кровавый свет

— Господин Пак, если вы согласны, то закончим на сегодня. — Хёну поднялся со стула после чего, взяв подписанные бумаги, подошёл к своему так называемому коллеге по бизнесу, чтобы пожать ему руку. Попрощавшись с мужчиной, он вышел из кабинета, спускаясь по направлению парковки, где стояла его машина. Там Сон устало падает на водительское сидение, как только открывает дверцу, а документы благополучно летят в бардачок, пока сам он дает себе минуту на отдых, чтобы прийти в себя. Голова гудела, словно в нее влили расплавленный метал, но, с другой стороны, оставалась лишь дорога домой, а потом уже — прохладная комната и долгожданный сон. Ради этого стоило потерпеть еще каких-то полчаса. — Как же я устал. Надо спешить домой. Хёну посмотрел на наручные часы и, так как время было уже позднее, завёл машину, в спешке тронувшись с места, мечтая лишь о том, чтобы поскорее добраться до своего дома. Как бы мужчина не убеждал себя раньше о «каких-то полчаса» — дорога никогда не казалась ему настолько длинной, как кажется сейчас. Она пролегала через густой лес, окутанный мистической дымкой, но это по-своему затягивало и очаровывало, пусть Сон и привык к этому за несколько лет езды туда-сюда по этому пустому участку. Не сбавляя скорости, Хёну достал из кармана пиджака пачку сигарет и зажигалку, предварительно открывая окно в машине. Делая первую затяжку и немного жмурясь от горечи пусть и дорогого, но до нельзя вредного и противного табака, наполнившей лёгкие. Он расслабленно выпускает клубы дыма в воздух, не забывая смотреть на будто бесконечную дорогу. Однако, похоже, что ему не было суждено добраться сегодня домой без происшествий. Посреди дороги стрелка спидометра вдруг стремительно начинает падать до нуля, из-за чего, уже через несколько секунд, машина и вовсе остановилась посреди лесной глуши. Хёну раздражённо бьёт ладонями по рулю пытаясь вновь завести мотор, но все попытки оказываются тщетны. Это заставляет задуматься над тем, что надо было бы предпринять попытку найти ночлег и решить всё утром, потому что чинить машину или просить это сделать ещё кого-то в такое время и в таком месте не хватает ни сил, ни совести. Уставший и измученный, Сон взял свой телефон и вышел из машины. По навигатору он находит ближайший отель, маршрут к которому через трассу был в разы длиннее, чем через лес. Выбрав самый лёгкий путь, Хёну выбросил и потушил носком ботинка недокуренную сигарету, направился к пункту назначения сквозь густо растущие деревья. Из-за усталости, что охватила неприятной нугой тело, он не обращал внимания на хруст ветвей под ногами и карканье ворон, которых со временем становилось все больше и больше. Уверенно шагая по лесу, Хёну вдруг наткнулся на дом, из окон которого бил странный красный свет, но даже это не оттолкнуло его, ведь все что он хотел — отдохнуть от тяжёлого рабочего дня и поспать, а уже возможные последствия не волновали уставшие мозг и тело. Надеясь на то, что хозяин будет любезным, он постучал в дверь, как вдруг та с жутким скрипом, прямо как в фильмах ужасов, открылась сама по себе. С опаской мужчина вошёл внутрь, смотря по сторонам и замечая на стенах мрачные картины, выполненные исключительно в тёмных тонах, что придавало месту ещё более пугающий облик. — Кто ты такой и как попал сюда? — Хёну вздрогнул от голоса, внезапно раздавшегося за его спиной. Обернувшись, он увидел молодого парня с чёрными как смоль волосами и кровавого цвета глазами, одетого в белую растянутую футболку, неаккуратно лежащую на ключицах, и чёрные, облегающие крепкие бёдра джинсы с разрезами на коленях. — Господи напугал-то как. — Сон приложил руку к груди, чувствуя биение своего сердца, которое норовило сломать ребра и покатится по полу и ковру под ногами. Сделав глубокий вдох, он с облегчением выдохнул, устремляя взгляд на парня. — Ты же хозяин этого дома? — поинтересовался мужчина, оглядывая, судя по догадкам, зал, находившийся за спиной паренька. — Да. И попрошу ответить на мои вопросы. — сложив руки на груди, незнакомец склонил голову вбок, окидывая оценивающим взглядом незваного гостя. Чёрный смокинг, белая рубашка, галстук, придающий образу элегантности и… сладкий запах крови, спровоцированный мимолётным испугом. От его аромата голова шла кругом, а хозяину дома пришлось приложить немало усилий, чтобы не поддаться искушению, но он продолжал держать себя в руках. — Меня зову Хёну. Сон Хёну. Моя машина заглохла посреди дороги и я хотел найти ночлег. Ты не против, если я останусь всего на одну ночь? — объясняет Хёну, попутно вытягивая из внутреннего кармана пиджака бумажник и, достав оттуда несколько купюр, протянул их парню, на что тот лишь мотнул головой, приводя мужчину в недоумение. — Можешь звать меня Вонхо. Да и не нужны мне твои деньги. Оставайся. — он прикрыл глаза, хрипящим голосом продолжая своё предложение: — Расплатишься немного иным образом. — парень развернулся к гостю спиной, проходя в одну из дверей, и позвал того за собой. — Спасибо тебе большое. — Сон послушно пошёл за Вонхо, входя в просторную кухню, по приказу хозяина садясь за стол. Через некоторое время тот принёс еду в лице тарелки с супом, чашку риса и довольно аппетитный на вид стейк, рядом так же ставя чашку с кофе. — Ешь, а потом пойдёшь со мной спать. У меня одна комната и кровать так же одна, так что будем спать вместе. — сам парень сел напротив гостя, наблюдая за тем, как тот с упоением уплетает еду за обе щеки, что заставило Хо непроизвольно улыбнуться. Он выглядел так мило со стороны, хотя сам этого, наверное, даже не знал. Закончив трапезу и запив всё съеденное крепким кофе, Хёну встал из-за стола и, поклонившись, ещё раз поблагодарил хозяина дома, но тот был словно в трансе, бесстыдно пялясь на Сона, даже не моргая. Хёну провёл рукой перед глазами Вона, но даже на это он не отреагировал. — Вонхо! — парень повысил голос, щелкнув пальцами перед глазами странного, но приветливого незнакомца, что вывело того из мыслей. Должно быть испугавшись, парень выскочил из-за стола, встревоженно взглянув на мужчину, но поняв, что всё хорошо, он быстро пришел в себя и пошёл к выходу из кухни, остановившись на секунду в дверном проёме. — Я дам тебе сменную одежду. Прими душ перед сном. — парень пошёл по короткому коридору, скрываясь за одной из дверей, которая оказалась спальней. Когда Хёну вошел в комнату, то увидел большую двуспальную кровать, чёрный ворсистый ковер на полу, шкаф из тёмного дерева с красивой резьбой, кроваво красные шторы и ярко светящую люстру. И, даже не обращая внимания на последнюю часть интерьера, он все равно казался загадочным и мрачным. Изнутри дом выглядел слишком роскошно для человека, живущего в глуши, так далеко от города. Его размышления и разглядывания комнаты прервал хозяин, протягивающий сменную одежду. — Ванная вон там, — мужчина кивнул на дверь напротив. — Чистое полотенце найдешь в ящике под раковиной, остальное я тебе дал. Вонхо опустился на кровать, прикрывая глаза, даже не вздрагивая, когда хлопнула дверь, оповещая о том, что гость ушел. Подумав лишь секунду, все же решив отдаться воле чувств, он, судорожно выдыхая, пробрался пальцами под свою футболку, очерчивая кубики пресса и доходя до сосков, тихо простонав. Касаясь себя, он мог думать только о сильных руках человека, находящегося сейчас за стеной, свободной касаясь своего паха, сжимая член через одежду и закусывая губу. Дверь распахнулась, позволяя свету упасть на кровать, Вонхо дернулся, прекращая играть с собой, посмотрев на стоящего на пороге Хёну, алый цвет затопил радужку Хосока, сразу же отражаясь в глазах напротив, ярко выделяясь в тёмных омутах гостя. — Подойди ко мне — шепот Вонхо окутывал сознание, не давая права выбора, он чуть подвинулся на кровати, не разрывая зрительного контакта, с ухмылкой наблюдая за тем, как Сон подчинился, не властный над своим телом, опускаясь на матрас рядом с вампиром, сжимая одной рукой полотенце, которое скрывало то, что действительно интересовало Хосока. Хо аккуратным движением развязал полотенце, откидывая его в сторону. Легкая ухмылка появляется на губах парня, когда он сполз на пол, устраиваясь между ног мужчины. Взяв в руку пока еще вялый член, Вон провел языком по головке, прежде чем поместить его в рот, заглатывая по основание и почувствовать, как ствол твердеет от проделанных махинаций, постепенно всё больше распирая глотку и не позволяя вдохнуть полной грудью. Ли осторожно отстраняется, чтобы вновь вобрать член в рот, вслушиваясь в чужие хриплые выдохи. Они, казалось, звучали над самым ухом, посылая приятную дрожь вдоль позвоночника. Слюна стекала по подбородку, щекоча кожу, в уголках глаз собралась влага, от чего пушистые ресницы немного слиплись, а губы припухли и притягательно покраснели. Однако уже через несколько минут, понимая, что воздуха начинает не хватать, парень отстранился от Сона, глубоко вдыхая и чувствуя, как горло сдавило болезненным спазмом. Пару раз широко лизнув член, жмурясь от солоноватого вкуса смазки во рту, Хо поднялся с колен, медленно избавился от одежды, рассматривая загипнотизированного Хёну из-под челки. Забираясь на бедра мужчины, Вонхо обнимает его за плечи, проезжаясь ягодицами по члену, и тихо стонет, откидывая голову назад. У него так давно не было партнёра, что он и забыл, как это, когда в тебе не холодная резиновая игрушка, а настоящий, горячий член. Не прерывая зрительного контакта, Вонхо подносит пальцы к своим губам, не спеша посасывает их и часто дышит под взглядом младшего. Выпуская пальцы изо рта с тихим чмоком, он заводит руку за спину, разводит ягодицы в стороны свободной и медленно проникает в себя двумя пальцами. Легкая боль проходит через несколько секунд и он добавляет третий, тихо выдохнув от чувства, которое успело стать непривычным. Хосок разводит их внутри, гладит стенки приподнимается на коленях, когда чужие руки ложатся на его бедра. — Надеюсь, что он войдёт без боли. — с долей надежды прошептал Ли, с пошлым хлюпаньем убирая пальцы с уже разработанной дырочки. Ими же, обхватывая член Хёну и подставляя головку к анусу, он медленно опускает бедра, немного жмуря глаза и тихо шипя от забытого дискомфорта. — Чёрт. Какой же большой. Его тело прошибало противоречивой дрожью, когда он делал это, потому что представлял последующие действиями, но временная боль в начале немного отвлекала от этих мыслей. Вампир размашисто двигал бедрами, глубоко принимая член Сона, слыша в ответ тихие стоны, которые только лишь побуждали его двигаться быстрее. Тем не менее, забыв о правиле, Хосок закатил глаза и тем самым разорвал зрительный контакт с мужчиной, выводя из состояния гипноза, но взамен заставляя почувствовать легкий ступор. — Что за… — Хёну на секунду замер. Вид скачущего на нём парня не на шутку возбуждал, будоражил кровь, пуская по венам адреналин, который дал толчок решительности и храбрости, чем в своих же целях воспользовался Сон, хватая Ли за бёдра и заставляя того в удивлении распахнуть глаза. Когда сильные руки насадили его на крупный, увитый вздувшимися венами ствол, ударив головкой по простате, парень сразу же сорвался на продолжительный стон. Хёну был совсем не против такого расклада, ведь парень на вид был довольно привлекательным, его голос мелодичный, а тело просто отдельный вид искусства. Он не знал, куда деть руки, пока не опустился ими на сочные ягодицы, сжимая их до красных пятен, что на утро окрасятся в синий, напоминая вампиру об этой ночи. Пошлые стоны рассекали тишину, казалось, что всё в доме пропахло запахом секса и похоти, а два человека просто забыли о времени и существовании вселенной, наслаждаясь друг другом и даря незабываемые ощущения. Казалось, что разрядка так близко, но безумно хотелось растянуть этот момент на подольше, чтоб насладиться заполненностью. — Я так... А-ах... Хочу попробовать. — сквозь стоны бормотал Хосок, проводя носом по шее партнёра и из последних сил сдерживая порывы, чтоб не укусить того. С каждым новым толчком становилось всё труднее сдерживаться, тело, скованное ощущениями, содрогалось от наступающего оргазма, из-за чего перед глазами взрывались сотни феерверков, порождая невиданные до сих пор чувства. Вонхо никогда и ни с кем не было так хорошо, как с Хёну. Его тело такое горячее, совсем не такое, как у самого Хосока, температура которого не превышает 25 градусов, а сердце почти не бьётся. Даже это не мешает ему чувствовать то, что чувствуют обычные люди. Чужое сердце бьётся в такт толчкам, чётко отбивая ритм и разгоняя по организму кровь, которая так необходима парню. Находясь на краю пропасти под названием «оргазм», Хо склоняется к Сону и вовлекает его в нежный поцелуй, сминая его губы своими, обвивая руками шею и цепляя клыком нежную кожу, тем самым заставляя губу кровоточить, отдавая металлический привкус в поцелуй, что напрочь сорвало крышу второму. Оторвавшись от губ, Хосок проложил дорожку из поцелуев к шее, полной грудью вдыхая аромат. Он не думает, вонзая клыки в мягкую плоть, вынуждая Хёну захрипеть из-за смеси боли и наслаждения, изливаясь при этом внутрь парня, пока тот с упоением высасывал порциями кровь, при этом орошая грудь и торс мужчины своим семенем. Бурный оргазм не оставил в Хо ни капли здравого смысла, из-за чего тот не может остановиться, поглощая всё больше крови, не замечая того, что Сон начинает терять сознание, тихо хрипя что-то на подобии «Остановись», на что второй никак не реагировал, полностью отдаваясь процессу. Теплая кровь приятно обтекала клыки, капала на язык, все больше и больше лишая вампира рассудка. Ни сильная хватка, пытавшаяся остановить его, ни тихий хрип Сона не могли донести до его увлеченного разума то, что он убивает своего ночного гостя, который так или иначе — смог захватить полукровку. Частички здравого смысла начинают бить тревогу слишком поздно: кожа под руками уже кажется не такой теплой, как всего несколько минут назад, а само тело словно тяжелеет, потому что внезапно обмякает. Вонхо несколько раз моргает, пусть и веки словно налиты свинцом, прогоняя наваждение, и, только когда красный блеск сползает с глаз, холод бьет его в спину, стоит ему заметить последствия своего увлечения кровью Хёну. — Нет… — срывается с его губ, когда страшная мысль начинает теплиться в уголках сознания. Напуганный этим, вампир прислоняется ухом к груди Сона, к тому месту, где должно биться сердце, но в ответ тишина, звоном отдающая в ушах. В голове становится пусто от страха. Не то, чтобы Вонхо успел привязаться к младшему за столь короткий промежуток времени, но вот то, что у него возникла к нему симпатия — факт. Хосок не может собраться с мыслями. Он дрожит и невольно пальцами впивается в плечи Хёну. — Боже, нет! — парень тяжело дышит, жмуря глаза и сводя нервно подрагивающие брови к переносице. Он старается сконцентрироваться. Вонхо знает, что ему надо что-то сделать, но совладать со страхом сложно, как и не дать панике захватить себя и лишить способности думать. «Кровь, — пульсацией отдает в висках, — твоя собственная кровь». Хосок оглядывается в поиске чего-либо острого, ведь клыки против собственной кожи были абсолютно бесполезны. Взгляд цепляется за лежащий на прикроватной тумбочке небольшой ножик, оставленный им же несколько дней назад. Вонхо бы в жизни не подумал, что подобная вещь понадобится ему им таким способом. Полукровка хватается за этот нож и, не думая, режет внутреннюю сторону ладони, тут же сжимая её в кулак и давая каплям крови стекать из раны, капая прямо в приоткрытые губы Сона, пока та не затянулась. Сейчас для него последняя надежда — это рискованный шаг Вонхо, а именно — обращение. Текущая в жилах старшего кровь вампира могла вернуть человека к существованию. Уже мертвым и холодным, таким же жаждущим крови монстром, как и Хосок, но лишь это было единственным шансом на спасение Хёну. Уже через несколько минут Хосок укладывает парня головой на подушку, с некой заботой проходясь ладонью по темным волосам. На самом деле, он не мог дать точное определение своему чувству. Это не была прочная влюбленность, но и просто привязанностью Вонхо назвать это не мог: чувство сидело гораздо глубже и охватывало больше, чем давно небьющееся сердце. Взгляд вампира падает на охваченные золотистым блеском красные шторы. Они напоминают о том, что совсем скоро полностью взойдет солнце и даст начало новому дню. Дню, в котором Шону не понадобится машина, что так и осталась стоять посреди трассы, а Хосоку понадобится разобраться в их, вероятно, общих чувствах и, если понадобится, отпустить Хёну, если после свыкания со своей новой сущностью у него не окажется никаких чувств. Рассвет Вонхо заканчивается тем, что волнение вырывает из его груди рваный выдох, а позади раздается голос Сона, вынуждая наконец повернуться и встретиться с ним взглядом, в котором не было ничего живого. С этого момента его сердце больше никогда не забьётся в прошлом темпе, а от человека осталась только оболочка. — Что произошло? — Хёну смотрит на Вонхо и в его глазах виднеется тревога. Будто с ним что-то не так. Будто он теперь другой. — Всё в порядке. — Хосок чуть склонил голову в бок, непонимающе вскидывая брови и пожимая плечами, разводя руки в стороны. — Почему ты меня испугался? Я ведь такой же, как и ты. — Я? — Сон вскакивает с кровати, подходя к шкафу и хватая нижнее бельё, на ходу надевая его, становясь напротив зеркала и вглядываясь в своё лицо, а как только взгляд опустился на шею, он заметил красное пятно, похожее на засос, косясь на Хосока и рыча. — Это ты сделал? — Я убил тебя. — Полукровка сел на кровати, опуская взгляд на руки, лежащие на коленях и виновато вздыхая. — Теперь ты — вампир. Я не смог остановиться. Прости. — По его щеке потела одинокая слеза, а тело задрожало страха. Он боялся, что Хёну оставит его, а что ещё хуже — возненавидит. — Вампир? — Мужчина тут же приложил руку к своему сердцу, ожидая почувствовать его биение и свалить всё на разыгравшуюся фантазию или же сон, но как бы не была ужасна реальность, его сердце замерло. — Значит и ты не человек. Но как.? Будто прочитав мысли второго, Хосок тихо ответил, боясь последующей реакции Хёну. — Моя кровь. С её помощью я спас тебя. Другого выхода не было. — Его голос дрожал, а тембр с каждым новым предложением всё больше нарастал, переходя в крик. — Я не хотел, чтоб ты умирал. Это странное чувство. Если бы я был живым и находился рядом с тобой, то моё сердце билось бы чаще. Я не знаю, что со мной не так! — Не сдержавшись, Хо расплакался, не скрывая этого, но успокоился, почувствовав руки на своей талии. — Тише. — Хёну нежно обнял парня, прижимая того к себе и успокаивающе шепча. — Ты сделал то, что посчитал нужным и тем самым спас меня. Как я могу отблагодарить тебя? — Устроив голову на плечике Ли, он провёл носом по основанию шеи, после, широко лизнув и подумав про себя «сладкий». — Просто будь рядом со мной.