Чертова судьба

      Хоть я и спрыгнул на арену, я все еще не представлял, как спасать Иккинга. На арену также выскочила Астрид и метнула в дракона молотом, чем перевела внимание на себя. Стоик уже открыл врата и звал сына, но дракон выстрелил в край входа, заставив брата бежать в противоположную сторону. Только дракон уже был готов сомкнуть лапу над телом шатена, как я уже подбежал и стал удерживать лапу дракона.       — Чего разлегся, беги к выходу! — почти прорычал я, но он послушался и помчался к выходу из арены.       Тяжелый, зараза! В очередной раз выскользнув, но уже из-под когтей Ужасного Чудовища, перекатившись и встав напротив дракона, я прорычал, но в этом рыке слышались слова:       — Убирайся в клетку! — но вместо того, чтобы послушно уйти, он выстрелил огненным залпом, я, естественно, увернулся, но огонь все же меня задел.       Больно! Чертовски больно! Левая рука попала под огонь, из-за чего я почти перестал чувствовать ее, но нет, вот я вновь ее чувствую. Поразительно, не правда? Мелкая чешуя закрыла собой почти всю поверхность тела, посему я спокойно мог выдержать и удар молота, и пламя. Но ощущения боли никуда не делись, что немного да отвлекает. По всему телу находятся мелкие чешуйки телесного цвета.       Я встал, отряхнулся и посмотрел на Ужасное Чудовище и уже не сдерживаясь, прорычал, и рык был очень страшен не только для дракона, но и для викингов, ведь люди так не умеют. Сдав позиции, красный дракон все же убрался в клетку. Викинги еще стояли и не решались подойти, но только шатен решился, как тут же все викинги оживились и пососкакивали на арену. Окружили и хотели поймать, однако грозный приказ вождя не позволял им подойти ближе, сам же Стоик, пробравшись сквозь толпу, вышел ко мне.       — Кто ты такой? — довольно громко спросил вождь.       — Я всего лишь путешественник, на ваш остров я прибыл совсем недавно и к вашему народу я не выходил, — ответил я, уже немного хрипящим голосом, человеческое горло не шибко способно выдержать такой рев.       — Зачем ты подставился под удар? — вождь спросил так же ровно и спокойно. И про какой же из двух мне начать оправдываться?       — Ну, как бы у меня на родине драконов не убивают ради забавы. Да и не видел я опасности до тех пор, пока вы не приказали остановить бой, а после замахнулись своим молотом. Драконы не любят резких звуков при налаживании контакта, и потому я не придумал ничего лучше, чем остановить вас, но тщетно.       — Зачем ты полез без оружия на дракона? И что это был за рык не человеческий?       — На это я не обязан вам отвечать! — шипя проговорил я. Как же охота уйти отсюда подальше.       Сзади подошли викинги, пока я разговаривал с вождем. Я почувствовал враждебность со спины, но не подавал виду.       Вырвавшийся Иккинг, Астрид и Плевака подошли к вождю. Астрид сообщила, что видела меня и привела в главный зал, но я вырвался и сбежал. Печеный угорь, если она сейчас расскажет о фурии, я ее на месте пристрелю залпом. Плевака и шатен подтвердили сказанное девушкой, и вождь смотрел на меня, прожигая взглядом. Иккинг же просто смотрел, пытаясь, силясь понять, кто же я такой. Зачем защитил и как я смог выйти из боя невредимым.       Одно мгновение, одно действие, одно слово и одна секунда. Сильный удар, падение и тьма с болью. Очнулся я уже в какой-то камере, судя по решеткам, руки скованы цепью, на ногах кандалы. И чем же меня таким-то огрели, что я отключился, или попали правильно? Так я провисел, по ощущению, с полдня. Руки уже ныли от однообразной и не шибко удобной позы, но вот услышал, что по коридору кто-то идет. Принюхавшись, учуял я только двоих, вождя и кузнеца. Когда же они появились за решеткой, они остановились и повернулись ко мне.       — Уже очнулся? Ну и замечательно! — без грамма радости сообщил вождь.       — А где же паренек, которого я спас от дракона? — улыбнувшись и смерив оценивающим взглядом вождя, спросил я, в то время как камеру отворяли и заходили двое.       А в ответ мне была лишь тишина, в груди что-то неприятно резануло: он же не мог казнить его или сослать? Я уже хотел вновь задать тот же вопрос, но, учуяв жутко знакомый и уже въевшийся в память запах, инстинктивно повернул голову в сторону выхода. Вождь повернулся в ту же сторону и решил узнать, что там, а там стоял Иккинг.       Да уж, а разговорчик-то повторился, только вот уже никто не скажет о гнезде.       — Ты связал свою судьбу с ними! — поругавшись с сыном, Стоик вернулся обратно.       — Вождь, я все, конечно, понимаю, но он же ваша кровь, — безэмоционально проговорил я, смотря в глаза Стоику.       — Да что ты знаешь?! — воскликнул он; кузнец же стоял в углу камеры и просто наблюдал, словно уже догадался, кто сейчас находится в цепях.       — Я? Что я знаю? Я знаю, где находится то, что вы ищите и еще много чего! — лыбясь во все тридцать два зуба, процедил я.       — Ты чужак и в данный момент еще и пленник, твоим словам нельзя верить! — да ладно только одно упоминание о гнезде и ты тут же сменишь свои принципы.       И я рассказал ему о гнезде, и, как и предполагалось, он тут же поспешил снарядить поход и вывел меня из той камеры. Пока он собирал людей и корабли, он вручил меня Плеваке, тот довел меня до своей кузницы и сам начал собираться в путь-дорогу. Пока тот был занят, я уселся у прилавка и мысленно связался с шатеном. Как и ожидалось тот уже успел проверить овраг и не нашел там никого. Тут же он захотел узнать, где я нахожусь, и я направил его к кузне.