Бишайн

      Я так и стояла посреди стелющееся у ног сиреневой дымки. Вот Реборн был, вот Реборна нет. Вот конфликт колец был, вот его и нет. Не переваривая происходящее, отказываясь принимать, в моей голове вспыхнула яркая вспышка-мысль.       Ламбо! Ламбо из десятилетнего будущего!       Вот только среагировала я слишком поздно. С очередным криком бешеной амазонки Бьянки кинулась за Ламбо следом, метая в него испорченную еду с подноса, и вместе с этим улетучился мой шанс спросить о будущем.       — А где Реборн? — Рядом встал Кёхей, оглядываясь по сторонам.       Я указала большим пальцем себе под ноги:       — Только что тут был.       — Э-э?.. — Кёхей смерил меня удивлённым взглядом. — И где он тогда? Опять его дурацкие приколы?       Ох, если бы, если бы. Между тем стелющаяся над полом сиреневая дымка начала растворяться. У меня закружилась голова, воздуха перестало хватать. Ноги подкосились, но не дал мне упасть Кёхей.       — Цуна, ты чего?! Плохо, да? Вызвать скорую?!       Я покачала головой. Скорая никоим образом не решала мои проблемы.

***

      Полусидя-полулёжа на кровати в своей комнате, я смотрела в потолок, нависший надо мной. В глазах немного двоилось, но это так, пустяк. По швам трещала моя вера в себя — мой разумный эгоцентризм. Я никогда не была набожной, и вера людей в высшее существо подчас вызывала во мне приступ изжоги. Мне это казалось глупым, неразумным. Будучи человеком науки, я мыслила через призму доказанных фактов, а что не доказано — значит, это не по силам нынешним знаниям человечества.       Но с чем мне тогда пришлось столкнуться? Попадание в другого человека в мир, похожий на комикс, который я когда-то читала взахлёб? Некое странное создание, Бишайн, которое по какой-то причине хочет меня «выпить»? Пропажа моего главного союзника в самый ответственный момент?       Я несколько раз слегка приложилась затылком к стене, постукивая.       Моя вера в себя лопалась, подобно мыльному пузырю. Я всегда думала, что смогу со всем справиться, что бы ни подкинула мне жизнь. Выпутывалась из самых патовых ситуаций. Побеждала то, что многие бы назвали судьбой. А сейчас что?       Было два варианта событий: согласно первому, я вместе с остальными попадаю в будущее параллельной линии этого недоканона, где Бьякуран пытается завоевать мир, как проапгрейженная версия Брейна из «Пинки и Брейн»; согласно второму, всё сводилось к тому, что меня оставят одну разбираться с моими проблемами.       В общем, непруха. Оба варианта мне не нравились.       Я положила руки на чуть вздувшийся после ужина живот. Еда была бесподобной. Готовка Наны — это что-то с чем-то, пусть я и не любитель японской кухни. За ужином мне приходилось вести себя так, словно всё хорошо. Новости по телевизору никто не смотрел, так что Кёхей, Нана и все остальные пока не были в курсе о произошедшем в больнице инциденте, что давало мне хоть небольшую передышку. Не думаю, что Бишайн заявится в ближайшие дни. Не знаю почему, но во мне была такая уверенность.       Может, у Сецуны есть гипер-интуиция? Не знаю. Спросить по тупости у Реборна не удалось, а насчёт Кёхея… Его волновать как-то тоже не хочется. Если он попадёт в будущее параллельного мира, то у него и помимо меня будет забот невпроворот.       Что-то какая-то безнадёга.       Расстелив кровать, я переоделась в ночнушку и плюхнулась на матрас, накрывая себя одеялом, точно пытаясь укрыться от невзгод субботы грядущей.

***

      Утро проходило в том же темпе, как и дни предыдущие. Водные процедуры, завтрак и подготовка к школе. Радовало только одно: суббота — день укороченный, всего три урока. Две информатики и биология.       Новая встреча с Хаято и Такеши, ждущих нас у ворот дома. Всё было как обычно. Почти.       Реборн пропал. Это и стало темой для обсуждения.       — Прикиньте, он пропал! — пожаловался ребятам Кёхей, когда мы миновали перекрёсток и завернули по улице в сторону школы.       Я замыкала шествие, идя чуть позади, немного не поспевая за парнями. Все трое шагали вроде и не широко, но мне приходилось семенить за ними в ускоренном темпе.       — Это как? — не понял Такеши.       — Да сбежал под шумок, как он это обычно и делает! — распалялся Кёхей. — Опять или от Бьянки скрывается, или по своим мафиозным делам. Не знаю.       — Не могу поверить, что Реборн-сан ничего не сказал Десятому перед уходом… — поразился Хаято, явно проявляя сомнения.       — Да там Бьянки гоняла бедного Ламбо, он поменялся с собой из будущего, и…       — Если в деле замешана моя сестра — дело попахивает большим таким дерьмом, Десятый, — «успокоил» Кёхея Хаято.       — Гокудера, как всегда, на позитиве! — засмеялся Такеши, но его смеха никто не разделил, и он заткнулся.       В школу мы пришли молча. Молча переобулись, молча разбрелись по классам.       Учитель посадила меня за компьютер рядом с Хаято с тем посылом, чтобы он в случае чего помог мне. Видимо, у Цуны было не очень с информатикой, как, впрочем, и у меня. Школа и институт для меня — давно и неправда, помню только совсем базу, но уж точно не программирование в «Бейсике». Раскрыв тетрадку, я вглядывалась в алгоритм для похожей задачки, смотрела в условия моего задания и нихрена не понимала.       — Гокудера… кун? — позвала я Хаято, потягивая его за рукав рубашки. — Я не очень понимаю эту задачку. Не мог бы ты…       — Женщина, неужели ты за два занятия ещё не поняла, как это решать? Совсем тупая? — съязвил он, одаривая меня презрительной усмешкой. На долю секунды я замерла, сообразив, что все набросанные в уме возможные диалоги сошли на нет, и теперь придется импровизировать. — С чего ты вообще решила, что мне есть какое-то дело до твоих проблем? — нахамил он мне, продолжая презрительно усмехаться.       Я стиснула зубы, надеясь, что меня сейчас отпустит и я не съезжу ему по роже. Пришлось проглотить рвущиеся наружу матные конструкции.       — Тупая или нет, это уже тебе судить. Но сенсей попросила тебя помочь мне в случае чего. И я прошу.       — Да? — саркастически переспросил Хаято. — Тогда я просто пошлю Ваше Величество на хрен, и мы закроем эту тему, как и все остальные. Помогать я тебе не обязан.       — Дай хоть совет, а? — взмолилась я, уже с трудом сдерживаясь, чтобы не стать зачинщиком потасовки.       — Я что, похож на справочное бюро? — Идти на контакт Хаято по-прежнему не собирался.       — Ну ты и мудак! — процедила сквозь зубы я и подняла руку, прося учителя подойти ко мне.       — От дуры и слышу! — огрызнулся Хаято, явно не желая оставлять последнее слово за кем-то еще кроме себя. От моих ногтей и выдранных с корнем волос его спасла подошедшая ко мне учитель.       После школы Кёхей организовал поиски Реборна по местам, где тот мог скрываться. Когда наша компания собиралась расходиться в разные стороны на перекрестке, я увидела перед книжным магазинчиком на ведущей к мосту улице стайку школьников. Их черные силуэты смутно сливались с белизной рубашек. Среди этого чёрно-белого пятна мелькнуло нечто красное, и моё сердце чуть не ухнуло вниз, в желудок.       Рядом раздался хлопок. Я вздрогнула и обернулась, как в замедленной съёмке.       Только что идущий рядом со мной Кёхей пропал.       Красное вновь мелькнуло за спинами школьников.       Прижимая к себе сумку, я что есть мочи дернула прочь.