеятельность организма и мозга в том числе. -- ОХРЕНЕТЬ!!! – возгласили все, увидев, что я могу воскрешать людей. Кастл очнулся, открыл глаза и возмутился: -- Чё за нах!? Я должен был умереть! -- А я считаю, что нет, – ответил я. – Ты же не сдохнешь, пока все негодяи не падут от рук героев и антигероев. Разве ты не так говорил? -- Я говорил немного по-другому. -- Всё равно. В бар через парадную дверь ворвался помолодевший Томми Версетти в одних джинсах, кроссовках и рубахе и, будучи в состоянии потрясения, объявил: -- Чтоб меня дезинтегрировало нахер! Я прострелил себе башку, размазал мозги по стене здесь, В «РЕАЛЬНОМ» МИРЕ!!! И всё равно я проснулся в ближайшей больнице Норильска, как в моей ГТА. Видели, как мой труп исчез? Мы все обернулись к тому месту, где Томми пару минут назад совершил суицид, но трупа там не было. Зато там была область, обведённая мелом, в которой должен был лежать покойник. -- Во-во! – сказал Томми. – Ну, чесслово, тут как в наших играх, как будто мы и не выходили на первый уровень. -- Возможно, – согласился я. – А всё же у кого есть желание навалять Кортексу за его злодеяния? Кроме меня и Соника руки подняли только Каратель и Томми. -- Помимо Кортекса у нас среди врагов ещё Ангела Циглер и Алексей Навальный. А также глава крупнейшего наркокартеля и ярый противник капитализма Рауль Менендес. -- Я за Менендеса! – неожиданно объявил Марио. – Мне тоже никогда не нравился ваш капитализм, поэтому пошли вы все! И Марио сбежал в туалет. Я последовал за ним, чтобы вправить ему мозги, но нигде его не нашёл. У меня больше не оставалось вариантов, кроме ухода нашего сантехника через канализацию. -- Мы ещё побеседуем, трубочист херов, – сказал я, уходя. -- Ну, я ж говорил не заводить разговоров про строй! – сказал Пидорович. – Всё, теперь Марио на стороне злодеев, короче. -- Он на стороне коммунистов, и это не значит, что он по возможности побежит за помощью к Кортексу или Циглер, – сказал я. – Он именно присоединится к Менендесу. А потом наш великий Марио, уничтожив капитализм и игровых персонажей, его символизирующих, он свергнет диктатуру Менендеса и сам будет рулить этим миром. Кстати, чтобы бороться с Менендесом и его последователями, нам нужна поддержка ВС США, так как русские просто откажутся нам помогать. У кого есть номер Дэвида Мейсона? -- Ну, у меня, – произнёс Пидорович. – Только ты должен ответить мне на один вопрос. Назови мне самую жестокую женщину планеты, которая вела в середине и конце десятых передачу о здоровье. -- Елена Малышева? -- Как ты угадал!? Ты же не жил в реальном мире! -- Я умный. -- Ну, похуй, короче, на тебе его «визитка», хы-хы-хы-хы. Пидорович дал мне карточку с номером Мейсона, и я, зайдя в подсобку бара, сразу же набрал абонента на своём голографическом телефоне. -- Алло, кто это? – ответил мне собеседник, взяв трубку. -- Здравствуй, Сектор! Я Макс Пэйн. Мне тут только что стало известно, что у…, э-э-э, Одиссея-самозванца стало на одного последователя больше. -- Ха-ха! Да у него и так миллиард или два миллиарда последователей! Так что это для меня не новость. -- А что если я скажу, что это Марио, который по мнению многих геймеров считается самым крутым персонажем игровой мульти-вселенной? -- Этот сантехник!? Да его всерьёз-то никто и не воспринимает! -- Вот поэтому он обиделся на других героев и встал на сторону революционеров. -- Вот как? А я тут на разведке узнал, что на стороне «Кордис Ди» ещё и доктор Иво Роботник, более известный как Эггман. Возможно террористы вместе с учёным собираются построить своих дронов и атаковать «Обаму». Где авианосец Томаса Бриггса знаешь? -- Загуглю. -- Значит, у тебя нет секретной информации, да? -- Ничего страшного! Я твои мысли прочитаю. -- Ты где находишься? -- В Норильске. -- А что ты там делаешь? Ладно, неважно. Дуй в Ванкувер. Приходи в Мемориал Вест Парк один. -- А если я приведу Соника, Наклза и других своих друзей? -- Слишком много внимания, тем более ты сейчас припрёшь каких-нибудь косплейщиков в костюмах. -- Да настоящие они! Хотя мне похер. Всё равно нас кто-то спалит с потрохами при том, что мы одни или с ними. С Соником и друзьями у нас будет хотя бы меньше шансов передать привет моей мамке и твоему папаше. -- Ха-ха-ха! Где ты таких шуток понабрался? Ладно. Чтоб завтра был на месте встречи в шесть утра. -- И Одиссея до последнего момента оставляем в живых, потому что я знаю, что будет, если его убить. Произойдёт восстание и погибнут как минимум ещё два миллиарда невинных людей. -- Откуда ты знаешь? -- Я уже поиграл за тебя в «Кол Оф Дути», и всё знаю. Только на этот раз всё пойдёт определённо не по твоему сюжету, а хер знает как. Ладно, потом обсудим. Пока. Закончив с Мейсоном, я позвонил Пинстрайпу Потору, единственному бывшему мафиози, которому я доверял, и обладателю второго телефона. -- Алё, – ответил Пинстрайп. -- Это я. Слушай, я собираюсь выследить Менендеса… -- Круто. А Крэш собирается выследить Навального. -- Значит, мозги у него на месте? -- Как видишь, он не стал выдвигать свою кандидатуру на выборы Президента 2024. -- А как насчёт инцеста Крэша и Коко? -- Ты издеваешься!? Кто тебе сказал подобную дурость? -- Шедоу. -- Скажешь ему, что он хрен моржовый. -- Ежовый, вообще-то. -- Без разницы. Ближе к делу. -- У вас с Крэшем найдётся парочка свободных людей? Надо встретиться с одним морским пехотинцем, чтобы обсудить, как нам поймать одного наркобарона-коммуниста. -- Людей – нет, а вот зверей – пожалуйста. Наклз и Тейлз могут прийти к тебе на помощь в любой момент. Да и я не против прикрыть твою и без того пуленепробиваемую спину. Кстати, я тебе не говорил, что они и ещё две их подруги, ежиха Эми Роуз и барсучиха Стикс, искали Соника, и все четверо пришли к нам? -- Вот оно что! А я тут с Соником тусуюсь. Кстати, он сейчас пьёт чаёк и закусывает чили-догом. Скажи, дружище, сколько за окном патронов, готовых пробить мой не защищённый титаном зад или изрешетить Соника? Не надо, это риторический вопрос. -- А ты сядь в позу лотоса, спрячь Соника под пиджаком и стреляй. -- Ладно, шутки в сторону. Если у тебя хватит времени и на Лёшу, и на Рауля, встреть меня в пять утра на площади перед Университетом Британской Колумбии. У нас будет час чтобы переделать в Ванкувере все дела и встретиться с нашим новым другом в мемориальном парке. Обязательно приведи Наклза и Тейлза, так как нам, возможно, понадобятся и грубая сила, и технический специалист. Кстати, как там Джон и другие наши друзья? -- Джон в порядке. Наконец-то научился владеть снайперской винтовкой. Даже Пойнтмен ценит его точность попадания. Попадает в десятку два раза из трёх. -- Неплохо. -- Коко подружилась с Тейлзом, изобрела вместе с ним много полезных вещей, в том числе и управляемых боевых дронов-квадракоптеров. Стикс всё ещё не может нормально устроиться здесь, в Подмосковье. Наклз, к несчастью, деградирует, и Крэш во избежание превращения Наклза в его угандийский мемчик заставляет его играть в шахматы вместе с ним. Но Наклз почти всегда отказывается, мотивируя это тем, что Крэш всегда победит. -- Пусть заставит Наклза прочитать Замятина «Мы». Хотя бы начнёт беспокоиться о будущем нашего мира. -- Да, может быть. Я, кстати, тоже прочитал эту книжку. Заставляет задуматься. -- Типа, «ДОЛОЙ СТАНДАРТИЗАЦИЮ И МЕНТАЛЬНУЮ УРАВНИЛОВКУ!!!», да? Вот мне, существу эмоций, кажется, что разум не должен уничтожать чувства и душу человека или любого другого разумного существа. И знаешь, при таком раскладе «формула счастья» – полнейший абсурд. И вообще, нельзя заставить человека быть счастливым, не дав ему самому удовлетворить его духовные потребности, а тем более, когда его превращают в бездушного клона, биоробота или дрона. Ну, проехали. Что до Аку-Аку и Пойнтмена? -- Первый по-прежнему всегда там, где нужен, помогает Крэшу и пытается выследить своего брата. А второй снова стал человеком, только поехал настолько, что перегрыз шею крысу-солдату из армии Циглер и сожрал его без соли. -- Видно, жрать захотел настолько, что обезумел. Вы его на цепь не посадили? -- Нет, но Крэш даёт ему успокоительное. Помогает. -- Что-то слышно про Путина? -- Чёртов КГБшник выжил после налёта Шедоу и скрывается со своим Димоном. Но мы их обязательно вычислим, либо нет. Вообще, мне кажется, что не стоит заострять внимание на этой парочке. Это ж всего лишь парочка свергнутых с трона коррупционеров, которые мечутся в поисках средств для выживания. Сейчас главное – убить Навального и привести к власти либо кого-то из наших, либо Собчак. Не знаю, как ты, но по мне Собчак – не слишком путёвый кандидат. -- Ну, ладно, потом всё обсудим. До встречи. Я, наконец-то, мог отдохнуть от телефонных разговоров. Однако просто так расслаблять свои голосовые связки я не был намерен. -- Свинство, Шедоу, – сказал я ежу-бармену. -- А что такого? – удивился ёж. -- А то, что ты мне посмел врать про моего друга. Кстати, почему бы тебе не устроиться куда-нибудь в СМИ? У тебя отлично получается очернять людей. Весь Норильск теперь говорит про инцест Крэша Бандикута, хотя его не было. Теперь знай: ты жив только потому, что ещё ни разу не покусился на мою жизнь, или на жизнь моих друзей, или невинных граждан. -- Понимаешь, когда Менендес кинул меня в Норильске на произвол судьбы, меня нашли Сидорович и Пидорович. Сидорович заявил свои права на Золотой Сральник и захватил вместе с вольными сталкерами и наёмниками сортирностроительный завод, а Пидорович поставил мне ультиматум, но я выбрал вилку в глаз. -- Что-то я не вижу, чтобы у тебя была хоть одна пустая глазница, прикрытая повязкой. -- А это Пидорович по доброте душевной заменил мне вилку на одно небольшое поручение: обосрать Крэша Бандикута. Но мне создатели, как видишь, не сделали заднего прохода, так что пришлось распустить слух, что Крэш – хуесос, который ебёт свою сестру. Честно говоря, я бы и сам выебал Коко публично. -- Тогда бы мне пришлось пустить пару сотен патронов тебе в зад. -- Что за пустые угрозы? -- Ты говоришь с волшебником. Так что заткни пасть, иначе… Я достал из пиджака оружие и силой мысли поднял его в воздух, направляя на Шедоу. -- Бля, ты ёбаный Сильвер, Пэйн, – выругался Шедоу. – Я сдаюсь. -- Эх, какой хороший ёжик! Ну, видишь? Ты же можешь пойти на соглашение, если хочешь! Разве не так? -- Обычно никто не смеет заставлять меня идти на соглашение или склоняться перед чужой волей. -- Зато у меня есть для тебя работа, в ходе которой ты можешь вернуть свои силы. Всё, что от тебя требуется – участие в операциях, целью которой является устранение «Cordisdie» и смещение власти Навального в России, и для начала мы отправимся в Ванкувер с целью узнать про новых компаньонов Менендеса. Как тебе такой вариант? -- Рауль убьёт меня, как только увидит. -- Не переживай, у меня будет достаточно времени, чтобы закрыть тебя от пули или дроби, если он вдруг выстрелит. Ты же будешь рядом со мной. Заодно научишься работать в команде. -- Слова бывшего волка-одиночки. Иди нах. -- Всё равно ты с нами. Соник, Томми, Фрэнк, мы уезжаем из города. -- Как мы уедем из города? – спросил Соник. -- На машине. Чего тут сложного? Томми, у тебя в памяти ещё остались читы? -- У меня есть код на танк, правда, я не надеюсь, что он сработает. Версетти вышел на улицу, где произнёс заветное слово «PANZER», и буквально из воздуха появился танк Т-90С. -- Ого! – произнёс Томми, будучи под впечатлением. – Обычно мне выпадает Носорог, а тут целый Т-90! Ладно. Пацаны, залезаем! Куда мы едем? -- В Ванкувер, – ответил я. – Вводи чит на полёт, как только мы выедем из города. Наша команда, прихватив с собой провизию и хозяина бара, залезла в танк, и мы отправились в Ванкувер. Только одна мысль меня тревожила по поводу пересечения границ Канады: «А не будет ли международного инцидента?». К несчастью, у нас был только один вариант – лететь на русском танке без чьего-либо разрешения. Глава 7. Уганда-Наклзы, поехавший и Наклз. (Крэш Бандикут) Пока мы находились в бункере под домом в нескольких десятках километров от Москвы, я продолжал проводить опыты и изобретать всё новые устройства слежки, импланты и оружие. Даже обзавёлся новой чёрно рубашкой с оранжевым пиксельным камуфляжем в дополнение к джинсам и кроссовкам и смог сделать модификации для Беретты Макса, имея при себе только чертежи пистолета. Я был уверен, что моему другу понравится новый ионизатор, который позволит пробить из пистолета даже танковую броню и бетонную стенку в метр толщиной (я уже испытал его, подогнав под копию пистолета Трейсер, и убедился в качестве модификации). Моя сестра строила квадрокоптеры вместе с Тейлзом и Ниной, Тавна, Стикс и Эми бездельничали, проводя время в Интернете в режиме инкогнито или за книгами, Пойнтмен доходил до пика своего безумия, хотя Пинстрайп давал ему успокоительное по моей просьбе, Джон оттачивал мастерство во владении пушками с глушителем, Аку-Аку учил меня делать более совершенное оружие света, Кранч тренировался, а Наклз деградировал. Я уже сотни раз показывал ему его вырожденного угандийского двойника, которому он мог уподобиться (но при том получить большую популярность, чем Соник). Но красный ехидна меня не принимал мои аргументы. -- Ты всего лишь хочешь сказать, что со временем я становлюсь всё хуже и хуже Соника, Бандикут, – говорил он. -- Играл когда-нибудь в «Тень Ванючки»? – как-то раз задал я вопрос Наклзу. – Игра точно про такого же дурака как ты, только с наркотой, боярой, мемами, Дошираком, на территории Украины и без Уганды. Кстати, Уганды там как раз не хватало. -- Я не играл в «Тень Ванючки». -- Молодец. Ну, а в шахматы хотя бы одну партию сыграл? -- Я ненавижу шахматы. Я всё время проигрываю. -- Потому что ты не хочешь думать. Кстати, я тебе не говорил, что теми людьми, которые не хотят думать, намного легче управлять лицам, занимающим высокий пост? -- Ну я же не человек! -- П-ф-ф, а я б осмелился назвать себя человеком, не будь я бандикутом изначально, ведь я эволюционировал, потерял мозг, потом получил новый, более мощный и многофункциональный, и начал деятельность в научной сфере, пока грязную работу за меня делают другие герои. А ты у нас деградируешь и скоро превратишься в Уганда-Наклза. -- Ну, а тогда что такое человек? Скажи мне. -- Человек – это, строго говоря, разумное духовно развитое существо, которому присущи способности мыслить и преобразовывать всё вокруг себя. Животные тоже могут преобразовать окружающую среду, получив в ходе эволюции особенности, сходные с человеческими. Но, как видишь, у многих людей есть недостатки. Например, Пойнтмен, который должен был по идее привить человечность Пинстрайпу, изнутри превратился в ужасного зверя, обретя снова человеческое лицо, и теперь сам Пинстрайп, бывший мафиози, вор и убийца, вынужден восстанавливать человечность в душе оперативника. -- И тогда что хорошего в том, чтобы быть столь же развитым, сколь человек? Мы ведь рано или поздно поубиваем друг друга в таком случае! И нет никакого смысла в слове «человечность» тогда. -- Типун тебя на язык! Человечность, гуманность, доброжелательное отношение к гуманоидам и братьям нашим меньшим – это всё свойственно нам, людям и антропоморфам! Как ты можешь говорить, что в слове «человечность» нет смысла!? -- Ты же сам сказал, что Пойнтмен обезумел, когда снова стал человеком. -- Если бы он просто стал человеком в нормальном психическом состоянии, этого бы не случилось. Либо он в облике потору обрёл зверские качества, либо это проклятие его мёртвого брата-каннибала. Из комнаты Пойнтмена начали раздаваться душераздирающие мужские вопли. Было похоже, что наш оперативник кричал так сильно, что доходил до границ разума. К нам прибежал ошарашенный Пинстрайп с кровоточащим носом и растерянно пробормотал: -- Он обезумел! Он обезумел! Он чуть не убил меня! Крэш, сделай, что-нибудь! Я призвал Аку-Аку и под его прикрытием зашёл в комнату Пойнтмена, а её хозяин продолжал кричать. -- Крэш, он испускает мощный поток негативной энергии, и я не могу тебя долго защищать! – сказал Аку. – Ты должен оглушить его, чтобы можно было очистить его. Я попытался ударить Пойнтмена по затылку, но боец быстро отреагировал на мою попытку оглушить его и прижал к стене. Зато он перестал кричать. -- Плоть…, – произнёс он, будучи окружённым кроваво-красной аурой. – Плоть!... Я не могу поглотить тебя… Ты мне не враг… Во мне накопилось столько разрушительной энергии, что я мог бы обратить эту планету в пепел. Но оставшийся во мне человек-полутруп мешает мне обуздать силу моей тёмной стороны… Пожалуйста, пристрели меня, Крэш! Или обрати обратно в антропоморфа! Кто-то ухватился за мою ДНК и пытается… Хм… Это моим голосом говорит тот самый человек? Я понял, что кто-то использует паранормальные способности, чтобы контролировать Пойнтмена через его ДНК. У меня не было другого выбора, кроме как превратить нашего друга в антропоморфного лиса. Аура исчезла, и оперативник снова обрёл рассудок. -- Что со мной произошло? – спросил Пойнтмен. -- Да ничего особенного! Я просто вправил тебе мозги в голову и душу в тело, и всё. Правда, пришлось превратить тебя в лиса. Нужно дать тебе новое имя, оперативник. Как насчёт Лис Северус? В честь Снегга из Гарри Поттера. -- Звучит неплохо. Через пару минут я объявил всем о превращении Пойнтмена из обезумевшего человека в спокойного лиса и переименовании его в Северуса. По крайней мере мы больше не сидели на пороховой бочке, готовой взорваться в любую минуту. Все эти годы, проведённые в Москве и неподалёку от неё, не дали мне желаемого результата слежки за Навальным. Видимо, он без вылаза сидел в бункере под Кремлём и от туда вещал гражданам о своих намерениях, раздавал приказы своим подчинённым и так далее в то время, пока его двойник мотался по столице и принимал участие на собраниях. Навальный за всё время своего правления совершил массу ужасных вещей: инсценировал самоубийство многих оппозиционеров, узаконил браки гомосеков и третий пол, что никто из нас никак не приветствовал, поднял налоги для предпринимателей и двуполых семей, закрыл «Нор-Никель» и несколько других предприятий, развёл злых антропоморфных крыс и сделал вместе с Ангелой Циглер ещё других гадостей. В общем, я усвоил, что хуже Навального могли быть только прежний Кортекс и его команда во главе с Ука-Ука. Я возненавидел Навального с первой его недели правления, когда он свергнул Путина и Единую Россию с помощью Шедоу и запустил в Думу каких-то либерастов, и начал свою программу. И это продолжалось целых четыре года. В тот день мне это всё порядком надоело, и я взял усиленный импульсный пистолет, оделся в стелс-броню и, сказав Джону, Кранчу и Северусу охранять бункер, отправился в самое пекло, в Кремль. К счастью, я обладал достаточными познаниями в информатике и физике, чтобы переключить системы безопасности и обойти их, приложив минимум усилий. Немного позднее, когда я уже зашёл в бункер, мне показалось, что я не один. Я потрогал воздух вокруг себя и обнаружил ещё одного носителя технического камуфляжа. -- Ша! – шепнул замаскированный разведчик знакомым голосом. Я сразу понял, что это Наклз. -- Наклз!? – сначала удивился я, потом продолжил шёпотом: – Какого фига!? -- Ну, не деградировать же мне, в конце концов. -- Лучше б ты взял книгу почитать, а ты полез за мной. Хорошо хоть второй костюм с техническим камуфляжем надел, а то бы сошёл за полного дебила. -- Ладно, проехали. Ищем Навального? -- Да, попробуем отыскать его по запаху, уж я знаю, как пахнет крыса в обличии человека. Я уловил какой-то странный, не похожий на человеческий запах в этом полупустом бункере с малочисленными вооружёнными охранниками. Сразу пошёл на нюх и повёл за собой Наклза. В итоге мы подобрались к закрытой двери в секретную лабораторию самых любимых учёных Президента. Когда мы зашли, мы ожидали увидеть там спятивших медиков-мясников и биохимиков-убийц, но вместо этого мы увидели толпу маленьких и пухлых угандийских Наклзов, расположившихся на лабораторных столах. Мы закрыли за собой дверь, отключили камеры и вышли из режима камуфляжа… видимо зря. -- Вы знаете путь? – начали они нас спрашивать. – Где Королева? Почему вы не болеете эболой? Кто из вас укажет нам путь? -- Вообще-то, мы толком не знаем где Королева, да и вообще мы ищем Навального, – сказал я. – У нас с ним свои счёты. Если вы и секунды без королевы не можете продержаться, то пусть вашей королевой побудет мой друг Наклз. Он укажет вам путь воинов света. -- Вот это у тебя слова, дружище! – сказал Наклз, оценив мою красноречивость. -- Ничего особенного. Просто тренируюсь перед зеркалом в одних трусах, зато в начищенной дорогой обуви и с золотыми часами. -- А вообще голый не пробовал? -- Не, я слишком стеснительный, чтобы показывать свои прелести тем, кому создатели моделей их не дали. -- Ха-ха. Выходит, мы с Соником и Тейлзом ходим в одной только обуви, потому что у нас нет хрена, а ты, Пинстрайп, Кранч и другие мужики ходите, потому что эти прелести у вас есть? -- Во всяком случае тебя угандийские за ложную королеву не примут, хоть ты на девушку совсем не похож со своими узкими ягодицами и руками-базуками, а меня могут принять, даже я выряжусь как тян из аниме. -- Ладно. Я согласен быть королевой Уганда-Наклзов, хотя тут немного неправильно определена моя гендерная роль. Уганда-Наклзы подбежали к настоящему Наклзу, защёлкали языками и воздвигли на его голову корону. -- Вот она! Вот наша Королева! – сказал главный из Уганда-Наклзов, указывая на моего друга. – Она укажет нам путь, братья! А ты, человек, клянёшься быть советником королевы и помогать ей в указании пути, как один из самых мудрых? -- Клянусь, – ответил я. – Я буду советником королевы, помогу ей указать вам верный путь и не подведу ни её, ни вас. -- Ура! – закричали наши новые соратники, ставшие под командование Наклза. В лабораторию неожиданно залетел Пидорович, который, казалось бы, находился очень далеко от Москвы, в Сибири, и сказал всего пять слов: -- Сас и сос, сосите писос. Хы-хы-хы-хы. -- Этот бледнокожий лысый толстяк с зелёной бородой – богохульник и невежда! – показывая возмущение, сказал Наклз. – Заплюйте его и не дайте ему обесчестить меня! Уганда-Наклзы послушно принялись исполнять приказ своей условной королевы, и Пидоровичу не поздоровилось от едкой заражённой слюны маленьких ехидн, распространяющих эболу через свои железы. -- Бля, я на вас в суд подам за эту хуйню! – закричал толстяк. – Вам пизда! -- А ты уверен? – спросил я. – Кажется, за маты как раз тебе придёт конец. -- Лысый использует ещё и запрещённые слова! – сказал Наклз, указывая на Пидоровича. – Заплюйте его ещё больше! Веселье продолжалось недолго. Дверь в лабораторию взорвали зарядом PE4, и спецназовцы попытались взять нас штурмом, но Пидорович вовремя отошёл в сторону, и заражённые слюни, предназначенные для него, полетели в бойцов. -- Что за херня!? – начал кричать каждый из отряда пяти человек, когда маленькие Наклзы заплевали им всё, даже глаза. – Ни черта не вижу! Я совершил вращение, таким образом нейтрализовав и обезоружив спецназовцев, и мы с Наклзом с оружием наперевес и под прикрытием угандийских воинов пустились бежать из бункера, поднимая тревогу по всему Кремлю. -- О нет! – кричали Уганда-Наклзы. – Неверующие пытаются остановить нас! Кто-нибудь, защищайте Королеву и советника! Чтобы минимизировать потери в своей армии, Наклз начал думать и разрабатывать тактику ведения боя. Когда мы попадали под перекрёстный огонь, всей толпой бросались в укрытие, дожидались, пока град не стихнет и только потом давали угандийским воинам заплевать спецназовцев и охранников. Наконец-то, мы выбрались из бункера и из самого Кремля и побежали прочь. Неожиданно перед нами остановилась чёрная БМВ с российским флагом. Дверь открылась, и водитель машины, Ванючка, спросил, обращаясь именно ко мне: -- Ты чё, ебанутый? -- У меня к тебе тот же самый вопрос, – ответил я. – Это вы с Пидоровичем подсунули нам Уганда-Наклзов? -- Не, эти придурки сами из парашипрезидентской вылезли. Кстати, во всех сортирах страны открылись порталы в Уганду, УУУИИИИИИИ!!! -- Это такая шутка, что ли? – спросил Наклз. -- Да, пидор, – ответил Ванючка. – Отгадай мою загадку, Крэш, и я дам тебе сесть за руль и удрать с Наклзом. Я оглянулся, и увидел, что за нами уже летели вертолёты и ехали бронетранспортёры ФСБ, а наши соратники едва сдерживали вооруженных агентов своей заражённой слюной. -- Быстро давай! – сказал я, соглашаясь на загадку. -- Висит груша, нельзя скушать, – произнёс Ванючка. -- Боксёрская груша. -- Нет, это твой папаша. Да. Вшить, ха! -- Моего отца убила лиса, вообще-то. -- Нет, я про глубоко разочаровавшегося в жизни дядю Нео Кортекса. Садитесь вы оба. Эти малыши вас ещё догонят. Мы с Наклзом нырнули в машину, и нас чуть не снёс фургон ФСБ, который вовремя был сбит летающими членами Пидоровича. -- Я вас спас и в благородство играть не буду! – крикнул он нам. -- Не переживай, лысый, мы ещё скинемся тебе по косарю, – ответил Ванючка. – Кстати, Наклз, ты вообще не похож на ехидну. Крэшик хотя бы чуток бандикута напоминает. Наш водитель выжал газ до отказа и увёз нас подальше от Кремлёвской набережной. -- Слушай, – начал Наклз по дороге, – э-э-э, как тебя? -- Я Ванючка, я хочу стать БУКАККЕ! – представился Наклзу Ванючка. -- А что значит БУКАККЕ? -- БУКАККЕ – это такой крутой чел, что одного вида его просто хренеешь. -- То есть, сюда можно отнести Соника? Ведь у него очень много фанатов, не то, что у меня. -- Да, выходит, он БУКАККЕ, и тебе надо стать БУКАККЕ! Я заткнул обоих: -- В двух словах: вы – парочка баранок. Ванючка посмеялся, продолжая следить за дорогой, а Наклз возмутился. -- Вообще-то меня короновали, и теперь никто не смеет меня оскорблять. -- А ты лучше не перенимай у этого типа ничего, – сказал я. – Он тебя хорошему не научит. Только посадит на иглу, на мемы, на Доширак и на бутылку. Слава богу, что на Мобиусе, откуда ты родом, этой херни не было. Кстати, Ванючка, Наклз так непохож на земную ехидну по двум причинам: во-первых, он с Мобиуса, во-вторых, его просто вот так нарисовали и смоделировали. -- А мне, выходит, искусственно вбили рожу Макса Пэйна Первого? – спросил Ванючка. – А, э, м… В Бога веришь, Крэшик? -- Я христианство, строго говоря, не исповедую, а в Бога и его сына Иисуса Христа верю. Наклз молчаливо и удивлённо посмотрел на меня, узнав, что я верю в Иисуса, а не в Кортекса. -- Но… ведь… Кортекс позволил тебе эволюционировать, – сказал он неуверенно. – Иначе ты бы так и остался обычным земным бандикутом. -- А кто сделал Вселенную, создал Землю и населил её животными и разумными людьми? – сказал я. – Ведь именно разумные люди потом создали игру, где Кортекс подействовал на меня своим Эволюционным лучом и дал мне разум и антропоморфное строение тела! И вот теперь мы здесь, в одном мире с создателями игр про нас, и то в виртуальном. Потому у нас есть все основания полагать, что Бог един для нас всех. -- Ты же ботаник, о ботаники все атеисты! – заявил водитель. -- Я просто верю, ведь что-то должно было дать начало всему этому. К сожалению, существование бога нельзя рассматривать с научной точки зрения и теологическую теорию происхождения Вселенной нельзя ни подтвердить, ни опровергнуть. -- Куда едем-то, епта? -- Ко мне домой, в бункер. Координаты я тебе отмечу. Блин, Поторотти сказал, что Максу Пэйну не помешала бы наша помощь. Наклз, ты готов к вылазке с заглушенным дробовиком наперевес? -- Да, если меня будет сопровождать… моя «свита». -- Они обязательно придут, моя королева. А пока их нет, я обеспечу вам необходимую защиту. -- Ха-ха-ха! – засмеялся Ванючка. – Это вы, антропоморфы, так развлекаетесь? Лучше вот что послушайте… Напас лавандос!Пачка папирос. Почеши жопу волосней, опрос! Я не обсос, получи в ебасос! Ответь скорее на мой главный вопрос! Яйца болят! Стая котят!Тяжкие дни меня тяготят! Я Александр Друсь!Мое кредо грусть! Якубу насрал на его барабан! Поле чудес Рауль Рамсес !В очке пылает адский замес! Крутится дерьмо и сектор «приз». Мой хуй, он как кипарис! Кончита вурст сосёт хуюрст! На бороде засох кусочек дерьма! -- Ещё раз выдашь что-то подобное, и застрянешь в этом барабане! – пригрозил я. – Мы с Наклзом это устроим тебе в два счёта. Глава 8. Не люди, а звери. (Макс Пэйн) К счастью, мы смогли пересечь воздушные границы Канады, не вызвав международный конфликт. Весь секрет заключался в том, что никакого секрета не было. Мы просто залетели на своём парящем Т-90 в лес к северу от Ванкувера, написали на корпусе танка несколько слов по-английски, выключили чит на полёт и бросили боевую машину на произвол судьбы. Мы добрались до университета в назначенный час. Там нас встретили Крэш, Тейлз, Наклз и Пинстрайп. Первый и последний отрастили себе такую растительность на лице, что я, такой чистый опрятный смотрелся нелепо на фоне обросшего учёного бандикута в крутой рубахе и потору с окладистой бородой. -- Друзья, позвольте мне представить вам (кому-то во второй раз) Лисёнка Тейлза, Ехидну Наклза, Крэша Бандикута и Дона Пинстрипелли Поторотти, – представил я одну сторону другой. – Крэш, Тейлз, Пинстрайп, Наклз, Соника и Шедоу вы уже знаете, так что позвольте мне познакомить вас с Фрэнком Кастлом и Томми Версетти. Крэш и его группа приветливо помахали руками моим товарищам. -- Выходит, вы друзья нашего знаменитого Макса Пэйна? – осведомился Томми Версетти. – Макс Пэйн, я тебе завидую, честное слово. Среди твоих друзей одни антропоморфные звери. -- И один ДЖОН СИИИНАААААААА!!!! – добавил я. – А всё потому что Рауль Пассос позволил кому-то подставить меня. Вот потому Пассос мне не друг. Болдера так вообще поминай как звали. В общем, ты прав, Томми, у меня среди гомо сапиенсов друзей почти нет. Потому что многие гомо сапиенсы – просто придурки, которые собачатся друг с другом из-за всякой херни. Вот эволюционировавшие и инопланетные животные – дело другое. У них у большинства в генах хотя бы не заложено убивать друг друга из-за денег или жажды крови. -- Да, – согласился Соник. – Если убивать, то только если что-то угрожает мне, моим друзьям и невинным людям, а неприятель мне выбора не оставляет. -- Или когда кто-то нарушает твой моральный кодекс, – добавил Пинстрайп. – Ну, так обычно делают аутисты вроде Пэйна. -- А я привык убивать преступников, – сказал Кастл. – И если твои тёмные делишки всплывут наружу, Потору, я тебе вырву глотку. -- Ой, не надо! Я теперь чист как… как дистиллированная вода! -- Мне… похер. -- А вдруг у Дона Поторотти есть стопроцентный натуральный колумбиец, а, Фрэнки? – поинтересовался Томми. -- Тогда я тем более его убью. Эти антропоморфы такие же говнюки, как и люди… Все вокруг ахнули, кроме самого Фрэнка, Шедоу и Томми. -- Ну, и я могу сказать, – продолжил Кастл, – что Соник как Пахом Поехавший насрал мне в тарелку и вымазался в собственном говне. В принципе, так делают все нормальные ежи, возможно даже Эми Роуз. -- А вот и нет, – сказал я. – На самом деле нас с Соником в твою хату затащил Пидорович, и он сказал тебе облевать меня и обосрать Соника. Вот ты, в тарелку насрал и вымазал собственным говном нашего друга, бухнул неровно и заблевал нас обоих. -- Чем ты это докажешь? -- Во-первых, Соник сам по себе никогда не открывает задний проход, только если в его организме действительно скопилась всякая гадость, которую нельзя переработать, во-вторых, у меня есть записи с камер наблюдения, в-третьих, я прочитал твои мысли и узнал из твоих воспоминаний, что именно тебя Пидорович заставил испортить репутацию Соника. И я знаю, он пригрозил присунуть тебе в зад. -- И вы кому верите, молодые люди-звери? – спросил Фрэнк. – Мне или этому очкастому пидору в очках, который только что сказал хуйню? -- Не забывай, я вытащил тебя из могилы и дал тебе молодость, – сказал я Фрэнку. -- Да мне пох**, что ты для меня сделал! -- Ой, признайся, что побоялся лишиться анальной девственности. Говорят, один раз не пидорас. Слушай, если бы мне пришлось выбирать между собственным позором и чьим-то, то я бы выбрал собственный, потому что моя репутация и моя карма точно не могут быть ниже нуля. И на твоём месте я бы… -- Слышь, б****, я насрал и вымазал своим говном Соника, потому что я с позором не могу жить, в отличие от тебя! -- Да ладно тебе! В Овервотч тоже все были кругом пидорасы, которых я бы мог бесконечно позорить. Но ведь дело не в том, трахают человека в зад, пидор он, мажут его говном или нет, а в том, какие поступки он совершает. И по-моему, если бы Соник и впрямь был вторым Пахомом Поехавшим, люди скорее должны были оценить его героизм, а не то, что он какой-то дурачок. -- Да ты просто Сэр Трепло, Макс Пэйн! – сказал Томми. – Ты, всё-таки умеешь словами поставить людей на место. Тебе даже не пришлось задействовать пушку! -- Лучше скажи, что как глубоко мыслит человек! – добавил Крэш. – Эх, если бы у всех людей так был развит разум! Может быть, исчезло бы уголовное право, хотя это возможно, если привить людям мораль на генетическом уровне. -- И ты это сделаешь? – спросил Томми, скрещивая руки на груди словно крутой парень, во всём сомневающийся. -- Конечно, сделаю! – ответил учёный бандикут. – Пинстрайп «ограбит» для меня пару казино, и у меня будет достаточно средств для приобретения необходимых ресурсов и оборудования, хотя я и без этого создаю импланты. Эти штуки пока не дают хороших черт характера, зато за их счёт можно стать сильнее, ловчее и выносливее. -- А откуда тебе знать, что мораль можно заложить генетически? -- Разве это у тебя не в крови убивать таких же отмороженных, как ты, угонять машины, толкать наркоту, заниматься рэкетом? -- Это всё теперь в прошлом… из-за твоего Кортекса. -- Хм… если я смогу полностью деактивировать ДНК преступника, то вполне возможно, что я превращу тебя в примерного гражданина. -- Б**, пожалуйста, я тебя умоляю нах**, хватит п*****ь! -- Ладно, не буду. -- Да, это мы в будущем сделаем, – сказал я. – А сейчас нам надо в Мемориал Парк. Там у нас встреча с Сектором. -- Может, ты пойдёшь один, раз ты теперь Сэр Трепло? – спросил Фрэнк. -- А что, тебе не охота пугать Мейсона? -- Не, я просто хочу сказать, что ты у нас такой святой, а мы все – е***и. Ты ведь хочешь чувствовать себя круче всех? -- Я вас всех очень сильно люблю, ребята. Но некоторые из вас ведут себя, как последние идиоты. Хоть бы раз постыдился того, что даёшь плохой пример, Кастл. То, что твои близкие мертвы, не даёт тебе никакого права всех вокруг ненавидеть и нести негативную энергию. Я это на своём примере понял. -- Прислушайся к Максу! – сказали вместе Крэш и друзья Соника. Фрэнк сделал такое лицо, как будто навернул говна, причём моего. Он выхватил нож, чтобы перерезать мне горло, но у Соника хватило скорости реакции, чтобы прыгнуть на Кастла и повалить его. -- Он полез на Макса с ножом! – возмутился Наклз. – Заплюйте его! -- Не надо! – сказал я. – Так он нас всех убьёт! Пусть он немного поспит. Или как мне с тобой поступить, Фрэнк? Напомнить, что мораль превыше всего? -- Да, похоже ты прав, – сказал Фрэнк. – Я не убиваю невинных. Ты на самом деле не виноват ни в каких преступлениях, ровно как и все эти люди, за исключением Версетти. Но его я прощу. -- Уф-ф, а я уж думал среди нас не люди, а злобные звери в обличие людей! – сказал Тейлз с облегчением. -- Возможно, тебе есть, чему радоваться, лисёнок, – сказал я. – Будем надеяться, что Сектор не объявит меня предателем родины за мой русифицированный американский акцент. Я пока для вашей безопасности пойду один, а когда буду уверен, что всё хорошо, позову вас. Усекли? -- Да, – ответил Крэш. – Иди.Кстати, не мог бы дать мне свою Беретту. Я могу посмотреть, что могу с ней сделать. -- Ладно, бери. Всё равно у меня с собой охапка обычных стволов. Я отдал Крэшу Беретту для улучшения. Приехал в Мемориал Вест Парк на материализованной БМВ Семёрке, которая смотрелась на фоне футуристических тачек не самым лучшим образом, и подождал полчаса до прихода самого Дэвида Мейсона. Он оказался не один, а с отрядом вооружённых до зубов десантников. -- В чём дело? – спросил я. – «Проверенные» источники сказали тебе, что я русский шпион? Хрена с два, приятель. Америка приговорила меня к смертной казни за то, что я был слишком опасен для теневых структур, поэтому я пустил корни в России, где я могу бороться с преступностью сколько мне влезет. Однако я всё равно люблю Америку. Только не говори русским, а то они меня в асфальт закатают. -- Ладно, поверю, что ты не шпион, – сказал Сектор. – Отряд! Опустить оружие! Объект не является вражеским шпионом. -- А что, у вас война с Россией? -- Пока нет, но никто знает, что этому Навальному в голову взбредёт. Казалось бы, он за мир. -- А оказывается, ему надо было всего-то устроить тотальный хаос в России. Если Собчак или Путина не найдём, придётся посадить в кресло Президента РФ кого-то из наших. -- А где эти «наши»? -- Сейчас позову. Я сказал своим ребятам, что всё в порядке и можно прийти в Мемориал Вест Парк. Через пару минут мой отряд объявился. -- Это твои друзья? – недоверчиво осведомился Сектор, глядя на группу, состоявшую из шести антропоморфных животных и двух людей. -- Да, – ответил я. – Ты ведь их знаешь? Оказалось, что за всю свою жизнь, посвящённую службе в армии США, Дэвид так и не узнал о существовании Соника, Крэша и других. Последние представились Мейсону, и нашему дорогому командиру десантников всё стало понятно насчёт того, откуда эти существа, которых я называю своими друзьями, вообще взялись. -- Они из игр, как и мы с тобой, Сектор, – объяснил я. – Ну, теперь займёмся Менендесом, главой «Кордис Ди». -- А откуда тебе знать, что именно Менендес возглавляет «Кордис Ди»? – удивлённо спросил Дэвид. -- Разве Фрэнк Вудс тебе ещё не рассказал? Ладно, Шедоу расскажет. Он мне рассказал – расскажет и тебе. -- Я не знаю Менендеса! – заявил Шедоу. – Мамой клянусь! -- Полностью оправдан, шучу, – сказал я. – Просто знаешь, Шедоу, Мейсон не поверит мне, если приведу тот факт, что играл за него в «Блэк Опс 2». Вдруг, если мы в реальном мире, то здесь и не Менендес вовсе один из главных злодеев? Ну, скажешь хоть слово? -- Я отказываюсь говорить. -- Не-е, ты что-то сказал про Менендеса и Никарагуа, и я хотел бы, чтоб ты продолжал. -- Ну, что я могу тебе сказать? Просто псих двинутый, и всё. -- А что если я скажу, что верну тебе часть суперсил, которые у тебя отняли, научу вновь бегать быстро, как Соник, и замедлять время? -- Это вообще ничто по сравнению с той убийственной, разрушительной силой, которой я когда-то обладал! -- Да ну, я презираю неоправданное убийство и чрезмерное насилие над людьми в припадке бессмысленной ярости. Хотя я и отправляю на тот свет немало плохих парней. Зачем тебе разрушительная сила титана-недоростка, когда у тебя есть пистолет, чтобы убить неприятеля, и гранатомёт, чтобы уничтожить его технику? -- Придёт время, и ты поймёшь. -- Ладно, будем надеяться. А пока расскажи Мейсону и остальным, кто рулит «Кордис Ди». По-братски расскажи. -- Человек мне не брат. Да и этот синий пидорас тоже. -- Фрэнк, что ты там говорил про новые методы допроса? – спросил я Фрэнка. -- В смысле? – не понял Кастл. -- В смысле дай Шедоу под дых, приставь к нему ствол, заставь отжиматься, сделай что угодно, лишь бы развязать ему язык. Шедоу вывели вперёд и предоставили его Карателю, и наш достопочтенный борец с преступностью начал допрашивать чёрного ежа, бывшего преступника. -- Говори, скотина, кто рулит «Кордис Ди»! -- Иди в жопу, Каратель! План Пэйна не сработает! – ответил Шедоу. Фрэнк несколько раз приложил к ежу свою руку в перчатке, защищавшей от иголок. То он бил по животу и по морде, то тыкал мордой в землю, то душил. Наконец-то выдавили из него хоть слово, однако это было не то, что я ожидал. -- Свободу ворам, хер мусорам! – выкрикнул Шедоу, испытывая страшную боль. Я приставил к ежу свой пистолет и сказал: -- Ты не думаешь, что после пыток любая смерть кажется ужасающей? -- Ладно-ладно, ублюдки! Менендес возглавляет крупный наркокартель, а также крупнейшую террористическую организацию «Кордис Ди» и называет себя Одиссеем. Он разрабатывает совершенные технологии технического камуфляжа, выпускает копии оружия со всего света, вооружает миллионы солдат, строит своих дронов и собирается свергнуть капиталистический режим во всём мире. Теперь ему ещё и доктор Эггман помогает. Этот так вообще построил корабль, чтобы летать по разным планетам, похищать животных и превращать их в роботов, но пока что он дальше Земли и Мобиуса не пошёл. -- Охренеть и не встать! – сказал Томми Версетти. – Вот сколько может знать один бармен! Не зря я, оказывается, тусовался в Норильске. -- Если это действительно так, как сказал Шедоу, то мы столкнулись с очень серьёзной проблемой, – сказал Дэвид. – Нам, похоже, придётся как можно скорее уничтожить Рауля Менендеса и доктора Эггмана, во чтобы то ни стало! -- Эггмана, конечно, мы можем убить, если только Соник не возражает, – сказал я. – Ты же не будешь скучать по этому Работяге, партнёр? -- По этому лентяю и неудачнику? – уточнил Соник. – Нет, конечно! -- Тогда тебе придётся бороться с другими злодеями. Дэвид, Менендеса не трогаем. Как я уже сказал, его смерть приведёт к массовому восстанию его сторонников. Ты же знаешь, как многие бедняки, «пострадавшие» от нашей «несправедливой» системы любят Одиссея и поддерживают его? -- Да уж, – согласился Мейсон. – А ты хочешь вправить им мозги на этот счёт? Не выйдет. -- Не выйдет, потому что они в основном необразованные. Они не понимают, что для выживания в свободном капиталистическом обществе надо либо много работать, либо конкурировать с другими людьми за право быть лучшим в своей сфере и возможность зарабатывать много денег. Они пока всё понимают только через кровь и насилие… или кнут. Пока наши учёные не придумали технический материализатор и способ привить людям совесть и нравственность, беднякам придётся бороться за право на существование и самостоятельно развиваться духовно. Только потом мы сможем либо работать для саморазвития, либо бездельничать, как это все любят делать. Соник, как думаешь, мы должны держаться за капитализм, пока мы из воздуха не сможем создавать всё, что нам надо? -- Мне-то что капитализм? – спросил Соник. – Система есть система, а я привык собирать кольца и проводить беззаботно время на пляже. Что может быть лучше? -- Не знаю… Наверное, я бы предпочёл сидеть за компом и составлять программы или просто рубиться в «Танки» вместо того, чтобы бегать с пушкой и убивать людей. Но пока Крэш не распылит лекарство от бессовестности и аморальности, я так и буду всех преступников и террористов мочить. Может быть, я ещё могу выполнить для других копов грязную работу или сорвать банк в казино, а потом удачно вложить капитал в какую-нибудь IT-компанию. А могу заработать денег на хакерстве. Соник, мы говорим не о том, как беззаботно проводить время на пляже или собирать кольца. Мы говорим о том, как обеспечить себя необходимыми для жизни ресурсами. Тебе одних колец хватает? Сколько их у тебя? -- Сначала у меня был целый капитал – 15 тысяч колец! Но после того, как я получил пулю в живот, у меня осталось всего триста. -- Отсоси у тракториста! – произнёс Томми. – Лично я могу ваще ничего не жрать, и мне ваще пох*ю, что в меня попадает, так как я от каждого удара теряю не более пяти ХП. Как я уже сказал, меня хоть с какой высоты сбрось – я выживу, если моё здоровье не слишком сильно подорвано. Однако если кто-то возьмёт в руки MP5 или другой ствол SMG-типа – мне п**да. Прикиньте? -- Тебе везёт больше, – с завистью сказал Соник. – Для меня вообще любой удар при отсутствии колец фатален. -- А я тоже раньше откидывал лапы после первого удара! – заявил Крэш. – А теперь сколько меня не убивай – я живой, пока я способен выдерживать пулевые ранения с бронёй и без, сижу на таблетках или ем фрукты вумпа. Макс, по-моему, Соник должен был измениться. Ведь так или иначе квантовый выброс на него подействовал, хотя по началу и не в полной мере. Выстрели ему в ногу из своей 92F. Я надел глушитель на свою обычную Беретту. Сонику очень сильно не понравилась идея Крэша выстрелить ему в ногу, и он затрясся в то время, как его друзья смотрели на происходящее, как на должное. Наклз так вообще ушёл в дозор. -- Только не в ногу! – заявил Соник. – Я должен быстро бегать! Да и вообще по своим стрелять нельзя! -- А как Папаня из «Пипца» тренировал Убивашку? – спросил я. – Всё то же самое, только ты без бронежилета и с кольцами, которые на этот раз не должны посыпаться. Я тебе обещаю, что будет не слишком больно! Только не думай о том, что сейчас ты потеряешь кольца после первого выстрела, а после второго провалишься сквозь землю. Ты уже не до такой степени смертный. Я выстрелил в Соника, однако кольца из него не посыпались. Только лишь началось венозное кровотечение в левой ноге, однако мы это быстро исправили. Крэш в добавок прямо на месте вживил Сонику имплант для регенерации клеток. -- Теперь ты у нас второй Джеймс Логан, – сказал Крэш, – только ты вооружён не когтями, а иглами и всеми возможными видами оружия. Кстати, что ты предпочтёшь из имеющихся стволов? Беретту, Лупару (обрез по-сицилийски), лазерный пистолет или Инграм? Миниган мы пока не можем тебе дать. Соник посмотрел на то оружие, что было у меня под пиджаком, потом на то, что показывал Пинстрайп, открывший кейс с оружием по велению Крэша, потом на штатные автоматы и пистолеты-пулемёты отряда Сектора. -- Хм-м… Если я пока не имею права носить более крутые стволы, как у Сектора например, то я предпочту Беретту, – решил Соник. -- Вот это мой кореш! – сказал я, давая Сонику перезаряженный ствол, которым сам же его ранил, и дополнительные магазины. – Беретта 92F – самый тот пистолет для новичков и профессионалов. При должном уходе никогда не заклинит, и если у тебя большие руки, то тебе будет удобно держать такую громадину в руках. Однако это не тяжёлый, неподъёмный Дигл, и тут целых 15 патронов 9мм, чего достаточно, чтобы остановить убегающего преступника или прострелить голову, при этом не разрывая череп на части. Учти, что против брони не попрёт. Единственное, чем он хорош в отличие от лазерного пистолета – простота в обслуживании и возможность бесшумной стрельбы. Но, может быть, у тебя будет свой высокотехнологичный пистолет с системой самообслуживания. Ты ведь это устроишь, Крэш? -- Конечно, Макс! Моему воображению нет предела, а моих познаний достаточно, чтобы создавать новые классные изобретения! -- Ребята, – перебил нас Наклз. – Кажется, к нам бежит Ванючка. -- ЧТО!? – удивился Крэш. – Мы же его заперли в крио-камере и оставили под присмотром Коко и Джона! Как он!? И к нам прибежал этот надоедливый клон, на этот раз не только в брюках, туфлях и куртке с надписью на спине «В@NЮ4К@», но и в шапке-маске бойца. Не подходя к нам близко и кривя рожу, он крикнул на русском: -- Я насрал на барабан! -- Что за ерунду он несёт? – спросил Сектор. -- Неважно, – сказал я. – Шутит про фекалии. Хотя нет, он на самом деле хотел сказать, что со своим микрочипом, определяющим его местоположение, привёл в бункер Крэша солдат Циглер, и эти ублюдки схватили Джона, Эми, Коко, Нину и Стикс, а Пойнтмен сбежал. Потом клоны освободили Ванючку, чтобы он мог с помощью ничего не подозревающего Аку-Аку или Пидоровича, подслушавшего наш разговор с Сектором, добраться до нас, чтобы по нам можно было провести ядерный удар. И я уже по своим сенсорам вижу, что к нам приближается Тополь, запущенный с территории России. Если я не успею вовремя взломать ракету, нам хана, а Штаты будут вынуждены на стороне Канады объявить войну России. -- Насколько к нам близка боеголовка, раз ты такой обеспеченный технологиями? – спросил Каратель. -- Ей лететь до нас где-то минут десять. Её только-только запустили из Владивостока. Вонючка, насколько я понимаю, подал сигнал, и у меня есть все основания считать, что это, всё-таки, подлость Циглер и Навального. Циглер решила, что я вообще не использую телепатию, хотя на самом деле… О, щас попробую взорвать ракету в воздухе. Я подключился к ракете через спутник и начал взлом. Подходящего кода отмены у меня не было, поэтому пришлось допросить Вонючку. Спасибо Фрэнку, мой клон заговорил. Ответил, что код отмены – ЦИГЛЕРСАССИДОРСОС22863777, причём на русском языком языке с английской раскладкой. Соник скорее спёр для меня первую попавшуюся русско-английскую клавиатуру, и по ней я ввёл код. Мои сенсоры показали, что ракета взорвалась в воздухе где-то над Тихим Океаном, не долетев до крайнего западного медиана Аляски. Ещё б чуть-чуть – и началась бы ядерная война, которая могла бы стереть человечество с лица Земли, что, возможно, и хотела Циглер. Гора трупов людей, убитых смертельной взрывной волной или неизмеримой дозой радиации – отличный материал для проведения опытов по воскрешению и зомбификации. В любом случае взрыв одной ракеты я предотвратил, и все вокруг меня обрадовались, когда узнали о том, что катастрофа предотвращена. -- Рано радоваться, – сказал я. – Нам ещё надо выяснить мотивы Пидоровича, освободить моих друзей и друзей Соника и убить Ангелу Циглер. Сектор, ты по-прежнему ответственный за Менендеса, и за тобой я оставляю Томми, Пинстрайпа и Кастла. Остальные мне нужны для проведения спасательной операции. -- Ты хоть знаешь, где искать пленников? – спросил Сектор. – Мне кажется, ты просто из головы всё берёшь. -- Да, конечно, я знаю! В логове той самой Циглер. -- А как туда попасть? – спросил Наклз. -- Через «Парк Ванкувер», – подсказал нам Ванючка. – Пидорович сказал, что там есть секретный бункер. Можем просто ворваться туда и жахнуть Циглер или Пассоси, нажав на «Space». -- Тогда скорее бежим! – решил Соник. – Если кто-нибудь хоть иголку тронет на голове Эми, я такое устрою! И наш синий ёж со скоростью звука побежал на северо-восток, к тому самому казино. -- Ты куда, парень!? – крикнул я вдогонку. Я раздал товарищам по гарнитуре, сказав, что канал должен быть двадцать третий, прыгнул в машину вместе с Крэшем, Тейлзом, Наклзом, Шедоу и Ванючкой, и мы скорее погнали в «Парк Ванкувер». Пока мы доехали, Соник уже успел вынести дверь, обезоружить и перебить нескольких охранников, вставших у него на пути к бункеру. Возле дверного проёма валялась Беретта с глушителем. Я забрал пистолет с собой, чтобы полицейские не приняли за улику, хотя отпечатков пальцев Соника на рукоятке не было. Скорее всего ёжик оторвал дверь и отдубасил недружелюбных охранников как следует. -- Господи, спаси и сохрани души моих друзей и близких, – помолился я, перекрестившись. -- Ты бы ещё проповедовал свою религию на Мобиусе! – сказал Наклз. -- Оставь комментарии при себе, товарищ ехидна. К тому же я не собираюсь кого-то неволить и обращать в христианство. Тем более на Мобиусе. -- Пока мы не пошли, я хочу вернуть тебе Энерго-Беретту, – сказал Крэш, отдавая мне мой пистолет. – Теперь из твоего оружия можно пробить броню танка. -- Ого! Спасибо. Пригодится. И мы пошли скорее в туннель в бункер через подсобку казино. (Тем временем…) Сумасшедший бородатый колумбиец в чёрно-фиолетовом костюме и бледнокожий крашеный жирдяй ходили взад и вперёд перед тремя мужчинами-людьми, тремя антро-бандикутами, ежихой, летучей мышью с Мобиуса, огромным котом, барсучихой и зайчихой оттуда же, причём все были прикованы к металлическим стульям и одеты в самые разные наряды Макса Пэйна, наряды, которые я успел на себе примерить за всю свою жизнь. -- Владимир Владимирович, – обратился один мужчина к другому. – А мы с вами точно наркотики не принимали? -- Нет, Дмитрий Анатольевич, – ответил другой. – Если бы мы принимали наркотики, мы бы протрезвели от наркотического опьянения спустя небольшой промежуток времени. А мы с вами наблюдаем, как персонажи из компьютерных игр захватывают нашу реальность, и нас не отпускает уже четыре года. С тех пор как Шедоу из «Соника» передал нам привет от Алексея Навального. Я ничего не мог с этим поделать. -- Шедоу!? – удивилась летучая мышь. – Я думала, Шедоу погиб или пропал без вести на вашей планете. А он точно «передал вам привет от Навального»? -- Да-да, уважаемая, – подтвердил Владимирович. – Мы с Дмитрием еле ноги от него унесли, когда он устроил погром в здании Парламента во время заседания. Возможно, я бы мог предотвратить это, если бы сдержал слово перед Россиюшкой и поборол коррупцию. Только вот моя жизнь зависела от коррупционеров, и я не знал отходных путей для случая борьбы с ворами. И у какого дурака возникла идея привнести в России демократию сверху? У того самого Горбачёва? -- А что плохого в том, чтобы привнести демократию сверху? – спросил бандикут-качок. -- Включите логику, мистер Качок. Когда демократия идёт снизу, от народа, это называется работа государства на народ и их взаимная ответственность друг перед другом. А когда сверху – это уже вседозволенность в государственном аппарате. Из-за этого мы докатились до того, что стали жить хуже каких-то китайцев. А тем временем китайцы со своим тоталитарным режимом перешли к капитализму и стали о-го-го как жить. Что за идиоты до меня стояли у власти? -- Может, тогда привести кого-нибудь из наших к власти? – предложила бандикут-девушка. -- Из «ваших»? Ага, и потом пойдёт культ личности этого персонажа, и россияне бросят работу, будут играть только в его игру. Нет уж, спасибо! Лучше, если я подниму Россию с колен… или Собчак это сделает. -- Мы теперь живём в одной игре с вами, – сказал бандикут-коротышка. – Смиритесь с этим, Владимир Владимирович. Всё равно в России к власти придёт кто-то с Мобиуса, из Австралии или из Америки. Я б, наверное, доверил такую ответственность Крэшу, потому что у него с мозгами теперь всё в порядке. -- Этому лису под кокаином!? Б***ь, куда я попал!? -- Ты попал в настоящий кромешный ад, Вовка, – сказал колумбиец. – И теперь, я хочу, чтобы ты изобразил мне злобного лысого жирдяя, вроде Макса Пэйна. -- Макс Пэйн теперь бандикут! – возразила бандикут-девушка. -- Да нет, он лысый! – сказал Дмитрий. -- Да нет, он ёж! – вставил кот. -- Он вообще человек бородатый волосатый худой и в чёрно-сине-сером светящемся костюме! – сказал жирдяй. -- А вот и неверно! – сказал колумбиец. – Все варианты правильные и неправильные. Макс Пэйн многоликий. У настоящего Макса Пэйна есть одна особенность – он может менять свой облик, причём так, что ему завидует сама Рейвен Даркхолм, сама Мистик. Пидорович назвал вам последний облик Макса Пэйна, который он принял… Вовка, давай, скажи что-нибудь из рубрики Макса Пэйна! Ну, давай! Ради Пассоса! Ради лучшего друга! -- От*****ь! – выругался самый вежливый из людей, Владимир Владимирович. -- Ладно, Путин, я пристрелю твоего фальшивого дружка. И Пассос убил Дмитрия Анатольевича из своего Дигла. -- ДИМООООООООН!!!! – прокричал Путин, и Пидорович, крашеный жирдяй, подхватил его усиленной «Привет Морриконе». И тут в комнату ворвался синий ёж, чтобы всех спасти, но он опоздал – один был убит. -- Ага! – сказал Пассос. – Ты пришёл, чтобы освободить своих друзей, Соник? Ну-ка, Пидорович, напомни, какие силы ты впитал? -- Силу Жнеца из «Овервотч» и чуток силы Шедоу, х**е? – ответил Пидорович. – Да и вообще я могу стать… Красочная гейская одежда Пидоровича почернела, а его глаза стали чёрно-красными. -- …Я могу стать Пидорович.EXE!!! – произнёс он демоническим голосом. -- Синего с прогиба! – крикнул Пассос. – Кидай в прогиб синего неверного! Пидорович превратил свои пальцы в длинные щупальца и стал пытаться достать ими Соника, но у него не получалось, так как всё происходило слишком медленно. И тут Пидоровичу пришла в голову ужасная идея, которую он тотчас реализовал. Он превратился в тёмно-зелёный туман и окружил Соника. Для ежа отвратительный запах был не такой большой проблемой, как невыносимая боль в голове и голос в ушах, который говорил: «Братишка, я тебе покушать принёс!» Рано или поздно Соник должен был задохнуться или умереть от кровоизлияния в мозг, и я это отчётливо понимал просто по тому, что я видел на мониторе видеонаблюдения. У меня был один единственный способ спасти своего товарища: включить вентиляцию. Так я и сделал. Тёмно-зелёный туман засосало в вентиляционную шахту. -- НЕЕЕЕ АРА!!! – закричал Пассос. – ЁБ ТВОЮ МАТЬ АРА ТЫ ЧЁ!!!??? ТЫ ЧЁ ДЕЛАЕШЬ ЁПТА!!!??? АААА!!! -- Быстро к камерам! – приказал я. – Приготовьтесь стрелять по Пассосу и его охране как только я крикну. Хорошо? Там заложники, так что советую воспользоваться прицелом на пистолетах и автоматах. Ни в коем случае не стреляйте из дробовиков. Мы скорее взяли нужное оружие и зашли в зону камер. Как ни странно, Пассос взял в заложники ослабшего Соника, приставил к нему пистолет и сказал: -- Макс Пэйн, мой лучший друг! Как я рад тебя видеть! -- О, привет. Ты убил Димку, Пассос, и сейчас собираешься перестрелять Соника и его друзей, – сказал я. – Что ты можешь сказать в своё оправдание? -- То, что Вовка не постарался ради меня. Я хотел, чтобы он изобразил тебя, злобного лысого жирдяя в майке. -- Меня!? – удивился я. – Ты хотел, чтобы Путин изобразил меня!? Да он бы… Слушай, что ты за дичь несёшь? -- То, что ты не Макс Пэйн, епта. -- Может и ты не Пассос? Может, ты какой-нибудь маленький крашеный гастербайтер, который приехал с гор на Ладе Приоре? -- Сюда? В Канаду? Да ну нах. Я б тогда не имел возможности заглянуть в бар «Уолтонс» и предложить тебе работу! -- М-да. Воспользовался случаем и подставил меня. А теперь просто прёшь против меня и моих друзей. Разве твоя жизнь стоит того, чтобы ты шёл по пути тьмы? -- Я просто делаю, что хочу! Я же невменяемый! Разве невменяемому нельзя? -- Невменяемость – не оправдание. Тебе достался несчастливый билет. Я включил замедление и, чтобы случайно не задеть пленников, выхватил Беретту с глушителем и выстрелил Пассосу прямо в мозг. -- Контрольный выстрел был! – сказал я. -- Ну, хоть все живы? – спросил Крэш, освобождая одного за другим Кота Бига, Зайчиху Крим, Барсучиху Стикс, Эми Роуз, Летучую мышь Руж, Коко и Кранча, уже не главного злодея Кортекса, Джона Сину и бывшего Президента РФ, Путина. – Кстати, если кто не понял, это ваш спаситель – Макс Пэйн. -- Фу-х, спасибо, – буркнул Владимир Владимирович. – Сейчас бы с… -- Тсс! – шепнул я. – Только без матов, Владимир. Если у вас есть какие-то претензии, обращайтесь к Кортексу. Это он вывел нас на первый уровень. -- Да, это я! – подтвердил Кортекс. – Я же тут самый главный злодей! Я раскаиваюсь в своих преступлениях. -- Кстати, Владимир, каково вам было, когда Навальный с помощью Шедоу сместил вас? -- Я был в шоке, мистер стрелок-в-буллит-тайме. Когда объявился Шедоу, я подумал, что кто-то распылил наркотики в здании Парламента, и у меня начались глюки. Но потом оказалось, что всё было по-настоящему, когда он начал убивать чиновников, которых я кормил целых 19 лет! -- Туда коррупционерам и дорога. Кстати, почему бы не ввести в России не ввести смертную казнь за воровство из государственной казны? -- Макс Пэйн, что вы говорите! – ужаснулась Эми Роуз. – Это же бесчеловечно! -- А у вас на Мобиусе какие наказания предусмотрены за уголовные преступления? – спросил я. -- Да эти тупицы до того отсталые, что никто из них не может додуматься обокрасть или убить кого-то другого, ха-ха-ха-ха! – сказал Кортекс. – Какой им нахер Уголовный Кодекс!? У них же есть Соник и его команда! -- Просто, понимаете, дорогие друзья, люди – это такие животные, которые просто не понимают какую ответственность они за себя и за других несут, – начал я. – Человеку, который высоко поднялся по иерархической лестнице всё мало и мало власти, и поэтому он в корыстных целях обзаводится связями, устраивает войны, грабит тех, что снизу, а вторые в свою очередь либо всё терпят, либо воруют, убивают, делают очень нехорошие вещи. Животные с Мобиуса хотя бы ограничиваются мелким хулиганством. Шедоу я ещё могу простить убийства, потому что он такой же линчеватель, как и я. А знаете почему вы все такие милые и пушистые, а люди в основном злые и жестокие? Всё дело в генах, и кому-то Крэш уже дал понять. -- Кстати, я тебе не рассказывал, Макс? – спросил Крэш и тут же уточнил: – У нас случился небольшой инцидент: Пойнтмен стал каннибалом и чуть не поглотил меня вместе с Аку-Аку. Он успокоился, только когда я превратил его в лиса и назвал его Северус. Возможно, если я превращу большую часть людей в животных-антропоморфов, то мне удастся избавить их от гена жестокости. -- Я же говорил, что он совсем отбитый!? – сказал Кортекс. – Из меня даже ген злодея не вышел, когда я превратился в бандикута! Крэш, прекрати уже нюхать кокаин! -- За кого ты меня принимаешь, Нео? -- За кого я тебя принимаю мы уже разобрались, вопрос только в цене. Вшить, ха! -- Ха-ха-ха-ха-ха! – посмеялся я. – Смешная шутка и отличная попытка надругаться над Крэшем, урод. Взгляни на себя, Нео, разве ты уже похож на злодея? Да ты скорее жалкая пародия! -- А вот и нет! -- Пидора ответ! – сказал Ванючка, смеясь. -- Всё, вы меня достали, – сказал Путин. – Дайте мне пушку, и я застрелюсь нах. -- Ага, решили пойти к смерти лёгким путём, Владимир Владимирович? БЕЗ ОЧЕРЕДИ!!?? – осведомился я, говоря по-русски. – Поверьте мне, для вас лучшим наказанием будет остаться в живых. -- Почему вдруг наказание? – удивилась Крим, возможно, понимавшая либо русский язык, либо мои мысли. -- Мне тоже интересно, – вставил Биг. -- Да потому что жить трудно, а бесславно умереть легко – захотел сдохнуть и сдох, – объяснил я уже на английском. – Это у вас, на Мобиусе райский уголок, только смотри, чтобы никто не спёр изумруды хаоса. Кстати, я бы хотел превратиться в серо-синего ежа с бородой и поселиться на Мобиусе. -- И я стану жить, глядя, как разваливается моя страна? – спросил Путин. -- Да не переживайте, Владимир Владимирович! – сказал Соник. – Мы восстановим Россию. -- Только русский может восстановить Россию, а вы не русские. Вы нелюди какие-то. Всё, я пошёл отсюда. -- Стоять! – приказал я. – Вор должен либо отрабатывать, либо сидеть в тюрьме…, либо проходить психотерапию. -- Так вы же сами сказали, что для меня лучшее наказание – остаться в живых. Где логика в ваших действиях, мистер Пэйн? -- Если вы останетесь с нами, и сделаете всё, что я вам скажу, у вас будет шанс восстановить Россию и сделать её правовым государством. Вы вернётесь на свой пост и сделаете всё, чтобы русскому народу было лучше. -- Навальный уже сделал лучше русскому народу: разрешил гей-парады во всех городах России, и… Кстати, когда я скрывался в Европе, я ни слова не слышал о внутренней политике российского правительства. -- На Параше открылся портал в Уганду, и Ноклсы посыпались оттуда, как семки из разорванного пакетика, УУУИИИИИИИ!!! – сказал Ванючка. – И эти Ноклсы теперь живут в России и распространяют особую разновидность эболы, которая со временем превращает обычных землян и мобиан в Уганда-Ноклсов. -- *ругается на русском матерном* Я не собираюсь среди дегенератов жить! Всё, я сброшу туда ядерную бомбу! Прощай, Россия! -- Ванючка, хоть бы раз придержал язык! – наехал я. -- А чё и на барабан насрать нельзя!? -- Предоставь это тому, кто сочинил эту херь. Ну, хрен с ним. Сейчас важнее связать руки и ноги Владимиру Владимировичу и устроить ему психотерапию. -- Но ведь ты же и сам псих, – отрезал Кортекс. – Да и вообще кто станет воспринимать нас всерьёз? Только Джон Сина. Ты разве не понимаешь, что никто из нас не в состоянии лечить психически больного Путина, а тем более связать ему руки и ноги? -- Вообще-то, я могу создавать временные аномалии, а ещё я захватил с собой наручники. -- Что, он как арестованный вор будет, что ли? – спросила Руж. -- Да. И ты тоже, если выяснится, что ты больная на всю голову. Я нацепил на руки Путина наручники, и, похлопав по плечу, сказал ему: -- Вы только держитесь, Владимир Владимирович, и всё пройдёт. Помните, как Дмитрий Анатольевич говорил крымчакам? «Вы там держитесь!» Чтобы его смерть не была напрасной, сожмите волю в кулак и лечитесь, а я со временем освобожу вам руки. -- Вы правы, Макс, – согласился Владимир. – Кажется, мне стоит смириться с текущей ситуацией. Хотя, у меня ещё есть свои счёты с Шедоу и Кортексом. Что вообще случилось? -- То, что по идее не должно было случиться. -- Кстати, а где Тавна? – спросил Крэш. – Я помню, с вами ещё была Тавна Бандикут. Через интерком мы услышали сначала оглушительный эффект обратной связи, а потом голос самого Навального: -- Тавну я заберу с собой. Если ты, Крэш, не хочешь, чтобы ей было плохо, перестань на меня охотиться. Ты же на хищника не похож вовсе. Так какой-то тупой зверёк, возомнивший себя спасителем мира. И что ты выберешь? Спасти страну от президента-аморала или сохранить жизнь самочке, которая променяла тебя безмозглого на злого потору? -- Я публично пущу тебя на фарш, урод! – выпалил Крэш. – Тавна, я спасу тебя! -- Похоже, любой, кто скажет про твой дебилизм, окажется прав. Ты готов к тому, чтобы Дон бородатый Поторотти открутил тебе башку? Тогда убей меня. -- Мне всё равно, что ты говоришь, и я тебя уничтожу! Крэш выбежал из комнаты с камерами, чтобы спасти свою бывшую подругу, и мы услышали череду непрекращающихся пулемётных выстрелов. -- Надо помочь Крэшу с солдатами, пока они его не угандошили, – решил я. – Но сначала ты, Ванючка, расскажешь, что тебе известно про Навального и Тавну. -- Навальному и Тавне, по словам Пидоровича, имплантировали детонатор и ядерную бомбу соответственно. Если Тавна умрёт, Навальному хуже не будет, а вот если Навальный умрёт, то Тавна взорвётся, и умрут все. БУУУУМ!!!! -- В головы имплантировали? -- Ага. -- Значит, если мозг Навального прекратит свою работу, то сканер на детонаторе заметит это и даст сигнал взорвать мозг Тавны и всё, что находится вокруг её головы. *ругаюсь английским матом*. Крэш, стой, блин! Ты их щас обоих убьёшь! Я скорее рванул за Крэшем, чтобы остановить его, но он, видно, вышел из себя после того, как Навальный упомянул Тавну, и стал лазерным пистолетом кромсать ублюдков-джаггернаутов, которых не спасала даже пуленепробиваемая броня. Ему не понадобилась даже чья-то посторонняя помощь, чтобы разобраться с врагами, и он чуть ли не со скоростью Соника побежал убивать Леху. -- Стой! – крикнул я, пытаясь нагнать его в коридоре. – Это ловушка, дурачок! -- Не мешай мне спасать Тавну от этого пидораса! – отрезал Крэш. -- Ты сведёшь в могилу нас всех! -- Макс, останови Крэша! – кричали мне вдогонку Тейлз и Коко. – Он сошёл с ума! -- Четыре года! – произнёс Бандикут-герой. – Теперь ты заплатишь за то, что сотворил с Россией! Я уже пробежал за Крэшем весь туннель, убил вместе с ним кучу наёмников и пересёк полказино, а он всё рвался вперёд. Всё таки, я нагнал его, когда мы вместе вышли из заведения. Там, на улице прямо в задней кабине машины скорой помощи стоял Навальный, приткнув пистолет к голове Тавны. Я замедлил время чуть ли не до полной остановки, выстрелил Навальному в правую руку из своей Энерго-Беретты и, пока пуля летела, попытался отыскать бомбу на Тавне. Оказалось, что местом хранения освинцованной ядерной боеголовки оказался живот женщины. Я просто отключил боеголовку от детонатора и выключил её насовсем. Навальный взвизгнул от боли и выронил «Пернач», когда пуля прошла свозь кости его руки, и попытался левой рукой выпихнуть Тавну, но я тут же подхватил самку бандикута, хотя машина находилась аж в пяти метрах от меня, и мы с Крэшем вместе прострелили голову Навальному, пока он не успел скрыться. К нашему счастью, бомба не взорвалась, когда от детонатора, выпавшего вместе с ошметками мозга, поступил сигнал. -- Есть!!! – воскликнул Крэш. – Ха-ха!!! Получил, чёртов ублюдок!? Зря ты имел дело с этой злодейкой! Крэш Бандикут рулит! Крэш Бандикут рулит! Ю-ху! -- Не забывай, у Навального в башке был детонатор, который подорвал бы ядерную бомбу, спрятанную в животе Тавны, – сказал я, одной рукой пряча пистолет, а другой придерживая спасённую. – Если б я своими перчатками не отключил бомбу, ты бы сейчас так не ликовал. -- Э… ЧТО!?!!? – удивился Крэш. – Что ж ты сразу не сказал!? -- Я думал, что... урод всё равно должен получить по заслугам, поэтому тормозить тебя не стал, а сам взломал боеголовку. Так что прости, но… -- Тебя всё равно будут считать героем дня, – завершил Крэш. – Да, пожалуй. Ты наш герой. Без тебя мы бы тут все полегли. Спасибо. -- Не стоит благодарности. Просто я хочу быть в своих глазах хорошим человеком. -- Да и помешать планам Циглер ты тоже не против. -- Возможно. Кстати, это всё Вонючка мне рассказал про бомбу, так что хочешь-не хочешь, а ему отдать хоть какую-то долю благодарности ты должен. Может, он временами на стороне Циглер играет, но со мной он охотно делится любой информацией, в том числе и той, которая может спасти жизнь нам и многим невинным людям. -- Чёрт возьми! – произнесла Тавна, еле переводя дыхание. – Спасибо, что спасли меня. А то это не люди, а страшные звери какие-то. -- Многие люди такие, Тавна, – сказал я, доставая АК-12 и оглядываясь, – хотя есть люди вполне адекватные. Я, например, или Джон Сина. Блин, кого бы мне ещё в пример привести? Ну, это не те снайперы, что засели на крышах во-о-он тех зданий. Этих ребят отсюда за километр увидеть можно, а тут максимум восемьсот метров. Я развернулся и застрелил из автомата сразу нескольких снайперов, пока они не успели поразить нас. Я сам был удивлён способностью стрелять так точно на такие большие расстояния. -- Вечно мои враги ждут, когда их настигнет пуля в голову, – произнёс я. – Прям как я раньше. Наверное…, сама Циглер ждёт, когда я положу конец её страданиям, вот она и делает всякие гадости, лишь бы дать мне причину. Рано или поздно герои и злодеи устают друг с другом бороться, и приходится выводить на поле новых игроков. А выводить-то некого. Даже этот не родившийся Шепард – уже старик, победивший Жнецов, погибший герой, которого надо чтить.Ладно, нечего про героев других игр говорить. Мы должны как-нибудь сами в этой параше разобраться. Я позвоню Пинстрайпу и скажу, что с Тавной всё в порядке. Я набрал Пинстрайпу, желая сообщить ему о том, что мы с Крэшем спасли Тавну от Навального и предотвратили аж два ядерных взрыва в Ванкувере. Но Потору начал разговор первым: -- Макс Пэйн? Ну, ты вовремя позвонил, блин! Русские взбесились. И вообще ты, блядь, забыл, что раздал нам рации? Канал ты помнишь. Я повесил трубку и перешёл на гарнитуру, настроив нужный канал. -- Отлично! Теперь слушай, Макс. Тут пиздец просто… Наземные войска русских развернулись возле южной, северной и восточной окраин города, а морской флот разнёс канадскую береговую оборону и скоро примется за прибрежную часть! Кстати, мы с Фрэнком, Томми и Дэвидом обороняем юг, нам помогают армия США и местная полиция. -- А почему Ванкувер, а не Нью-Йорк или Вашингтон? Я думал, русские ненавидят американцев, а не канадцев. -- Я не знаю. Наверное, российское руководство хочет воевать со всеми и решило сначала испытать на Ванкувере новые виды энергетического оружия. -- Ёб твою…! Эх-х-х… Зря Путина убрали. При нём такой хуйни не случилось бы. Ну, ладно, попробуем утихомирить русского медведя. -- И ты его утихомиришь!? Пойми, эти русские – не люди, а звери! -- Причём такие страшные звери, на которых не похож ни один из наших знакомых антропоморфов. Видно, Навальный со своим «двадцать пятым кадром» перестарался. -- Ага, эти русские заходят в дома и убивают гражданских! А ещё они ставят глушители сигнала, чтобы… И тут связь прервалась. -- Бля, – выразился я. – Придётся спасать наших друзей, а то, поди, уебут их. Крэш ты остаёшься в казино вместе с остальными и прячешься в бункере на случай очередной ядерной атаки. Я свяжусь с вами, когда уничтожу глушилки, и вызову подкрепление по мере надобности. (по-русски) Ну, понеслась! С этими словами я прыгнул в Бумер и отправился спасать Пинстрайпа и других ребят, которые воевали с русскими. Но тут рядом со зданием федерального банка Ванкувера передо мной выскочил русский танк. Я едва избежал прямого удара, резко повернув вправо и попав занос. Машина моя была разбита в дребезги, зато я сам остался живой и смог замочить солдат, спешивших прикончить меня. -- Американцы, вы гондоны штопаные! – кричали по-русски в мой адрес и в адрес десантников из Штатов спешившие на подмогу своим солдаты врага. – Вы уничтожили нашу страну! -- Вы не более чем жертвы и марионетки мафиозного клана Лужкова и Ельцина! – кричал я в ответ. – Ваши лидеры сами пошли на поводу у нашего правительства и развалили Советский Союз! Один из наступавших русских солдат всё же узнал меня по голосу. -- Макс Пэйн!? Ты ёканый ублюдок! Ты ещё смеешь косплеить на того из тех персонажей, из-за которых мы попали в армию!? -- Я настоящий теперь, не игровой! А ты безвольный слюнтяй, как и все твои «товарищи». Вы могли бы отказаться от игр, бухла, наркотиков, курения, дуракаваляния и прочего ради образования! Если б вы хорошо учились, у вас у всех был бы шанс откосить от армии злобных дебилов. А вы что сделали ради того, чтобы откосить? Лично я поступил в полицейскую академию. -- Хуй моржовый! Я тебя угандошу! -- Вы все забыли, что я могу включить замедление? Лучше бросьте оружие и бегите сверкая пятками. Ваши лидеры уже отступились от моральных принципов и позволили вам пасть до столь низкого уровня. Разве так годится? Подумайте, ваша жизнь зависит только от вас самих! Если же вам охота жить, перестаньте убивать американцев и канадцев. Мы же все братья в конце концов! А если вам охота умереть, троньте хоть один волосок на голове американца или канадца, и я вас распылю на атомы, хотя мне очень не хочется этого делать. Неужели вы настолько тупые, что не понимаете, какие люди сидят у власти, и что они делают? -- У нас теперь Навальный! СЛАВА РАДИКАЛУ!!! -- Да при Навальном то же самое, что и при Путине, который всё это время был козлом отпущения. Только вот пидорасов больше в десять раз, да и экономика не поднялась до нужного уровня, а наоборот – упала. Куда делись айтишники? Убиты-расстреляны? -- Заткнись и сдохни! Как оказалось, в руках у тех русских не было никакого энергетического оружия. Я просто перестрелял солдат-убийц и отправился искать глушилки. Одну из них я обнаружил на крыше федерального банка. Мне хватило только пары термитных зарядов, чтобы повалить её. Однако, стоило мне это сделать, как на меня насела российская авиация. Отстреливаться одной Береттой, способной пробить любую броню было мало. Нужна была поддержка с воздуха. Со мной неожиданно наладил связь сам Сектор: -- Макс!? Какого хрена ты там застрял? Может, ты и молодец, что спилил глушилку, но тебе надо срочно уходить с крыши, так как мы планируем нанести по русским удар с помощью дронов! -- Дроны? – переспросил я. – Класс! Можно я возьму на себя один? -- Некогда. Предоставь это военным. Ты – гражданское лицо, и всё. Тебя отряд десантников будет сопровождать в безопасное место. -- Если только они доживут. Тут такое творится, что я б такую серьёзную миссию по удержанию Ванкувера доверил себе одному и только. -- Да эти русские дерутся как девчонки! Тут сплошь призывники, ни одного контрактника. Послали только ребят на верную смерть. -- Ага, чтоб мы избавили Россиюшку от долбоебов. Ладно, я только постараюсь убедиться, что с моими друзьями всё в порядке, и мы можем перейти в безопасное место… или перебить всех русских. -- Я, наверное, за второе, хотя важнее твоя безопасность. -- Я смогу о себе позаботиться. -- Как скажешь. Тогда я… БЛЯЯЯЯЯ!!! -- Что!? -- Они наступают!! Они наступают!!! Они взяли под контроль наших роботов и дронов и идут за нами!! ВОТ ХУЙНЯ!!! -- Кто!? Сколько их!? -- Кажется, это русские антропоморфные крысы, волки и медведи. Они убивают американских десантников из какого-то энергетического оружия. БЕГИ ИЗ ГОРОДА!!! -- НЕТ, БЛЯТЬ!!! Я ТЕБЯ, ПИНСТРАЙПА, ТОММИ И ФРЭНКА НЕ БРОШУ!!! Я бегу к вам!! ДЕРЖИТЕСЬ!!! Я выбежал из здания и по дороге в южный пригород связался с Крэшем: -- Крэш, у вас там всё в порядке? -- Да, если не считать того, что крысы Циглер зажали нас в бункере. Хоть один из нас высунется – он труп. -- Сколько их там? -- Взломанные камеры показывают существ двенадцать, хотя там может быть и больше. -- Да ты и против большего количества врагов стоял! -- Возможно. Только раньше ни у кого не было огнестрельного и энергетического оружия. Ни у кого, кроме Кортекса, Пинстрайпа, Дингодила, Н. Джина и некоторых других товарищей. Сейчас вооружены до зубов абсолютно все. -- А броня? -- Да что броня? Мой лазер пробьёт что угодно, хотя эти крысы всё равно вырядились так, как будто собрались подавить восстание. -- Ладно… Свето-шумовые гранаты есть? -- Есть. -- Ну, так кидай в крыс. Только сначала с концентрируйся на том, чтобы перестрелять всех, тогда время замедлится, и у тебя будет возможность поразить все цели за короткий промежуток времени. Желательно выстроить крыс в ряд и стрелять. -- Спасибо. Сам бы не догадался. -- Ты же у нас научный эксперт, а не солдат, так что с кем не бывает? Разберёшься с крысами – попросишь Аку-Аку переместить всех, кто не может сражаться, в Норильск. Это единственное известное мне спокойное место. Остальные пусть берут оружие и садятся во вражеские машины, помечают их как свои и едут в южный пригород. Сектору срочно нужна помощь. До связи. Я скорее пошёл спасать Сектора от русских крыс и медведей, которые явно были экспериментом Циглер. Всё, чего я хотел, так это хорошенько дать негодяйке по щам. Глава 9. Мы номер один. (Один из злодеев в секретном бункере Циглер) Я чувствовал себя, будто оказался не в своей тарелке: вокруг меня ходили в основном даже не злые учёные, а какие-то страшные убийцы, мясники, головорезы, наркоторговцы… В общем, я был в компании людей, которые были настоящими злыми ублюдками, не то, что я. Я сидел на скамье в большом зале и думал, что бы мне такое совершить, чтобы чувствовать себя увереннее. Циглер по моей физиономии заметила, что мне было как-то не по себе, и, подойдя, спросила меня: -- Что-то не так, Робби? -- Эм-м-м, – протянул я. – У меня были несколько другие представления о злодействах. Я думал, что злодей должен пакостить как только может… -- А разве мы не то же самое делаем? Убийства, торговля оружием, наркотиками и органами, угон автомобилей, террористическая деятельность, использование ядерного оружия… это тоже своего рода пакости. -- Да, э-э-э-э, только таких… ГРОМАДНЫХ масштабов… М-да. -- Не переживай, я тебя научу, как быть настоящим злодеем. Если не справишься с моим особым заданием, то станешь моим шутом вместо того еблана Ванючки и будешь каждый день петь «Мы номер один!». Только текста будет больше в десять раз. -- Бля, где я тебе столько текста возьму!? -- А тебе и не надо, тупой сукин сын! – сказала злая макса, прибитая железнодорожными штырями к стене и отдававшая через какое-то странное устройство свою энергию. – Рано или поздно Макс Пэйн и Бандикуты вернут мне должок. Они убьют нахуй Кортекса, потом освободят меня и позволят мне собственноручно уничтожить вас всех до единого!!! -- Собственноручно!? – засмеялась Циглер. – Ука-Ука, у тебя даже рук нет! А-ха-ха-ха-ха!!! Между прочим я, Кортекс, Навальный, старые «друзья» Макса Пэйна и другие злодеи собираемся вместе поработить Землю и уничтожить всех героев до одного! А ещё мы сделаем из них и из некоторых твоих бывших миньонов послушных рабов-зомби, и ты будешь только смотреть на всё это через экран монитора. Теперь покажи, как ты огорчён тем, что сам не можешь выполнить свою работу по порабощению планеты и только смотришь, как это делают другие. -- НЕЕЕЕЕЕЕТ!!! Это была моя работа!!! Я тут самый злой дух на свете!!! -- Выражайся сильнее! Я хочу услышать мат! -- ВОТ ДЕРЬМО!!! СУКА!! БЛЯТЬ!!! -- Спасибо, что поделился с нами своей негативной энергией, ха-ха-ха-ха!!! Вот так и надо делать, Робби. Только учти, что своих подъёбывать нельзя, если они не подчинённые. Если думаешь, что ты слишком слаб для таких пакостей, то я могу вполне разобрать тебя на атомы, и твоей энергии мне хватит ещё на несколько лет жизни, а тебя никто не вспомнил бы. Кстати говоря, эта реальность отравляет меня. Я выгляжу молодой и сильной, а чувствую себя как немощная старуха. Так и хочется высосать из кого-то жизненную энергию. Внезапно Циглер взяла меня за руку и сказала: -- Пошли, я тебе кое-что покажу. -- Давай! – согласился я и пошёл за злой учёной. Мы вместе прошли в лабораторию, где проводились опыты по роботизации, зомбификации, ассимиляции, да и вообще просто убивали людей, чтобы возрождать их в качестве верных рабов. Отовсюду слышался запах хлора, а машины для пыток, накачанные кислотой, повергали в ужас одним своим видом, чего, к счастью, не скажешь о других устройствах. В одной стороне антропоморфные потору-солдаты с автоматами Калашникова держали под прицелом группу детей и подростков, захваченных в окрестностях возле бункера. В другой стороне стояли Мойра и Малефисента и хохотали над Моной Сакс, у которой не так давно отобрали вампирскую силу и вместо нормального женского лица сделали рожу знаменитого Тимоти Гиббса. -- Ну, прям как в «Макс Пэйн на крэке»! – посмеялся я вместе со злодейками. – Кстати, никто из злодеев так и не добрался до ПэКа? -- Робби, нам некогда играть в компьютер, – сказала Мойра. – Нам и без игр весело! -- Да, я смотрю, вы сейчас веселиться начнёте, когда этих мелких пиздюков будут растворять в кислоте, ха-ха-ха! -- А ты угадал насчёт кислоты, Робби, – сказала мне Циглер. – Только не снимай на видео, а то ещё Макс Пэйн вычислит по ИП и отпиздит нас всех, пока мы спим. -- Мы умрём, но Макс Пэйн даст вам пиздюлей за всё плохое! – сказал один из подростков. – Так что идите нахуй, суки! Я Антон Семёнович Чернышевский, и я лучше умру стоя на ногах, чем стану жить на коленях, сосать ваши хуи и лизать вам жопы! -- Ха-ха-ха! – рассмеялся я. – Да ты такой же хуесос, что и Пидорович, так что никто тебя на тот свет не отпустит без веских причин! Кстати, Ангела, что скажешь, если этот пиздобол будет делать мне минет по вечерам? Пацан попытался выбить автомат из рук одного из потору, но тут же был застрелен в голову. Его компания взбесилась и напала на солдат. Пришлось перестрелять пленников, чтобы в случае чего свидетелей не осталось. -- Сука блядь! – выругался я, перезаряжая пистолет с опустевшим магазином. – Ну, ладно. А что с Моной Сакс? Её можно разок трахнуть? -- Можно, – ответила Циглер. – Но только после одной небольшой миссии… -- А что надо сделать? -- Надо бы совершить нападение на бар «Тень Ежа», который находится в Норильске. Было бы неплохо, если бы ты, Фролло и Нимнул научились владеть современными видами оружия. Мило Рего, Альваро Невес, Армандо Беккер и Владимир Лем составят вам компанию, а заодно научат вас обращаться с АК-12. До армахемовского Ракова G3A3 вы пока не доросли. Но сначала мне бы хотелось, чтобы ты помог мне провести небольшое мероприятие. -- Типа «А вот вы настоящие злодеи»? -- Ага. Только употреби какие-нибудь «взрослые» злодеяния вместо детских шалостей вроде поймать Спортакуса. Упомяни про «резать людей на запчасти», «мочить хороших парней» и тому подобное. Хорошо? -- Отлично. А после моего вступления передавать слово тебе? -- Да. Будем петь твою песню, только текст будет другой. -- Ну ладно. Поехали. Поскольку я сидел в интернете часами, я знал, какие пакости совершают реальные люди, так что мне оставалось только спрашивать вымышленных злодеев слышали они или нет. Циглер собрала всех подбитых под неё злодеев в главном зале, и всё было готово за исключением одного: не было с нами Пассоса, Кортекса и Лакруа. Но всем было всё равно. Я начал со своим вступлением: -- А вот вы настоящие злодеи? -- Ты что имбецил? – спросил из толпы Нимнул. – Да я один из самых злых учёных из вымышленного мира! -- А ведь он не зря спросил, – сказал Беккер. – Я вот формально не являюсь злодеем, поскольку я полицейский. Однако я ради денег совершал очень нехорошие дела. В принципе, мы тут все в какой-то мере злые ублюдки. -- Согласен, что все мы злые, – кивнул Лем. – Я тоже до того был зол на весь мир из-за своего тяжёлого детства, что я хотел поработить его. Вот я ради этого возглавил русскую мафию и устроил гражданскую войну, используя связи своего покровителя Уодена. А ещё я пустил Максу Пэйну пулю в голову за возлюбленную и выстрелил в Мону Сакс, за что был сожжён. И вот теперь я стою здесь снова собранный по кусочкам. -- А мне руку оторвало взрывом моей собственной гранаты, – сказал Беккер, – и теперь я хожу живой и с имплантом благодаря Циглер. -- А я чуть не упал в преисподнею, потому что Циглер и Тропи вовремя подхватили меня, – сказал Фролло. – Я хотел было убить цыганку, совершить своё правосудие над грешной душой, но оступился и полетел вниз. Теперь мне придётся признать, что я такой же злодей, что и вы. -- Я, пожалуй, об упавшем вертолёте помолчу, – сказала Хорн. – Но, знаете, я торговала наркотиками через итальянскую мафию, так что меня можно считать злодейкой. Долбаный Макс Пэйн. Всё испоганил! -- Вы когда-нибудь мочили хороших парней? – спросил я. -- Да были на моём счету всякие уёбки, – сказал Рего. – В основном обосранные жители фавел. Макс Пэйн перерезал мне горло моим собственным мачете из-за моей ошибки. Пэйн – уёбище, которое мстит за всё подряд, в том числе и за сожжённого мажора. -- Я б с таким же успехом мог болтать и про грызунов, которые порядком достали меня, – сказал Нимнул. – Я так и не догадался взять в руки пистолет и застрелить их, пока они были мелкие. А сейчас они по чьей-то милости эволюционировали, и я даже на расстоянии боюсь смотреть на них. -- А я послал на верную смерть кучу своих подчинённых, чтобы только сделать Альму и её сыновей своими рабами, – сказал Вэйд. – В итоге погибло очень много людей как среди Армахема, так и среди гражданских. А вообще Армахем после того, что сделали мы с Арестид, убивал свидетелей, которые могли доказать вину компании в повышении аномальной активности Фэйрпорта. Пришлось всё разгребать моему внуку, который был неудачным первым прототипом. -- Вы когда-нибудь применяли оружие массового уничтожения или тёмную магию? – спросил я. -- Да я всю жизнь использую тёмную магию! – сказала Малефисента. -- Я использовал бомбы, – сказал Влад. -- Я использовал свои изобретения, – сказал Нортон Нимнул. -- А мы с Альваро и Мило просто резали людей на запчасти, – сказал Беккер. -- Ну ладно, – решил я. – Я вижу, что Ангеле Циглер придётся учить некоторых из вас как быть злодеями в современном реальном мире! Я взял саксофон, сыграл вступительные ноты в мою песню, и мы, танцуя хардбасс, запели:

Мы номер один! Хай!

Мы номер один!

Я:

Теперь внимание!

Жестокости урок сейчас преподнесём.

Мы злодеи очень хорошо живём!

Если хочешь стать злодеем первый класс,

Убить супергероев надо нам сейчас!

Должны мы за ними до конца проследить,

И только попробуйте их просмотреть!

Вместе:

Мы номер один! Хай!

Мы номер один!

Циглер:

Ха-ха-ха!

Заставим мы героев на бутылку сесть!

Важнее всего скормить им говно!

Подсунем мы им с миной капкан,

И любой подорвётся, будто он еблан!

Ха-ха-ха-ха!!!

Вместе:

Мы номер один!

Навальный во весь голос:

А я российский новый пират!!!

Вместе:

Мы номер один!

Мы номер один!

Хай! Хай!

-- Это что сейчас было!? – спросил Фролло, испытывая странные ощущения после песни. – Я чувствую себя, будто выпил слишком много вина. -- А это магия русского хардбасса, – ответил я. – Незадолго до своего ухода Пассос отладил аудиосистему и добавил подпороговые сообщения, чтобы быстрее пробудить в нас злодеев. А сейчас одевайтесь потеплее, господа, потому что некоторых из нас Циглер скоро отправит в Норильск, чтобы захватить бар «Тень Ежа». -- А что мы там забыли? – спросил Нимнул. -- Как что? Туда же, насколько я знаю, иногда заходят наши заклятые враги. Так что собираются Фролло, Нимнул, Лем, Рего, Невес, Беккер и я. Глава 10. По мере необходимости. (Макс Пэйн) Честно говоря, мне трудно не говорить о случившемся матом. Это был тотальный пиздец: люди, не зная куда им деться, получали пулю в голову, либо были дезинтегрированы, небоскрёбы и просто высотные здания падали друг на друга, техника взрывалась на каждом перекрёстке. А меня в это время волновала только одна мысль: хотелось бы, чтоб все выжили, и можно было открыть бутылку со сгущёнкой, которую я несколько часов назад купил в Норильском продуктовом магазине. А ещё у меня было непреодолимое желание закинуться глицином и магнелисом и запить всё это сливочным лимонадом. Что ж говорить-то нечего. Я спас Карателя, Томми, Пинстрайпа и Сектора от лазерного танка, пробив броню несколькими выстрелами, уничтожил элитный отряд тяжело вооружённых бойцов с плазменными автоматами и гаусс-пушками, получив подмогу от Крэша, помог отряду американских десантников и канадских копов отвоевать пару кварталов, вывел гражданских в безопасное место и убедился, что никто из наших с Крэшем друзей, оставленных в казино, не пострадал. Крэш Бандикут знал своё дело и, как ни странно, переложил кучу народу, защищая себя и своих. Для меня то, что все мои друзья остались живы благодаря Крэшу, было неописуемым счастьем. Путин всё же смирился со своей участью беспомощной девицы и согласился отсидеться в Канзасе под присмотром Джона Сины и Карателя. Они уехали на внедорожнике, мы попрощались с ними чуть не плача. Чтобы развеять обстановку я решил рассказать анекдот. -- Эй, Наклз, – обратился я. – Хочешь прикол? -- Надеюсь, не про барабан Ванючки? -- Нет. Но на русском. -- Ну, давай. Я русский знаю. -- (по-русски) Гдездь, где руки-базуки взять? Давно известно! Домашний синтол! Просто и честно! Восемь-восемьсот-пять-пять-пять-три-пять-три-пять! Проще влить синтол, чем самому руки качать! Рассмеялись все, потому что понимали русский язык и смогли понять мой прикол. Это на самом деле была переделанная реклама, где вместо денег, даваемых взаймы, рекламировался синтол. Очень скоро мы расстались с Сектором и на летающих танках Томми вернулись в Норильск. Нам так и не удалось узнать про планы Менендеса в Ванкувере, но зато узнали, на что способны наши враги. Вернувшись в город, мы сразу же отправились в бар. Стоило нам войти, как мы обнаружили, что там не геи отдельно от натуралов сидят. Там вообще сидели всякого рода знаменитости, и реальные сидели отдельно от вымышленных. Было такое ощущение, будто и у того, и у другого лагеря возник ряд вопросов. Например, почему у вымышленных персонажей такой же реалистичный графон, как у реальных людей, почему у всех теперь строго по пять пальцев на руке вместо четырёх, как было в мультиках, почему мелкие грызуны стали размером с людей низкого или среднего роста… Увидев Филиппа Киркорова, Максима Галкина, Джейсона Стетхэма, Вина Дизеля и Брюса Уиллиса в одном лагере, а также команду Чипа и Дейла, Мышонка Басила, Нико Беллика и Шрека в другом, я уже пожалел о том, что отправил в Канзас Джона Сину вместе с Путиным. А то бы такую вечеринку закатили. Я хлопнул в ладоши, весело посмеялся и сказал: -- Отлично! Хорошая у вас тут, значит, обстановка. Осталось только пригласить Гарри Поттера или Дэниэла Рэдклиффа, и можно будет снимать шедевральное кино. Но сперва мне б хотелось закинуться глицином. Кстати, очень полезно для аутистов. -- Бля, ну и пиздаболище! – выразился Томми. – Ты когда-нибудь заткнёшь своё ебало? А то, может быть, я тебя так в рот и выебу. -- Твоя задача не в рот ебать, а делать так, чтобы хорошие парни вроде наших товарищей и посетителей бара не навернули говна. Не хотелось бы напоминать о том, что я сделал, но там в Ванкувере я заслужил право отдохнуть хоть часик и потрепаться. -- Блять, ну хули вы тут забыли!? –возмущался Шедоу. – Это бар не для таких уёбищ, как вы! -- А вот сейчас ты это зря сказал, – сказал да Сильва, вылезая из-под барной стойки. – Щас подойдёт к тебе какой-нибудь качок и скажет: «Тоби пизда». И придёт она… с косой. Хы-хы-хы-хы! -- Так блин, заткнулись! – повелительно сказал Вин Дизель. – Я смотрю, это Макс Пэйн пришёл вместе с Соником, Версетти, Бандикутами и всеми остальными. -- Бля, какой красава! – добавил Стетхэм, фальшиво восхищаясь моим внешним видом. – Просто пиздец. Как поживаешь, Пэйн? -- Почти так же, как и выгляжу, – ответил я. – А выгляжу я слегка потрёпанным, как видите. -- А-а-а, значит, не так хорошо, как нам кажется? – поинтересовался Галкин. -- Я час назад спас Ванкувер от полного превращения в руины. Там было во-о-о-от стока много эволюционировавших грызунов и медведей Циглер. Если б не я они б расхерачили весь город нах. В принципе мне было несказанно хорошо, когда большинство хороших парней остались в живых, а недобитые враги отступили. Да и сам процесс с одной стороны был ужасен, с другой захватывающ. А вы тут сидите и напиваетесь донельзя вместо того, чтобы пытаться что-то сделать. И главное – все в одном Норильске. Вас сослали, что ли? -- Ага, сам Дональд Трамп и сам Алексей Навальный! – подтвердил Шрек. – Так что мы здесь надолго. Охуенно проведённое время гарантированно! -- А на сколько вы здесь? – спросил Ванючка. -- Считай, что до китайской пасхи мы тут, – ответил Нико Беллик. – Пятьдесят лет. И ебаться ни с кем нельзя. Найдут, отпиздят и сделают отбор. Хоть бы какой-нибудь путане вдуть. -- Пиздец, – выразился Ванючка. – Хотя похуй, не я ж в такую залупу попал… Хотя не похуй, ЭТО ПИЗДЕЦ, ГРАЖДАНИ!!! -- Ну, не будем о плохом, – сказал я. – Я вообще пришёл сюда, чтобы открыть бутылку сгущёнки и размазать по жареному хлебу. У меня батарейка для тостера села, а подзарядить от костюма нельзя. Да и что там сгущёнка! Я б хотел поплясать, а потом завалиться спать на пару часиков. Не стоит забывать, что у меня ещё полно работы. (шёпотом) Крэш, установи импульсные мины у чёрных ходов на случай штурма. Я включил клубную музыку и устроил дискотеку, а Крэш молча ушёл ставить мины. На самом деле я создавал у потенциальных врагов ощущение, будто я потерял концентрацию и забыл обо всём на свете. Бухие бурундуки, мыши и люди подорвались танцевать, но их ноги совсем не слушались. Мои спутники в недоумении просто отошли в сторону от входной двери и сели за столики недалеко от меня и правильно сделали, потому что очень скоро в бар ввалились с автоматами тупорылый Робби Злобный, Лем, Беккер-киборг, Невес, Рего, старик Фролло и рыжий усач Нимнул. Они крикнули, чтоб все подняли руки вверх. Я силой мысли испортил их оружие, достал Беретту и, выключив музыку, сказал: -- Вы мне тут стволами не светите. Нехер. Если охота пострелять, то выходите на улицу. Только я и вы семеро со своими сломанными АК. Кстати, отличные у вас куртки. «Колумбия» или «Файрмарк»? А то я уже фирм не помню. Злодеи попробовали выстрелить в меня, но автоматы отказали. Нортон, Робби и Клод запаниковали, Альваро, Мило и Армандо закричали от злости и только Влад сохранил спокойствие и смог всех утихомирить. -- Макс, – начал Влад по-английски, обращаясь ко мне, – мой дорогой друг. -- Пошёл нахуй, предатель ебаный, – совершенно спокойным для мата голосом ответил я по-русски, причём посмеиваясь. – Я, блядь, всю твою банду ебал, пидарасов, сука, блядь. -- О, Макс, пожалуйста! – продолжил Влад всё так же по-английски. – Выслушай меня… -- Говори по-русски, – отрезал я. – Ты на родной земле. А теперь садись вместе с друзьями за свободный столик и слушай. Незваные гости сложили оружие и сели за большой круглый стол у стены. Я врубил на всю мощность аудиосистемы российский гимн и запел: -- Россия – великая наша держава, Россия – любимая наша страна. Могучая воля, великая слава – твоё достоянье на все времена! Я снова выключил аудиосистему и рассмеялся, увидев в каком шоке были все. Услышать, как американец перед русским эмигрантом поёт российский гимн – это что-то с чем-то. Но потом все, кроме группы пойманных злодеев, и моих друзей, стали что-то между собой обсуждать. -- Ты поди ж обосрался от такой громкости, Вовка, – предположил я. – Да? -- Нет. -- Пидора ответ! -- Ну, хоть бы раз проявил тактичность, Макс. Кстати, раньше ты был фанатичным, зато вежливым при разговоре. -- А вы проявили тактичность, ввалившись с оружием в бар бывших героев, которые оказались под моим прикрытием? Честно, вы как семеро вооружённых долбоёбов, которым место в какой-нибудь гауптвахте воинской части. -- Макс, у меня есть к тебе… -- Русский, сука! Ты говоришь по-русски!? -- Знаешь, я, э-э-э, подзабыл русскую речь. -- Значит, нихуя ты не русский, гнида мафиозная. Ты посмел ударить в спину мне, своему покровителю и своей родине. Теперь уж хуй с тобой. Пососи у Ванючки, он хоть настоящий русский, пусть и клонированный от американца. А ты, Фролло, зачем припёрся? -- Я за цыганами, – ответил Клод. – Хочу сжечь их дотла. -- Ха-ха, ты пришёл не по адресу. Все цыгане в Норильске либо перемёрзли, либо их тут вообще не было. Так что дуй в Воронеж. Там тебе и хохлы, и цыгане, и негры, и гастербайтеры. А пока посиди вон в углу рядом с Квазимодо. Он как раз гоняет Билла по горам на своём смартфоне. О, кстати, Квазимодо, ты отлично выглядишь в новом костюме! Однако, Клод, учти, что никто не позволит тебе сделать то, что ты должен был сделать пятьсот сорок один год назад. Да и, надеюсь, у тебя не возникнет желания, ведь здесь такая миролюбивая обстановка. Нимнул, и ты здесь? Не хочешь ли превратиться в антропоморфного мышонка или бурундука? Как видишь, Кортекс уже превратился в бандикута, в существо, которое он раньше ненавидел больше всего. И ему нормально. -- Да, – подтвердил Кортекс. – Сначала мне было не по себе, когда я превратился из человека-алкаша в антропоморфного бандикута. Но потом я свыкся, хотел даже завершить мой злобный замысел. Но тут пришли друзья Макса Пэйна, моя племянница и знаменитый Джон Сина и порушили мои планы. Теперь мне придётся отрабатывать, чтобы Макс Пэйн простил мне мои грехи. Кстати, быть на стороне хороших парней не так уж плохо. Хотя бы не думаешь о том, что сейчас тебя кто-то ударит в спину. А уж быть вдобавок бандикутом или мышью ещё лучше: помимо одежды у тебя ещё есть шерсть, которая так же задерживает тепло. Нимнул поглядел на Кортекса, потом на Бандикутов, потом на Спасателей, представляя, как он будет выглядеть в облике антропоморфного мышонка, и сказал: -- Ну, уж нет. Используя силу мысли, я перешёл в форму антропоморфного бандикута и спросил: -- А если вот так? Одни молча уставились на меня, другие пустили слюни от одного моего нового облика, третьи упали с криками «Да ну нахуй!». Нимнул как раз попал в число третьих. -- Что не устраивает шейпшифтинг? – спросил я. -- Нет! Нет! – ответил за третьих Робби. – Только, господа, не позвольте своим детям смотреть это! -- Да, что тут плохого? – спросила мышка Гайка. – Макс Пэйн такой красивый становится, когда превращается в бандикута. Я прямо влюбилась в него! -- Понятно, значит перед боем верну себе человеческий облик, чтобы не казаться врагам таким красавцем, – решил я. – А то знаете, всё должно быть примерно как в том анекдоте про военного, которому форму не ту выдали. Рассказать? Значит, приходит рядовой жаловаться прапору на форму, выданную не по размеру. Говорит, что боится даже в зеркало на себя взглянуть. А прапор довольный такой говорит: «Вот это и надо, товарищ рядовой. Ведь что мы должны внушать врагам? Правильно, страх.» А у меня, как видите, рожа бородатая, брутальная, а если у меня ещё и вместо физиономии след постоянного запора, так вообще враги мои не знают, куда от страха деваться. Хотя, с моей способностью можно каждые пять минут превращаться то в человека, то в ежа, то в бандикута, то в мышонка, чтобы дезориентировать врагов. Беккер, Невес, Рего, вы, прямо таки всегда будете вместе. -- Зачем ты с нами болтаешь, ихо да пута? – спросил Беккер. – Мы давно могли бы всех завалить. -- Ты в меньшинстве, меченый. Даже с исправными автоматами и против толпы недобитых алкашей вы б не выстояли. Так что, пацаны, считайте, что я вас от погибели спас, дал вам шанс на искупление и в благородство играть не буду. Поможете мне свергнуть Навального и уничтожить Циглер, и мы в расчёте. Заодно посмотрим, как быстро ваши головы прояснятся, а свет войдёт в ваши тёмные сердца. -- Но ведь мы злодеи! – запротестовал Робби. -- Это возмутительно! – возник Чип. – Мы не можем позволить этим беспринципным негодяям быть на нашей стороне! -- Этот засранец Фролло чуть не убил нас с Эсмеральдой! – выпалил Квазимодо, удержавшись от того, чтобы метнуть в меня смартфон. – Да и вообще он самый злой ублюдок из тех, что я знал. Да и вообще, Пэйн, я не понимаю, как таких земля носит! У тебя ни сердца, ни мозгов!! -- Да ему похую! – сказал Томми Версетти. – Этот еблан Пэйн воротит, что хочет, и всё. -- Вообще-то, мне не совсем похуй, – возразил я. – Я хорошо понимаю вас и не отрицаю ваших прав на собственное мнение об этих злодеях… -- Да этого Нимнула на костре сжечь надо! – выкрикнул бухой Рокфор. – Мы из-за него потеряли Вжика! -- ДИМООООООН!!!! – заревел Ванючка. – ТУДУРУТУРУДУТУРУДУТУДУРУ!!! -- Так бледь, – сказал я, расставляя руки в боки. – Во-первых, Рокки, из твоих воспоминаний я вижу, что Вжика съела Роковая Вдова, когда она поймала вас специально для экспериментов. Во-вторых, Нимнул вам, как бы, ничего плохого не сделал, увеличив вас до человеческих размеров Эволюционным Лучом Брио, который ему в интернете продал Кортекс за десять косарей. В-третьих, надо стараться бороться со злом с помощью любви, и только когда нету выбора убивать злодеев. А сейчас у нас выбор есть, и мы можем либо дать этим семерым искупить свои грехи, либо убить ни за что. Вспомните, насколько невинные жертвы и вы сами пострадали от злодеяний Фролло, Беккера, Робби, Нимнула, Рего, Невеса… А теперь представьте, что они в поте лица будут трудиться на благо мира, чтобы получить искупление, и исправятся… Великолепная картина, не правда ли? Хотя это вообще может и не компенсировать то, что вам пришлось пережить из-за кого-либо из этой группы. -- Меня такая картина не устраивает! – холодно отрезал Фролло. – Я не буду мальчиком на побегушках у какого-то бородатого бича в дорогом костюме. -- Если хочешь, можешь вместо этого дать в жопу Пидоровичу, и он будет только рад этому: хоть кто-то не провалит его квест. -- А что за квест? Что за Пидорович? -- Раздеваешься до гола и даёшь Пидоровичу выебать тебя до смерти, – объяснил Ванючка. – Вот из-за этого пацаны из деревни нубасов отпиздили его и заперли в подвале. Обычно Пидорович, который считается самым большим хуесосом и пидорасом и одевается подобающим пидору образом, обитает в подвалах и бункерах. На свет выходит редко. Каннибал. От одной его рожи можно обосраться. И тут как раз через крышу зашёл сам Пидорович и сказал: -- Бу! Обосрались, да? Те, кто ещё ни разу не видел Пидоровича, разумеется, побелели от страха, а кто-то ещё заблевал пол под собой. Один Соник набрался храбрости, чтоб залезть на Пидоровича и побить его за то, что второй чуть не убил первого. Пидорович не оказывал никакого сопротивления. Когда Соник закончил, я спросил Пидоровича: -- Что тебе нужно? Зачем ты это делаешь? -- Да я хочу себе такой здоровенный хуй, чтобы его все могли видеть, – ответил Пидорович. – А ещё я хочу себе огромный железный сральник с турбонадувом. -- А маслину в ебало не хочешь? – спросил Томми. -- Кажется, я попал в очень неблагоприятную обстановку, – сказал Басил. -- Ты-то, амиго, вообще про обстановку молчи, – сказал да Сильва. – Мы тут как в «Зелёном слонике». Только никто из нас не жрёт говна. -- Я хаваю говно своё, – признался Пидорович, – а ещё я был в Бердянске и вместе с Пахомом срал в Азовском море. -- Ебать! – выразился Стетхэм. – Это ж пиздец! -- Ну, точно, «Зелёный слоник», – согласился я с да Сильвой. – И герои все сидят тут, словно как в гауптвахте. Только у них ещё есть возможность нажраться-набухаться, чтобы забыть обо всём на свете. Но я решил по мере необходимости набирать союзников. Я мог бы и сам справиться с Циглер и со всеми на свете, но мне это будет крайне трудно это сделать. А вы люди бывалые, ни разу не отступились от своих моральных принципов. Поэтому я хочу, чтобы вы не гнили здесь, а шли воевать за то, во что вы верите. За любовь, за правильный выбор, за правосудие и справедливость, за будущее мира, в котором мы живём теперь. Разве вам охота сидеть тут и смотреть, как Циглер порабощает весь мир? -- Нет!!! – сказали все посетители бара, поднявшись со стульев. -- Ну, хули вы тогда тут сидите? – спросил Ванючка. – Давно бы уже отпиздили эту Циглер ебаную. -- Отлично сказано, – поддержал я. – Теперь ЛОЖИСЬ!!!! -- Чё, бля? Я крикнул всем лечь, потому что чувствовал, что сейчас в нас полетит дождь из крупнокалиберных разрывных снайперских пуль. Один Ванючка не послушался и пошёл в расход, когда спецназовцы открыли огонь. -- Ай, мля! – закричал он, падая с простреленным сердцем и умирая. – Я маслину поймал! П-па-пацаны, а-а… -- АНДРЕЕЕЕЕЙ!!! – со слезами на глазах выкрикнул я второе имя Ванючки. Но было напрасно. Мой друг умер от смертельной раны, и никто его не восстановит. -- Сюда, в подвал! – крикнул да Сильва. Делать было нечего, и мы всей толпой полезли в подвал через люк, находившийся за барной стойкой. Патроны были до того мощные, что пробивали бетонную стену и могли убить любого, кто не уткнётся мордой в пол. Прежде чем свинцовый град прекратился, прошло секунд где-то пятьдесят, и половина наших успела добраться до люка. Солдатам показалось, что обстрел здания не дал результатов, и поэтому они кинули дымовые гранаты и начали штурм. Вот тут-то мне и пригодились Беретта, очки с тепловизором и мины Крэша. Солдаты тоже использовали тепловизоры, поэтому, чтобы уберечь посетителей бара от гибели, я стрелял точно и перезаряжался быстро, а так же вслепую накрыл своим пиджаком случайное существо, оказавшееся рядом со мной. В самый разгар перестрелки ко мне приполз Крэш и сказал: -- Нам хана, они ведут сюда танки! -- Ёб твою! – выругался я. – Всё! Пошло всё нах! Лезем в подвал! Живее, живее! Последний выживший закроет люк! Я заметил, что у моего пистолета было заряда уже не на 18, а на 25 выстрелов. Это позволило мне замочить очень много спецназовцев прежде, чем спуститься. А спустился я самый последний, едва не оказавшись под завалом, который был вызван взрывом танкового снаряда. -- Фу-х! Пронесло! – возгласил я. – Пронесло! Надеюсь, никто не пострадал? Я осмотрел выживших, и оказалось, что Пидоровича там не было, а Нико Беллик, Дейл, Томми, Галкин и Киркоров истекали кровью от пойманных пуль. -- Вот, блядь, так и загнёшься, – сказал Томми, харкая кровью. – Схватить маслину во время миссии. Пиздец. Я, поди ж не проснусь в больнице. Я, разрыдавшись, кинулся к Томми, а он мне равнодушно: -- Ебать ты лох, Макс Пэйн. Ну, разве мужики плачут? -- Я меланхолик и аутист, мне можно плакать, – ответил я, пытаясь выдавить смешок и улыбнуться. -- Ну, хоть спасибо, что пришёл поплакать надо мной. Я сейчас сдохну. А это по-настоящему? -- Боюсь, что да. Теперь по-настоящему. Передай привет моей жене, если окажешься на небесах. -- А если попаду в ад? -- Дай Сатане пинка под зад. Делай всё, что хочешь. Но если окажется, что ты на самом деле пройдёшь реинкарнацию, навести меня через двадцать лет. К тому времени твоё новое тело уже станет взрослым, а я буду достаточно знаменит, чтобы ты мог меня при желании найти. -- Крэш, – обратился я, – не знаешь, есть ли возможность спасти кого-то из раненых? -- Нет. Пули прошли сквозь артерии. Я ничего не могу поделать. Извини. -- НЕЕЕТ!! – всхлипнула Гайка над умирающим Дейлом. – Пожалуйста, Дейл! Не уходи! -- Похоже, всё действительно так хреново, – сказал Кранч. -- Да нет! – ответил Дейл, притворяясь спокойным. – Просто один бурундук, который ничем не прославился, кроме чувства юмора. Я по крайней мере умру с мыслью, что с моими друзьями будет всё в порядке. И когда это мои друзья не выкручивались? -- А тут ещё и Макс Пэйн, – сказал Томми. – Он выживших точно в обиду не даст. Хотя, если признаться, он уже просрал свою жену, клиентов, Овервотч, парочку русских и нас с тобой, Дейл. Но ведь ты по нам не будешь скучать, Пэйн? Верно? -- Я буду помнить, но постараюсь не скорбеть, – ответил я. – А то я сопьюсь, как было раньше. Да и другим не дам. И ведь Спасатели на станут так и дальше заливать своё горе о погибших? -- А? – переспросил Рокфор. -- Да я про то, чтобы вы взяли свою волю в кулак и бросили пить. Наши близкие умирают, но времени скорбеть и заливать свою скорбь алкоголем нет. От нас зависит дальнейшего нашего мира. Поэтому мы будем сражаться за живых и помнить мёртвых. На то вы и герои или, по крайней мере, хорошие парни. Ваше призвание – защищать невинных, пока они живы. Что может быть лучше ощущения того, что твоё дело правое? Прозябание в баре!? Поверьте, так вы только бесславно умрёте со скуки. Лучше идти и бороться со злом. Если есть выбор – с помощью любви. Если нет выбора – с помощью любого оружия, которое вам попадётся под руку, или вообще с голыми кулаками. Мы похороним погибших со всеми почестями, и мы будем их помнить. Если мы пойдём в неравный бой со злодеями, земля, впитавшая нашу кровь, будет помнить нас за это. Потому что мы боремся за справедливость, любовь и правильный выбор. -- Золотые слова, дружище, – сказал Крэш. – Кстати, нет ли необходимости избавить раненых от страданий как можно быстрее? -- В этом… нет… необходимости…, – прохрипел Галкин и умер. -- Спасибо…, за всё… что вы… сделали, – сказал Дейл, засыпая вечным сном. -- Сукин сын…, – выругался Томми. – Ты, Макс Пэйн… всегда… будешь крутым… сукиным… сыном… Сень-ка-а-а-а… Раненые ушли на тот свет мирно и спокойно. Я быстро успокоился и пришёл в себя. Взглянул на Гайку, которая как раз была рядом со мной. Её уши и морда были опущены, слёзы под глазами медленно высыхали. В руках у неё был мой пиджак, который спас ей жизнь. -- Всё со временем образуется, – сказал я Гайке, поглаживая её по плечу. – У нас ещё есть силы, чтобы сражаться, есть ясный ум, чтобы думать, и есть сила воли, чтобы идти к нашей благой цели. Мы одержим победу над злодеями и отомстим за пролитую кровь невинных граждан и наших друзей. -- Не надо больше слов! – отрезала Гайка. – Я знаю, что должно быть дальше. Ты сегодня спас меня, и я благодарна тебе. -- Может, ты его ещё и в задницу поцелуешь? А, мышка? – с усмешкой спросил Влад. -- Заткнулся бы,уёбок блять! – прервал его да Сильва. – Или ещё хочешь попиздеть про Макса, а? Мы в дерьме! Кто-то ж устроил обстрел и чуть не грохнул нас всех! Если б не Макс, нам всем пизда. Так что пусть болтает он. -- Какие у него, интересно, мысли по поводу штурма? – поинтересовался Фролло. -- Я думаю, Циглер решила воспользоваться помощью элитных войск РФ, и Навальный по её велению объявил, что будет штурм бара, если семёрка наших гостей не справится с задачей в срок. Вы, семеро, могли бы поплатиться жизнью за неисполнение приказов. И выходит, что вы никакие не злодеи, раз не можете даже напасть на завсегдатаев таверны. Вы трусы. Но ничего, придёт время, и я испытаю вас в реальном бою против миньонов Циглер. -- Но ведь, Макс, мы-то боялись тебя, – оправдался Влад. -- Если б вы достаточно сильно хотели убить всех, в том числе и меня, вы бы на всё наплевали и полезли бы в драку с голыми руками. Теперь вы уже идёте по другой дорожке, по пути искупления. И я прослежу за тем, чтобы вы семеро с него не свернули. Свернёт один – умрут семеро. Один станет злодеем и зайдёт за точку невозврата – поплатятся и он, и его друзья. Поэтому призываю всех не переходить со светлой стороны на тёмную, даже после того, как весь этот хаос закончится. Герой однажды должен остаться героем навсегда. -- Я совсем не понимаю суть твоих действий, Пэйн, – сказал Фролло. – Я ведь, как бы, ублюдок, которого непонятно как земля носит. -- А ты хоть раз умирал? -- Нет… Меня подхватила Циглер и сказала, что давно искала достойного кандидата в её команду. -- Ну, значит я нацеплю на тебя парик и усы, наряжу в бронежилет, дам револьвер с запасом резиновых пуль, и будешь ты помогать мне садить преступников за решётку. Ты едва не схватил пулю несколько минут назад. Но если схватишь, то считай, что ты это заслужил. А сейчас пользуйся моментом и делай всё, что я тебе скажу, чтобы найти себе оправдание. -- Может, ты нас так убьёшь? – спросил Беккер. -- А что вы мне или людям плохого сделали в этой жизни? Это ваш второй шанс. Да и Нимнул был бы не против стать законопослушным гражданином, только бы мир принял во внимание его замечательные изобретения. Кстати, Беккер, тебе, Рего, Невесу, Лему, Нимнулу и Робби достанется самая лёгкая работа. А Фролло как самый худший из бывших злодеев будет отрабатывать под моим личным руководством и никуда от меня не денется, даже если я стану новым Президентом России. Также я заставлю его перечитать Библию от и до. Это всё, что я хотел сегодня сказать. Теперь устройтесь поудобнее и попытайтесь заснуть. Нам потом ещё искать выход из этого завала. Мои друзья и товарищи по беде послушались меня и заснули неспокойным сном. Гайка, не зная, что делать с моим пиджаком, укрылась им. В принципе, мне самому тогда пиджак был не нужен, поэтому позволил мышке так и дальше таскаться с ним. Чтобы ей было легче заснуть, я сел рядом с ней и смотрел то на неё, то на заваленный люк подвала. Скоро уснул и я, вернувшись в человеческий облик…