Никогда не говори: "Помнишь..."

      Известный мир       Снейп известного мира       Перед уроком в классе Поттера Снейп ощутил, что его желудок скрутило. Поттер… Северус знал, что у мальчишки другое имя, но было приятно думать о нем именно таким образом. Это было привычно — словно старый изношенный ботинок, растянутый в нужных местах. Новый же… с его именем и глазами… после встречи с ним Снейп почувствовал себя обнаженным и незащищенным. В этих спокойных, знающих глазах было нечто, вызывающее в нем бешенство.       Но ничего спокойного не было в том мальчике, который вошел в дверь прямо перед началом занятий. Его волосы были взъерошены более обычного, и он почесывал ладони. Взгляд мальчишки метался по комнате, словно разыскивая окно, в которое он мог бы выпрыгнуть. Когда Рон Уизли обосновался рядом с Поттером, Снейп незаметно приблизился.       — Лучше обними своего папочку перед занятиями. Я уверен, он оценит это, — сказал Рон.       Снейп не смог сдержать дрожь.       — Мой отец хотя бы не возится с обручами и роликовыми коньками, — ответил Гарри, — и называет это работой.       Рон покраснел и швырнул свои книги на стол. Гермиона, сидевшая по другую сторону от Гарри, укоризненно на них посмотрела, крепко сжимая губы.       — Довольно, мистер Уизли, — сказал Снейп, сам того не ожидая.       Прежде чем вернуться в переднюю часть класса, он скользнул взглядом по Поттеру. — Если только вы не стремитесь получить отработку еще до начала занятий.       Рон издал придушенное рычание и пошел за своим котлом.       Снейп ощутил, что Гарри впился в него взглядом, но решительно проигнорировал это. Он начал урок, следуя своему обычному методу — приступил к чтению лекции, перемежающейся вопросами, которые указывали ученикам на их невежество, и сопровождая ее ужасными предупреждениями о том, что произойдет, если они немедленно это не исправят. Но на этот раз дети были благословенно тихими, хотя Уизли и Поттер с раздражающей регулярностью продолжали стучать оборудованием и враждебно друг на друга поглядывать. Терпение Снейпа лопнуло, и он перешел на проверенную временем технику, применяемую им для того, чтобы заставить подростков нормально себя вести: использовать их ужас перед публичным унижением.       — Поттер, — сказал он резко, и был рад увидеть, что тот, испуганно вздрогнув, прекратил глядеть на Уизли и посмотрел на него. — Поскольку вы считаете мою лекцию недостойной вашего внимания…       На щеках мальчишки появился слабый румянец. Хорошо.       — Возможно, вы хотели бы сами обучить класс правильной процедуре варки Укрепляющего зелья?       Взгляд Поттера пробежал по ингредиентам, перечисленным на доске.       — Зелье нужно размешивать против часовой стрелки, широкими петлями, пока не получится меловый белый цвет, сэр.       Мальчик, должно быть, действительно предварительно подготовился. Снейп выругался про себя и попытался вспомнить детали, которые не были описаны в учебнике.       — А если вместо этого получится темно-зеленый цвет?       Снейп ожидал, что Поттер вспыхнет и гневно нахмурится, что всегда предшествовало признанию, что тот не знает ответа.       Мальчик однако просто наклонил голову, раздумывая.       — Я бы сказал, слишком много полыни.       Снейп раздраженно наморщил лоб:       — А средство от слишком большого количества полыни?       — Веточка свежего вереска, срезанная до утренней росы.       Снейп щелкнул языком:       — А если сейчас не сезон вереска?       — Тогда сушеный черный ластовень, выращенный в почве, пропитанной вытяжкой из скорлупы дракона.       В висках у Снейпа снова запульсировало.       — А каковы свойства ластовня?       Измученный вид, который Поттер имел до этого, постепенно исчез, и он ухмыльнулся:       — Африканского или европейского ластовня?       Некоторые из других гриффиндорцев тоже ухмылялись, и Снейп решил, что с него хватит.       — Десять баллов с Гриффиндора за хамство, попытку порисоваться и утереть нос своему учителю, — сказал он.       — За успешную попытку, — пробормотал кто-то, но Снейп не уловил, кто был нарушителем. Тем не менее, он был рад видеть, что измученный вид Поттера вернулся.       — Баллы? — спросил Гарри. — Ну что ж, когда-нибудь бывает первый раз, я полагаю.       Это замечание заставило Грейнджер заехать ему по ребрам. Он посмотрел на нее, а затем заметил, что несколько одноклассников смотрят на него в недоумении.       — А-а… я имел в виду, в первый раз в этом месяце.       Еще больше взглядов.       — В первый раз за сегодняшний день? — удивленно спросил он.       Снейп решил проигнорировать как комментарии, так и Поттера и вернулся к лекции. Он немного расслабился, втянувшись в ритм своей речи. Действительно, преподавание было бы намного приятнее, если бы не студенты.       После того, как студенты приступили к варке зелья, он услышал скрежет движения деревянного стула по каменному полу — Поттер вставал со своего места. Краем глаза Северус увидел, что тот двигается к полке ингредиентов. Снейп сделал вид, что занят проверкой продвижения работы студентов, тем временем наблюдая за Поттером, который как раз проходил мимо Малфоя.       — Что случилось с Уизли? — спросил Малфой. Он ухмыльнулся. — Его родители признались, что до него одежду носили два человека, а не один?       Гарри не показал никаких видимых признаков гнева, который он обычно проявлял при столкновениях с Малфоем. На самом деле им овладела странная безмятежность, подобная той, которую Снейп замечал у себя, когда подавлял особенно изменчивые и неоднозначные эмоции. Малфой, казалось, был озадачен отсутствием привычной реакции.       — Но, по крайней мере, у него есть родители, — продолжал он. — Каково это, когда родители слишком глупы, чтобы уйти с пути Темного Лорда?       Снейп резко втянул воздух сквозь сжатые зубы.       Гарри моргнул, глядя на Малфоя, будто внезапно осознал интересную мысль.       — Это лучше, чем иметь родителей, которые будут служить ему без раздумий. Каково это, Малфой? Все эти деньги, а вы по-прежнему просто кучка превозносящих себя домашних эльфов.       Малфой отступил назад, будто его хлестнули:       — Темный Лорд…       Он остановился, увидев, что несколько слизеринцев и гриффиндорцев слушали их разговор, и Снейп понял, что Малфоя поймали. Если тот будет все отрицать, он таким образом объявит о неповиновении Волдеморту. Если же скажет, что его родители были вознаграждены Темным Лордом, он открыто признает, что они Пожиратели смерти.       — Настанет день, когда ты пожалеешь, что он не прикончил тебя в младенчестве, — пробормотал Малфой, отворачиваясь.       Гарри просто потянулся за баночкой ингредиентов и зашагал прочь, нахмурившись, только когда приблизился к Уизли.       — Наверстываешь пропущенное общение со своим лучшим другом? — сказал Рон, когда Гарри поставил свой котел на стол.       — На самом деле, меня поразило, что здесь я не должен быть вежлив с ним. Такое облегчение, откровенно говоря.       — Значит, вы не настоящие друзья, ты просто пытаешься подлизываться к нему из-за политических интересов? Ты научился этому у своего отца?       — Я бы сказал, что разбираюсь в друзьях все же лучше, чем ты. У тебя появились новые питомцы в последнее время?       — Мистер Уизли, — предостерегающе сказал Снейп.       — Это он, — пробормотал Рон.       — Я не прочь дать вам обоим отработку, — сказал Снейп. Он посмотрел Гарри в глаза и решительно сказал: — Я порекомендовал бы вам привлекать к себе как можно меньше внимания.       Гарри едва заметно кивнул, и Снейп слегка расслабился. У него больше не возникало никаких проблем с мальчиком до того момента, пока час спустя он не начал высмеивать конечный продукт Лонгботтома.       — Я дважды повторил, что нужно использовать только листья боярышника. Вы не могли запомнить даже этот простой факт?       — Это не его вина, — кто-то свирепо прорычал и,       повернувшись, Северус увидел, что Гарри зло смотрит на него.       — Я не спрашивал вашего мнения, Поттер.       — Вы можете помочь ему, если захотите.       — Он мог бы помочь себе сам, если бы попытался. Если бы он просто хоть немного обращал внимание, его досадная тенденция все забывать была бы…       — Это не так просто, и вы знаете это. Она пытается каждый день, но ей все еще нужна наша помощь.       Северус перестал дышать. Мальчик говорил о ней посреди класса, перед глазами двадцати других учеников.       — Помолчи, — прошипел Снейп, его сердце колотилось.       Глаза мальчика заблестели, и через мгновение он посмотрел вниз.       — Она? — сказал Лонгботтом. — О ком вы говорите?       Снейп развернулся к Невиллу, громко хлопнув ладонями по столу перед ним:       — Вы тоже хотите поставить под сомнение какое-либо из моих слов?       Лонгботтом побледнел и покачал головой.       В тот день Снейп отчаянно хотел завалить работу Поттера, но проклятый мальчишка сварил свое зелье идеально.