Сборник рассказов от тёплой зимы

- Дазай? Чуя немного мнётся, стоя на пороге. Осаму отворачивается. - А?.. надо ехать. Давай...? Дазай пару раз шагнул было, только на третий подошёл к Чуе и обнял. - С наступающим тебя! Позвони, хоть. - Хорошо. - бросает Осаму, стоя в подъезде, улыбается и закрывает дверь. Чуя прислоняется к стене. На часах шесть двадцать шесть. За окном уже очень темно. Накахара смотрит в потолок немного и идёт на балкон. Достаёт из кармана сигареты и зажигалку. Поджигает. Закуривает. В небо летит первый клуб дыма. Чуя смотрит вниз, - Дазай уже скрывался за поворотом. Ахах. Да. Он снова один. Выкидывает и наполовину не сгоревшую сигарету. "Пойду, мол", - кидает в пустоту холодного воздуха. Заходит на кухню, подходит к холодильнику. Достаёт бутылку вина. Небольшой хлопок. Проходит в гостинную. Может пойти в бар? Чуя мотает головой. Не хочется. Хочется просто напиться и с... спать. Накахара сидит на диване с бокалом в руках. Не рано? До нового года ещё пять с половиной часов. Отставляет. Боже, что с ним сделал друг? А если бы его не было? Но Накахара чёрт возьми влюбился! Чуя снова мотает головой. Вздыхает. Нет. Это просто дружба. Дружба? Она просто сломает его скоро. Но лучше так. Накахару тянет в сон. Он сонно моргает и вскоре засыпает. Тихо вокруг. Телевизор опять работает, вроде, новости показывает. Снова. Темно везде, свет нигде не включен. Звёздочки на небе почти не видны. Только красивая полная луна, чьи лучи отражаются в молодом беленьком снежке. Дети играются во дворе. Катаются с самодельной горки, в снежки играются, снеговиков лепят. Такие красивые снеговички: маленькие, с глазами-пуговками, с ручками-веточками, в шарфиках и шапках, в варежках или перчатках. Птички сидят на подокойниках по ту сторону стекла, на стёклах - снежинки из бумаги, балеринки, домики. Всё Дазай сделал. Вместе с Чуей. В комнате вокруг мишура висит, гирлянды. Но ничего не включено. Осаму дома нет, обычно он всё включал. Тихо... Чуя поворачивается на другой бок, обнимает крепко подушку. Он уже полгода не спал один в квартире. Обычно из другой комнаты доносились звуки печатания: свет был выключен, но доносился лучик не сильного освещения телефона. Обычно Осаму немного смеялся или плакал бывало; Чуя не мог уснуть, пока не засыпал Дазай. Переживал что ли? Чуя поворчал немного и затаил дыхание. Приснился случай старый... Открываеь дверь. Тихо. Но... Дазай должен был быть дома уже? В ванной горел свет, но не доносилось и звука. Чуя проходит по коридору. Ванна закрыта. - Дазай? Ты там? Тишина. Стучится. Тишина. - Дазай? Тишина. - Ты тут? Ответь. Всхлипы. - Дазай? Чуя отходит. Стоит немного и подходит снова. - Осаму? Ты тут? - Да. Хрипло. Тихо. - Открой. - Там открыто. Чуя дёргает ручку. - Тут закрыто. И снова тишина. Уходит на кухню. - Тут где-то инструменты были... Не находит. Подходит опять к двери. Дёргает ручку. Открыто. - Дазай! Осаму сидит на полу с сжатым кулаком, рукава красными разводами покрылись. Чуя присаживается. - Чёрт, Осаму! - сквозь зубы прокрикивает Накахара. - Да что? Всё нормально, - Дазай поглаживает Чуи по спине, - стоп, ты плачешь? Чуя молчал. Дазай распустил кулак, - лезвие блестело в свете лампы. - Ты что творишь?! - Это... - Молчи. Чуя помог встать Дазаю и потянул его на кухню. Достал бинты, задрал рукава свитера Осаму, промыл порезы. Нанёс крем заживляющий. - Холодно. - Терпи, блин. Аккуратно раскрыл бинт; размотал немного; стал наматывать на руки. - Спасибо, Чуя. Но... стоило? - Только попробуй ещё так делать. Дазай улыбнулся. - Обещаю. Обещаю так больше не делать. А ты обещай больше не курить. - Ладно. Обещаю. Только обещай мне не покидать меня... хорошо? Чуя перевернулся. Было тихо. Он обещал ему не курить... Чуя проснулся от стука в окно. Что? Накахара встаёт, покачивается немного, подходит к окну. Никого? Паранойя? Смотрит на часы. Одиннадцать тридцать? Накладывает покушать. Приходит обратно. Бокал в руки. Зашибись. Вот на часах уже одиннадцать сорок. Всё и вправду будет так? Так... как было уже очень много раз.. Чуя достал телефон. Свет слепил глаза. Накахара поморгал немного. Ни одного сообщения. Ни от папы. Ни от однокурсников. Вздыхает. Тихо. - Ахах. Встаёт и идёт к балкону. Снова закуривает. Из всех окон горит свет. Все празднуют? Стук в дверь. Кто это? Чуя выкидывает сигарету. Подходит к двери. Продолжают стучать. Ритмично. - Кто там? - Открооой. Что? ЧТО ЧЁРТ ВОЗЬМИ?! Чуя нервно открывает дверь; распахивает. - Дазай, чёрт возьми, ты что тут делаешь? - Произошла небольшая заминка. Рейс отменили. Я ждал, но всё же понял, что бесполезно. Дазай улыбнулся. - Ты не рад? Чуя стоял в ступоре. - Чуя? Накахара опустил взгляд. - Ты обещал мне не курить. Чуя подбежал к Дазаю и закрыл его рот. - Ты обещал меня не покидать. Хах. Они оба нарушили обещания? Не знаю. - Я тут... Дазай немного постоял. Достал из кармана небольшую коробочку. - Я тут... мы долго уже общаемся... и... [Я хочу быть с тобой] -... я не хочу больше делать тебе больно... - Ты... не делаешь...? Дазай. - Ты хочешь быть со мной? - Д..да? Дазай обнял Чую. Крепко - крепко. Накахара почувствовал, что сила, с которой его сжимал Дазай слабеет. Он буквально растворяется в воздухе. На руках продольные порезы. - Ты... обещал мне не резаться... больше... Обессиленное тело падает на пол. - Ты... нарушил... обещание. Я навсегда с тобой. Представь. Навсегда. На руках кровь. Противная вязкая кровь. Он потерял его. Дазай нарушил обещания. Он обещал не покидать его и не резаться. Он обещал... Чуя открывает глаза. Что? Что? ЧТО? Темно вокруг. Очень темно. Он не дома. Он точно не дома. Но... где? Его что-то сковывает. Похоже... на провода. Он тут не один? Чьё-то мерное дыхание недалеко. Это что?.. капельницы? Немного приподнимается. Да что, чёрт возьми, произошло? Ай. Голова болит. И... тело ломит... - Чуя... ты слышишь? Чуя... я не хочу, чтобы из-за меня тебе было больно... Что? Голос... этот голос... - Ты не делаешь мне больно. - Я хочу... хочу быть с тобой... Дазай? Дазай, он тут? Он боится спутать это со сном. Что является реальностью? То был сон или сон сейчас? И... резко силуэт, спящий рядом, встаёт. - Чуя? ЧУЯ? Ты? Ты... Он плачет? Улыбается... - Д-дазай? - Это сон? Это всё мой сон? Скажи, что нет! Чуя, скажи, что это не сон! - Дазай, я не знаю. Осаму падает на колени рядом, Чуя берёт его ладонь. Тёплая и в бинтах. В других бинтах. Мокрые... - Но всё же, Осаму, иди ко мне. Мне без разницы, сон это или реальность. Я хочу быть рядом с тобой, даже, если за это расстреливают. Дазай приподнимает голову. Он назвал его по имени? Он хочет быть со мною?.. - Я... я боялся... мне было страшно... мне было страшно, Чуя! Ты... ты лежал там без.. без сознания... на диване... Я взял тебя на руки... я тряс тебя... я пытался докричаться... не было надежды... на... на то, что ты проснёшься... я боялся... мне... было страшно... В таком... полном отчаянии? - Успокойся, Осаму. Я тут. Иди ко мне. Это было кошмаром. Сейчас мы проснулись от него. Осаму, я всегда хотел быть с тобой. Я чёрт возьми влюбился. Я люблю тебя. Я буду вправду любить тебя, даже если умру. Правда. Я не вру. Осаму... - Ты согласен быть вместе до скончания моей жизни? - Да.