Приятно познакомиться - рубин

— Что нам делать?.. Вдох. Выдох. Всё — сплошная имитация. Но правдиво то, что мы на неизвестной планете, без каких-либо ресурсов к выживанию, а вокруг враждебная окружающая среда. Средств связи нет. Последнее, в целом, не имеет значения — ради какого-то жалкого отряда разведки предпринимать никто ничего не станет. От осознания всего вышеперечисленного возникает чёткое ощущение того, что голова готова взорваться, ибо окружающие звуки слышатся словно через кипу перьев, которыми принято набивать подушки. Будь у меня сердце, то оно непременно забилось бы чаще, но… Я просто рубин. Рубин.

***

Наблюдать за тем, как кто-то мечется по кораблю, судорожно выкрикивая какие-то приказы (и обрывая их ещё на полуслове), когда в голове у тебя полнейший хаос, — занятие не из приятных. Это осознание пришло ко мне в момент, когда я взглянула на одного из рубинов, который, вероятно, был чуть более решительнее остальных, раз взял командование на себя. Красный камень располагался на левом плече, а из отличительных черт можно было выделить небольшую щёлку между передними зубами. Растерянный камень не знал, что делать, ибо местность оказалась не настолько безопасной для приземления, как считали изначально. Другие рубины вообще не могли собраться — многие, опустив взгляд в пол, нервно обхватили себя руками, а пара других бегали взглядом из стороны в сторону, совершенно не понимая, что предпринять в подобной ситуации. Абсолютно неподобающее поведение для воинов. Их что, из детского сада выпустили?.. Да. Этих юнцов только недавно сформировали из почвы, сразу же отправляя на миссию. Нет, по меркам человека им было где-то за тридцать (с учётом времени формирования в почве), но на деле… Их едва успели выучить на определённые функции, вбить громадный сборник правил и научить призыву оружий. От них хотели избавиться. Эта мысль, словно отрава замедленного действия, растеклась по телу, вынуждая резко вскочить. Остальные незамедлительно отреагировали на это движение — в мою сторону сразу же повернулось несколько голов. Я не собираюсь погибать от такой ерунды. — Немедленно успокоиться. Вышло жёстко и безучастно. Потому что только так тебя станут слушать в подобной суматохе. Нельзя поддаваться общей панике, когда счет идёт на жизнь. — Каковы запасы энергии? Один из рубинов, сверкавший камнем в бедре правой ноги, метнулся в сторону панелей, вбивая подрагивающими пальцами программу диагностики. — Всего лишь сорок три процента от минимального количества для взлёта… Казалось, отчаяния стало ещё больше. Кто-то всхлипнул. Стиснув зубы, я со всей силы хлопнула ладонями. Это нужно прекращать. — Отставить. Какова изначальная цель миссии? — Выявления новых ресурсов из древесных пород этой планеты… Казалось, до наиболее смелого рубина — того, что ранее проявлял хоть какие-то способности к скоординированным действиям, стало доходить. Она вскинула голову, с какой-то надеждой смотря в иллюминатор. За бортом неприветливо качнулись ветки, нагоняя ещё больший мрак. Пара рубинов поёжились. Никому не хотелось выходить наружу. Как оказалось — растения здесь хищные и успели поцарапать в некоторых местах обшивку корабля. Я слегка провела по лбу, как бы смахивая пот. Рука наткнулась на камень. С точно такими же гранями, как и у всех присутствующих здесь. Обыкновенный рубин. Единственное отличие — он во лбу. У самоцветов данного типа такое бывало редко. Объяснялся феномен весьма просто — форма зачастую не предполагала вытянутого лица, поэтому на камень места не оставалось, однако… В иллюминаторе моё отражение было чуть крупнее. Если остальные могли похвастаться ростом в метр с половиной, то у меня это дотягивало до полноценных ста шестидесяти пяти сантиметров, если быть совсем уж точным. Небольшая удача с расположением камня и ты уже чуть более крупный. Вероятно, взяли по ошибке. Таких «первосортных» рубинов обычно посылали на охрану какого-либо напыщенного самоцвета или здания. На виду же должны быть «полноценные». Отвратительная дискриминация. Я нахмурилась. Это заметили и остальные. Та, что была с камнем на бедре, нервно обняла своё запястье. Внезапно вспыхнувшая надежда дала трещину. Не так быстро! — Повторяю. Отставить панику. Кто ответственный за координаты? Один из рубинов нерешительно поднял руку. Захотелось дать себе по лбу, желательно по камню — панель возле самоцвета мигала ярким жёлтым цветом, не оставляя сомнений в том, кто именно занимает данную должность. Будем считать, что вопрос был риторическим. Кажется, камень у неё был на левом бедре. Забавное совпадение. — Настрой всё на обратный путь. Пинб! * От этого та, к кому я обращалась, вздрогнула. Она нерешительно сделала символ алмазов руками, давая понять, что слушает. Отлично. — Будешь сопровождать меня на поверхности и делать заметки, составляя отчёт. Лирп * — ты будешь защищать её. — А что будешь делать ты? Кажется, характера ей не занимать. Но, насколько я могу судить по осмысленному взгляду, это было сказано не в упрёк. Ей действительно интересно. Да и не возражала она от внезапного командования. Как и имён, к слову. — Всё остальное. Если без шуток — нужен проводник, который поможет трансформировать энергию… Кто, звёздный свет, тут ответственен за конструкцию корабля? Один из оставшихся рубинов поднял руку. Камень располагался на правом плече (почему, чёрт возьми, такое «разнообразие»). Пирп, хорошо, хоть как-то их буду разделять. Как оказалось — сложности в том, чтобы вытащить провода и прикрепить проводник, не было. Проблемы начинались именно с того момента, когда эту конструкцию надлежало присобачить к полуразумному растению, мечтающему сожрать твою световую оболочку. Я потёрла переносицу. И нужно же было так вляпаться… — Что ещё есть на корабле? Последний рубин замялся. Кажется, именно он отвечал за снаряжение (которое самоцветом обычно и не нужно было). Камень находился в правой глазнице. Неожиданное и приятное разнообразие для взгляда, уставшего всех запоминать. Этой даже не буду имя давать. Координатор (эта, получается, Линб) оповестила о том, что всё готово к отправке, требуется лишь энергия. Уже лучше. Но стоит вернуться к вопросу о снаряжении. — Что-то не так? — Дополнительные доспехи… Их нет. Вернее, только пара комплектов. Я не понимаю, почему. Нас должны были снарядить на непредвиденные случаи всеми шестью. — Понятно. Пинб, надевай, ты держишь отчёт. Лирп, ты тоже. Они сковывают движения, мне не понадобятся. Немного помедлив, они всё же так и сделали. Я подошла к люку, приготовившись к быстрой операции. Меньше шума — больший процент удачного исхода. Все нерешительно замерли. Отверстие медленно и без скрипа (корабль-то новый) отворилось. Послышался «пшик» означающий, что часть атмосферы проникла на корабль (что весьма понятно, ведь воздуха на нём и не было). А перед глазами предстали самые настоящие джунгли, с поправкой на то, что они хотят тебя сожрать при любом неудачном движении. Мы двинулись к той стороне, которая содержала в себе путь к проводам и «трубам» корабля. Переходник приятно тяжелил руки. Но вскоре ему пришлось встать на нужное место, щелчком оповестив всех о своём рабочем состоянии. Дальше дело за мной. На выбор предстало всего три дерева. Казалось, что вся планета состоит из них, но нет — в большинстве своём её покрывали небольшие кустарники и совсем уж мелкая трава, да лианы. Названия у этих детей фауны были другие, но по внешнему виду они напоминали именно то, о чём шла речь. Выделялись лишь эти три гиганта, словно посреди берёзовой рощи запихнули баобаб. Начать решила с безобидного — наиболее светлый оттенок древесины выглядел доверительно. Как оказалось — он был наименее подвижен. Из иллюминатора нам знаками показали то, что скорость заряда средняя — ровно за двадцать шесть минут всё будет в порядке. Пинб сделала пометки и хотела уже отсоединить, но я жестом остановила. Не время. Но спустя двадцать минут (когда все уже начали коситься на мою причуду и намекать, что без отчёта об остальных деревьях их не пустят в Родной Мир) я дала добро и мы отсоединили уже почти зарядившую корабль деталь. Оставалось ещё два дерева. Самое тёмное среди них выглядело более подвижным, изредка меняя положение своих ветвей. Нужно быть осторожнее. Аккуратно переставляя свои ноги, я приблизилась к дереву. Пара конечностей предостерегающе зашевелились. Одно резкое движение и к корням прикрепился трансформатор энергии. Дерево на это никак не отреагировало, продолжая беспорядочно шевелить ветвями. От знаков, пришедших с корабля, захотелось сплюнуть. Энергии у него было гораздо меньше, чем у первого. Те шесть минут, что нам были нужны, здесь растягивались до часа. Но я всё-равно отказалась откреплять механизм на ближайшие двадцать минут. В этот раз со мной уже не спорили, осознав мою непрошибаемость в данном вопросе. Окружающие откровенно скучали. Наконец, пришло время последнего дерева. Взглянув на него, я даже засомневалась в том, чтобы его трогать. Вся кора была покрыта непонятным веществом, а ветви лежали так неестественно неподвижно для этой планеты, что казались искусственными. Делать нечего. Шаг за шагом, пришлось приблизиться к дереву. Где-то на границе я остановилась, подав сигнал Лирп, чтобы она одолжила мне свой наплечник. Та послушно кинула мне деталь, не понимая всей задумки. Сымитировав вздох, я со всей силой швырнула его в центр дерева, где-то на два метра выше, чем находились мы. В тот же момент я подключила и проводник, попутно наблюдая за тем, как металлическая деталь раскалывается на несколько частей от мощного удара ветвяного хлыста. Второй травмы растение пока не заметило… На счастье одного конкретного экипажа. Пинб судорожно заносила данные о поведении, пока с корабля пришли положительные новости о том, что скорость питания в этом дереве в целых два раза больше, чем в первом. Всего две минуты и мы полностью свободны от миссии. Некоторые рубины радостно переглядывались, пока я хмурила брови на самое активное местное растение. Казалось, оно снова пришло в свою неестественно мирную форму, но медленно расползающиеся по периметру ветви мне мало понравились. Через три минуты у всех были счастливые лица, а у меня стали исчезать подозрения по поводу этого растения. Во второй раз наплечник дала Лирп. Резкий выпад, быстрое отсоединение. Готово. Можно вылетать. Последние пометки в панели. Наша троица осторожно двинулась в сторону корабля. Оба рубина стояли в стороне, пока я присоединяла все штекеры и провода обратно. Переходник снова был в руке, ещё тёплый от длительной работы. Внезапно, раздался визг. Это была Лирп, усиленно пытающаяся скоординировать свои действия, что было довольно… сложно. Всё потому, что она была подвешена на одной из лиан. Чёрт. Выбирать не приходилось. Развернувшись, я с размаху кинула переходник в самый центр дерева, тем самым отвлекая его. — Руби! Долго Пинб уговаривать и не нужно было. Она мигом достала оружие (обыкновенные двуручные кинжалы) и с особым энтузиазмом нанесла удар. Липр полетела вниз, но была моментально перехвачена мной. Все ринулись к кораблю. Как только крышка люка была зафиксирована, Линб мгновенно активировала координаты. И не зря — за иллюминатором начал происходить полнейший хаос. Казалось, дерево решило покинуть свой многолетний пост, с корнями вырывая себя из земли и желая задавить всё в округе. Напряжённые секунды. Корабль немного приподнимается, готовясь к разгону по заданной траектории. Сквозь толстое стекло видно, как к нему уже тянется несколько лиан. Вспышка и… Прорыв. Удалось покинуть атмосферу этой (не будем опускаться до оскорблений) планеты. Рубины ликовали. Некоторые из них даже обнялись. Что же — пусть развлекаются. Ближайшие несколько часов делать всё-равно нечего. Увы, под нашим контролем была не передовая модель, способная за полчаса доставить кого угодно из Родного Мира до какой-либо колонии алмазов. Обыкновенное «Блуждающее Око», как прозвали корабль некоторые рабочие. — Итак. Лирп, отчёт готов? После этих слов все мгновенно стихли, как бы отрезвляясь. Но не особо успокоились, судя по улыбкам на лицах. — Д-да. Я всё записала. — Я могу взглянуть? После того, как мне дали отчёт, захотелось немного хлопнуть себя по лбу. Он был… идеален, но лишь с технической стороны. Сухие цифры и названия без особой структуры. — Ты сделала хорошую работу с характеристиками. Кто-нибудь умеет оформлять всё для начальства? Все замялись, пока рубин, радующий меня своим разнообразием в расположении камня, не поднял руку. На всякий случай запомнив все данные, я милостиво отдала ей агрегат. Спустя десяток минут мне его вернули. И, надо признать, это было выше моих ожиданий. В тексте не было никакой «воды», но и сухим в плане подробностей его назвать было нельзя. Думаю, это наилучший вариант из того, что можно было сделать. — Просто превосходно! Это действительно стоящее оформление. На мои действия она переметнула шуруп, который держала на манер зубочистки, в другую сторону и смущённо улыбнулась, определённо чувствуя неловкость. Привыкнет. — Остался лишь последний вопрос. Кто хочет отчитываться начальству? И, кто бы мог предположить. Все смотрели лишь в мою сторону.