Развод...?

Мужчина заходит в больницу и видит возле поста подругу и жену. Нина что-то дает Нарочинской, та проверяет, ставит где-то подпись, а что-то берет в руки и кладет ручку на стол. - Доброе утро! - подходит он к ним. Берет ручку и ставит свою подпись в журнал. Положил предмет канцелярии на стол, закрыл журнал и смотрит на жену, которая делает вид, что не видит его. - Доброе утро, Марина Владимировна! - говорит мужчина, и она смотрит на него, потом на Нину, потом снова на документы. - Доброе утро, Олег Михайлович! - отвечает Нарочинская. - Нин, это все? - поднимает голову и спрашивает подругу. - Пока все... - отвечает подруга. - Я буду у себя! - говорит блондинка и уходит, но остановилась и добавила. - В два часа у меня операция. Найди мне хирурга, пожалуйста! - закончила блондинка и ушла. - Найди... Кого же я найду? - начала Дубровская. - У кого-то плановая, кто-то в отпуске, у кого то смена до двух... - перечисляла блондинка. - Я могу! - сказал Брагин, и подруга посмотрела на него. - Как ты? У тебя смена до двух! У Нарочинской операция часа на четыре, а то и больше... - Я могу, Нин! - Ну ладно... - говорит она. - А че у вас произошло? - Поссорились... - А... Ну, я так и поняла! - говорит Нина. Хирург посмотрел на нее, а потом тоже ушел. Они вдвоем не выходили из кабинета. Марина занималась бумагами. Брагин собственно тоже. Эта ночь была шикарной. Им было хорошо. Она даже долго не вылезала из-под одеяла и не отказывалась от того, чтобы бы он обнимал ее. Она наслаждалась каждой секундой, каждой минутой, но потом что-то пошло не так. Стало не по себе. Стало, как тогда... В гостинице! Вроде вместе, обнимаются, шутят, смеются, знакомятся друг с другом, но блондинка все равно уходит. Потому что привыкла спать одна, потому что надо проверить отца. Так и тут... Не смогла долго находиться с ним в одной постели. Наверное, все-таки помешало то холодное слово "развод". Помешало то, что за это время у него уже были другие женщины, что он не ходил "Белый и пушистый" до развода. Наверное, помешало и это. Поэтому встала с кровати и ушла в другую комнату. Хотела успокоиться, хотела расставить свои мысли в голове по полочкам, решить что-то. Решила. Решила, что бы он ушел, потому что у них развод. - Можно? - появился в ее кабинете кареглазый. Она посмотрела на него. - Да. - ответила блондинка. - Проходи... - добавила она, и мужчина закрыл за собой дверь, прошел к ее столу и сел напротив. - Что-то случилось? - спросила она. - Нет, ничего... Нина просила передать, что вторым хирургом на операции буду - я! - сказал он. - Ты же до обеда? - Свободных хирургов нет! Мне не сложно... Целый день в кабинете сижу! - Ну, хорошо... В два часа операция! - Да, я слышал! - улыбнулся он. - Ну, утром... В приемной! - Хорошо! Это все? - смотрит она на него. - Кажется, да! - говорит он и встает со стула. - Ну, я пошел? - она отвлеклась на документы. - Иди! - снова посмотрела на него. - Ухожу... - говорит врач и закрывает за собой дверь, а женщина выдыхает. Операция началась, и шла она дольше, чем хотелось, зато закончилась успешно. Да, за время операции, Брагин снова изменился. Раньше с ней он вёл себя спокойно, по пустикам не отвлекал, не шутил, не учил, как сделать лучше. Ей даже было не по себе. Она не привыкла к такому. Но сейчас... На этой операции, которая проходила сейчас в ее отделении. Точнее, которая уже прошла и хирурги разошлись. Вот на этой операции все стало, как раньше. Он снова шутил, снова учил, снова советовал. Он снова ей мешал, а Нарочинская терпела. Долго терпела. Но все-таки не смогла. Крикнула на него во время операции. - А можно быть серьезнее, Олег Михайлович? Только вроде поймешь, что мужчина поумнел, позврослел и опять всё сначала! Сколько можно, а? Тебе самому не надоело, Брагин? Ведешь себя, как клоун! Иди в цирк работать, раз тебе так весело! Потом повисла тишина. Он ничего не ответил, медсестры перестали смеяться, у анестезиолога пропала улыбка и снова возвратился прежний серьезный вид, а Нарочинская, всех осмотрев, лишь усмехнулась и продолжила работу. - Ты тут? - он заходит к ней в кабинет. - И что это было, а? - подходит к ней. - Что ты устроила в операционной? - продолжает мужчина. - Я устроила? - она резко встает и оказывается очень близко к нему. - Это ты что устроил? - ткнула его пальцем в грудь. - Это операция, Брагин, а не детское представление! - сказала серьезно врач. - Да в твоем отделения все, как мухи дохлые! Я пытался всем настроение поднять! - А тебя просили? - сказала она. - У меня в отделение работают нормальные люди! Спокойные! Они знают свою работу и на клоунов у них времени нет! - они смотрят друг к другу в глаза. - Да? То та же я смотрю, они прям плакали от моих шуток! Пока ты не вмешалась, все было хорошо! - говорит он. - У меня не цирк Шапито, Брагин! - отвечает она. - Это ты у себя в отделении можешь клоуном подрабатывать! Там у тебя даже свой зритель есть! Куликов, Лазарев... Даже Павлова с Иван Николаевичем не против! - Хочу тебе напомнить, Нарочинская, что тебе это тоже нравилось! - Серьезно? Не помню этого момента! - Хотя бы день рождения у Нины! - А да... А особенно та шутка на крыльце! Вот я тогда смеялась, да? А нет... Финальная часть шутки была же в операционной! - напомнила она. - А теперь Брагин, раз ты так любишь шутить, то я устрою тебе шутку... Через неделю в ЗАГСе! Вот мы вдвоем посмеемся, да? Когда я буду в конце то концов Нарочинской, а не Брагиной! Это была моя самая большая ошибка! - Взять мою фамилию? - спрашивает он. - Выйти за тебя замуж! - крикнула она. - Ах, замуж... Значит, ошибка? - Ошибка! Самая настоящая! Господи... Дура то какая? Вышла замуж за Брагина, который ни одной юбки не пропустил, который всегда и везде и плевать ему на семью! - Да ты не волнуйся! Через неделю мы официально разведемся! - Жду не дождусь! - Я тоже! - кричит он, разворачивается и уходит, сильно хлопнув дверью. Марина в очередной раз выдыхает и просто падает обратно в кресло.