Бей моё сердце

POV Ларри

Чёрт, я уже практически 2 месяца сохну по собственному лучшему другу. Почему? Я сам не знаю. Он… Просто, он такой… Такой замечательный. То как он улыбается, говорит, его повадки, его глаза… Он идеален. Как я это понял? Каждый чёртов день ты врываешься в мои мысли. Ты приходишь ко мне во снах. Я постоянно представляю нас вместе… Моё сердце бешенно колотится при виде тебя. Мои щёки безумно горят, когда ты делаешь мне комплимент или просто восхищаешься тем, что я делаю. Чёрт, ты так прекрасен. Почему ты считаешь иначе? Я боюсь, что всё не взаимно. Нет, я знаю, что это не взаимно. Ты встречаешься с Эш, которая так тебе нравится. Я рад за тебя, хоть моё сердце и раскалывается на миллион кусочков. Я думал, что когда-нибудь эта влюблённость пройдёт, но нет. Это именно любовь. Ты так трепетно говоришь о ней, а я просто улыбаюсь, как дурак, смотря в твои голубые глаза. Пусть я и говорю, что ты сделал правильный выбор и вы созданы друг для друга, но внутри я уже давно умер. Моё сердце сжимается каждый раз, когда я слышу её имя и то, как ты её любишь. Я ненавижу её, но понимаю, что это глупо и я навсегда останусь один. Пусть мы и будем дружить, но я продолжу страдать. Прости меня за это Сал. Я правда желаю тебе только счастья.

***

Ты пришёл ко мне поздно ночью. Твои глаза заплаканы. Ты рыдаешь, роняя град из слёз на мою старенькую футболку. Тебе приснился кошмар. Я обнимаю тебя, крепко. Глажу по спине, шепча, что всё будет хорошо. Я говорю: «Это всего лишь сон, Салли», а ты рыдаешь ещё громче. Как же больно. Я продолжаю успокаивать тебя, чувствуя как моё сердце разрывается. Я не выношу, когда ты плачешь, прошу, тише. Я даю тебе множество обещаний, говорю, что всегда буду рядом и не нужно никому верить. Эти слова успокаивают тебя. Ты понемногу перестаёшь плакать. Я грустно улыбаюсь, смотря на тебя. Ты такой маленький, беззащитный. Не волнуйся, я защищу тебя от всего зла на свете. Я спрячу тебя в своих объятьях от чужих глаз и буду сильно любить, пусть и не получу взаимности. Всё хорошо.

***

Вот, мы опять сидим напротив друг друга, разговаривая по душам. Ты от души смеёшься, а я скрываю свою боль под фальшивой улыбкой. Ты всегда говорил, что ненавидишь лжецов, а я лгу тебе прямо на глазах. Прости меня. Чёрт, ты заметил мою фальшь и мою грусть. Ты спрашиваешь: «Точно ли всё хорошо?». Я отвечаю: «Конечно, не парься» и лучезарно улыбаюсь. Я вру. Я чёртов лжец. Прости меня. Ты просто кладёшь свою руку мне на плечо, от чего моё сердце стало бешенно колотиться. Ты улыбаешься и просишь меня рассказывать обо всём, что меня беспокоит. Я обещаю, что сделаю это, когда придёт время. Мы продолжили общаться. И снова, ты говоришь о своей Эш. Так тепло и трепетно, что мне становится противно.       — Она правда так мила со мной. Я не представляю, что бы делал без неё, — Ты смущённо отводишь взгляд и краснеешь. Это так мило. Я не могу больше слышать об этом, поэтому резко перевожу тему, от чего ты странно посмотрел на меня, но махнул рукой. Хоть я и выглядел спокойно, внутри я был в ярости. Мы говорили, не обращая внимания на время. Люблю такие вечера. Так хочется тебя обнять, прижать к себе и не отпускать…

***

Чёрт, я обидел тебя. Я просто высказал своё мнение об Эшли, которое было не очень хорошим, но ты разозлился на меня. Мы кричали друг на друга, пытаясь понять, кто прав. Но в итоге ты ушёл, громко хлопнув дверью. Я задел твои чувства. Какой я дурак. Я так хотел побежать за тобой и извиниться. Я был готов стоять на коленях, держа тебя за руку, и долго просить прощения. И… Я этого не сделал. Я идиот. Проходили недели как мы не общались. В школе мы пересекались взглядами. Ты хмурился и явно был обижен. Я лишь грустно отводил взгляд, проклиная себя и ненавидя лишь за то, что я вообще существую. Прости меня. Прости. У меня началась ломка. Я не могу жить без тебя. Блять, всё, я сдаюсь. На днях я пришёл к тебе в 402-ю квартиру. Ты открыл мне. Впустив меня в дом, ты скрестил руки на груди и нахмурился, явно ожидая извинений. Я опустил голову, начав извиняться буквально за всё. Я распинался около минут 15-ти, если не больше, а ты просто слушал. Наконец, ты улыбнулся и потрепал меня по голове, смотря прямо в глаза. Ты говоришь мне, что эти недели были ужасными без меня. Ты сказал, что очень скучал. Извиняешься. Зачем? Сал, чёрт возьми, ты не виноват! Это всё моя вина! Это я сглупил, прошу прекрати винить себя. Я широко улыбнулся, смотря на тебя. Ты такой глупенький. Я обнимаю тебя, прикрыв глаза. Ты обнимаешь в ответ. Сердце снова стучало как бешенное, а мои зрачки расширились до невероятных размеров скрывая радужку глаза. Я вдыхаю запах твоих небесно-голубых волос всей грудью, наслаждаясь им. Я так хочу, чтобы это мгноверие никогда не заканчивалось. Ты отпускаешь меня, улыбаясь. Я так хотел увидеть эту улыбку. Боже, как же я хочу сейчас поцеловать тебя, ты бы знал. Но я просто отстраняюсь от тебя, смотря в глаза. Так продолжается минут 5, пока ты не начинаешь краснеть от неловкости данной ситуации. Ты всполошился, предлагая мне выпить чаю. Я отказался и сказал, что мне нужно идти, а я так не хотел уходить, но нельзя подавать виду. Ты лишь грустно вздохнул, провожая меня до двери. Как только я хотел выйти ты робко сжал край моей футболки, с просьбой…       — Мы ведь… Сможем увидеться завтра? — Тихо, еле слышно спросил ты, словно надеясь на то, что я соглашусь.       — Конечно, в любое время, чел, — Я потрепал твою голубую макушку, выдавив из себя улыбку. Твои глаза словно загорелись. Ты ждал этой встречи. Я рад, что ты ещё не потерял ко мне интерес. Да что уж там, я просто счастлив, что ты вообще простил меня. Радостным, я выхожу из твоей квартиры, предвкушая очередной вечер милых посиделок у меня дома.

***

Ты снова делаешь себе больно. Почему? Который раз я перебинтовываю твои изрезанные запястья, говоря о том, какой же ты дурачок. Ты виновато отводил взгляд, боясь посмотреть мне в глаза или что-либо сказать. Я много раз спрашивал: «Зачем?», а в ответ получал лишь молчание или тихий всхлип. Я всегда говорил тебе, что это плохо. Я просил тебя приходить ко мне в такие моменты, но ты этого не делал, давая мне ещё раз убедиться, что ты не до конца мне доверяшь. Почему? Почему ты прячешься от меня? Ты же знаешь, что я не сделаю тебе больно. Я не буду осуждать тебя. Тогда почему ты снова хватаешься за лезвие и проводишь им по коже? Это делало больно и мне. Словно ты резал и по моему сердцу, оставляя там глубокие порезы. Я не говорил тебе об этом, но знал, что ты, возможно, уже догадываешься.       — Салли, пожалуйста, приходи ко мне, когда тебе плохо. Я не хочу постоянно видеть как ты страдаешь, я хочу помочь… — Говорил я, трепетно обматывая твоё тонкое запястье бинтом. В ответ, я получил лишь молчание. Ты всё ещё не смеешь посмотреть мне в глаза, а я грустно вздыхаю.       — Ты мне не доверяешь? — Тихо спросил я, чувствуя как моё сердце вновь сжимается. Ты резко поднимаешь взгляд, жалобно смотря на меня. Твои глаза полны слёз. Они сверкают, но выдают лишь грусть, боль, тоску. Ты смотришь на меня как ребёнок, разбивший любимую отцовскую кружку и боишься об этом сказать. Я не могу видеть как ты страдаешь. Я тоже хочу рыдать, чувствуя твою боль. В такие моменты я просто хочу вырвать своё сердце, дабы больше не чувствовать… — Нет, я… Я доверяю тебе. П-просто я… Не хочу ч-чтобы ты беспокоился обо м-мне, — Ты говоришь это, переодически всхлипывая. Твой голос дрожит, как и твои измученные губы, которые хочется накрыть своими. Я держу себя в руках и просто трепетно обнимаю. — Дурашка, если ты не будешь мне говорить об этом, то я ещё больше буду волноваться. Прошу, выплёскивай свою грусть на мне. Я всегда готов выслушать, — Уже шептал я тебе на ухо, дабы лишний раз не напрягать. Ты тихо угукаешь и отстраняешь меня от себя. Я недоумённо смотрю на тебя, а ты встаёшь с кровати и берёшь что-то со стола, позже, кладя это мне в руки. Лезвие. Я и без слов всё понял, улыбнувшись. Ты тоже слабо улыбаешься мне в ответ. Теперь я буду уверен, что ты не будешь делать себе больно…

***

Я долго думал на счёт этого и всё же решился. Я позвал тебя к себе, поговорить. Скоро ты должен прийти, а пока, я жду тебя, уже в сотый раз прокручивая то, что хочу сказать. Да, я хочу наконец признаться тебе в своих чувствах. Я больше не могу держать это в себе. Я хочу, чтобы между нами не оставалось секретов. Я продумал всё. Я надеялся, что не буду долго убиваться по поводу отказа. Может поплачу немного, а потом отпустит. Буду страдать, да, но ничего не поделаешь. Ты заходишь в мою комнату, без стука. Садишься напротив меня, снимая протез. Я собираюсь с мыслями, а ты терпеливо ждёшь. Я кашлянул в кулак, начиная:       — Сал, я давно хотел тебе сказать об этом, но не знал, как ты это воспримешь. Сразу скажу, что взаимности я не требую. Я просто не хочу чувствовать эту душераздерающую боль. Ты мне нравишься, Салли. Нет, даже скорее: я чертовски тебя люблю. Не как друга, если ты не понял. Я долго отрицал все эти чувства, но понял, что по уши влюбился. И… — Дальше я просто бездумно описывал все свои чувства, говоря о том, как сильно меня тянет к тебе. Я видел, на твоём лице читалось лишь отвращение. Я всё понимаю. Я больше не мог ждать, понимая, что этот момент может быть раз в жизни, поэтому я приблизился к тебе и нежно поцеловал, прикрыв глаза. Ты сначала даже не понял, что происходит, но вскоре, ты со всей силы ударил меня по щеке, тем самым отстранив меня от себя. Ты вскочил с места, рукавом вытирая свои губы. Ты кричал мне что-то, даже не заметив, как начал рыдать. Я подскочил, чтобы попросить прощения и обнять тебя, но ты лишь оттолкнул меня, крикнув то, что я не хотел услышать больше всего:       — Ты мне противен, Джонсон! Я больше не хочу иметь с тобой дело! Не подходи и не прикасайся ко мне! — Прокричав это, ты схватил свой протез и, громко хлопнув дверью, ушёл, оставив меня одного.

***

После этого, я долго страдал. Я плакал. Громко. Я бил кулаками о стену, буквально давясь собственными слезами. Ты ушёл. Уже навсегда. Теперь я навсегда останусь один. Моё сердце было разбито, но это не мешало ему биться… Я плакал днями и ночами. Кричал, что есть сил. Это подвал, меня никто не услышит. Никто мне не поможет и не спасёт. Одна лишь мысль, что я не могу прикоснуться к тебе, разъедала, убивала меня изнутри, оставляя лишь пустоту. Я беспомощно бил кулаками в стену, не обращая внимания на жгучую боль. Душевная боль была гораздо сильнее физической, поэтому я могу буквально «ломать» себя на части и не чувствовать. Сейчас я бы отдал всё, чтобы перестать чувстовать. Я не хотел признавать, что тебя больше никогда не будет рядом и ты больше никогда не придёшь ко мне. Я никогда не услышу твой бархатный голос, звонкий смех. Я больше никогда не увижу твою счастливую улыбку. Я дал себе шанс. Я часто приходил к тебе, но ты не открывал мне дверь. Ты не отвечал на звонки, сообщения. Ты заблокировал меня везде, где только можно. Мой номер, ты наверняка удалил. Я стучал в твою дверь, желая поговорить. Я часто останавливал тебя в коридоре, пытаясь извиниться, но ты был непокорен. Я пытался около месяца, или двух, а после, ты переехал. Я не находил себе места. Я постоянно винил себя в этом.

***

Уже которую ночь, ты приходишь ко мне во снах, но чаще всего, в кошмарах. Ты насиловал мой мозг, появляясь там даже чаще, чем обычно. Я плакал буквально каждый день, пытаясь выкинуть тебя из головы, но ты приходил, снова. Моя мать пыталась успокоить меня, но уже ничто и никто не мог мне помочь. Я назначил нужный день, время, подготовился, так сказать. Мама ушла, наконец. Я взял в руки горсть таблеток и лезвие, направившись в ванную. Я запер дверь на щеколду и лёг в пустую ванну. Проглотив все таблетки разом, я крепче сжал лезвие, чуть морщась. Оно сверкало в моей руке, так и маня. Я принял окончательное решение. Меня уже не остановить. По моим щекам скатываются слёзы и всхлипы заполняют комнату. Я подношу лезвие к венам, уверенно ведя его вдоль, от самой кисти и до конца руки. Я давил очень сильно, поэтому кровь сразу хлынула ручьём, от чего я стал тяжело дышать. Со второй рукой я проделал тоже самое. Уронив железку, она с характерным звуком ударилась о ванную. Слёзы всё ещё лились из моих глаз, а я как дурак улыбался. Наконец, мои страдания закончатся и я смогу уйти. Я чувствую, что вот-вот потеряю сознание. В глазах темнеет и я снова вижу тебя. Твои небесно-голубые волосы, твои тонкие, слабые ручонки тянутся ко мне. Я протягиваю тебе свои руки, но уже поздно. Я заснул и теперь уже навсегда. Прости меня, Сал.

POV Автор

Время: 21:38

Лиза возвращается домой и в её нос сразу ударяется чёткий запах железа. Она недоумевает и зовёт сына. Тот не отвечает. Женщина сразу насторожилась. Запах доносился из ванной и Джонсон дёрнула за ручку, которая не поддалась. «Заперто?» — Пронеслось в её голове. Шатенка сразу направилась на кухню и взяв ящик с инструментами, стала открывать дверь. Повозилась она с ней около часа и наконец открыв, она замерла, не в силах шелохнуться.       — Ларри! Сыночек мой! Господи! — Резко сорвавшись с места, крикнула Лиза. Она кинулась к сыну, а точнее к его мёртвому, окоченевшему телу. Он был мёртв уже как 10 часов. Женщина ничем не смогла помочь. Она плакала, пытаясь позвонить в скорую. Её руки сильно тряслись, а сама женщина не могла связать и двух слов.

***

По приезду скорой помощи, Джонсон уже буквально сходила с ума. Она держала холодную руку сына в своей, виня себя за всё это. Ларри сразу повезли в морг, так как и так уже было понятно, что он мёртв…

Ларри Джонсон. 16 лет. Скончался в своей квартире, от передазировки тяжёлыми препаратами (таблетками) и большой потери крови. Умер практически моментально. Примерное время смерти: около 11-ти часов утра. Точная версия смерти: самоубийство.

На его похороны пришли много человек. Это были его близкие друзья. Там были Эшли и Сал. Девушка не могла поверить в то, что Ларри так поступил, а Фишер понимал, что это всё его вина. Он плакал громче всех. Нет, он истерил, не в силах видеть мёртвое тело, когда-то лучшего друга. Салли понимал, что если бы не он, то Лар сейчас был бы в порядке.

***

Похоронная церемония была окончена и все разошлись. Остался лишь один Фишер. Он стоял у надгробья, роняя на него слёзы. Ему было так стыдно за свой поступок. Сал решил, что лучше уже сказать об этой сейчас, чем никогда.       — Прости меня… Прости меня за все эти слова. Я… Мне так жаль. Господи. Прошу, прости меня. Я не понимал, что творю. Я испугался. Ты тоже мне неворятно дорог… Если бы ты только услышал… Я тоже люблю тебя, — Захлёбываясь в своих слезах, говорил он. Но было уже слишком поздно…