Error 404

***

— Ты ошибка, ты неправильный, — кричит мать на Юнги. — Ты не должен был рождаться!       Юнги уже и не вслушивается в крики за дверью, он молча ждёт, когда мать уйдёт, чтобы он мог тихо проскользнуть на выход, где его уже ждала машина Чонгука. Слова больше не ранят, как раньше, не хотелось перекрыть себе кислород. Юнги не чувствует той боли, сверху солью «ты неправильный» посыпаной, он уже ничего не чувствует. В его сердце живёт любовь к Чонгуку, не та, что в сказках описана, а настоящая, что человеку выжить в этом жестоком мире помогает.       Парень слышит хлопок входной двери, и выходит из своей комнаты. Накинув кожанку, Юнги обувает кроссовки и покидает дом. Возле дороги стоит черное порше панамера.       Юнги никогда не считал себя неправильным, но вокруг все только это и твердили: родственники, бывшие друзья, от которых парень отказался. Что парень делал такого неправильного, он не понимал. Просто однажды увидел Гука и влюбился, то, что это любовь, Юнги понял сразу. Парня как будто осенило, сердце забилось в разы чаще, выстраивая свой ритм. Мин как будто почувствовал, что вот он его истинный, ничей больше, только его. Небеса свели двух влюблённых, крепко переплетая их судьбы, концы в морской узел связывая. Они как одно целое, если падет один, за ним и другой. Они — это одно дыхание на двоих, один пульс. Они — это «и в этой и следующей».       Юнги опускается на переднее сидение панамеры. Чонгук, выкинув окурок в окно, притягивает парня к себе и впивается в его губы, как скучал показывает. Поцелуй с запахом сигарет, то, что любит Юнги. Парень улыбается в поцелуй и Гук кусает его за нижнюю губу, ухмыляется и отстраняется.       Всю дорогу они едут в тишине. Куда они едут — Юнги и не спрашивает, ему все равно, главное, что с Чонгуком. В машине даже музыка не играет, лишь слышно рычание двигателя. Чон умело крутит руль, наблюдая за Юнги, что смотрел в окно. Им не нужны разговоры, чтобы понять, что на душе у любимого. Им тишина все рассказывает. Просто нужно научиться её слушать. Слова бывают пусты и бессмысленны, прислушайтесь к тишине, и вы услышите самые сокровенные тайны, вы услышите голос души. Чонгук не из тех, кто любит молчать, он и не молчит. Мысленно как день его прошёл Юнги рассказывает, а парень слушает и даже отвечает.       Машина останавливается на самом берегу океана. Юнги открывает рот от удивления, такого прекрасного океана, как сейчас, он никогда не видел. Волны бушуют, выбрасывая на берег белую, как взбитое молоко, пену. Холодный ветер гоняет песок на берегу, но Юнги это не мешает. Парень снимает обувь, бродя по воде. Чонгук садится на капот машины, и пристально наблюдает за парнем. Юнги улыбается, когда волна разбивается о камни и белая пена касается его ног. Он считает это самой прекрасной картиной, у Мина даже возникло желание ее нарисовать, будучи не профессиональным художником. Ведь талант есть у всех, просто нужно запастись терпением и его развивать, главное не сдаваться. Мы учимся на ошибках. Океан — это большая слабость Юнги. Сколько ошибок парень совершал, когда пробовал рисовать его, сколько рисунков акварелью было выброшено или сожжено знает только Чонгук. Юнги не любит рисовать, но учится, потому что хочет показать всем, что если ты чего-то хочешь, то ты можешь это получить, и то, что талантливыми не рождаются, а становятся. Юнги хочет доказать всем, что он не ошибка, хочет доказать в первую очередь матери. Его мама была художницей. Она очень красиво рисовала и была доволи известной, только все изменилось после смерти отца Юнги. Мать больше не рисует, а продаёт свое тело за выпивку и наркотики, и каждый день упрекает сына в том, что он бездарность, ошибка, ибо ему не передался ее талант.       Юнги любит океаны, моря и их тайны на дне. Он полюбил воду, когда впервые встретил Чонгука. Тогда Юнги утонул в нем, с головой влюбляясь. Даже сейчас парень тонет в любви, только Гук не даёт на дно камнем пойти, спасательный круг протягивает.       «Спокойная глубина моего моря. Никто и не догадывается, какие тайны скрывает она», — любимая фраза Юнги.       И вправду никто не знает, какого это — тупым лезвием вены резать, раны от побоев, как котёнок, зализывать, еле дышать из-за сломанных ребер. Никто не знает, какого это, так жить и бояться, что каждый твой вздох может стать последним. Никто не знает, а Юнги знает, что если мать пришла домой не одна, то нужно прятаться так, чтобы никто никогда не нашёл. Юнги знает, какого это, когда собственная мать тебя продаёт мужчинам. Парень всё знает, только вот как с этим дальше жить пока не знает.       Ветер усиливается, но парень даже не чувствует это. В его душе всегда тепло, а на тело ему все равно. Чонгук накидывает на плечи Юнги плед, предлагая сесть в машину. Парень соглашается. В машине Гук перетягивает Юнги к себе на колени, чтобы согреть его. Мин кладет голову на плечо Гука и наблюдает за бурлящим океаном. Чонгук нежно целует парня в щеку, прижимая к себе. Они полной грудью только так дышать могут, когда тело к телу и их сердца бьются в унисон. Юнги нормально жить только с Чонгуком научился, кошмаров по ночам не бояться.       Парень поднимает голову в черные, как ночь, глаза напротив всматривается, что уже давно в них утонул, понимает. Тьма засасывает, и Юнги ей поддается, навстречу идёт, я весь твой, повторяет. Чонгук целует грубо, до капелек крови на пухлых губах, до вкуса железа во рту. Юнги во тьме растворяется, о том что всем сердцем любит, показывает. В сердце Гука океан, где Юнги постоянно тонет, но дышать продолжает, ибо Чонгук его кислород, его жизнь. Без него парень умрёт.

***

— Врач, что с ним? — обеспокоенно спрашивает женщина, влетая в кабинет врача. — Он опять какого-то Чонгука звал. — Боюсь у него опять начался приступ, — отвечает врач, выбегая из кабинета и направляясь в палату номер девять.       В палате, на белой постели, сидит парень, прижимая колени к груди. Его запястья были забинтованы. Парень раскачивается из стороны в сторону и тихо шепчет на повторе: — И в этой и в следующей. Чонгук, ты обещал. И в этой и в следующей, Чонгук.       Врач переговорил с медсестрой, и та вколола лекарство в капельницу парня. — И в этой и в следующей, — шепчет парень, погружаясь в сон.