Лотерейный билет

В филиале ада на земле потеплело. Когда мы снова вошли «во широко поле», за столом остались сидеть лишь родители. Жанна и Панкрат, взяв свои кружки, слиняли на верхние этажи. Макс крепко держал меня за руку, не давая вырваться. -Присаживайся, Кристина, - его мама сделала широкий жест рукой, указывая на стул, который минут двадцать назад я уронила. Макс кашлянул. -Мама, все, хватит. Она прошла твою проверку. Если вам когда-нибудь улыбался мишка-гризли, то вы знаете то чувство безысходности. Именно так улыбнулась мне она. -Да. Славная девочка оказалась. Садись, не стесняйся. -Я всегда сесть успею. Поэтому постою, - я выразительно посмотрела на Макса. Ты же обещал, что она вырвала себе жало! -Остра ты на язычок. -Не больше вашего. Его отец улыбнулся и старательно подавил смешок. -Зачем ты мне хамишь, девочка? – вполне спокойно спросила Татьяна Викторовна. -Я разговариваю с вами так, как вы заслужили. Только и всего, - пожала я плечами, - вас не смущает тот факт, что я девушка вашего сына, которую он привел с вами знакомиться по своей воле. Вас не устраивает тот факт, что у меня охулиард денег на счету, и поэтому я не хуярю в офисе с девяти до пяти. Вас вообще ничего не удовлетворяет. Я вернулась лишь потому что Макс мне не безразличен, но манипулировать мной у вас не получается, в отличии от сына. Я это терпеть не буду, - я кивнула Максу в сторону родителей и постаралась вырваться из его медвежьей хватки. Куда там. Татьяна Викторовна сидела как громом пораженная. Ее глаза расширились, она переводила взгляд с меня на сына и обратно. -Так это все серьезно, сынок? -Более чем, мама. О чем я тебе и сообщил, когда решил приехать. А ты все понять не можешь. -Ну что ж, - она положила руки на столешницу и постучала по ней пальцами, - будем надеяться, что через пару месяцев она не попросит красный мерседес. -Я попрошу желтую ауди, идет? -Идет, - и она улыбнулась. Нет, не оскалилась. А улыбнулась. Настоящей теплой улыбкой матери. Я аж прихуела, честное слово. -Вот и славно, - сказал отец Макса и встал из-за стола, - Тань, что у нас есть пожрать? Эту бурду, что ты зовешь чаем я пить не буду, а вообще уже время обеда. -Молодежь, кушать хотите? – елейным голосом спросила она нас. -Стрихнин уже всыпали в мою порцию? -Обожду пока. Всегда успею, - она парировала мой выпад с такой же легкостью, как Макс обводит соперника с шайбой. Это семейное. Когда родители оба ушли на кухню и застучали дверцами шкафов и холодильников, Макс повернул меня к себе и обнял. -Ты великолепна. Не припомню ни одного раза, как кто-то так мог с мамой играть в словесный пинг-понг. -Ты мазохист. Мне неуютно тут. Хочу домой. -Пару часов дай мне, пожалуйста. -Если за это время мне здесь станет еще хуже я уеду, идет? -А если я пообещаю трахнуть тебя в машине по дороге домой? – он улыбнулся, и укусил меня за мочку уха. -Только этим и заманишь. -Нимфоманка моя, - и мы стали целоваться. Странное дело, никаких покашливаний или других способов прерывания сего действия я не услышала. Лишь почувствовала этот прожигающий всё взгляд. И оторвалась от Макса. Его мама сверлила меня глазами, даже не пытаясь скрыть легкого презрения. Я закатила глаза. -Угощайтесь, - я обратила внимание, что пока мы лобызались в десна, на столе появилась снедь. Да еще в таком количестве. Но мой аппетит, который еще час назад играл во мне, сейчас улетучился. Все что я хотела, это слинять отсюда на все четыре стороны. Ну или пойти трахнуть Макса. Стресс снять. Кстати, не услышала я и заявленных извинений. Сам Макс, ни капельки не растерявшись и не смутившись, придвинул к себе тарелку и начал уплетать за обе щеки все что видел. -А ты чего? – удивилась Татьяна Викторовна, - брезгуешь? -Берегу фигуру. -Держи, - Макс подал мне на вилке кусок красной рыбы, который пришлось сцепить с нее зубами. Я не люблю соленую рыбу, да и рыбу вообще. Я стала усиленно его жевать, стараясь унять в себе рвотные позывы, что не укрылось от зоркого глаза маман. -Не давись. Не хочешь, не ешь. Она сказала это просто так, чтобы меня задеть, но я взяла салфетку и выплюнула на нее недожёванный кусок. -Ты чего? – спросил меня Макс. -Не ем я рыбу. Не люблю. -А что ты любишь? – с интересом спросил меня Владимир. Отчество ведь он не назвал. -Не знаю. Когда как. Могу весь день на йогурте, а могу и пару бургеров заточить. -Ясно, - сказал Макс и отставил в сторону, опустевшую лишь на половину тарелку, - идем. -Куда? – в унисон спросили мы с его мамой. Только я удивленно, а она раздраженно. -Плохая была затея, - сказал он, вытирая рот салфеткой, - мама, ты не способна принять никого, кроме самой себя. -Одну такую я уже приняла, помнишь, чем закончилось? -Да. Только вспомни, то была дочь твоей подруги. Ах, вот оно что! Макс встречался с мамашиной протеже. Интересненько. -Не надо утверждать, что в этом я виновата. -Да нет, - пожал он плечами, - я пытался все это закончить, потому что чувствовал на себе увесистые такие оленьи рога, а ты говорила, что все хорошо. Сколько дивиди она продала пока я был в США? Я уставилась на него в упор. -Твоя бывшая что, звезда порно? -В мечтах. Потом расскажу, - он взял меня за руку и повел в сторону выхода, не прощаясь с родителями. -Максим! – прикрикнула на него мать, но он даже не обратил внимания. -Так, наверно, нельзя, да? – спросила его я, когда он рывками стал зашнуровывать на себе кеды. -Можно. Прости пожалуйста. Надо было сводить тебя в кино, или съездить в Кусково погулять. А не сюда. -Плохой опыт тоже опыт. Не переживай. Мы вышли на холодный воздух. Одинокие листочки трепетали на деревьях под легкими порывами северного ветра. Скоро зима, что поделать. Я поправила на себе шапку. -Может, стоит попрощаться с Панкратом и Жанной? -Махни рукой, вон они. Я подняла взгляд наверх. В окне мансарды виднелись две детские мордочки, которым я помахала. Они махнули в ответ. Садясь в машину, я ощутило тягостное чувство безысходности. Макс хотел, как лучше, но оказалось, что его мама просто неспособна никого принять. -Не переживай, - я положила руку на его руку на рычаге коробки передач, - может, со временем я ей понравлюсь? -Очень надеюсь. Я сняла себя куртку и кинула ее на заднее сиденье, рядом с курткой Макса. В машине тепло. К тому же у меня есть план… Мы почти час ехали в гробовом молчании. Работало радио, но Макс был угрюм и мрачен, что и трогать его не хотелось. -Эй, притормози, - попросила его я. -Что такое? -Да ничего. Я знаю одно занятие, которое поднимет и тебе и мне настроение. И тут он улыбнулся. -Думал, ты забыла. -Вот еще, - я потянулась и расстегнула ему ширинку. Блять, Макс, как так ты можешь? Я только сказала, а ты уже готов. -Хочешь исполнить свой замысел? – с хрипотцой в голосе спросил он. Я почувствовала, что ему невтерпеж. -Думаю об этом с самого первого раза, - улыбнулась я, принимаясь за работу руками и губами. Макс откинулся назад и закрыл глаза, наслаждаясь моими действиями. Правую руку он положил мне на голову, иногда нажимая на нее, когда хотел, чтоб я подзадержалась на том или ином движении. -Черт, - прохрипел он, - сделай так еще раз. Вообще он был не особо громкий в сексе, сопел себе тихонько, постанывал. Но сейчас… Он словно дал сам себе волю, спустил поводок и расстегнул ошейник. Звуки, издаваемые им, заводили настолько, что скоро я почти ни о чем думать уже не могла. -Бля, какая она неудобная. -кто? – не понял Макс, все ещё находясь в стране Минетии, где еще секунду назад он был король. -Погоди, - я села на место и, расстегнув джинсы, сняла их с одной ноги. Сдвинув трусики в сторону, я кое-как перекинула через Макса ногу и слилась с ним воедино. От неожиданности и резкости этого действия, он охнул. -Так лучше? – я покрутила бедрами, стараясь приноровиться к обстановке. -Вполне, - он чуть сполз по сиденью вниз, и положив мне руки на задницу, принялся мной манипулировать, насколько позволяло пространство этой тачки класса люкс. -Блять, - шептал он мне в ухо на том или ином движении, - вот так, детка. Круто. Черт, - этим он заводил еще сильнее. Мимо нас проносились машины, но никто не остановился, слава богу. У меня уже затекли ноги, когда Макс парой сильных толчков кончил. -Воу, - он уткнулся мне в плечо, переводя дух, - никогда не делал этого в машине. -Реально? – я с грехом пополам перелезла обратно на сидение. В бардачке были салфетки, ими я и протерлась. Поправила белье и натянула назад джинсы. -Ну как, - Макс поправил штаны и застегнул ширинку, принял более-менее приличную позу. Но стартовать не спешил. -Как есть, - улыбнулась я. -Если не считать папиной старенькой девятки, то никогда. А ты? -Я потом расскажу, - уклонилась от ответа я, мило улыбаясь при этом. -Однажды ты все мне расскажешь, - Макс включил зажигание и двинулся обратно в Москву. -Несомненно. Как и ты мне.