Часть 1
4 мая 2019 г., 19:03
Он сказал Дину, что без него все было не так, и это было правдой. Все не так без брата, который дает тебе подзатыльник. надирает тебе задницу и называет «сучонком». Все не так без брата, Сэм понял сейчас эту истину. И это должно принести облегчение. Истина может освободить вас. Но эта истина не освобождает, а наоборот — злит.
И Сэм разозлился. Злился на отца. Злился на демона. Но в основном злился на себя за то, что был так слеп. Дин был его якорем. Его центром. Его защитником. Он был единственной постоянной в его жизни, всегда был рядом, даже когда их разделяли сотни миль.
И до тех пор, пока присутствие Дина не исчезло, а голос не умолк, Сэм жил в прекрасном, состоянии, под названием отрицание. Где было комфортно и безопасно, зная, что он не один. Дин обо всем позаботится.
Но ужасные удушающие звуки, которые издавал сейчас его брат, борясь за каждый вдох, были еще одним напоминанием о том, что Сэм больше не мог укрываться в этом уединенном, обманчивом раю. Он словно стоял посреди автострады, в глубокой ночи, где к нему приближался громадный полуприцеп.
Дин снова поперхнулся, и младший Винчестер вынырнул из ужасных воспоминаний.
— Помогите! Мне нужна помощь!
Раздался топот бегущих ног, и Сэм снова повернулся к брату. Глаза Дина были широко раскрыты. Он потянулся к аппарату для интубации, и Сэм едва успел перехватить его руки, чтобы не дать Дину выяснить, может ли пациент на самом деле удалить трубку самостоятельно. Он не хотел чтобы брат причинил себе еще больше боли.
— Дин… Дин! Успокойся. Ты в порядке, — Сэм старался говорить спокойно, хотя чувствовал что угодно, но только не спокойствие. Он боролся за контроль над своими эмоциями и пытаясь удержать брата. — Дин. Остановись.
Дин все еще боролся с трубкой, которая закачивала воздух в его легкие. И когда зеленый взгляд наконец остановился на Сэме, боль и страх заставили младшего Винчестера пошатнуться, как от удара в солнечное сплетение. Сэм почти отпустил Дина, опасаясь, что он причинит ему еще больше вреда. Дин и так достаточно пострадал.
— Пожалуйста, успокойся. Я рядом. Ты в порядке.
Сзади раздался голос:
— В чем проблема?
Доктор Дина вошел в дверь, его манеры были такими же спокойными и раздражающе собранными, как и раньше, когда он объяснил Сэму, что Дин может не проснуться.
— Он задыхается! — отрезал Сэм, чувствуя себя беспомощным, почти таким же беспомощным, когда проснулся в Импале в полной тишине. — Сделайте что-нибудь. Помогите ему.
Доктор подошел к кровати Дина и положил обе руки ему на лицо.
— Мистер Винчестер, вам нужно расслабиться. Не сопротивляйтесь. Просто дышите вместе с машиной.
Сэм закатил глаза. Сказать его брату, чтобы он не дрался, все равно что пытаться урезонить разъяренную акулу в кровавых водах.
— С ним все в порядке?
Врач взглянул на младшего Винчестера.
— Вам нужно с ним поговорить. Дайте ему знать, что вы здесь, что он в безопасности.
Безопасность. Теперь его брат в безопасности, или это просто очередная ложь?
— Мистер Винчестер? Вы слышали, что я сказал?
Сэм понял, что на этот раз доктор говорит с ним, а не с Дином.
— Поговорите с ним, — повторил он. Рядом с врачем материализовалась медсестра, крепко держа Дина за запястья, чтобы Сэм мог подойти ближе к изголовью кровати.
Сэм обрадовался, когда доктор отпустил его брата. По какой-то необъяснимой причине Сэм не хотел, чтобы кто-то прикасался к Дину, возможно, потому, что он казался таким уязвимым.
— Дин? — умолял он, положив руку на волосы брата. — Это я. Сэмми. Ты в больнице, но ты в порядке. Доктору нужно, чтобы ты успокоился. Ты навредишь себе.
Сначала Сэм испугался, что брат не расслышал его, не понял, и дюжина возможных ужасных сценариев промелькнула в голове, когда раненый продолжал задыхаться. Может быть, был какой-то постоянный ущерб. Что, если брат его не узнает? Но потом Дин моргнул, и слезы потекли по щекам. Но, конечно, это было невозможно. Дин не плакал. Никогда.
Сэм почувствовал, как у него самого защипало в глазах. Еще одна ложь, которую он говорил себе все эти годы.
— Эй. — Он смахнул большим пальцем прозрачные капли со щеки Дина. — Все в порядке. Просто расслабься, старший брат.
Еще одно моргание, и на этот раз младший Винчестер увидел, как в зеленых, как мох, глазах мелькнуло узнавание. Теперь взгляд был скорее смущенным, чем испуганным. Был даже намек на разочарование и нетерпение, от чего Сэм улыбнуться. Он взглянул на доктора, когда его брат устроился под его руками и дыхание Дина выровнялось.
— Вы можете вынуть эту штуку? — Это прозвучало скорее как приказ, чем вопрос, но Сэм именно так и хотел звучать.
Врач покачал головой.
— Дайте мне минуту, чтобы проверить его, и мы посмотрим, что можно сделать.
Сэм раздраженно вздохнул.
— Пожалуйста, выйдите, сэр, — ласково сказала медсестра, стараясь отодвинуть Сэма на задний план. Ей почти это удалось, когда Дин протянул руку и поймал рукав Сэмовой куртки, его пальцы отчаянно сжали материал. Голова качнулась из стороны в сторону, и он снова начал волноваться.
Сэм замер, его разум зарегистрировал совершенно чуждое присутствие страха, нависшего над старшим братом. Это была не та тревога, которую он увидел, когда Дин впервые проснулся. Это была паника, знакомая, как от пробуждения после дурного сна, когда не знаешь, где находишься и что происходит. Добавьте к этому посторонний предмет, застрявший у него в горле, и Дин имел полное право испугаться.
Младший Винчестер обошел медсестру, приблизившись к старшему брату.
— Дин?
Пальцы Дина крепче сжали ткань, зеленые глаза передали его мысли, так же как они общались через спиритическую доску. Дин тогда был в ужасе, и Сэм сделал бы все что угодно, чтобы исправить это. Точно так же, как он готов был сделать что угодно в Импале, чтобы заставить брата проснуться. Чтобы Дин поговорил с ним, пожаловался на состояние его драгоценной машины или пошутил о дерьмовом вождении Сэма. Дин не должен быть без сознания. Он не должен бояться. Или быть раненым. Дин был тем, кто заботился обо всех пробемах, прогонял страхи прочь.
— Успокойся. Я никуда не уйду. — Сэм бросил на медсестру быстрый взгляд, давая понять, что говорил серьёзно. Он не мог помочь брату, когда на него напал демон, был чертовски бесполезен после аварии, едва мог оставаться в сознании, не говоря уже о помощи брату, но он мог оставаться с ним, пока Дин не успокоится. Пока Дин снова не станет самим собой. Чего Сэм не мог сказать об их отце. Где, черт возьми, Джон?
Дину нужно было его успокаивающее присутствие, его твердая, как гвоздь сила. Их отец был скалой, в этом младший Винчестер должен был отдать ему должное. Сэм не знал как справиться с ситуацией, он не знал, как утешить и приободрить, это была сильная сторона его брата. На самом деле, долгое время Сэм действительно верил, что Дин ничего не боится, но потом, когда Сэму исполнилось шесть лет, была поездка на ярмарку.
Он умолял их отца пойти на этот дурацкий карнавал после того, как увидел афишу во время пребывания у пастора Джима. Джон, наконец, сдался, заплатил Калебу Ривзу за то, чтобы он выполнил эту работу.
Семнадцатилетний юноша взял их с Дином на ярмарку и практически оставил одних, развлекаясь в других местах, где преобладал адреналин и тестостерон. Колесо обозрения сразу же привлекло внимание Сэма, с той же силой, с какой скудно одетые девочки- подростки захватили внимание Калеба. Он был заворожен мигающими огнями, расписанными вручную красными сиденьями с изображением танцующих слонов и свирепых тигров. И это был самый высокий аттракцион в пяти округах, поэтому Сэм должен был его испытать. Это словно быть на вершине мира. Даже лучше, чем карабкаться на верхние стропила сарая Джима.
Была только одна проблема - Дин отказался кататься. Но Сэм умолял, использовал все уловки младшего брата из тайного руководства по манипулированию. Его брат умел принимать контрмеры. Дин предлагал бесконечную сахарную вату, карамельные яблоки и даже обещал играть в каждую игру в этом месте, чтобы выиграть Сэму самую большую игрушку, которую сможет найти. Но все же… Блестящая, сверкающая металлическая Сирена в центре ярмарки пела Сэму другую песню. Каждая частичка маленького мальчика, которая жаждала летать и перепрыгивать высокие здания одним прыжком, звала его. Парень был полон решимости приручить стального зверя, и ему все равно, что думал его старший брат.
***
— Пожалуйста, Дин! — Сэм потянул брата за рукав, подтягивая его ближе к короткой очереди людей, ожидающих, чтобы прокатиться на Колесе чудес. Десятилетний Дин Винчестер гадал, сколько времени потребовалось, чтобы придумать это неубедительное название. Или даже лучше - сколько времени потребовалось, чтобы быстро собрать покрытую ржавчиной смертельную ловушку, замаскированную под веселый аттракцион. Колесо выглядело более сомнительным, чем группа детей, с которыми сбежал Калеб, и парень, управлявший им, выглядел так, как будто его недавно выпустили из окружной тюрьмы. — Ну же, Сэмми. Как насчет карусели или даже сумасшедшего вихря? У тебя так закружится голова, что тебя стошнит. Тебе это понравится. — В этот момент Дин мог справиться с чем угодно, даже с блевотиной шестилетнего ребенка, если ему не нужно было подниматься в круг смерти. — Нет, — Сэм покачал головой, его карие глаза были большими и умоляющими. — Я хочу покататься на чертовом колесе. Я никогда не делал этого раньше. — Тогда откуда ты знаешь, что тебе понравится? — Раздраженно спросил Дин. Его ладони вспотели. — Послушай… оно даже не делает ничего интересного, просто ходит кругами. Сэм подпрыгнул на носках, указывая на самую верхнюю кабинку, которая теперь зависла на самом верху, почти в шестидесяти футах над ними. — Но это так высоко. Мы можем видеть все-все, Дин. Высоко. Замечательно. Очень высоко, и под ними нет ничего, кроме неприветливой земли. — Нет, Сэмми. Мы можем покататься на других аттракционах, поиграть в игры, но мы не будем лезть туда, — он попытался оттащить мальчика, но Сэм вырвал руку. — Почему, Дин? Ты обещал. Ты сказал, что я могу ездить на чем захочу. И, черт возьми, он и правда давал такое обещание. Десятилетний мальчик запустил руки в свои короткие темно-русые волосы, проклиная свою глупость. Его младший брат никогда не был на ярмарке, как и сам Дин, и он хотел, чтобы им было весело. Недавний день рождения Сэма не был таким замечательным, и ярмарка отчасти компенсировало бы это. Конечно, он рассчитывал на спиннинг, мини-подстаканники, и даже с нетерпением ждал их, но глупое Чертово колесо не было тем, о чем он мечтал. Дин не многого боялся. Он видел вещи, которые заставили бы других детей его возраста кричать и плакать, зовя своих мамочек, но он ненавидел высоту. Отсутствие контакта с твердой землей, потеря ощущения, что он заземлен, отсутствие иллюзии, что он контролирует ситуацию, было тем, с чем он не мог справиться. Он знал, что высота пугает его. Дин не хотел находиться на высоте шестидесяти футов в крошечном качающемся кресле и уж точно не хотел упасть. Более того, он не хотел разочаровывать своего брата, особенно сейчас. — Ура! — Крикнул Сэм, очевидно увидев поражение в зеленых глазах. Маленький мальчик снова схватил Дина за руку и потянул. — Подожди, пока мы доберемся до вершины, Дин. Мы будем как птицы. Ну, Дин уже чувствовал себя птицей. Но не из грациозного, парящего вида. Нет. Он был поражен внезапной привязанностью к яйцекладущим, клевавшим кукурузу цыплятам на ферме Джима. Даже постоянная болтовня Сэма не отвлекала его от увеличивающегося расстояния между ним и землей. Покачивание кабинки и болтание ног было достаточно неприятным, но каждый раз, когда колесо останавливалось, чтобы впустить новую жертву, Дин чувствовал, как его сердце билось быстрее, а желудок нервно протестовал. А потом они добрались до вершины, и Сэм стал вертеться туда-сюда, пытаясь получше разглядеть крошечных людей внизу, миниатюрные фигурки рабочих. Каждое движение, казалось, наклоняло кабинку назад под опасным углом, и пальцы Дина, которые уже побелели от мертвой хватки вокруг поручня, еще крепче вцепились в железяку. — Черт возьми, Сэм! Хватит двигаться! — сказал он, прочитав надпись брату, где говорилось не раскачивать сиденья. — Эй! Кажется, я вижу, Калеба! — Сэм взволнованно ткнул пальцем вниз, явно не обращая внимания на приказ брата. Он наклонился вперед, подталкивая кабинку вперед. — Калеб! — Крикнул он. Дин нашел в себе силы оторвать одну руку от спасительного поручня и, схватив младшего брата за рубашку, крепко прижал его к спинке сиденья. — Черт! Сэмми, сиди спокойно. Ты можешь упасть. — Как бы он сам не боялся упасть, смотреть, как его брат падает вниз навстречу своей верной смерти, было еще страшнее. Если Сэм не заметил этого раньше, то теперь тон брата привлек его внимание. Его глаза сузились, брови нахмурились, и протест против выговора умер на губах, когда Сэм увидел бледное, потное лицо Дина. — Дин, что случилось? — Сэм наклонил голову, нервно сжав губы, пока брат пытался отдышаться. — Ты опять заболел? Дин закрыл глаза и покачал головой. Отсутствие ответа только усилило беспокойство самого младшего Винчестера. Прошло волнение и восторг от чувства полета. Его быстро сменило незнакомое и неприятное чувство неуверенности. — Дин? Что случилось? — Сэм потянулся к руке брата, которая сжимала железную перекладину перед ними. Бледная кожа была холодной и липкой на ощупь, как у лягушек, которых Сэм часто ловил в пруду. — Ты в порядке? Десятилетний мальчик судорожно сглотнул, почувствовав, что его ужин, состоявший из жареной курицы, пытается появиться на бис. Страх в голосе младшего брата преодолел временный паралич. — Я… это… Дерьмо. Он сжал челюсть, снова закрыл глаза, когда кабинка дернулась, потому что оператор опустил колесо на один уровень вниз, впуская другого пассажира. — Боже. — Дин, — Сэм не был уверен в том, что случилось, но был достаточно взрослым, чтобы распознать страх. Он просто не привык видеть его на лице своего старшего брата. В голову Сэма пришло единственное логическое объяснение. Дин был ранен, возможно, даже умирал. Это означало, что Калеб солгал ему. Доктор не вылечил его брата. Потому что отец не доставил их в больницу вовремя после того, как Дина укусила змея. — Пожалуйста, открой глаза, Дин. Не засыпай! Знакомые слова обрушились на Дина, как неожиданный летний ливень, и он посмотрел на младшего брата. Это была та же самая мантра, которую Сэм шептал ему снова и снова всего несколько недель назад. — Я в порядке, — выдавил он, через комок в горле. — Не плачь, Сэмми. Сэм провел рукой по лицу. — Почему ты так странно дышишь? И твое лицо белое и потное. Почему твоя кожа такая холодная и липкая? Дин боролся с новой волной паники, когда они снова закачались, потому что его младший брат двинулся к нему. — Я просто не понимаю веселья от этого колеса, малыш, — проговорил он так спокойно, как только мог, понимая, что Сэм складывает два и два и придумывает пять. Шестилетний мальчик нахмурился еще сильнее. — Что ты имеешь в виду? — Сэм огляделся вокруг, как будто что-то в кабинке могло причинить боль его брату. Дин вздохнул. — Мне здесь не нравится, Сэмми. Понимаешь? Просто сиди спокойно, и я буду в порядке, как только мы снова окажемся на твердой земле. Сэм удивленно моргнул, его голова снова наклонилась, и затем свет понимания засиял в его карих глазах. — Ты боишься, — прошептал он с благоговением. — Ты боишься высоты. — Заткнись, — рявкнул Дин, но не смог остановить панический вздох, когда колесо начало вращаться на более высокой скорости, не останавливаясь у земли, так как оно было заполнено до отказа. У него возникло иррациональное желание прыгнуть, когда они каскадом пронеслись мимо земли. Дин почувствовал, как пальцы Сэма сжали его руку, услышал, как младший брат крикнул оператору, чтобы тот остановил колесо. При этих словах Дин снова открыл глаза и бросил на шестилетку быстрый взгляд. — Я заставлю их остановиться, Дин. Мы сойдем. — Сэмми… — Дин почувствовал, как его желудок сжался, когда они поднялись на вершину, как волна, а затем вздрогнул, когда дно, казалось, исчезло под ними, и они снова полетели к земле. Он зарычал себе под нос. — Эй! — Крикнул Сэм оператору. — Стой! Пожалуйста! Выпусти моего брата! — Слезы текли по лицу Сэма. — Глупый идиот! — Он снова закричал, перекрикивая рев ветра, когда рабочий только улыбнулся и помахал рукой, когда они пронеслись мимо. Отчаяние и гнев в голосе младшего брата успокоили часть его собственной паники, и Дин отпустил поручень и сжал пальцы младшего брата. — Шшш, Сэмми. Все… хорошо. Это скоро… закончится, — Он молился Богу, чтобы он оказался прав. — Я никуда не собираюсь. Сэм покачал головой. — Но ты боишься. Мне не нравится, когда ты боишься. Я все исправлю, — его губы задрожали, и Дин протянул другую руку, крепко прижимая брата к себе. — Эй, — прошептал он в волосы Сэма, стараясь говорить спокойно, — кто умер и сделал тебя старшим братом? — Это моя вина, — Сэм обнял Дина. — Я заставил тебя сесть в эту машину. Извини. — Ты действительно думаешь, что можешь заставить меня что-то сделать? Дин почувствовал, что Сэм кивнул, и нервно засмеялся. Это была печальная правда — Сэм мог заставить его сделать что угодно. Даже встретиться лицом к лицу с его самым большим страхом. Дин закрыл глаза, с трудом сглотнул и крепче прижал к себе Сэма. — Тогда ты не так умен, как я думал, придурок. Это не твоя вина. Колесо замедлилось, и они повисли на вершине, снова доставляя тех счастливых ублюдков под ними на землю. Сэм отстранился, когда почувствовал, что брат дрожит. — Не бойся, Дин. Я рядом. Я не позволю тебе упасть. Когда Сэм вцепился в его руку, в глазах цвета патоки была такая искренность, что Дину пришлось несколько раз моргнуть, чтобы убрать слезы. — На этот раз я спасу тебя, — добавил Сэм. Дин фыркнул и откинул голову на металлическое сиденье. — Ладно, только один раз, чудо-мальчик. — Он вздохнул, держа глаза закрытыми, когда почувствовал, как Сэм провел пальцами по его волосам, имитируя успокаивающий жест, который Дин использовал на нем тысячу раз. — Но никакого вождения бат-мобиля. Сэм улыбнулся, вылезая из кабинки и чувствуя под ногами твердую землю. — Хорошо, Дин. - И Сэмми… — Дин открыл глаза, поднял бровь, внезапно осознав, что его сердцебиение успокоилось и что он может говорить, не задыхаясь. — Если ты расскажешь кому-нибудь об этом, особенно Калебу, они никогда не найдут твое тело. Понял? Мелкий хихикнул. — Не волнуйся. Я никому не скажу, что ты боишься больших, страшных колес обозрения, Дин.***
Прошло много лет, прежде чем Сэм понял, что его брат боялся не колеса обозрения, а высоты. Этот непреодолимый страх выражался в таких вещах, как его нелюбовь к полетам и скалолазанию, но Сэма никогда не переставало удивлять, что Дин готов был преодолеть этот страх всякий раз, когда риск для младшего брата ставил его перед выбором: либо погрузиться в недра своего личного ада, либо оставить брата в опасности. Правда заключалась в том, что Дин готов был на все ради Сэма, ради своей семьи. И будь Сэм проклят, если такая мелочь, как полный и абсолютный ужас, помешает ему отплатить тем же. Он мог сделать то, что требовалось Дину, несмотря на собственную фобию неудачи. На этот раз Сэм спасет старшего брата. Он перевел сердитые глаза на доктора, когда Дин снова начал бороться, и делать прерывистые вдохи, пока доктор не обращая на его дискомфорт внимания, осматривал раненого. — Вытащи это. Сейчас же! Я его ближайший родственник. Я возьму на себя ответственность. Я могу подписать отказ, но ты уберешь эту проклятую штуку. «Он оказался здесь из-за меня, и я исправлю это!» Доктор и медсестра переглянулись и темнокожий мужчина с тяжелым вздохом обернул свой стетоскоп вокруг шеи, прежде чем кивнуть в знак согласия. Он взял трубку интубации и велел Дину кашлять, и все закончилось в считанные секунды. Дин кашлял еще несколько минут, прежде чем снова упал на подушки. Сэм снова подошел к кровати и положил руку на его плечо. — Ты в порядке, — заверил он, встретившись с зеленым взглядом. — Я здесь. Я все исправил. Дин слегка кивнул, облизнул пересохшие губы и, казалось, хотел что-то сказать. — Это поможет его горлу, — снова появилась медсестра, держа чашку со льдом. — Только помедленнее, — добавила она, протягивая стакан Сэму и похлопывая его по плечу. Доктор облокотился на перила, пристально глядя на младшего Винчестера. — Ему придется пройти радиологическое обследование. Я предупрежу их и пришлю за ним техников. Сэм кивнул. — Я хочу пойти с ним. — Это не должно быть проблемой. Сэм подождал, пока все уйдут, и снова повернулся к брату, предлагая ему ложку льда. Дин поморщился, сглотнул и потер рукой горло. — Что… — прохрипел он. — Сэм? — Что ты помнишь? — спросил младший Винчестер, понимая, о чем спрашивает его брат. Он предложил Дину еще льда. Дин облизнул губы и нахмурился. — Автомобильная катастрофа, — вздохнул он, и затем легкая паника вспыхнула в глазах, и Сэм быстро положил руку ему на грудь, прежде чем Дин смог пошевелиться. — Папа! Он… в порядке? Черт, — страх затуманил мшистые радужки. — А… ты? — Я в порядке, — заверил его Сэм, ставя чашку и садясь на матрас рядом с братом. — Папа тоже. Он в другой комнате, дальше по коридору. — По крайней мере, Сэм видел его там в последний раз. — Слава Богу, — выдохнул Дин, но тут же снова нахмурился. — А я? Сэм нахмурился, когда подумал о том, что пережил Дин после аварии. То, как старший брат истекал кровью, привалившись к пассажирскому окну на заднем сиденье Импалы. Он не двигался, даже когда Сэм умолял его проснуться. Потом пришли медики, забрали у него Дина и увезли, не сказав ни слова. Затем была сцена, где Сэм наблюдал, как врачи пытаются вернуть его брата к жизни, чтобы вытащить его из когтей жнеца, стремящегося забрать мир Сэма. — Сэмми? — страх омрачил прозвище, и Сэм собрался с духом, чтобы побороть собственный ужас. — Ты в порядке. Он не был уверен, помнит ли его брат, через что они прошли за последние двадцать четыре часа. Охота на астральном плане, разговор на спиритической доске, но все это можно будет обсудить позже. Прямо сейчас, Сэм просто хотел убрать затравленный, испуганный взгляд с лица брата. — Просто успокойся. Ты сильно ударился головой, но все будет хорошо. Я позабочусь об этом. Губы Дина слегка дрогнули. — Неужели? Кто… умер и сделал тебя старшим братом? Сэм покачал головой и впервые за несколько дней улыбнулся. Чертовски хорошо, что Дин вернулся. — Ты сделал это, придурок. Дин снова нахмурился, но Сэм храбро накрыл его ладонь и слегка сжал. — Но теперь ты здесь. Так что я надеялся, что ты вернешься на эту работу. Она пугает меня до чертиков. Правда заключалась в том, что Сэм не был старшим братом. Честно говоря, он никогда не хотел узнать, каково это — выполнять эту работу на постоянной основе. Он никогда не хотел прогонять страхи брата, никогда не хотел видеть его боль, но он сделает это, если ему придется. Потому что истина может освободить вас. Но она только оставила Сэма с ошеломляющим чувством, словно он падает с вершины самого высокого колеса обозрения. И он внезапно почувствовал отвращение к высоте. Сэм хотел твердо стоять на земле, должен был обеспечить твердое присутствие брата рядом. — Не бойся, Сэмми, — Дин встретился с ним взглядом, словно читая его мысли. Его голос все еще был грубым от трубки и травм, но слова звучали почти так же прекрасно, как первый вздох Дина, который он сделал всего несколько мгновений назад. — Я никуда не собираюсь. Обещаю. И это было хорошо, потому что теперь, когда Сэм узнал правду, он не был уверен, что переживет долгое падение, если случится худшее. Нет. Исчезло всепоглощающее желание освободиться от семьи. Он почти потерял брата, и одного раза было достаточно. — Значит, нас таких двое. Дин наклонил голову, но не успел ничего сказать, как в комнату вошли два техника с каталкой на буксире. Сэм наблюдал, как брат напрягся, и он нежно сжал его пальцы еще раз, прежде чем отпустить и встать. — Скоро все закончится. Ты и глазом не успеешь моргнуть, как мы снова окажемся на твердой земле. — На самом деле, Сэм уже был там. — Ты… ты уверен… что не ударился головой, братишка? — Прохрипел Дин. Сэм усмехнулся. — Я в порядке. Но нам, возможно, придется поговорить об Импале, когда ты вернешься из радиологии. Отвлекающий маневр сработал, и лицо Дина исказилось от ужаса, с которым Сэм мог справиться. — О, черт. Как она? Сэм держался позади, пока его брата грузили на каталку и выводили из комнаты. — Сэм? — Мы обсудим все позже. — Ты торгуешься? — Прорычал Дин, пытаясь еще раз увидеть брата, когда его увозили. Сэм последовал за ним, подчеркнуто игнорируя вопрос. Если его брат будет беспокоиться о машине, то не будет думать о тестах или о том, что случилось с остальной его семьей. Младший Винчестер, которому не удалось отвлечься, посмотрел в сторону комнаты отца, снова задаваясь вопросом, куда он исчез посреди ночи. Он догадывался куда мог уйти Джон, но было больно думать об этом. Отец обещал ему, что не будет охотиться на демона. Но, с другой стороны, Джон никогда не умел выполнять обещания. В отличии от Дина. И эта правда была просто еще одной пощечиной, горькой маленькой пилюлей, которую Сэму и его брату придется проглотить.
