Sweet but the psycho

- Алло, Папуль? - Пак расхаживал по холлу лагерьского корпуса, иногда погрызывая свои короткие ноготки. - Чиминни, как ты, у тебя течка началась уже? - внезапно спросил старший омега, отчего Чимин немного вздрогнул, вспоминая, как во время течки сорвался, как поддался искусителю по имени Мин Юнги. - Пап, обещаешь меня не ругать? - Что такое? Если ты с кем-то переспал, то ничего страшного, ты уже не маленький, а инстинкты все равно делают свое, так что... - Нет, пап, то есть, да... То есть, я переспал с альфой,у которого был гон, он оказался мои истинным, а потом оказалось, что он - сбежавший из психушки альфа с гоном. И... - Так, стоп, сын, подожди... Ты, ты, что ты сделал? - тихо проговорил отец Чимина, который находился рядом с его папой. - Отец, ты как здесь? - голос Пака задрожал, а глаза начали слезиться, он понимал, что за ним приедут этим же вечером, чтобы забрать, лишить альфы и наказать на все лето.... - Чимин, мы, конечно, все понимаем, что течка, гон, гормоны, туда-сюда, но это уже перебор, что он - псих, - как-то грубо ответил отец. - Подожди, дорогой, давай не так грубо, тем более это же хорошо, что Чиминни нашел своего истинного. И я не вижу в этом ничего такого... - перебил его старший омега, и было слышно, как альфа глубоко вздохнул. - В общем, Пап, Отец, тут такое дело... Он сбежал из психушки, которая находится рядом с нашим лагерем, - Папа Чимина ошарашено вздохнул. - и мне нужна помощь с его вызволением...

***

- Тэхён, нам нужно поговорить, - Чон зашел громко без стука и сел на кровать перед омегой, который сидел в позе лотоса на кровати. Альфа нервно сглотнул и спрятал взгляд от пленительных глаз Кима. - Что-то серьёзное, малыш? - Тэ потянулся к паху Чона и наклонился к его бедрам. - Нет, Тэхён, я не об этом, - старший приподнял его голову за подбородок и заглянул теперь уже в его серьезные глаза, коими они бывали редко. - Мне нужно уволиться, потому что так нельзя. - Нельзя что? - Ким изогнул бровь. - Нельзя мне встречаться с тобой и тем более уже заниматься сексом. Твой срок удлинят, а меня, во-первых, уволят, во-вторых, посадят. - Что ты несешь, милый, успокойся, давай, я помогу тебе расслабиться? - Тэхён похотливо улыбнулся и снова потянулся ручонками к паху Чонгука, но альфа резко одёрнул его руки и повалил его на кровать, нависая над ним. - Я серьёзно! Я сейчас не собираюсь шутки шутить, и, если ты не заметил, я без формы. Тэхённи, послушай... - Из глаз младшего покатилась слеза, ресницы задёргались, а носик хлюпнул. - Ты мной воспользовался, а теперь просто уходишь! - крикнул Ким и задергался, но Чон сжал его в объятиях, омега продолжал вырываться, пока Чонгук не накрыл его своим сладким поцелуем со вкусом слез. - Блять! - Громко вскрикнул Ким и оттолкнул альфу. - Что ты творишь? Я жду объяснений! - Тэхён, пойми, я не собираюсь от тебя отворачиваться, я и дальше хочу, чтобы мы встречались, конечно же, за пределами этого дурдома, - младший хихикнул, а Гук, воспользовавшись этим моментом, взял его ладошки в свои. - Тебя выпустят меньше чем через месяц, и мы с тобой встретимся, обещаю, потерпи немного, маленький, и мы будем снова вместе. Вот мой адрес и номер телефона, как выйдешь отсюда, обязательно набери мне, я встречу тебя и отвезу домой, хорошо? - альфа отдал бумажку с данными омеге, дождался кивка и встал с кровати, чтобы уйти, но Ким схватил его и потянул на себя, целуя старшего. Он снова заплакал, едва слышно, слезы стекали к губам, в рот, отчего Чон улыбался, а Ким немного печально стонал.       Альфа оторвался от губ, и быстро направился к выходу, хватая сумку и напоследок заглядывая в любимые глаза. Он бросил тихое "увидимся" и скрылся за тяжелой железной дверью. Ким печально вздохнул и уткнулся в подушку, всхлипывая и сжимая в руке уже мокрый листок с поплывшими, но еще видными буквами.

***

- Сынок, любимый, - омега, стоявший у ворот, быстро бросился к сыну, только что появившемуся на горизонте. - Я скучал, все хорошо, маленький? - Да, папуль, но нам нужно поторопиться, Юнги...Он... - Чимин стал показывать пальцем на ворота лагеря и подталкивать папу в спину, но тот немного нахмурил брови, а потом улыбнулся. - Чимин, Юнги подождет, нам нужно обговорить кое-что с директором лагеря, - вмешался отец омеги. - Зачем? - Пак вздрогнул, подумав, что Намджуну достанется, и что лагерь могут закрыть из-за этого инцидента, хотя, если так подумать, то не раз уже бывали случаи, что в лагере кто-то трахался, да и даже не один раз в год, так что... - Ну, чтобы написать заявление об уходе, - ответил папа и подтолкнул Чимина вперед. Что-то внутри Чимина сначала жестко сломалось, а потом резко склеилось обратно. - А можно я пойду с папой? - спросил Чимин, чтобы подстраховать себя и Джуна. - Нет, сынок, папа пойдет складывать твои вещи, а мы с тобой сходим к директору. Просто напишем заявление, не волнуйся, - альфа мило улыбнулся мужу, а потом посмотрел на немного перекошенное лицо Чимина. Да... план осуществить так и не удалось.

***

- П-с-с, Джун, там это... в общем...- Чимин зашел в кабинет директора лагеря и осторожно прикрыл дверь. Альфа стоял у окна. Когда он повернулся к Паку, то омега увидел у него под глазом фиолетовый синяк. - Господи, напугал, что случилось? - Да блять, Джин... - Омега грозно посмотрел на Нама за его мат, а потом со спокойным лицом кивнул головой. - Короче, Джин мне локтем ночью в глаз заехал, когда ему кошмар снился. Видите ли ему там шоколадные бананы с зубами снились, которые резали несчастную клубнику, из которой брызгала синяя кровь.        Пак рассмеялся, а Альфа посмотрел на него непонятливым взглядом, но не удержался и тоже рассмеялся. - Так что у тебя там... Рассказывай. - Намджун, тут такое дело... Чтобы выпустили Юнги, нужно подтверждение его истинного омеги и его опека, ну, естественно еще годовая слежка правоохранительных органов и психиатрической больницы, но это уже отдельная тема. В общем, чтобы Юнги выпустили, нужно мое подтверждение, а поскольку я несовершеннолетний, то согласие должны дать еще и мои родители. Ну, что скажешь? - Ну, что я могу сказать... Зачем ко мне то пришел? - Джун подошел к своему столу и переложил одну бумагу на другую, поправляя криво лежащую ручку и засовывая после этого руки в карманы. - Заявление писать об уходе, и да, я не один, со мной пришел мой отец, - Пак подошел к двери и открыл ее, высовывая голову. - Заходи. - Здравствуйте, я - отец Пак Чимина, Пак Чанджон, а вы, я так понимаю... - старший альфа протянул руку Джуну и сел в кресло по другую сторону рабочего стола Нама. - Директор этого лагеря, Ким Намджун, рад знакомству. Эм... Поскольку Чимин в этом лагере не первый год, мы с ним хорошо знакомы и общаемся с ним на равных, и, знаете, этот инцидент у нас не впервые, и мы это считаем нормальным. - Подождите, Намджун, я просто пришел писать заявление, а вот то, что произошло это не ваше дело, просто скажите спасибо, что мы не будем вас сдавать в полицию, - Ким шумно сглотнул, а от грубых слов на вид такого миловидного отца Пак побледнел. - Ну, тогда, вот, - Джун протянул листок с ручкой отцу Чимина и сложил руки в замок на столе. Он периодически поглядывал на Чимина, пока старший альфа писал заявление. - Чими, подойди, распишись, что это по твоему собственному желанию, - омега коротко кивнул и подошел к столу. Он расписался и отошёл на то же место, где и стоял. - Ну, что, спасибо большое, до свидания!       Отец и сын вышли из кабинета, но Чимин на последок лишь губами произнес: "позвоните мне с Сокджином". Дверь за ними захлопнулась, а Джун, дрожа, опустился в свое кожаное кресло. Ведь, как знал, что такой исход событий может быть возможен. Так все! Это был последний раз. Раньше он закрывал глаза на соитие детей - альф и омег - в его лагере, но теперь он будет жестко карать за это.

***

- Ох, вы уже все? - спросил папа Чимина, когда они встретились у ворот. - Вещи я уже отнес в машину, так что теперь мы можем идти в больницу.        Пак немного дрогнул, отчего отец, держащий его за плечи нахмурился. - Чимин, все хорошо? Может нам не стоит туда идти? - на что Пак младший помотал головой и сглотнул. - Все нормально, отец. Идти туда нужно, потому что я не могу без него. Я не могу себе представить, что теперь смогу видеть его каждый день и чувствовать его постоянно, а не только 3 или 4 часа ночью в одном и том же месте. - Чимин, ты точно определился, ты уверен, что он не был груб с тобой? - спросил взволнованно папа. - Может не стоит, в конце концов, он убил достаточно много омег во время соития. - Во-первых, пап, - они вышли за пределы лагеря и направлялись по пыльной дороге, окруженной персиковыми деревьями к больнице. - Он - мой истинный и никогда не смог бы сделать мне грубо, во-вторых, он и вправду любит меня, в-третьих, он не знал, что их убивает, в-четвертых... - Ладно, ладно, мы поняли, малыш, - отец улыбнулся Чиму и потрепал его по светлым волосам.        Всю дорогу они шли молча. Наконец, над ними стала возвышаться огромная бетонная стена, почти в два раза превышающая стену лагеря. Над ней была натянута колючая проволока. Как в тюрьме, ну, честное слово!        Пройдя пропускной пункт на воротах, они шли ко входу в специализированную больницу. Внутренний двор был хорошо ухожен. От высоких кипарисов утром там падала тень, поэтому двор был в тени. Много больных сидели за столиками и переговаривались, иногда поглядывали на гостей. Пак начал быстро бегать по лицам и головам, ища то бледное лицо и те шелковистые черные волосы, которые он остервенело оттягивал в порыве страсти. Но его там не было. Пак печально выдохнул и зашел за родителями в здание. - Здравствуйте, вы к кому? - спросила девушка-альфа в форме, выходя из-за стойки приёма и поправляя кепку со специализированным значком на голове. - У нас не было уведомления о том, что кто-то придет. - Здравствуйте, у нас срочное дело, где у вас здесь главный врач? - спросил отец Чимина, руками пряча омегу за своей стеной. - Здравствуйте, я главный врач, а что, собственно говоря, происходит? - спросил человек в белом халате, стягивая маску с лица и перчатки. - Здравствуйте, у нас срочное дело к вам. - Говорите... - врач подошел ближе к семье Пак и облокотился об стойку. - Что у вас там случилось?        Папа подтолкнул Чимина в сторону врача и произнес тихое "давай". Старший омега знал, что так они смогут больше повлиять на этого врача. - Здравствуйте, у вас есть больной Мин Юнги? - спросил тихо Пак и опустил голову, разглядывая свои маленькие пухленькие пальчики. - Ну, есть, а вы ему кто? - спросил врач и легонько улыбнулся. - Я - его истинный омега, - снова тихо сказал он. Врач немного расширил глаза, а потом улыбнулся. - Как ты это понял? - спросил он и попытался заглянуть в глаза Чима, но тот отвернулся еще больше. - Ну, мы провели его гон и мою течку вместе эти последние три дня, - врач вытаращил глаза и повернул лицо Чимина к себе. - Что? Так он все-таки смог сбежать, но всегда возвращался, вот негодяй! - врач стукнул по столешнице стойки и отвернул голову, глубоко вздыхая. - Ладно, малыш, что ты хочешь? - Как что, вы должны его отпустить! - вскрикнул Пак младший. - Ха-ха, но ты же еще маленький, а он - уже достаточно зрелый альфа. У вас разница в возрасте где-то 5 лет. - Так, послушайте, - отец семьи Пак вмешался, снова пряча Чима за свою широкую спину. - Мы не обязаны вам ничего говорить, если бы Чимин пришел один, а так, он с родителями, так что мы решим, будут ли они вместе или нет! А вы, пожалуйста, без лишних вопросов отпустите Мина Юнги, пусть детишки будут счастливы, а мы подпишем все необходимые документы.       Врач на слова альфы лишь хмыкнул, развернулся и ушел. Глаза младшего покраснели, и из них начали течь слезы. - Чиминни~, все будет хорошо, - протянул папа Чима и обнял его. - Может он пошел за документами... - Мина Юнги вывести, палата А36, кто ближайший, вывести, как слышно? - послышалось из рации девушки, которая все так же сидела за стойкой и разглядывала какие-то документы. Когда Пак услышал знакомое имя и "вывести", он вздрогнул и подошел вплотную к стойке приёма. - Вывести, кто ближайший? Как слышно? - послышалось снова из рации.       Чим резко повернулся к родителям и посмотрел на них зарёванными глазами-полумесяцами. - Ну, вот, видишь, а ты переживал! - ответил папа и тут же открыл свои объятия для сына. - Я, конечно, не хочу прерывать вашу милую семейную идиллию, но я, черт возьми, тоже безумно скучал по Чиминни! - услышав такой родной и возбуждающий голос, Чимин резко повернулся на него и расширил глаза. Вытирая крупные слезы с щек, он, недумая, побежал к альфе, к его альфе, к его Мину Юнги.        Ничего не изменилось с их вчерашней встречи, разве что только лицо Мина. Оно теперь было очень счастливым и спокойным. - Малыш, я скучал по тебе... - прошептал альфа в самое ушко Чима и зарылся носом в его светлые волосы, пахнувшие шампунем. Теперь они всегда будут вместе и рядом. А то, что получилось так спонтанно, их встреча и первый секс, никогда не забудется. - Я тоже, я тоже... - Чимин... - снова шепотом позвал его Юнги. - М? - А у тебя течка разве закончилась уже? - Угум.... - альфа немного отодвинул Пака от себя и заглянул в его глаза, которые все еще были красными. - А ты знаешь, что у нас скоро будет малыш? - спросил альфа в полголоса, на что Чим расширил глаза, еще немного посмотрел на альфу, а потом снова упал в его объятия. Альфа усмехнулся, погладив Чимина по голове. - Чиминн~и...        Взрослые так и продолжали стоять и смотреть на эту молодую парочку, пытаясь понять, о чем же они шепчутся. Это выглядело так тепло и мило. Чонджон, видя эту картину, сплел свои пальцы с пальцами своего омеги. - Милый, - сказал тот тоже шепотом, продолжая смотреть на нежащуюся парочку. - М? Что случилось, дорогой? - спросил омега. - А давай заведем еще одного ребеночка?