Мой любимый соулмейт

      — И ещё не забудь купить селёдку! — проговаривает в трубку Чимин, пока Юнги стоит в молочном отделе, где только что взял десять глазированных сырков и клубничное молоко для Мина (Пака).  — Селёдку? — переспрашивает Юн, а то вдруг ему послышалось.  — Да, — спокойно отвечает Чимин.  — Селёдку? Чимин, ты серьёзно сейчас? Ты что блин собрался делать с продуктами, которые попросил купить? Яд какой-то варить будешь, чтобы убить соседскую собаку, которая будит тебя каждое утро, потому что она, по твоему мнению, сильно громко ест? Арбуз, свиная печень, варёный язык, мёд, банка мороженного с черничный повидлом, сгущённое и варёное молоко, паштет, холодец, десять глазированных сырков, клубничное молоко и ещё ты просишь меня взять селёдку? — Мин в недоумении. Ну серьёзно! Он, взрослый человек, в три часа ночи бежит в магазин и покупает для своего мужа достаточно много продуктов, которые даже не сочетаются между собой!  — Да, прошу взять селёдку, тебе сложно что-ли? — спрашивает беременный, начиная психовать.  — Малыш, мне не сложно взять, но… Твою мать, ты всё это реально съешь? У нас в холодильнике уже места нет. Вот что у нас там за ребёнок растёт, а? Такое чувство, что ты, Чимин, вынашиваешь тройню, а не одного, — спрашивает Мин, начиная выходить из молочного отдела, направляясь в рыбный.  — Слушай, наш ребёнок растёт у меня в животе. Он должен хорошо питаться. И вообще, не беси меня. Я беременный вообще-то и мне нервничать нельзя!  — Ладно-ладно. Прости меня. Сейчас я всё куплю и привезу. Если хочешь, могу каждый продукт красиво упаковать и сверху бантик привязать, — начал шутить Юнги, пытаясь поднять настроение своему мужу.  — Будет достаточно, если ты просто купишь и привезёшь их как можно скорее. Ты же знаешь, что я и передумать могу, — улыбаясь, проговаривает Чимин.  — Знаю-знаю. Хорошо. Сейчас возьму селёдку и пойду на кассу.  — Хорошо. Жду. Люблю тебя.  — Люблю тебя, — последнее, что говорит Юнги, перед тем как завершить вызов.       Он берёт самую свежую селёдку для своего беременного мужа, кладёт её в корзину и выходит из рыбного отдела. Мин подходит к кассе и рассчитывается за продукты, а потом выходит из магазина и садится в машину, положив продукты в багажник. Мин заводит машину и едет домой.       Время 3:07. Юнги конечно любит своего мужа, но он уже которую ночь вот так вот ездит в супермаркет, чтобы исполнить капризы своего малыша и малыша, что растёт под сердцем Чимина. Беременный Чимин — прелесть с животиком, который только украшает его. Но вот беременный Чимин на четвёртом месяце — кошмар для Юнги. Но как говорится: «Чем дальше, тем хуже»

***

      Если бы Юнги кто-нибудь сказал, что его муж с каждым новым месяцем беременности будет становится похожим на недотраханную суку, то он бы поверил, потому что Чимин с каждым месяцем беременности становится всё хуже. В плане характера. Но что поделать? Гормоны, мать их.

Месяц первый

      Первый месяц беременности для Чимина прошёл хреново. Для Юнги тоже. Мина (Пака) всё время тошнило. Токсикоз. Только Чимин приляжет на кровать, чтобы успокоился желудок, как он снова вскакивает и вылетает из спальни так быстро, будто он чемпион по лёгкой атлетике.       Чимин забегал в ванную и мучился там по 2-3 минуты. Юнги очень сильно волновался за своего мужа, ведь тот почти ничего не ест, потому что боится, что ему снова придется бежать в ванную, чтобы очистить свой желудок. А когда Юнги всё-таки удалось уговорить супруга поесть хотя бы чуть-чуть под предлогом «Надо есть через силу и сдерживать позывы. Ребёнку нужно питаться», то Чимин ел маленькими порциями, но все равно позывы не всегда удавалось сдержать. Мин боялся за Чимина настолько сильно, что не спал несколько дней и ночей, ходил напряжённый и часто спрашивал у супруга, как его состояние. В один момент Юнги всё надоело и он решил сходить к гинекологу, чтобы узнать, что делать его мужу. Чимин не смог пойти, так как он себя неважно чувствовал. Оно и понятно. Токсикоз.       Узнав всё важную информацию у врача, Юнги поехал в аптеку, чтобы купить Чимину витамины и таблетки от тошноты. Так посоветовал доктор. Юнги в подробностях описал врачу состояние соулмейта. Врач сказал, чтобы Чимин принимал витамины и таблетки от тошноты всё время, пока его не перестанет тошнить. Когда Мин узнал о том, что такое состояние у Чимина может продлится всю беременность, Юнги не на шутку испугался.

Месяц второй

      Как и сказал гинеколог, Чимину стало легче после того, как он начал пить витамины и таблетки от тошноты, но всё же иногда ему становилос плохо и не всегда удавалось сдерживать позывы. Второй месяц проходил легче, чем первый, если не считать того, что Чимин ходил бледный, как смерть, и постоянно чувствовал слабость во всём теле. Весь второй месяц Чимин почти не вставал. Юнги запрещал ему, так как боялся, что соулмейту станет плохо и он упадёт в обморок. Мин взял работу на дом и не отходил от мужа ни на шаг. Если Чимин хотел кушать или пить, то Юнги со скоростью молнии исполнял заказы мужа. Когда пара шла дышать свежим воздухом, то и тут Мин был рядом, крепко держал за руку и как только Юнги видел, что Чимину плохо и он вот-вот упадёт в обморок, то тут же подхватывал мужа на руки и нёс к ближайшей скамейке, чтобы Чимин немного отдохнул. Конечно же при таком состоянии Мина (Пака) пара могла остаться дома, но Чимину и ребёнку нужно дышать свежим воздухом, поэтому Юнги не разрешал оставаться в хорошую погоду дома. Он ходил гулять вместе с Чимином хотя бы на 20-30 минут. Чимин смотрел на старания Юнги и понял, что не ошибся в ЗАГСе, дав положительный ответ. Чимин уверен, что когда появится малыш, то Юнги ни на шаг не отойдёт от ребёнка, будет оберегать его и защищать. Как же Чимин сейчас счастлив. У него есть заботливый муж, который любит и его и их ребёнка.

Месяц третий

      Весь третий месяц Юнги и Чимин провели в спорах, какое у ребёнка будет имя. Юнги хотел, чтобы ребёнка звали Линн. Мин Линн. Звучит красиво. Ну, Юнги так думал. Чимин же хотел, чтобы их ребёнка звали Инха. Мин Инха. Звучит мужественно. И каждому не нравилось имя, выбранное супругом. Их спор продолжался достаточно долго. То Чимин будет строчить неисчислимое количество смс с текстом «Нашего сына будут звать Инха или я с тобой развожусь!», на что Юнги не купился, ведь «Слушай, Чимин, куда ты денешься от меня, а? Глупо разводиться со мной только из-за того, что мне не нравится это имя. Лучше перестань заниматься ерундой, отложи телефон и бегом на кухню ужинать, любовь моя ♥». То Чимин на стикерах напишет «Мин Инха» и развесит по всему дому. Однажды их спор дошёл до того, что пара поссорилась. А дело было так:       Чимин как обычно вечером в гостиной смотрел какую-то мелодраму, пока Мин готовил ужин.  — Инха, — сказал Чимин, снова начиная их спор.  — Линн, — ответил Мин.  — Мин Инха, — неунемался Мин (Пак).  — Мин Линн, — не отступал Мин.  — Нет, нашего ребёнка будут звать Инха.  — Ох нет, любовь моя, нашего малыша будут звать Линн.  — Эй, своего ребёнка назовёшь Линном, а моего Инха.  — Так, что значит «своего»? — перестав готовить, спросил Юнги. — Неужели ты хочешь сказать, что отец будущего ребёнка не я? — спросил Мин. У Чимина расширились глаза. Он не это имел ввиду. — Или ты хочешь сказать, что я в процессе зачатия вообще не участвовал?  — Чёрт, Юнги, я не это имел ввиду, — начиная оправдываться, Мин (Пак) подошёл к столу и встал напротив мужа. — Я хотел сказать, что ребёнка под сердцем ношу я, а не ты, и мне выбирать имя для нашего ребёнка.  — Чимин~а, спешу тебе напомнить, что без моего участия этого ребёнка бы не было. Так что думаю, что я должен решить, как будут звать нашего сына… Мин Линн.  — Мин Инха!  — Если назовёшь его Инха, то я отказываюсь от Инхи. Мин Линн и точка.  — Что значит отказываешься от Инхи? Ты отказываешься от нашего ребёнка?  — О боже, Чимин, я отказываюсь от имени, а не от ребёнка.  — Всё понятно. Сказал и боишься повторить ещё раз. Ну, и ладно. Сам рожу, сам воспитают и помощь твоя мне не понадобится, — психанул Чимин и пошёл в их Юнги спальню на второй этаж.  — Да Чимин, блин! Я от имени отказываюсь, а не от ребёнка, — повторил Юнги и услышал хлопок двери. Мин выдохнул и облокатился о холодильник. Он ведь не это имел ввиду!       Юнги продолжил готовить ужин. Он не пошёл за Чимином, потому что знает, что извиняться бесполезно, а ещё он знает что через час до беременного дойдут слова супруга и он перестанет обижаться. Так и произошло. Примерное через час, когда Юнги закончил готовить, он услышал тихие шаги на лестнице. Это был Чимин. Пока Мин раскладывал еду по тарелкам, младший медленно подходит к кухне и через какое-то время, когда на столе стоял ужин, а Юнги заваривал супругу чай с малиной и черникой, Мин (Пак) подошёл и обнял мужа со спины.  — Прости, — проговорил куда-то в лопатки. Юнги повернулся и обнял Чимина в ответ.  — Ничего страшного. Я же знаю, каким вспыльчивым и обидчивым ты стал. Также я знаю, что ты спустя небольшое количество времени правильно поймёшь смысл моих слов… Давай ужинать.  — Угу, — тихо согласится соулмейт.       Пока пара ужинала, то они решили закончить их спор. Нет, имя они так и не выбрали, но Юнги предложил сходить на УЗИ и узнать пол ребёнка. Если родится омега, то ребёнка они назовут Линном, а если родится альфа, то ребёнка будут звать Инха.       Как сообщил гинеколог ранее, у пары может родиться либо омега, либо альфа, либо соулмейт с течками, как Чимин, либо соулмейт с гонами, как Юнги. Если у них родится соулмейт с течками, то назовут они ребёнка Линном, а если с гонами, то Инха.       И вот пара сидит перед кабинетом УЗИ. Пока они жду время своего приёма, они решили составить плейлист из классической музыки, чтобы включать дома. Оба соулмейта хотят, чтобы их ребёнок был духовно-образованным человеком.       Время пролетает незаметно и вот их вызывают в кабинет. Времени они проводят там не особо долго и через какие-то тридцать минут из кабинета выходит особо радостный Юнги и просто радостный Чимин.  — Ну, хватит тебе уже радоваться, — сказал Чимин с улыбкой на лице. — Ну подумаешь ребёнка будут звать Мин Линн, — садясь в машину, проговорил младший.  — Просто я радуюсь, потому что сына будут звать так, как захотел я.  — То есть тебя радует только это? Удивительно!  — Что ты имеешь ввиду? — не понимая о чем хочет сказать муж, спросил Юнги.  — Просто я думал, что ты хочешь альфу, но ты так сильно обрадовался омеге, что свои мысли под сомнения поставил.  — Чимин, я буду рад любому, будь то омега, альфа, соулмейт с течками, соулмейт с гонами — мне не важно. Я буду любить нашего ребёнка любым.  — Ооо, Юнгиии, ты такой замечательный! Я так сильно люблю тебя.  — И я люблю тебя, малыш мой. Очень сильно люблю.

Месяц четвёртый

      Четвертый месяц Юнги всё время ходил ночью в магазин, чтобы купить беременному мужу что-нибудь вкусное. Или вредное. Что Чимин захочет, то Мин и купит. Вот и превратился он в сову: ночью он бегал по магазинам, а днём спал. Ну, а что не сделаешь ради своего любимого беременного мужа.

Месяц пятый

      На удивление для самого Юнги, пятый месяц прошёл спокойно. Он даже иногда сомневался в происходящем. Он не понимал, куда делся его Чимин, который может съесть сотню бутербродов с икрой, повидлом, колбасой и сгущёнкой. Возможно, что будущему ребёнку просто теперь хватает витамином. Теперь Мин ночью спит, а днём или работает (Чимин уговорил Юнги вернуться обратно на работу в компанию) или всё время проводит с Чимином и малышом либо дома, либо на свежем воздухе. Но Юнги помнит слова врача, поэтому особо не расслабляется, ведь шестой месяц — последний месяц беременности у соулмейтов*, а значит, что весь следующий месяц младший будет сильно нервничать по поводу родов. Возможно, что Чимин выебет все мозги мужу, потому что последний месяц-самый-пиздецки-тяжёлый для пары. Ну, так врач сказал. Правда сказал он это без матов. Врач всё-таки.

Месяц шестой

      Что на шестом месяце хочет сделать Юнги? Застрелиться? Утопиться в реке Хан? Повеситься? Вскрыть вены? Сброситься со скалы? Попасть под машину? Все сразу и желательно прямо сейчас, ведь слова гинеколог сбылись. Чимин действительно ебёт мужу мозги, хорошенько так ебёт. По каждому поводу!       Пара решила обустроить детскую. Им нужно выбрать цвет обоев в комнате малыша; цвет, в который будет покрашен потолок; в каком месте будет стоять детская кроватка; шкаф с вещичками омеги, где будет находиться коробка с игрушками и т.д и т.п.       И они снова спорили насчёт цвета обоев и краски. Чимин хотел, чтобы обои были розовые, а краска оранжевая. Такой выбор он аргументировал тем, что у них родится омега, а значит, что комната должна быть обклеена розовыми обоями в цветочек, а потолок должен быть покрашен в оранжевый цвет. Если сказать, что Юнги охренел от такого, значит ничего не сказать! Он не понимал этих стереотипов: если омега, то значит розовый, а если альфа — голубой. Ну, вот кто сказал, что их малышу понравится розовый цвет? Так думает только Чимин! А Юнги хочет, чтобы выбор был честным. Ни ему, ни младшему. Лучше пусть будут бежевые обои без рисунков и обычный белый потолок, а когда Линн пойдет в школу, тогда-то они сделают ремонт, чтобы обои и потолок были таким цветом, каким захочет сделать их сын.       Когда они закончили с выбором оттенков, то они начали на сайте в интернет-магазине искать кроватку. Тут обошлось без споров. С коляской было также. Выбрали быстро и не поругались.       Когда дело дошло до того, где именно будет стоять кровать и прочие побрекушки, они позвали Джина, чтобы пара не поругалась. Джин сделал всё быстро и хорошо. Сама комната была небольшая. В центре был бордовый ковёр и на нем стояла кроватка. В углу комнаты, у стены, располагалась кровать для Линна. Семья решила купить кровать сразу, чтобы потом, когда Линн подрастёт, не ездить по магазинам и не выбирать кровать. Возле кровати стояла тумбочка, а на ней светильник. Напротив входа стоял шкаф, где будут храниться вещи, а возле балкона будет стоять стол для компьютера. И стоять он там будет, опять же, когда Линн пойдет в школу, а пока там ничего нет. Детская готова, а это значит, что скоро на свет появится Мин Линн.

***

      До родов меньше двух недель, а Юнги кажется, что он не выдержит — ему хочется застрелиться. Он то думал, что Чимин беременный на четвёртом месяце — кошмар, но нет, этот Чимин, по сравнению с Чимином на шестом месяце, просто ангел с нимбом над головой и пушистыми крыльями за спиной. Теперь младший по каждому поводу устраивает Юнги скандал. То он храпит громко, то дышит, то моргает. Моргает? О боже, как вообще можно громко моргать? А возможно ли такое вообще? Возможно. Идите у Чимина спросите. То диван в гостиной стоит не под тем углом, то Юнги слишком бледный. Вот тут Мин так конкретно завис. У него на лбу высветелась надпись «Loading» и появился значёк «загрузка». Но он не стал заострять на этом внимание. Он держался как мог, но в один момент Мин (Пак) решил приревновать мужа. Раньше такое конечно случалось, но такие случаи были до того, как они ещё не обручились. К тому же младший знал, что новые сотрудники в компании, где работает Мин, часто принимали доброту старшего за что-то большее и считали себя парой Юнги. Но после свадьбы Юнги ясно дал понять, что любит он только Чимина. Если бы было по-другому, то на пальце у старшего не было бы кольца и Чимин не носил бы сейчас под сердцем их совместного ребёнка. Но из-за гормонов мужа, которые на последнем месяце беременности не щадили никого, Чимин стал очень ревнивым и иногда верил во всё подряд.       Как-то одним летним июльским утром, когда начинают петь птички, младший выходит из спальни, и бредёт на кухню, чтобы налить себе бананогого сока. Зайдя на кухню, на столе Мин (Пак) замечает какие-то документы. В голове проскальзывает мысль, что Юнги оставил эти документы, поэтому младший достаёт свой телефон из кармана кофты и ищет контакт «Любимый муж ♥», нажав на кнопку вызова.       В это время у себя в кабинете Мин искал те самые документы, что забыл дома. В кармане штанов вибрирует телефон. Юнги достаёт гаджет и видит фотографию беременного Чимина с надписью «♥Минни малыш♥». Старший принимает вызов.  — Привет, малыш. Чего звонишь? Случилось что-то? — начинает спрашивать обеспокоенно Юнги, так как очень сильно волнуется за состояние своего за супруга и малыша.  — Привет. Всё хорошо. Ничего не случилось, — после слов Чимина Мин выдыхает.  — Как Линн? — спрашивает Юнги, продолжает искать документы.  — Всё хорошо. Мы прекрасно себя чувствуем. Юнги, я ведь не просто так звоню. Тут на кухонном столе какие-то документы. Я подумал, что это ты их забыл, поэтому решил позвонить и узнать.  — В верхнем правом углу указаны цифры 5810942 и внизу, прямо под этими цифрами, написано «Ли Джиён»?  — Да, всё верно.  — Чёрт!  — Что случилось?  — Вчера отдел планирования перепутал документы. Ли Джиён отдали документы по проекту, который создавал я, а мне отдали документы по проекту, который создавала она. И заезжать за ними домой у меня нет времени. У меня сейчас совещание будет, небольшое. Похоже придётся мне ей лично домой завозить.  — Зачем? Я могу привезти их сейчас на работу. Мне не сложно.  — Тебе то не сложно, но я волнуюсь за тебя и за Линна.  — На улице тепло, я чувствую себя прекрасно, а работа твоя находится в 15-ти минутах ходьбы. Как буду на месте — напишу, — после этого Чимин положил трубку и пошёл переодеваться.       Ему и правда не сложно занести Юнги документы + ему нужно было подышать свежим воздухом, а ещё у него плохое предчувствие, словно на работе у соулмейта что-то может произойти.       До компании Мин (Пак) дошёл за 25 минут. Шёл он не спеша, ведь Юнги сказал, что у него небольшое совещание и длилось оно примерно минут 30-40.       Когда Чимин оказался на месте, то он отправил Юнги смс и получил ответ, чтобы младший подождал его в кабинете и совещание закончится через 7-10 минут, может быть и раньше. Соулмейт послушался мужа и пошёл в кабинет.       Всё время, что Мин (Пак) сидел в кабинете, он через наушники слушал плейлист с классической музыкой. Громкость была небольшая, поэтому Чимин услышал, как в кабинет постучались. Он открыл глаза, снял наушники и увидел девушку в строгой рабочей одежде с бейджом.  — О, привет, — с улыбкой произнесла дама. — Кто Вы? — спросила она, подходя к Чимину.       Раз эта девушка не знает, что Чимин муж Юнги, то младшему нет смысла представляться. Это сделает супруг, а сейчас Мин (Пак) хочет посмотреть на поведение этой мадамы и кем она представится.  — Я принёс документы Мин Юнги, — коротко дал ответ Чимин. — А Вы кто? — поинтересовался он.       Девушка протянула руку Чимину и представилась:  — Меня зовут Ли Джиён, — Мин (Пак) пожал руку девушки, а после она добавила. — Я девушка Мин Юнги, — после её слов Чимин офигел, но не подал этому признак. Уже несколько раз такие особы устраивались в компанию и представлялись парой Юнги и с таким же успехом вылетали с работы после нескольких ссор Чимина и Юнги.  — Понятно, — коротко ответил младший. — Но, на сколько мне известно, у Мин Юнги есть беременный муж, который является его соулмейтом.  — Я Вас умоляю. Таки браки максимум три месяца держатся. Я уверена, что они уже давным-давно в разводе, — уверенно сказала Джиён, а Чимину прямо сейчас захотелось расцарапать её личико, но в кабинет зашёл Юнги, запреметив Чимина и Джиён. Только Мин хотел подойти к мужу, как девушка кинулась обнимать Юнги.  — Милый, я соскучилась! — радостно проговорила она. — Как прошло совещание? — поцеловала в щёку.       От такого у Чимина начали слезиться глаза и ударить теперь хотелось не Джиён, а Юнги, потому что он даже не попытался оттолкнуть девушку.       Чимин кинул документы на стол и вышел из кабинета со словами «Не буду вам мешать», после этого громко хлопнув дверью. Предчувствие его не подвело.       Младший подходит к лифту и сразу же заходит в него, нажав на первый этаж. Когда двери почти закрылись, кто-то резко нажимает на кнопку вызова и двери снова открываются. В лифт заходит парень, работающий в компании. Он нажимает на третий этаж и теперь двери закрываются до конца.       Слёзы у Чимина начинают литься из глаз сильнее, когда он понимает, что его разлюбейзнейший муж даже не удосужился побежать за Чимином и объяснить ситуацию в кабинете. «Вот тебе и счастливая семейная жизнь. Юнги козёл! И какого хрена он не оттолкнул эту противную Джиён? Неужели она правда его пассия? Ну, теперь понятно, почему он на работе задерживается. Значит я дома сижу, забочусь о себе и о нашем ребёнке, а он изменяет мне?! Всё! Подаю на развод! Пусть только попробует против сказать, яйца оторву!»       Погрузившись в свои мысли, Чимин и не заметил, что парень уже вышел, а сам он останавливается на первом этаже. Двери открываются. Он утирает слёзы и начинает выходить из лифта, как его хватают за руку и начинают тянуть куда-то. Младший понимает, что это его муж. Больше никто не может куда-то вести Чимина.       Они заходят в тёмный кабинет. Юнги на ощупь ищет выключатель и через несколько секунд в помещении становится светло. Мин закрывает помещение на замок, чтобы его супруг не сбежал, и поворачивается к мужу, у которого застыли солёные дорожки от слёз.  — Малыш мой, ты неправильно всё понял, — Юнги хотел подойти ближе к соулмейту, только он выставил руки вперёд, не давая себя обнять.  — Ну, да, конечно! Я же тупой! Вечно всё неправильно понимаю, — всхлипывая, громко произносит Чимин. — Если разлюбил и начал изменять, то будь мужиком и признайся! Нечего мне лапшу на уши вешать! Ещё скажи, что мне показалось, что она назвала себя твоей девушкой, пока тебя не было в кабинете, что она не начала обнимать тебя со словами «Милый, я соскучилась!», когда ты появился в кабинете, и что ты даже не попытался оттолкнуть её от себя! И что же вы же далали с той особой, Мин Юнги? Небось целовал её, да? Понравилось? Наверняка тебе понравилось! Вот иди и целуй её! Можешь даже прямо там, в кабинете, заняться с ней сексом! Хотя погоди, если она себя твоей девушкой назвала, то наверняка у вас уже был секс! Давай иди, чего стоишь? Ко мне вообще не подходи больше, козёл! — Чимин начал бить Мина в грудь. — Ненавижу тебя! Вообще с ума сошёл! Сто процентов тебе нравится целовать её больше, чем меня! — Юнги уже просто надоело слушать крики соулмейта, которые слышно на весь этаж.       Мин психанул, поймал руки мужа, которые били его. Младший пытался вырвать руки, но не получилось. В это время Юнги прижал супруг к стене, когда второй в свою очередь начал пытаться вырвать руки интенсивнее.  — Отпусти меня, — немного громче закричал Чимин. — Хватит держать мои руки! Боишься, что я прибью тебя на месте? Правильно делаешь! Или ты боишься, что я твоей новоиспеченной девушке расцарапаю лицо? Ещё как расцарапаю, поэтому быстро отпусти мои руки! — Юнги снова психанул. Его муж нёс всякий бред, относительно его самого и Джиён. Чтобы хоть как-то остановить словесный потом, который никак не хотел заканчиваться, Юнги решил заткнуть рот мужа своим ртом. Ну, а что ещё делать? Только поцеловать. Так и словесный поток своего-ревнивого-беременного-мужа остановит, заодно и докажет, что целовать Мин любит только Чимина.       Первую минуту Мин (Пак) вырывался, потому что он очень сильно обиделся на Юнги. Чимин пытался вырвать руки, чтобы влепить соулмейту такую хорошую пощёчину, но как бы сильно младший не хотел вырваться, у него не получилось, ведь против природы не попрёшь — разум затуманится и на поцелуй придётся ответить. Всё-таки любимый соулмейт целует, как никак.       Когда в лёгких закончился воздух, Юнги перестал целовать соулмейта и прошептал в губы:  — Запомни раз и навсегда, ревнивец мой, что целовать мне нравится только тебя и люблю я только тебя. Тебе ясно?  — Нет, не ясно! — громко ответил Чимин. — Домой можешь не приходить! Ночуй где хочешь! Мне всё равно! — Мину (Паку) всё же удалось вырвать руки и теперь он открывает кабинет и уходит домой. Да уж. Юнги придётся хорошенько попотеть, чтобы соулмейт его правильно понял и простил.

***

      Сразу после инцидента в компании, Юнги пошёл домой, чтобы всё объяснить своему мужу. Только вот Чимин не верит. Или не хочет верить. Юнги он не прощает. Он ему даже двери не открывает. Юнги решает сходить в магазин и купить любимые батончики мужа, только вот когда он приходит обратно, вещи его стоят перед дверью квартиры. Юнги понимает состояние бывшего (по мыслям Чимина) мужа, поэтому не просит открыть дверь, чтобы поговорить, и не звонит. Он знает, что завтра у Чимина будет нормальное состояние и после того, как Юнги всё объяснит, Чимин поймёт и простит. А пока Мин забирает вещи и плетётся к Намджуна. Юнги конечно мог и к лучшему другу пойти, но Хосок вместе с Джин-хо живут в LA. К тому же дом Намджинов стал Юнги родным домом, потому что последний месяц Мин часто ночевал у них.

***

      Придя к Намджинам, парни не стали задавать вопросы. Они сейчас знают состояние Чимина и всегда пускают Юнги переночевать, когда он ругался со своим мужем. Как обычно, диван к гостиной был в полном распоряжении Юнги. И как обычно, на следующий день у Мина будет болеть спина… Ну, только не завтра, ведь через несколько часов его уже не будет в этой квартире.

***

      На часах время 4:25. В спальне, на тёплой кровати, спит молодая пара, а в гостиной спит взрослый мужчина, который поругался с мужем. Уснул он только час назад. Он не мог уснуть. У него было плохое предчувствие насчёт мужа, но тот не отвечал на звонки. Мин подумал, что Чимин ушёл спать.       В гостиной раздаётся вибрация телефона. Юнги просыпается и на ощупь ищет на диване телефон, после приняв вызов, даже не посмотрев, кто звонит в такую рань.  — Алло? Я слушаю, — сонным голосом проговаривает Юнги.  — Юнги, мне больно, — говорит Чимин. Мин резко открывает глаза и принимает сидячее положение. Сон как рукой сняло. — Юнгиии, — продолжает Чим. По его голосу понятно, что что-то не так. Он практически плачет. — Блять, — резко выдаёт младший. — Юнги, я рожаю.  — Что? — так громко спрашивает Мин, что проснулись Джин и Джун. — Чёрт! Малыш, вызывай скорую. Я скоро буду. Делай так, как тебе говорили на курсах: глубоко дыши и не переживай. Я уже еду, — Юнги бросил трубку и стал одеваться. Пока он искал вещи, то поронял некоторые предметы и начал громко ругаться. .  — Мин, ещё одно слово и любой предмет, что упадёт, и ты пожалеешь, что родился, — из спальни закричал Намджун.  — Я сейчас столько разных слов наговорю, что у тебя уши в трубочку свирнутся, — с этими слова Юнги поднялся на второй этаж, забегая в спальню Намджинов. — Чимин рожает! Ты думаешь, что я сейчас молчать буду! — после слова Мина сон как рукой сняло уже у Намджинов. — Джун, братан, одолжи ключи от машины. Моя сейчас в ремонте, — объяснил Юнги. Нам без лишних вопросов выбегает из спальни и шарит по карманам кожанки, достав ключи и вручив их Юну. Как только ключи оказались в руках у Юнги, он выбежал из квартиры так быстро, что Намджун даже не успел спросить, в какую больницу повезли Чимина, чтобы потом Намджины подъехали.

***

      Юнги открывает дверь машины и быстро садится в неё. Он заводит машину и давит на газ со всей силы. Мозг занят только мыслью о том, что Чимин рожает. Мин не думает о своей безопасности, от слова «совсем». Он выезжает на главную дорогу и давит на газ, чтобы поскорей оказаться возле мужа, и чтобы самому отвезти в больницу. Если даже Мин приказал своему мужу позвонить в скорую, то Чимин не позвонит — Юнги уверен. Младший упрямый до ужаса. Он знает, что в такое время скорая будет ехать два часа, но Мин приходит в удивление, когда на телефон ему приходит смс. От кого: Минни — малыш ♥ Юнги, скорая приехала раньше, чем я полагал. Езжай в третью городскую.       Конечно же смс писал врач по приказу Чимина, ведь сейчас младший не в состоянии держать телефон.       Юнги не долго думая, развернулся посреди дороги. У него не было времени и терпения, чтобы доехать до кольца и развернуться.       Вдавливая педаль газа до упора, Юнги только и успевал поворачивать руль в разные стороны, дабы не попасть в аварию.  — Твою мать, — простонал Мин, услышав вой сирен полицейских машин. Понятно, по чью они душу.       Юнги старался не замечать вой сирен полицейских машин, но перед ним появилась ещё одна полицейская машина, которая загородила проезд Мину. Ему ничего не оставалось, кроме как остановиться, объяснить ситуацию, получить и оплатить штраф, а потом поедет к своему рожавшему мужу.       Юнги выходит из машины, тут же встречаясь с полицейским.  — Нарушаем, гражданин? — спрашивает парень лет двадцати пяти.  — Господин полицейский, извините меня. У меня уважительная причина, — спешит объяснить Мин.  — Это же какая может быть уважительная причина, чтобы так гнать, да ещё и на полицейских внимание не обращать?  — Дело в том, что мой соулмейт рожает, — объясняет Юнги. Полицейский лишь приподнимает бровь вверх и не веряще мотает головой.  — Годы идут, а отмазки не меняются. Так врали ещё моему деду, лишь бы штраф не платить, — полицейские вздохнул и снял фуражку, поправляя свои пепельные волосы. — Гражданин, может Вы что-нибудь новенькое придумаете?! — спросил парень, понемногу начиная раздражаться.  — Да что значит придумаете?! — теперь раздражаться стал Мин. У него муж рожает, а его пытаются лгуном выставить. Юнги хочет просто поехать к Чимину. Он просто хочет увидеть своего малыша, который вот-вот появится на свет. — У меня правда соулмейт рожает.  — Ага-ага. А ещё я твой потерянный родной младший брат, — в шутку сказал полицейский. — Ким, забирай его в отделение. У меня есть предчувствие, что он не совсем в адекватном состоянии, — проговорил парень. Его напарник подошёл к Юнги и нацепил на него наручники, позже посадив его в полицейскую машину.  — Я имею право на один звонок, — сказал Юнги.  — Пока не протрезвеешь, не получишь телефон.  — Да не пьяный я! — вскрикнул Юнги.  — Эй, а ну молчать, — сказал полицейский.       Машина поехала в участок, а Мин откинулся на спинку сидения и тяжело вздохнул, прикрыв глаза. И из-за этих идиотов он пропускает рождение сына. Просто прекрасно! Ничего не скажешь.

***

      Чимина завозят в родильное отделение и практически сразу увозят в родильный зал. Младший дышит и молится, чтобы роды прошли хорошо, но самое главное быстро, потому что ему очень больно. Он не знает с чем можно сравнить эту боль. Даже во время течек ему не было так больно. Во время них, когда Чимин ещё не встречался с Юнги, младшему хотелось повеситься, а сейчас ему хочется убить мужа, потому что именно из-за него Чимин сейчас лежит на кушетке, тужится и кричит, хотя мог бы сейчас лежать на диване дома и смотреть какой-нибудь фильм. Но нет. Сейчас он хочет умереть от адской боли. Хочет, чтобы на его месте оказался Юнги. Конечно же Чимин думает о таком только из-за того, что ему просто больно. Но младший знает, что сейчас он родит и он вместе с Мином будут счастливыми родителями. Чимину просто нужно перетерпеть эту адскую боль, похожую на нескончаемую пытку. Он терпит, дышит, тужится и снова всё по кругу, до момента, пока не слышит плач маленького ребёнка и слова врача-окушера:  — Поздравляю. У вас родился омега. Вес три сто, — после Чимин на мгновение видит малыша, а потом закрывает глаза. Ему нужно отдохнуть. Он очень сильно устал.

***

      Юнги ходит по обезьяннику туда-сюда, переживая за своего мужа. Он хочет позвонить, но уроды в голубых нарядах (так Юнги прозвал двух полицейских, которые его приняли) не дают телефон, чтобы сделать один звонок, как полагается «заключённому». Мало того, что они просто позвонить не дают, так они ещё и на звонки, что уже целый час поступают на телефон Мина, не дали ответить.  — Слушай, фантазёр, твой телефон уже задолбал выбрировать. Угомони его, — проходя мимо решётки, сказал полицейский.  — Интересно, как я это сделаю, когда я сижу за решёткой, а телефон у меня отобрали? — спросил Мин.  — Ким, дай ты ему уже ответить на телефон. Голова раскалывается уже, — простонал первый полицейский.       Второй полицейский взял телефон Мина и отдал его. Юнги увидел на дисплее имя Нама и тут же взял трубку.  — Чувак, ты где? — сходу спросил Джун.  — В обезьяннике, — ответил Мин. — Что с Чимином? Родил уже? — с большим беспокойством спросил старший. Полицейские перевели на него удивлённый взгляд, начиная вслушиваться в их разговор.  — Нет ещё. Роды всё ещё идут, — ответил Ким.  — Ты как в полиции оказался? — спросил Джин. Видимо вызов был поставлен на громкую связь.  — Меня приняли за превышение скорости. Я сказал им, что у меня муж рожает, а они не поверили, ещё и подумали, что я пьяный, — объяснил Юнги всю ситуацию.  — Ага, — коротко прокомментировал Сокджин. — Дайка им трубку. Сейчас разберёмся, — сказал Джин.       Юнги отдал трубку полицейским. Как только Ким-старший начал им что-то говорить, полицейские сразу переменились в лице и только кивали головой. Спустя две минуты Юнги вернули телефон, открыли решётку и отдали остальное: ключи от машины и документы. Они извинились перед Юнги за то, что не поверили, а отвезли в участок. Мин на это лишь фыркнул и помчался к своему мужу. Он очень сильно надеется, что успеет в больницу и не пропустит рождение малыша.

***

      Юнги оставляет машину на парковке больницы и пулей залетает в пятиэтажное здание. Пока Мин ехал, Джин прислал смс-ку, на каком этаже проходят роды, поэтому Мин со скоростью света летит по лестнице на третий этаж. Оказавшись там, Юнги тут же заметил Кимов и подбежал к ним, начиная распрашивать о состоянии мужа. Намджины сказали только то, что роды идут уже часа полтора, может быть два. Врачи сказали, что всё хорошо и волноваться не стоит. Юнги с облегчением вздохнул. Рождение сына он не пропустил и с Чимином всё хорошо.       Мин сел на мягкий стул рядом с Джином. Только долго Юнги не просидел. И нет, он не соскочил со стула и не стал расхаживать туда-сюда из-за нервов и беспокойства. Он соскочил со стула, когда из родильной палаты вышел врач-окушер с малышом на руках.  — Поздравляю мужа Мин Чимина и отца этого милого мальчика-омеги. Вес три сто, — сказал врач-окушер. — Кто отец этого малыша? — спросил он.       Юнги и слова не мог сказать. Он лишь смотрел на маленький комочек, укутанный в пелёнку.       Джун потряс Мина за плечо м второй отмер, взяв своего ребёнка на руки.  — Привет, Мин Линн. Я твой отец, — прошептал Юнги, смотря на своего маленького сына, у которого были прикрыты глаза, тоненькие губки, как у самого Мина, были слегка разомкнуты, а маленькие ладошки были сжаты в небольшие кулачки.       Юнги поцеловал сына в носик и расплылся в улыбке мартовского кота. У него на руках находится его сыночек. Его наследник, продолжение рода.       Целых шесть месяцев Юнги не спал, а исполнял прихоти этого маленького спящего комочка. Мин-старший помнит, как Линн пнулся, когда рука Юнги была на животе Чимина. В тот момент Юнги хотел как можно скорее подержать своего сыночка на руках. Посмотреть на него. И спустя полгода это произошло. Прямо сейчас, на руках у Мина, находится его маленькое счастье. Точнее не его, а их с Чимином маленькое счастье.

***

      Постепенно просыпаясь, Чимин, сквозь ещё не до конца ушедший сладкий и приятный сон, слышит шум. В нос пробивается запах кофе, чая с бергамотом и чудесный аромат цветов, за которыми сбегал Юнги, пока Линн и Чимин спали.       Младший открывает глаза и напротив кровати видит Намджуна, что очень бурно о чём-то рассказывает. Чимин поворачивает голову к окну и видит Сокджина и Тэхёна, что облокотились о подоконник, и держали горячие напитки в руках. Недалеко от кровати, на мягком сиденье находился Юнги, который держал на руках маленького ребёночка, и улыбался во все тридцать два, смотря на спящего малютку.  — О, наша спящая красавица очнулась без поцелуя прекрасного принца, — прокомментировал Сокджин, когда увидел проснувшегося Чимина. — Эх, Мин, теряешь хватку, — посмотрев на Юнги, продолжил Джин.  — Сказал бы я тебе что-нибудь, но тебе повезло, потому что у меня на руках маленький ребёнок, — ответил Юнги Сокджину, а потом перевёл взгляд на мужа. — Как чувствуешь себя? — спрашивает он и улыбается. Только Чимин хочет ответить, как его в наглую перебивают.  — Только попробуй сказать, что чувствуешь себя плохо — я убью тебя! — говорит Тэхён.       Чимин смеётся, принимает сидячее положение, а потом просит Тэхёна, чтобы он подошёл. Ким отдаёт стакан с напитком Джину и подходит к другу.  — Наклонись, — просит Чимин. Тэхён исполняет просьбу, а Мин (Пак) начинает шептать на ухо. — А ты хорошо чувствуешь себя после того, как Чонгук нагнул тебя на балконе, забыв выключить прямой эфир на своём канале? — спрашивает Чимин и смеётся. Тэхён покрывается красными пятнами и быстро отходит обратно к окну.  — Что ты ему сказал? — интересуется Нам.  — А ты набери в Гугле «JK и его бойфренд решили проверить напрочность подоконник в прямом эфире» и сразу кое-что узнаешь, — вся палата взрывает смехом лишь от названия видео. Всё и так понятно.       Как только Чимин перестаёт смеяться, он смотрит на своего ребёнка, что спит на руках у мужа. Юнги всё понимает без лишних слов, поэтому садится на постель рядом с супругом и аккуратно, чтобы не разбудить, перекладывает ребёнка на руки к соулмейту. На лице Чимина в эту же секунду появляется улыбка. У него на руках их с Юнги сыночек. У него на руках тот, кто все шесть месяцев просыпался посреди ночи и гонял отца в магазин за чем-нибудь вкусненьким. Целых шесть месяцев Чимин думал, на кого будет похож их сын: на Юнги или на самого Чимина. Теперь нужно просто посмотреть на Линна, чтобы понять, что похож он на обоих: фарфоровая кожа и тонкие розовые губы, как у отца, пухлые щёчки и глаза щёлочки, как у Чимина.  — Юнги, он такой красивый, — замечает Чимин.  — Ага, весь в меня, — влез Сокджин, после начиная издавать звуки чаек. Абсолютно все смотрят на Кима, как на дурачка, пока он смеётся над собственной шуткой. Сам пошутил — сам посмеялся. Ничего нового, всё, как обычно. Годы идут, а Джин всё также продолжает «радовать» друзей дедовскими шутками, над которыми смеётся он один, изредка Чимин. — Чего вы такие серьёзные? Смешно же! — прекратив смеяться, сказал Джин.  — Нет, — хором сказали все остальные.

***

      Спустя три часа малыш проснулся два раза, поел, посмотрел на родителей и снова уснул. Все друзья ушли через пол часа, как проснулся Чимин. Они все понимали, что стоит оставить Юнги и Чимина вместе с Линном.       Юнги встаёт с постели и кладёт ребёнка в кроватку (Юнги позаботился о том, чтобы Чимина положили в V.I.P — палату и поставили там кроватку. Врачи иногда заходят проверить состояние ребёнка), а потом возвращается обратно на кровать и позади Чимина садится в позу лотоса, обнимая мужа, что лёг на него.  — Юнги? — зовёт супруга Чимин.  — М? — спрашивает Мин.  — Ты ведь разговаривал с доктором, да? — спрашивает младший. Соулмейт угукает, а Мин (Пак) продолжает. — Когда меня вместе с Линном выпишут?  — Завтра, после обеда, если вдруг твоё или состояние Линна не ухудшится, — отвечает Юнги. — А что?  — Да так, домой уже хочется.  — Завтра мы все вместе будем дома, — говорит Юнги и целует мужа в макушку.       Чимин, на большое удивление Мина, вылезает из объятий мужа и садится напротив, точно также, как Юнги, в позу лотоса.  — Кто это «мы»? — спрашивает младший и складывает руки на груди.  — В смысле? — спрашивает Юнги. Он совершенно не понимает супруга.  — В коромысле! — вскидывая руки вверх, отвечает Мин (Пак). — Я же сказал тебе, что домой можешь не приходить, — говорит Чимин. Юнги хмурит брови и не понимает в чём проблема: либо ревность не ушла, как это сделал живот, либо Чимин издевается, либо он принял слова Джиён всерьёз. Мин надеется на второй вариант, а иначе браку придёт конец.  — Издеваешься? — спрашивает старший. —тТы действительно принял слова Джиён всерьёз? — спрашивает и смеётся. Его муж — просто что-то с чем-то. — Ты ведь прекрасно знаешь, что все новенькие работницы мою помощь воспринимают, как жест внимания, и думают, что они мне понравились, когда на самом деле это не так.  — Если это не так, тогда соизвольте объяснить, почему ты не оттолкнул Джиён, когда она обняла тебя?  — Я в ступор встал! — отвечает Юнги. И он не соврал. Он сказал правду. — Я иду к тебе, чтобы забрать документы и убедиться, что с тобой и Линном правда всё хорошо, захожу в кабинет, вижу тебя, хочу подойти, но неожиданно на меня бросается Джиён, целует в щёку и пищит. И всё это происходит при тебе — при моём любимом муже с малышом в животе! — рассказал Мин.  — Ага. Вот именно, что всё это при мне произошло. Думаю, что мне вообще не стоило приходить! Ты ведь ещё по телефону пытался мне об этом сказать, но не получилось. Поздравляю Вас, Мин Юнги, Вы нашли молоденькую любовницу и потеряли мужа вместе с новорождённым ребёнком. Теперь Вы свободны и можете идти на все четыре стороны… Хотя погоди, почему на все четыре? Если налево ты уже сходил, значит… Можешь катиться на все три стороны, — пока Чимин говорил весь этот бред, Юнги заметил, что в глазах мужа не промелькнула ни обида, ни злость, и слёзы не стали скапливаться в глазах, как это было в кабинете у Мина, ещё Чимин во время своих слов мял простынь и кусал губы.       Чимин вскочил с кровати и хотел подойти к окну, но не успел, так как Юнги соскочил следом, подхватил Чимина, как невесту, и подойдя к кровати, положил на неё соулмейта. Сам же я Юнги забрался на кровать и навис над Чимином, заведя руки мужа над головой, и держа за запястья одной рукой. Вторая рука была расположена возле головы супруга, на которую старший опирался.  — Мин Чимин, актёр из тебя плохой, — огорчил Юнги соулмейта. Мин (Пак) закусил нижнюю губу. Чёрт! Похоже, его раскусили. — Мог бы просто сказать, — говорит Мин. — И сам мог это сделать, в конце-то-концов, — добавляет он, а потом целует своего мужа. Чимин улыбается в поцелуе. Его и правда раскусили. Младший то думал, что супруг не поймёт и не увидит, как он кусает губы во время своих слов. И да, Юнги прав, Чимин мог и сам это сделать, но он не захотел. Он хотел, чтобы Мин, после того, как всё поймёт, завалил мужа на кровать и поцеловал. И Юнги, собственно говоря, это и сделал. План Чимина выполнен и он мысленно ставит зелёную галочку.       Юнги кусает губы мужа в наказание, а тот издаёт тихий стон, распаляя супруга ещё больше. Мин опускает руки мужа и ведёт вниз, залезая под больничную одежду.       Чимин чувствует, что его запястья больше не держат, поэтому руками обнимает Юнги за шею, пальчиками зарываясь в волосы соулмейта. Старший руки из-под одежды вынимает и спускается ниже, накрывая возбуждение супруга, чуть сжимая его, отчего младший стонет ещё громче, и закидывает свои ноги на поясницу Мина, чтобы быть к нему ещё ближе. Юнги ложится на Чимина и второй чувствует возбуждение мужа. Оба возбудились лишь от поцелуев, ведь у обоих секса не было уже месяца 4-5.  — Простите, — слышится откуда-то сбоку.       Пара отцепляется друг от друга и одновременно поворачивают голову в сторону двери, встречаясь со смущённым взглядом доктора, что обломал им весь кайф.       Юнги, опомнившись, вскакивает с кровати так резко, что боком задевает тумбочку, на которой стояли цветы. Ваза падает на тумбу и из неё выливается вода. Мин говорит тихо «Чёрт!» и поднимает вазу с цветами, поставив её на место.  — Я пришёл проверить состояние Чимина и ребёнка. Это займёт всего десять минут, а потом можете продолжить, — говорит парень и подмигивает Юнги с Чимином, моментально вгоняя второго в краску.       Доктор подошёл к кровати и проверил состояние ребёнка. С ним было всё в порядке. Потом доктор подошёл к Чимину. Парень послушал его дыхание, померил давление, температуру, а потом оставил Юнги и Чимина вместе с ребёнком. Пара посмотрела друг на друга и рассмеялась от ситуации, что произошло пару минут назад.