Драбблы

      Джин заебался за всеми присматривать. Он не нанимался в няньки к шести парням, когда проходил прослушивание. А теперь только и слышит хён это, хён то. А кто поможет хоть в чем-нибудь ему самому? Заболел Чимин? Хён, посиди с ним. Закончилась еда? Хён, ты же умеешь готовить. И так по кругу: уборка, стирка, готовка. Джин чувствует себя матерью одиночкой с шестью детьми на попечении. А еще это вечное прозвище.       Ты прямо как мамочка для нас всех, хен. Ох, как его это злит.       Джин в очередной раз готовит еду на всех, ведь больше некому. А питаться едой на вынос, как говорят ему постоянно менеджеры, дорого да и вредно. Он зовет остальных мемберов к столу, но когда пересчитывает, то видит, что Намджун так и не пришел.       Джин коротко вздыхает и идет в комнату к Джуну. Он стучит в дверь и, не получив ответа, заходит внутрь. Намджун сидит за письменным столом. Перед ним несколько исписанных бумажек и ноутбук. Он грызет кончик ручки, качая головой в такт музыке, играющей в наушниках, а потом резко вздрагивает, когда Джин легонько трясет его за плечо. Он быстро сдергивает наушники и оборачивается к старшему, вопросительно поднимая одну бровь.       — Пора есть, — коротко говорит Джин и выходит из комнаты.       Когда Намджун добирается до кухни, за столом сидит только Джин.       — Все остальные уже поели, — говорит он и начинает трапезу вместе с Джуном.       — Это так мило, что ты решил подождать меня, — поддевает младший, на что Джин покрывается красными пятнами от ярости.       — Если бы я никогда не ждал вас и не звал, вы бы с голоду сдохли с полным холодильником еды. — бросает Сокджин, доедая свою порцию.       Он встает и забирает грязные тарелки, чтобы положить их в раковину, а после помыть.       — Спасибо, было вкусно, — говорит Джун, на что Джин лишь передергивает плечами мол «всегда пожалуйста».       — Я пойду, мне нужно закончить текст.       — Постарайся успеть до ужина, я задолбался по нескольку раз разогревать еду. Не успеешь — будешь есть холодное. — Джин грозит пальцем, на что Джун лишь усмехается.       — Ладно, мамочка.       — Эй, я вообще-то твой хен! Ты кого мамочкой назвал?       — Тогда буду называть тебя папочкой, — игриво бросает Намджун и уходит в свою комнату.       Джин сидит на стуле, чувствуя, как от последней фразы его накрыло с головой. А собственный член в штанах стал предательски наливаться кровью.