Devil may cry: Утраченное наследие

      Данте сидел на диване и потягивал виски прямо из бутыли. Наама лежала на столе и задумчиво глядела в тёмный потолок.       - Чувствую себя такой… живой – нарушила тишину демоница, Данте молчал, - как странно, ведь похоть – это грех. И я и раньше потворствовала этому греху так много…       Охотник на демонов поперхнулся своим пойлом:       - А как много?       - Данте, мне больше двух тысяч лет. Да и я не первый суккуб в твоей жизни, мы такое чувствуем       - Да, предыдущую пришлось убить. Её моральные принципы оказались не настолько высокими – пыталась сожрать мою душу.       - Я как будто очистилась – продолжала Наама, - но почему грех теперь не грех? У людей всегда так?       - Нет, чаще всего они просто трахаются, как кролики. Я думаю, дело в мотиве – сказал Данте и отхлебнул ещё горького напитка.       - Но ведь это низменная потребность…       - Она может быть и высоко духовной в то же время. Говорю же, дело в намерении.       - В том человеке не было похоти. У него была цель, и я помогла ему. Но он был такой холодный и бесчувственный, всё равно, что демон. Он ничего не мог дать мне, кроме своего тела.       - Ты что, проводишь статистический анализ? – слегка оскорбившись спросил Данте       - Не говори так, я пытаюсь разобраться в самой себе       - Хе, демон с экзистенциальным кризисом –Данте выпил ещё       - Ты хочешь меня обидеть?       - И в мыслях не было. Тем более, что мне это очень даже знакомо.       - Теперь у меня есть цель, Данте – она поднялась и продолжила говорить, сидя на столе, - я хочу найти свой огонь и поделиться им с тобой так же, как ты поделился со мной своим. И если ты доживёшь до того дня, охотник на демонов, я снова приду к тебе.       -Хех, ну в таком случае, я постараюсь дожить. А тому парню скажи, что он глупец и упускает самое главное.       Наама переместилась к Данте и поцеловала его перед уходом:       - Не теряй своего огня, сын Спарды…       Девушка исчезла, оставив Данте в гордом одиночестве наедине со своими мыслями. Компанию ему составляла лишь полупустая бутылка дешёвого виски. Было бы намного проще, если бы демоны могли пьянеть.                     Тем временем на окраине другого большого города, что звался Ред-Грейв, человек в сером добрался до своего родного дома. Сентиментальность была ему не свойственна, однако он пришёл именно сюда. В руках человек держал свою верную катану Ямато. Ворота, ведущие к дому, были распахнуты. Как только Вергилий вошёл, большой океанской волной на него хлынули воспоминания. Он постарался отринуть их и двинулся ко входу в дом. Как только Вергилий подошёл к дверям, его остановил знакомый голос:       - Что ты собираешься сделать?       Вергилий посмотрел на Нааму холодными безжизненными глазами.       - То, что должен: сбросить балласт, что тянет меня вниз       - По-твоему, душа – это балласт?       - Человеческая душа - ничто, по сравнению с силой, которую даёт демону его суть. Душа – это миф, выдуманный слабыми для слабых.       - Знаешь, - тихо сказала девушка, - недавно я встретила одного человека, человека с очень сильной душой. И этот человек намного сильнее демона по имени Вергилий.       Повисла гробовая тишина. Она длилась пару секунд, но для Наамы это показалось вечностью. Она понимала, как рискует… снова. Однако эта дерзкая фраза, что иному стоила бы жизни, ничуть не разозлила старшего сына Спарды. Спустя несколько бесконечных секунд он спросил:       - Ты долго этого ждала, как я понимаю?       - Безумно       - Что ж, так подожди ещё немного и ты увидишь, как этот человек падёт! – Вергилий было потянулся к дверям, чтобы открыть их, но суккуб вновь остановила его:       - Постой, последний вопрос – и ты меня больше не увидишь       - Спрашивай       - Когда ты войдёшь туда и сделаешь то, что должен – Вергилий ещё будет существовать? Стоит оно того?       - Это не имеет значения.       - Ясно… - Наама медленно подошла к нему и поцеловала в холодные потрескавшиеся губы:       - Твой брат просил передать тебе, что ты глупец и упускаешь самое главное… прощай, Вергилий.       И Наама исчезла, оставив и второго брата в одиночестве. Исчезла из жизни сыновей Спарды, если не навсегда, то на очень-очень долго.       Вергилий ещё минуту простоял в тишине у дверей отчего дома, а потом, отринув все сомнения, отворил их и вошёл внутрь, дабы сбросить все оковы и обрести силу, которую он желал всю свою жизнь.