Спасительница и Злая Королева (продолжение)

- Ты уверена, что мы можем ходить у всех на виду? – Свон шла вместе с сыном. Было солнечное осеннее утро. Настроение Эммы было приподнятым. Она давно так хорошо не спала. Мэри Маргарет угостила её ароматным какао с корицей, перед тем, как отправиться на работу. Она предпочитала приходить в школу заранее, до того, как прибудут ученики. Учительница любила побыть в классе в одиночестве и в тишине, чтобы собраться мыслями перед трудовым днём. Городские часы начали отбивать время. - Хватит скрываться, - ответила блондинка. – Если для твоей мамы проблема, что я провожаю тебя до школьного автобуса, я буду очень рада это обсудить! - Ты смелая! – констатировал мальчик. – Это тебе пригодится для операции «Кобра». «Ещё какая смелая,» - подумала Свон. «Мадам мэр, вы меня ещё не знаете!» Она вдруг вспомнила, какой мягкой и податливой стала Реджина в её руках вчера в больнице. Ещё немного и от Злой Королевы не осталось бы ничего. Мисс Миллс ещё будет умолять её о пощаде. Будет просить, чтобы она, Свон, прикоснулась к ней. «Больше вам ничего не светит…» Ага, конечно! Мадам мэр, не на ту напали! - Кстати говоря, - тем временем продолжал младший Миллс. – Нам нужны кодовые имена? - Разве наше кодовое имя не «Кобра»? – всё ещё пребывая в своих мыслях о Реджине, спросила Эмма. - Это название миссии, - будто для маленькой объяснил Генри. – А я говорю о нас. Мне же нужно как-то тебя называть. - Оу… - смутилась блондинка, догадываясь о том, на что намекал мальчик. Женщина пожала плечом. – Ам… Ну не знаю… Можешь пока просто называть меня Эммой… - Ну, хорошо, - согласился Генри. – Ещё увидимся. Эмма. И Миллс пошёл к жёлтому автобусу с надписью «Начальная школа Сторибрука». Двери за детьми закрылись, и Свон проводила взглядом отъезжающий автобус. Генри хотел, чтобы она сказала «мама». Да, Эмма была в этом уверена. Но она сама ещё не готова к этому. Она не готова к тому, чтобы сын назвал её мамой. Она боится? Но чего? И почему? Тут неожиданно её мысли прервала полицейская сирена и путь ей преградила машина шерифа. Неужели мадам мэр всё-таки решилась прислать за ней своего щенка? - С чего вдруг сирена? – улыбнулась блондинка, скрестив на груди руки. Хамберт невольно залюбовался бликами в золотистых волосах. Да что говорить? Эмма была прекрасна! Шериф захлопнул дверцу служебного авто, стараясь взять эмоции под контроль. - Нелегко привлечь ваше внимание. - Что ж, вам удалось. Вы меня опять арестовываете? - Я вас благодарю, - чего это он так смущается? Что с ним делает эта женщина? – За то, что помогли найти пациента, который был в коме. – Чего он бормочет? Он не для этого её остановил. – Мы все перед вами в долгу. - И что же я получу? – Свон очень старалась, чтобы её тон не был слишком саркастичным. – Вы меня погладите по головке? Преподнесёте ключ от города? - Как на счёт работы? – похоже, шериф не заметил её сарказма. Или просто сделал вид. – Мне бы пригодился помощник. Работа? - Спасибо, но у меня есть работа. - Поручителя под залог? Здесь это редко пользуется спросом. – Хамберт покачал головой. - Не вижу, чтобы и на услуги шерифа был спрос. - Вот вам шанс присмотреться получше. Чёрт, Хамберт! Ну, наберись смелости и пригласи эту женщину на свидание. Ну, или хотя бы на чашку кофе. - Есть страховка на дантиста, - мужчина исподлобья посмотрел на блондинку. Свон чувствовала, что Грэм к ней явно неровно дышит. Но ничем не могла ему в этом помочь. Она понимала, что это предложение о работе всего лишь предлог. Предлог, чтобы быть рядом. Но даже если бы ей нравились мужчины, у шерифа было мало шансов. Практически никаких. Да, он был хорошим человеком. Но он был прихвостнем. И слабохарактерность у Свон не была в числе любимых качеств. К тому же, он был мужчиной… И всё же он пытался! Хамберт протянул Эмме свою визитку. – Задержитесь у нас. Она не хотела давать ему надежду, но визитку взяла. Это был шанс. Шанс сблизиться с сыном. И с ней… Она пролистывала местную газету, когда вдруг перед ней оказалась кружка с какао. - За счёт заведения… - прошептала Руби, обдав её своим дыханием. – Я сегодня заканчиваю в семь… - Спасибо, - улыбнулась Эмма. Она поняла намёк брюнетки, но ничего не ответила на него. Лукас ушла от её столика, виляя бёдрами. Эмма провела пальцем по взбитым сливкам и слизнула их. Руби, конечно, была не плоха в постели… Но она её не возбуждала так, как возбуждала мадам мэр. Эта женщина… Реджина была нечто. Тут звякнул колокольчик над дверью и Свон физически, даже не поднимая взгляда от газеты, почувствовала её присутствие. Её запах… - Как ваша прогулка с Генри? Эмма сделала вид, что удивилась, увидев, как мадам мэр садится напротив неё. - Да, я всё знаю… - улыбнулась брюнетка, закидывая ногу на ногу, видя, как Свон скользнула взглядом по её коленке. – Но успокойтесь, я не против… «Не против? Как же…» - Не против, - улыбнулась блондинка. - Нет, - мэр прикусила нижнюю губу. – Потому что мне не нужно больше волноваться из-за вас, мисс Свон. Видите ли, я немного разузнала про вас. Кто вы… - Свон с лёгкой ухмылкой посмотрела на брюнетку. Что она там нарыла на неё, чего она сама не знает? – И то, что я нашла, меня вполне утешило. Всё сводится к числу семь. - Эмма скептически посмотрела на Миллс. - Семь? - Это количество адресов, что вы сменили за последние десять лет, - взгляд Реджины был победоносным. И что она хотела этим сказать? – Самое долгое пребывание в одном месте длилось два года. И что вам так понравилось в Таллахасси? Да что эта стерва хочет от неё? Что это она прицепилась к Таллахасси? Да, она надеялась там встретить Нила! Зачем? Да просто потому, что она хотела посмотреть в его наглые глаза! Спросить, как он смог кинуть её? Что он чувствовал? Он, который кинул её беременную. Он, который слинял с ворованными часами! А её, девчонку, которая ещё даже не вступила в совершеннолетний возраст, засудили за преступление, которое она даже не совершала! Эмма постаралась заглушить ненависть и злость, вскипевшую в ней при одном только упоминании о Таллахасси. - Если вам интересно, то я нашла себе здесь жильё! – усмехнулась Эмма. - Я знаю… - как будто промурлыкала Миллс. – У мисс Бланшар. Надолго вы сняли комнату? О, подождите, вы не знаете… Понимаете, о чём я? Чтобы что-то выросло, мисс Свон, нужны корни. А у вас… их нет, - ухмылка тронула пухлые соблазнительные губы. - Люди не меняются. Они лишь обманывают себя, веря, что смогут это сделать. - Вы меня не знаете, - улыбнулась Эмма. - Думаю, что знаю… - Миллс наклонилась к Свон очень близко. – Всё, о чём я вас прошу, когда вы снова начнёте свою кочевую жизнь, подумайте о Генри и что лучше для него. Возможно, стоит подумать об окончательном расставании. Это ведь всё равно произойдёт. – Миллс прикусила нижнюю губу и приподняла бровь, выводя Свон из себя. – Наслаждайтесь вашим какао. Миллс встала из-за столика и пошла к двери. О, как же Эмме хотелось остановить сейчас Реджину, затащить в подсобку и стереть с её губ эту нахальную ухмылку. Но колокольчик уже звякнул, и брюнетка покинула кафе. Да чёрт побери! Свон вскочила со стула, намереваясь выбежать и остановить женщину, но неожиданно опрокинула на себя кружку. - О! Даже так? К ней тут же подбежала Руби: - Ищь… - пробормотала брюнетка, протягивая салфетку. Она видела, как Свон разговаривала с мадам мэр, и этот разговор вряд ли был приятным. - У вас есть прачечная? - Мгм… - соблазнительно улыбнулась Лукас. Свон влетела в прачечную и закинула свитер в машинку. На верёвке висела какая-то джинсовая рубашка, которую сорвала женщина и надела. О, как же в этот момент она ненавидела Реджину Миллс! Она была готова её придушить! Придушить! Поцеловать! Сжать её тело в своих руках! Довести до оргазма! А потом снова придушить! - О! Нет-нет-нет! – услышала Эмма, и эти стоны вернули её в реальность. - Всё нормально? – спросила блондинка, посмотрев на девушку, которая вытаскивала из машинки какую-то вещь. - Простыни, - в отчаянии ответила прачка. – Они розовые. - Отбеливатель пробовали? - усмехнулась Эмма, застёгивая рубашку. Девушка кинула простынь на машинку и Свон заметила выпирающий живот. – О! - Вчера вечером я почувствовала схватки и… - девушка погладила свой живот. – Доктор сказал, что ребёнок может родиться со дня на день. Ещё не хватало ей беременной истерички! Девушка не видела, как Эмма закатила глаза. - Ну, это здорово, - пробормотала Свон, закатывая рукава рубашки. - Просто… Когда ребёнок родится… … никто не верит, что я справлюсь. «О боги!» Но тут Эмма вспомнила себя в её возрасте и положении. - Никто не верит, что я вообще чего-то могу, - пробормотала девушка. – Может, они и правы. Эмма оперлась пятой точкой о стиральную машинку и скрестила на груди руки. - Да пошли они все на хуй! – усмехнулась она, вспоминая своё прошлое. - Что? – девушке показалось, что она ослышалась. - - Пошли они… на хуй! – повторила блондинка. – Сколько тебе лет? - Девятнадцать, - пробормотала прачка. - Мне было восемнадцать. - Когда у вас родился ребёнок? – нахмурилась девушка. - Да! Я знаю, что это такое, девочка. Все обожают тебе говорить, что ты можешь и что не можешь. Особенно в отношении ребёнка. Но в конечном итоге решаешь ли ты что-то делать … или сдаёшься … выбор за тобой! Девушка погладила живот. - Это не совсем то, что вы могли подумать. Неужели эта дурочка подумала, что она намекала на аборт? - Это не всегда так. Люди всю жизнь будут говорить тебе, кто ты есть. И ты должна ставить их на место. И говорить нет, вот кто я! Хочешь, чтобы люди смотрели на тебя иначе? – Эмма посмотрела в глаза девушки, мокрые от слёз. - Заставь их! Заставь, чёрт возьми! Если хочешь что-то изменить, нужно взять себя в руки и сделать всё самой! Потому что феи крёстные, мать их за ногу, в этом мире не водятся! - Я знаю, ты думаешь иначе… - Миллс наносила любимую помаду на губы, - но мне отнюдь не нравятся субботние собрания городского совета. Просто иногда они неизбежны. Итак, - Реджина отошла от зеркала и посмотрела на сына, который закрылся от неё комиксом. – Ты знаешь правила? Генри отложил журнал с Халком и посмотрел на мать. - Да - домашним заданиям, нет - телевизору, за порог – ни шагу. - Умница, - Миллс как будто не заметила сарказма в словах сына. Она с улыбкой подошла к Генри и, взяв его за подбородок, сказала. – Ни при каких обстоятельствах ты не должен выходить из дома. - То есть не видеться с моей мамой? - Она не твоя мать! – поморщилась Реджина. – Она просто – проезжая! – Чёрт! Только при одном упоминании о Свон она вся закипела от злости. Или от желания? Нет, она ненавидит эту женщину! Спасительницу! Её нужно выдворить из Сторибрука! Уничтожить! Но тогда почему при одном её упоминании… Миллс прикрыла глаза, стараясь взять эмоции под контроль. – Делай, что сказано. Иначе будут последствия. Я вернусь ровно в пять! – бросила брюнетка, направляясь к выходу. Генри подошёл к окну и посмотрел, как отъезжает мерседес матери. Мальчик догадывался, что субботние отлучки матери вовсе не на городской совет. Миллс подозревал, что мама ходила на свидания с Грэмом. Не то, чтобы шериф ему не нравился. Но Генри не горел желанием, что тот может стать его отцом. Хотя, зная Реджину, ребёнок был уверен, что та никого не впустит в их жизнь. Ни за что. Свон сидела на полу в квартире Мэри Маргарет и разбирала свои коробки с вещами, когда в дверь постучали. Учительница чуть нахмурила брови: она никого не ждала. На пороге стоял мистер Голд, опираясь на трость. - Мисс Бланшар, - улыбнулся мужчина, - мисс Свон здесь? Эмма подошла к двери. Она помнила ростовщика, когда тот приходил в гостиницу за рентой. Но тот всё же протянул руку, и Свон пришлось ответить на рукопожатие. - Здравствуйте! Меня зовут мистер Голд. Мы виделись, когда вы приехали. - Я помню. - Хорошо. У меня есть к вам предложение, мисс Свон. Мне нужна ваша помощь. Я кое-кого разыскиваю. Мэри Маргарет немного суетливо перевела взгляд с Голда на Эмму. Придумав неправдоподобную отмазку про принятие ванны, женщина испарилась. Бланшар побаивалась этого человека и решила, что её соседка сможет справиться с ним сама. Не зря же она была охотником за головами. - У меня есть фотография, - Голд достал из внутреннего кармана дорогого пиджака карточку и протянул блондинке. – Её зовут Эшли Бойд. Эмма узнала девушку. Она встретила её в прачечной вчера утром. Какие дела могли быть у бедняжки с ростовщиком? Свои догадки Свон загнала глубоко внутрь себя. Она вполне могла ошибаться. - Она взяла кое-что ценное для меня, - мужчина, хромая, вошёл в квартиру. - Почему бы вам просто не обратиться в полицию? – предложила Эмма. - Потому что… - протяжно сказал Голд, - она запутавшаяся молодая женщина. Она беременна, одинока… И напугана. Свон всё больше и больше не нравилась эта беседа. И ей не нравился человек, стоящий перед ней. - Я не хочу портить жизнь этой девушке. «Ой ли?» - подумала блондинка. Елейный тон мистера Голда не внушал ей доверия. - Я просто хочу вернуть свою собственность. - И что же это? - Одно преимущество, что вы не из полиции – это конфиденциальность. Скажем, что это драгоценный предмет. Вот и всё. - Когда в последний раз вы её видели? - Вчера вечером. И я получил от неё вот это, - Голд приподнял со лба волосы, и Эмма увидела небольшой кровоподтёк, какой бывает от удара каким-нибудь предметом. – Это так на неё не похоже. Блондинка про себя усмехнулась. Она поняла, что её разговор с девушкой не прошёл даром. Похоже, Эшли решила бороться. Но к чему это приведёт, если она связалась с ростовщиком? - Она была вся на нервах. Бормотала что-то о том, что хочет изменить свою жизнь. Понятия не имею, что на неё нашло. «А вот я, как раз, понимаю. Молодец, девочка!» - Мисс Свон, прошу вас, помогите мне её найти… - тем временем умолял мужчина. – Иначе мне придётся пойти в полицию. А я не думаю, что кому-то хочется, чтобы ребёнок родился в тюрьме. «Вот ты гадёныш!» - Конечно, нет, - Эмма скрестила на груди руки. Он хотел пробить ее, и он это сделал. Она не позволит, чтобы Эшли Бойд арестовали. Она не позволит родиться её ребёнку за решёткой. - Вы мне поможете? - Я помогу ей. - Прекрасно! Неожиданно дверь квартиры распахнулась, и на пороге нарисовался Генри. - Эмма! Я тут подумал… - Привет, Генри, - улыбнулся Голд мальчику. – Как дела? - Нормально… - пробормотал Миллс. - Хорошо, передавай от меня привет своей матери, - мужчина хромая пошёл к двери. – И… - Голд посмотрел на блондинку, - удачи вам, мисс Свон. - Ты знаешь, кто это? – спросил малец, когда за мужчиной закрылась дверь. - Да, конечно знаю, - Эмма собиралась вернуться к разбору коробок. - Кто? А то я пока не могу сообразить. - А, - отмахнулась Свон. – Я имею в виду в реальности. - Это всё, что ты привезла? – Миллс с недоумением взирал на несколько коробок, что стояли в углу гостиной. - Генри, что ты здесь делаешь? Эмма была рада видеть сына, но в данный момент её мысли были рядом с Бойд. Что её связывало с ростовщиком? Почему он так жаждал её найти? И что эта девушка у него украла? Она была практически в том же возрасте, что и она, когда родила Генри. И рожать в тюремной больнице Свон не пожелала бы никому! - Мамы до пяти не будет, я подумал, что мы могли бы погулять. Была суббота. И где, интересно, мадам мэр проводит время? То время, которое она должна была проводить с сыном! И вообще, имела ли она право оставлять ребёнка дома одного? Свон не знала законов Мэна, но вероятнее всего рекомендуемый возраст был 12 лет. А Генри было всего 10! Что за безответственная мамаша! Свон постаралась утихомирить взбунтовавшиеся эмоции. Эта женщина, даже не находясь рядом с ней, могла вывести её из себя! К тому же ей нужно было отыскать Эшли. Если та была ещё в городе. - Малыш, у меня есть дела. Мне очень жаль. Свон переоделась. Она скинула мужскую рубашку, в которой ходила дома и надела блузку, обтягивающие джинсы и накинула синюю кожанку. - Пожалуйста, - умолял сын, - дай я помогу! - Нет! Это может быть опасно. - Беременная горничная опасна? - Она напала на мистера Голда! - Клёво! - Это не игра, Генри! Она в отчаянии! - Откуда ты знаешь? - Знаю и всё! – попыталась отмахнуться Эмма. - Тогда давай найдём её. - О нет! – Они встали возле её Жука. – Никаких «давай». Ты со мной не поедешь. - Тогда я сам её поищу! – бросил вызов Миллс. - Тогда я тебя найду и верну. – Ну, зачем она вступила в перепалку с сыном? - Тогда ты не сможешь помочь горничной… - Я, блин, пытаюсь быть ответственной! - А я просто пытаюсь побыть с тобой! Всё, что могла издать Свон, так это просто стон: - Оу… - И добавила, - это вот совсем нечестно! – она села в машину. - Значит горничная, - блондинка закатила глаза, - что с ней за история? Свон направилась в кафе «У бабушки». Руби, наверняка, знает что-нибудь про Эшли и её беременность, раз та работает (работала) при гостинице. Лукас выглядела немного обиженно. Наверняка потому, что Эмма выскользнула из её комнаты тогда, даже не попрощавшись. Но брюнетка ничего не стала говорить при Генри. Но Эмма чувствовала её настроение. И как она не мёрзла в коротеньких шортах и обнажающей пупок блузке? - Так ты не думаешь, что этот её парень, он не причастен к её исчезновению? - Это бы значило, что он вообще как-то к ней причастен. А это не так, - бросила брюнетка. «Чёрт, Руби, ну чего ты так взъерепенилась?» - Он бросил ее, как только узнал, что у них будет ребёнок, - почти выплюнула Лукас, положив руку на бедро и усмехнувшись, уставившись на Эмму. – И больше с ней не разговаривал. Свон физически ощущала исходившую от Лукас обиду. Но ведь она ей ничего не обещала. Тогда почему эта брюнетка так себя вела с ней? Ну почему все всегда на неё западают? Девушки, парни… Она никогда никому не давала даже ложной надежды. Ночь с какой-нибудь красоткой и на утро прости-прощай. С парнями совсем иначе. Единственный мужчина в её жизни это был отец Генри. Но даже те умудрялись запасть на неё. Конечно, она иногда пользовалась этим в своей работе. Но не понимала, почему имела такой эффект. - Как я сказала, он… - тут послышался какой-то грохот, и Лукас побежала к проезжей части, где парнишка из автосервиса припарковывал починенный автомобиль. – Эй-ей, Билли! Осторожней! Ты чуть не разбил моего волка, Билли. Это талисман… - Лукас облокотилась о стул и выпятила бедро. Эмма наблюдала за ней. Эта девица пыталась выглядеть развязной, но что-то в ней цепляло. И Свон была уверена, что Руби не та, кем кажется с первого взгляда. Но спать с ней, наверное, больше не стоит? - Извини, Руби, - начал оправдываться парень, - но смотри, он цел. Лукас кокетливо посмотрела на Билли, будто это могло возыметь какой-то эффект на Свон. Но у Эммы не взвыло это ни толики ревности. Ей было по барабану. Но ей нужно было продолжить начатый разговор. - Эй, Руби, а что её семья? - А… - девушка обернулась и постаралась сделать свой взгляд равнодушным, будто пытаясь ещё уколоть блондинку, но та не собиралась играть в эти игры. – У неё есть мачеха и две сводные сестры. Она с ними не разговаривает. - Погоди, - Генри подал голос, - мачеха, сводные сёстры… И она горничная? - Генри, - вздохнула женщина. – Не сейчас. - Знаете, что бы вы ни слышали – это не правда. – Похоже Руби поняла, что с Эммой её игры не пройдут. Тем более она очень тепло относилась к Бойд. Они не были подругами, но они работали вместе и Руби сочувствовала Эшли. – Все думают, что она не готова иметь ребёнка, но старается. Учится по вечерам, старается развиваться. Налаживает свою жизнь. Вы это понимаете? - Думаю, да. Свон видела беспокойство на лице Руби. Она явно переживала за судьбу девушки. - Тогда может не надо вам вмешиваться? Ей и так уже досталось. - Со мной тоже такое было и я могу ей помочь. - Тогда спросите её бывшего. - Где его найти? - Он живёт со своим отцом. Руби назвала адрес и уже развернулась, чтобы вернуться к своим обязанностям, когда услышала: - Генри, иди в машину, я сейчас приду. Девушка замедлила шаг и через секунду услышала, как её окликнула Эмма. - Руби… - Лукас остановилась, но не обернулась. – Можно с тобой поговорить? Наедине? Они вошли в прачечную, и Лукас попыталась обнять Эмму и поцеловать, но Свон покачала головой. - Прости, - улыбнулась блондинка. – Та ночь была прекрасна, но между нами ничего не может быть. - Совсем-совсем? – Лукас скорчила жалостливую моську. Ей нравилась Эмма. И не то, чтобы после одной ночи девушка начала строить планы, но ей не хотелось, чтобы всё вот так вот закончилось: одной ночью. Брюнетке нравились и парни, и девушки. Девушки чуть больше. А ещё у неё ни с кем не было такого умопомрачительного секса. А вот с Эммой это было нечто. И она хотела это повторить. - Я не могу тебе ничего обещать, Рубс, - криво улыбнулась блондинка, засунув руки в задние карманы джинсов. - И не надо, - рассмеялась брюнетка. – Тебе было хорошо со мной? – Свон согласно кивнула. – Мне тоже было офигенно. И больше я ни о чём не прошу. - Точно? – Эмма сделала удивлённый взгляд. – Только секс и никаких обязательств? Ни скандалов, ни планов на будущее… - Свон приобняла Руби за талию. - Церковные колокола и клятвы у алтаря? Это явно не ко мне. Эмма склонилась над Руби и схватила её губы. Она закрыла глаза и перед её внутренним взором возникла другая брюнетка. И сразу же внизу её живота разгорелся влажный и горячий огонь. Её ладони накрыли груди, спрятанные под тонкой блузкой и бюстгальтером, сразу же сорвав с губ девушки протяжный стон. Свон представляла, что она сейчас сжимает в объятиях Реджину Миллс. Что это она стонет и извивается в её руках. Они с Руби заключили соглашение: никаких обязательств. И Эмме это было на руку. Она любила секс. Она не могла без секса. А эта девушка готова была ей доставлять удовольствие. Конечно, Руби Лукас – это не Злая Королева… Её пальцы расстегнули пуговицу и молнию на шортиках. Скользнули под шёлк трусиков, ощутив влагу… Хамберт вошёл в неё. И вдруг Миллс почувствовала отвращение! Желание, если оно и было, ушло. Реджине вдруг захотелось, чтобы сейчас над ней был другой человек. Женщина! Эмма Свон! О боги! Что с ней такое происходит? Почему она … сходит с ума … по этой … Спасительнице? Мадам мэр закрыла глаза, позволив шерифу попыхтеть пару минут и потом упасть рядом с ней. Если бы в этот момент они обе знали, что находятся друг от друга всего в нескольких метрах? Эмма, прижимающая Руби к стене прачечной и Реджина, закрывшая глаза и представляющая, что это Свон лежит рядом с ней в кровати…