Источник

Цзян Чэн выдумал дела, чтобы убраться из покоев и побыть на свежем морозном воздухе. Остудив голову… да что там – основательно замерзнув, он решил переместиться к одной из каменных чаш, в которых весело потрескивало пламя, освещая вечернюю Пристань. – Сколько можно тебя ждать? – раздался поодаль четкий женский голос. Интонации были похожи на матушкины – каждое слово, точно вбитый гвоздь. – Ты вообще слушал, когда я к тебе обращалась? Или забыл, что нам нужно поговорить? Вэнь Нин только кивнул, не решаясь перечить главе Ордена, несмотря на то, что заклинательница приходилась ему родной сестрой. Он давно уже не спорил с ней и не оправдывался, понимая бесполезность этого. Молча выслушивал, пережидая бурю, но все равно потом делал по-своему. – Скажи на милость, у меня нет других дел, кроме как идти и искать тебя, бесцельно блуждающего здесь в темноте? – заклинательница шагнула вперед, еще больше возвысившись над братом. – Я заблудился, – Цзян Чэн не услышал, но уловил по губам, а потом заклинатель, с которым он недавно прогуливался, низко опустил голову. – Цюн Линь, сколько тебе лет, чтобы ты потерялся в резиденции Ордена? – возвела очи горе Вэнь Цин. – Что же будет, когда ты выйдешь за ворота? – Сестра, ты говорила с молодым господином Лань, – ответил тот невпопад. – А встречалась с главой Лань? – К чему ты клонишь? – спросила глава обновленного клана уже не таким недовольным тоном. Оказалось, и ее можно сбить с толку неожиданным вопросом. – Я только спросил, – заверил ее брат, пряча руки в рукавах. – Ты хотела обсудить предложения Ордена Лань? Но сейчас уже поздно и ты устала. Может быть, поговорим обо всем утром? Я разбужу тебя немного пораньше и заварю твой любимый чай. Цзян Чэн фыркнул, живо представив, как Вэнь Нин извлекает из шкатулки кусочек хорошо спрессованного блина, бережно завернутый в тряпицу. Почему-то он не сомневался, что заклинательница предпочитает выдержанные чаи с характером, а вовсе не легкие и цветочные. Брат с сестрой тем временем разошлись. Цзян Чэн мог отступить за угол, но остался на свету, в некотором роде даже рассчитывая, что Цюн Линь его заметит и подойдет немного поговорить, раз уж сестра не стала показывать ему, где расположены гостевые покои. – Молодой господин Цзян? – не заставил себя ждать тихий мягкий голос. Тот сделал вид, что только сейчас заметил гостя из другого клана, а не стоял здесь и не подслушивал разговор чуть ли не с самого его начала. Поступать так было крайне невежливо, но Цзян Чэн поздно об этом подумал. Впрочем, греющийся у огня сын главы Ордена едва ли походил на лазутчика, шпионящего за недавним неприятелем. – Вы не будете так добры еще раз проводить меня к гостевым покоям? – попросил заклинатель, но не было похоже, чтобы он туда так уж торопился. – Признаться, я был так заворожен Пристанью Лотоса в свете факелов, что решил еще немного прогуляться и слегка заплутал. – Вовсе нет, – возразил Цзян Чэн, когда другой заклинатель встал к нему ближе, чем это требовалось, чтобы протянуть ладони к огню. – Тут рукой подать. – Вы словно на ночной охоте, – заметил Вэнь Нин, огненные сполохи теперь оживляли его лицо, придавая коже приятный золотистый оттенок, а глазам - сходство с лесными озёрами. – Вздор, – отрезал тот, но под взглядом гостя поправился: – Пристань защищена талисманами и дозорными, которые готовы в любой момент активировать барьер. Здесь совершенно безопасно в любое время дня и ночи. – Но Вас явно что-то тревожит, – вполголоса сказал целитель, тут же сделав примиряющий жест. – Прошу прощения, это нетактично с моей стороны. Мне, как и сестре, следует отдохнуть. Цзян Чэн довольно долго молчал, глядя на то, как пылает огонь. Неприятно было это признавать, но Вэнь Нин снова был прав. Что ему мешало показать Цюн Линю дорогу и после просто оставить в покое? Да в сущности ничего. – Если Вы не устали от прогулок, – сказал он, наконец, – мы можем подняться на одну из башен. Именно теперь, в темноте. Вам наверняка будет интересно. – Только накиньте что-нибудь, – попросил Вэнь Нин, заставив Вань Иня осмотреть себя и с удивлением обнаружить только фиолетовую мантию поверх довольно легкой рубахи. Он и забыл об этом. – У воды, наверное, еще прохладнее, чем здесь. Цзян Чэн не привык, чтобы о нем заботились. Разве что сестра или названный брат, хотя признавать последнее не очень-то хотелось. Кстати именно он объяснил Вань Иню, что днем наверху делать нечего. То ли дело, когда после заката перед дозорными как на ладони раскидывается несравненный – пришлось это признать – ночной пейзаж. Цзян Чэн год прожил в Гу Су и уверился, что поэты, воспевавшие обитель безмятежного блаженства, как самое прекрасное место во всей Поднебесной, просто не видели Пристани Лотоса в лунном сиянии. И с чего он только предложил Вэнь Нину подняться туда? Но раз уже предложил, отступать было глупо. Он попросил заклинателя немного подождать его. Не прошло и четверти часа, а будущий хозяин Пристани уже распоряжался дозорными. – Спускайтесь вниз и ждите указаний, – прозвучало весьма внушительно, как будто он пришел сюда вовсе не прохлаждаться в отличие от У Сяня с его нескончаемыми эскизами. Вэнь Нин посторонился, пропуская заклинателей – оба были выше него – и только потом решился осмотреться по сторонам, да так и ахнул. Вокруг, насколько хватало глаз, был такой простор. Как будто паришь на мече, ничто не мешает тебе созерцать окружающие красоты, искрящийся снег, лунную дорожку на темной ледяной воде. Это и правда было красиво, Цзян Чэн не поднимался сюда несколько лет и успел подзабыть, насколько. – Молодой господин Цзян! – воскликнул Вэнь Нин, не находя слов. Заклинатель впервые слышал, чтобы тот повысил голос. Оказалось, он может звучать громко и чисто. Цзян Чэн приосанился и ухмыльнулся, довольный произведенным впечатлением. Это было особенно ценно, потому что Ци Шань так же славился своими красотами и монументальной архитектурой. – Вас выдают глаза, – заметил Вэнь Нин. – Простите, я говорю это сестре с тех пор, как она заняла пост главы… По ней тоже сразу видно, когда она печалится. – Это Вэй Ин виноват, – раздраженно бросил Вань Инь, не выдав, впрочем, никаких подробностей. Не хватало еще распространяться о том, что с шисюном что-то не так. – Вы снова поссорились? – посочувствовал заклинатель. Вань Инь отвернулся и, облокотившись на перила, уставился туда, где в воде купалась луна. Насколько было бы проще, если бы они и правда поругались. Вэй У Сянь не умел долго держать зло, а в последнее время и вовсе стремился поскорее помириться. Уже к утру конфликт был бы забыт обеими сторонами, а вот намертво пропечатавшееся на теле клеймо никуда не пропадет, как и беспокойство, которое оно причиняет тем, кто посвящен в эту историю. Если бы он слушался Цзян Чэна и не лез ни во что, остался бы цел. Однако он выбрал сторону Ван Цзи, лишь бы произвести на него впечатление. Как он мог подставлять свой Орден под удар в такое время? Он поступил безответственно, как и всегда! И получил по заслугам, так почему же от осознания этого не становится безразлично? Цзян Чэн ощутил, как целитель расположился рядом, скопировав его позу. Опять ближе, чем это необходимо, едва соприкоснувшись рукавами. Какое-то время заклинатели простояли так, ни слова не говоря. Никому не хотелось первым нарушать уютную тишину. – Нам было лет по десять, не больше, когда Вэй Ин разбудил меня среди ночи и прямо в одеяле притащил сюда, – почему-то припомнил Цзян Чэн, хотя вроде бы только что злился. Собеседник несмело улыбнулся. Наверняка он не позволял себе ничего подобного со старшей сестрой. Глядя на главу Ордена Вэнь, невозможно было представить ее дурачащейся, да и девчонки всегда серьезнее своих сверстников. – Хотел бы я, чтобы и у меня был такой брат, – мечтательно шепнул он, не то собеседнику, не то самому себе. – Вы бы пожалели об этом на второй день! – Цзян Чэн искренне развеселился. – Представьте себе, однажды…