Синий бархат

Наступила ночь. Эрна твердо ступала по дороге и тащила рядом с собой пьяного парня.  — Ну кто до чертиков-то напивается? Братишка, ты совсем не изменился! — бормотала себе под нос девушка. Элиас молча плелся рядом с ними и нес в руках коробку с продуктами. Желудок недовольно урчал и молил о пощаде, парень ужасно сильно хотел есть.  — Цветочек, ты проголодался? Ничего! Сейчас накормлю тебя…ээ… Тебя как зовут-то, кстати?  — Элиас… — понуро ответил он.  — О, а я Эрна! Приятно познакомиться с тобой, Элиас! Но я тебя цветочком звать буду, ладно? Ты напоминаешь мне какой-то цветок… Хмм. — девушка призадумалась. Светловолосый юноша грустно улыбнулся. Он вспомнил слова матери, вспомнил, как она его ласково называла.  — Наверное, она потеряла меня и ей больно… — шепотом, чуть слышно прошептал Элиас. Девушка ничего не услышала. Нейтон недовольно дергался и говорил что-то несвязное и непонятное, но все же продолжал идти. Снова пошел снег. Он тихо ложился на землю и накрывал белоснежным одеялом все, что видел. На улице не было холодно. Приятный ветерочек лишь слегка обдувал людей. Но все же ребята спешили поскорее добраться до дома. У Эрны был свой собственный этаж в старом доме, состоящий из трех комнат. На первом этаже дома, в котором жила молодая особа, обитала семья, состоящая из родителей и двух ребятишек, которые ужасно сильно любили Эрну. Очень часто девушка оказывала помощь родителям и сидела с детьми.  — А вот и дом! Любимый дом! — оптимистично добавила девица и поспешила к лестнице, ведущей на второй этаж. Элиас поднялся следом за ней. Когда девушка открыла дверь, то осторожно завела вовнутрь пьяного друга и усадила его в кресло. Нейтон уснул. — Ну и кабаан… Элиас зашел в комнату и поставил коробку на стол. Парень восхищенно осмотрелся. Комната, в которой находились ребята, оказалась достаточно большой. Особенно интересно было то, что помещение разделено на две половины книжным стеллажом. С одной стороны от стеллажа стоял письменный стол, на котором расположились разобранные пазлы и блокнот с записями. Напротив стола находилась кровать с белым, чистым постельным бельем. С другой стороны от книжных полок, в самом углу, укромно примостилось большое растение. Вплотную к нему был шкаф. Немного ближе к стеллажу на стене висело огромное зеркало, напротив которого можно было заметить мягкое и глубокое кресло, уложенное маленькими подушечками. Сейчас там сидел Нейтон и сладко спал. На стене аккуратно развешаны детские рисунки, по всей видимости, художества ребят из приюта, который Эрна очень часто навещает. В доме Эрны обитала особая атмосфера уюта. Не было видно ни единой мусоринки, можно было легко догадаться о том, что девушка очень чистоплотна и всегда соблюдает идеальный порядок.  — Чего стоим? Присаживайся за стол, сейчас что-нибудь да сварганю! — юная леди помыла руки в раковине и начала копошиться за маленькой стойкой в приготовлении чего-нибудь вкусного для своего гостя. Смущенный Элиас осторожно встал около Нейтона и скромно наблюдал в стороне. Девушка быстро разожгла огонь в печи и вооружилась чугунной сковородой.  — Так, ну что? Сейчас уложим твоего дружочка спать! — бодро заявила Эрна, вытерев руки полотенцем. Элиас лишь промолчал в ответ. Подойдя к Нейтону, леди подхватила парня под руки.  — Слушай, помоги мне! — обратилась она к беловолосому парню. Элиас засуетился. Молодой человек осторожно подхватил воришку под руки, пока Эрна отошла в сторону к кровати. Преодолев некоторые препятствия, ребятам все же удалось уложить Нейтона спать.  — Секундочку! — девица мигом подлетела к сковороде с парочкой яиц. Элиас скромненько присел за маленький столик.  — А ты откуда вообще? Не видела тебя раньше здесь. — не поворачиваясь к парню, поинтересовалась Эрна. Парень продолжал сохранять молчание. Эрна вопросительно взглянула на Элиаса и поставила тарелку с омлетом на стол.  — Ответишь? — девушка уселась за противоположный край стола, предварительно обеспечив себя кусочком хлеба с маслом. Элиас тяжело выдохнул и уткнулся в тарелку.  — Лаадно, ешь! Расскажешь все позже. — Эрна откусила кусочек от хлеба. Когда ужин ребят подошел к концу и от омлета Элиаса ничего не осталось, девушка мигом прибралась на кухне и вымыла всю грязную посуду.  — Благодарю… — скромно произнес он.  — Пустяки! Прогуляться не хочешь? — она уверенно задала вопрос и подмигнула. Элиас одобрительно кивнул и на его лице показалась едва ли заметная улыбка. Девушка ласково похлопала по плечу парня и направилась к выходу.  — А Нейтон?.. — поинтересовался он.  — Да что ж с него взять-то? Пусть отсыпается! — заключила она. Ребята покинули жилище. Глубокая ночь. На улице стояла полная тишина, лишь изредка где-то вдалеке лаяла бродячая собака. Практически весь свет в окошках жилых домов погас, однако, кое-где все еще наблюдались движущиеся силуэты на фоне яркого света свечей. Парочка молча передвигалась вниз, вдоль по длинной улочке, уводящей куда-то далеко в тьму. Ночью город совсем не освещался, поэтому, опасно было бы бродить здесь в одиночку.  — Обожаю это место! — Эрна вдохнула полные легкие чистого, ночного воздуха и улыбнулась. Элиас заметил на лице девушки широкую улыбку и сам невзначай улыбнулся.  — А ты скромняшка, я смотрю! — девица отдернула парнишку за край куртки. — Может, поговоришь со мной уже, статуя мраморная? — на лице наблюдалось недовольство. Неожиданно, девушка сорвалась с места и помчалась к старым качелям на детской площадке.  — Мои! Те самые! Мы здесь с ребятами все свое детство провели, смотри! — радостная особа взобралась на качели. Недоумевающий Элиас быстрым шагом подошел к ней и облокотился на железную балку.  — Кааак же здесь было весело! Все ребята из приюта, вся наша шайка так отрывалась на них! Нам казалось, что мы умели летать, словно птицы! — Эрна закрыла глаза и зависла в воздухе. Старые качели тихо поскрипывали от движения. Парень осторожно растирал свои заледеневшие от холода руки, стараясь хоть как-то согреться. Обычно, в это время он давно уже спал, приняв перед сном лекарство против болезни…  — Вспоминаю смородиновый чай тетушки Марфы и по спине пробегают толпы мурашек. Лучший чай во всем приюте, во всем городе! Как же сильно я люблю тетушку Марфу! Она буквально стала мне мамой, совсем как родная! — с живостью воскликнула девчонка и спрыгнула с качелей.  — Ты из приюта? — поинтересовался парень. — А где твоя мама? Девушка тяжело выдохнула.  — Я не знаю. Кажется, у меня ее никогда не было. — с непонятной досадой ответила Эрна. Карамельные глаза вмиг погрустнели, в них читалась неописуемая тоска. Элиас не сразу заметил резкую смену настроения, поэтому, вновь задал обжигающий вопрос.  — Но как же так? Разве такое возможно? У каждого есть мама.  — Не у каждого. У меня никого нет кроме тети Марфы и нашей дружелюбной детской компашки ребят из приюта. Вот, кто моя семья! — девушка с трудом натянула грустную улыбку. — Пошли? Элиас поспешил за ней и они покинули площадку. Никто из них не решался продолжить разговор, однако, после недолгой паузы, Элиас начал говорить:  — У меня никого нет, кроме мамы. Мы живем вдвоем. Отца не стало еще до моего рождения и я ни разу его не видел. Моя Mère…Она прекрасна, она просто замечательная… Она… — запинаясь, парень не смог закончить. На глазах выступили слезы. Сил сдерживать их больше не было и вскоре по щекам покатились горячие капли. Парень остановился. Девушка удивленно взглянула на Элиаса, и не медля подлетела к нему, заключив в крепкие объятия.  — Эй, цветочек, не плачь! Ты совсем продрог, давай вернемся обратно? — взволнованно пролепетала Эрна. Изморенный и замерзший юноша устало опустил взгляд.  — Вернемся обратно… — изо рта шел пар. Юная леди подхватила нового знакомого под руку и вскоре они вернулись домой, преодолев не совсем длинную дистанцию. Дома по-прежнему было тихо. На большой и мягкой кровати тихо посапывал Нейтон, укрывшись толстым, ватным одеялом с головой. Избавившись от верхней одежды, парочка гулящих облегченно выдохнули.  — Уборная — там! — полушепотом сказала Эрна и указала на светло-коричневую дверь. — Я спать. Спокойной ночии! — протянула она и скрылась в сумрачном коридоре. Элиас осторожно присел на край кровати. Думая о матери, хотелось рыдать без остановки. Никогда еще они не разлучались настолько. Беловолосый парень прекрасно понимал, что его мать уже давно заметила исчезновение. Неизвестно, о чем она сейчас думает. Неизвестно, сколько еще это все будет продолжаться…  — Нужно вернуться домой. Нейтон… — тихо прошептал Элиас и мягко прикоснулся рукой к плечу Нейтона. — Нейтон… — вновь повторил он. По телу пробежалась легкая дрожь. Было ужасно холодно, сердце еле-еле билось, а руки дрожали. От Нейтона исходило неимоверное тепло, плечо пылало жаром, словно языки пламени жгучего костра. Смирившись с неизбежной грустью, молодой человек откинулся на мягкую подушку.  — Нужно поскорее уснуть, нужно поскорее ус… — парень не успел договорить, как вдруг, тяжелая рука воришки обхватила его тонкую талию. Удивленный Элиас аккуратно повернулся на правую сторону, отчего его лицо оказалось уткнувшимся в грудь Нейтона. По коже пробежались мурашки. Было тепло. Настолько тепло, что конечности вмиг отогрелись, а на щеках появился легкий румянец. Элиас позволил себе приблизиться к телу Нейтона ближе. И еще ближе. И вот, он уже крепко обвивает шею своего друга одной рукой, их тела соприкасаются. Сонный парнишка сильнее прижал к себе смущенного юношу. Элиас погрузился в царство Морфея.