Хулиганка

Дженни томно вздыхает, перекатывая за щекой чупачупс с клубничным вкусом, и никак не может понять, чего такого интересного люди находят в химии, там же ничего не понятно! Она напрягает взгляд сильнее, упорно всматриваясь в доску, но быстро сдается и обреченно выдыхает, когда уже пожилой старичок шумно дышит, помогая одной из ее одногруппниц решить реакцию, как он подсказывает той бедняжке, «замещения». Дженни разваливается по парте, продолжая причмокивать губами и все ждет, когда же закончится пара. Но вот случается незадача – реакция решена, а тучный старичок переключает свое внимание с ушедшей, словно с каторги, ученицы на полностью незаинтересованную в происходящим Ким. - Дженни-щи, - старик скашливает, словно заядлый курильщик, в кулак и продолжает, - я смотрю, вам как-то скучно, не хотите ли к доске? А то так и экзамен сдать не сможете. Ким, услышав свою фамилию, обреченно закатывает глаза, тягуче медленно выпуская воздух из легких. Он прав, ей безумно скучно, так почему бы не повеселиться? - Оппа, - чуть с придыханием говорит девушка, медленно садясь ровно, - и правда, как же я смогу сдать экзамен? – ее лицо становится заметно обеспокоенным. В ход идет тяжелая артиллерия: пользуясь тем, что она сидит самая первая с прохода между рядами, девушка вытягивает свою стройную ножку в ободранном капроновом чулке не лестницу и слегка сгибается, как бы завязывая шнурок на своей обуви, тем самым давая небольшой обзор старику, падкому на молоденьких студенток, на чуть приоткрывшуюся область груди, так плотно обтягиваемую какой-то невероятно узенькой маечкой. Смотря в упор на свои шнурки, девушка слышит, как дед начинает дышать еще шумнее, а вернув взгляд обратно на старика, видит крупную каплю пота, стекающую по его седому виску. - Чтож, - заикаясь, начинает старик, - думаю, вы правда сдадите экзамен. – его руки трясутся, а в районе паха, если напрячься, можно увидеть едва заметный бугорок. Вот уж удивительно, как все еще функционирует эта система организма без пяти минут мертвого старика. - Спасибо, что верите в меня, оппа. – Дженни обворожительно улыбается, а потом, сев так, чтобы челка скрывала ее лицо, скалится, еле сдерживая порыв громко рассмеяться. Так-то. Только в мысли возвращает звонок, а затем хоть и глухой, но весьма четко слышимый звук, словно позади кто-то напополам разломил карандаш. Что ж, сейчас ей стоит пораньше убежать из класса, а то мало ли, этот дедан решит задержать ее на перерыве. Вернув обратно в рот чупачупс, который она машинально отложила в обертку, когда к ней обратился преподаватель, Дженни надевает свою синюю кожанку с металлическими значками и уверенно шагает вон из университета. Выйдя на крыльцо, она сразу же видит кучку девушек, к которым направляет сразу же, ведь они – своеобразная банда, к слову, довольно влиятельная в этом учебном заведении. - Дженни-щи, - начинает одна, голосом пытаясь спародировать то, как буквально три минуты назад, к Ким обратился тот старый извращенец, - как ты думаешь сдавать экзамен? Дженни пораженно выгибает бровь, не совсем понимая, откуда та могла узнать об этом «инциденте», учитывая, что они вообще с разных потоков. - Откуда знаешь? – Ким пристально щурится, хмуро смотря на знакомую, очевидно веселящуюся со сложившейся ситуации. - Как, - слишком наигранно удивляется та, резко хватаясь за сердце, - все же знают, что если ты что-то начинаешь, то это определенно – бомба! Поэтому вас засняли и выложили в подслушку, - хитренько подмигивает девушка, прикладывая свой указательный палец к губам в жесте «тшшш» Все, что может Ким – это удивленно раскрыть рот. Конечно, она не могла не знать о подслушке, однако она совсем не думала, что кто-то осмелится сотворить подобное с ней. - Кто этот смертник? – заинтересованно поднимает брови Дженни, выжидающе смотря на подругу, - Он ведь новенький, да? Совсем ведь правил не знает, - девушка показушно качает головой, как бы говоря: «Ну как же так? Бедняжка», но на самом деле никого ей жалко не было. - Уо, - оценив догадливость своей подруги, протягивает девушка, - Он действительно новенький, думаю, нам стоит преподать ему урок? – девушка загорается идеей, ей нравится доставлять людям неприятности - Коль, - все, что отвечает подруге Ким, звонко щелкая пальцами и выставляя их, словно пистолетики. – Розэ, ты же тоже уже видела? Знаешь, кто выложил? – Дженни обращается ко второй девушке, что все это время копалась в телефоне. - Да, - подняв взгляд на Ким, Чеен разворачивает к ней экран своего смартфона, - мальчик совсем несмышлёный, даже анонимку не поставил, - заканчивает Пак, звонко лопая пузырь из жевательной резинки. - Кан Думен, - задумчиво тянет Дженни, пытаясь вспомнить, слышала ли это имя, но ничего не вспоминает. Чтож, так будет даже проще, - из какой он группы?

***

Дойдя до аудитории, в которой должен был находиться этот отчаянный, девушки вместе с подключенными к будущему происшествию парнями остановились, чтобы оглядеться. Рядом с дверью никого не было, а это значит, что товарищ вместе со своей группой уже сидит в кабинете. Его побьют на глазах у всех, с кем он учится, разве не весело? Уверенно зайдя в аудиторию, Дженни цепко оглядывает весь класс, холодным взглядом скользя по каждому студенту. Остановившись на одном единственном, Ким гаденько ухмыляется и громко, так, чтобы услышал каждый в этой злосчастной аудитории, спрашивает: - Кто здесь Кан Думен? Парень очевидно дрожит, все еще помня эту девушку, ведь сам снимал ее на свой телефон, а арава бугаев позади этой маленькой, но вселяющей определенные, довольно неприятные ощущения, несмотря на миловидную и весьма необычную внешность, не дает и шанса вздохнуть спокойно. Парень тушуется и понимает, что сейчас произойдет что-то крайне неприятное. Наблюдая за парнем, что трясется от выпытывающего взгляда Ким, первой не выдерживает Чеен. Она шумно выдыхает, а затем, цокая каблуками, направляется прямиком к этому подобью мужского пола. Остановившись совсем близко, она берет чужой портфель и вытряхивает все содержимое на пол. Отвлекшись на махинации девушки, Кан совсем не замечает, как к нему подходит два мощных дружка, что стояли позади той ненормальной, и скручивают его. Первый удар приходится в солнечное сплетение, отчего тот сразу же начинает задыхаться, обреченно смотря, как девушка рядом брезгливо роется шариковой ручкой в его валяющихся на полу вещах, напевая какую-то весьма популярную в детских кругах мелодию. После того, как парня пинают пару раз и еще раза три смачно бьют кулаками, девушка все же находит то, что так нарочито долго и усердно искала – блокнот-ежедневник. Она открывает его на последней страничке, пишет что-то, а затем, под внимательный взгляд парня, достает из собственной сумочки яркую красную помаду, мажет ей губы и «на прощанье» оставляет свой алый поцелуй на листе блокнота, после чего неровно его выдирает. Оглядев лежащего на полу парня, она аккуратно садится перед ним на корточки и, держа листочек двумя руками, и чуть ли не вытирает им лицо Думена. - Смотри, - равнодушно говорит Пак, в очередной раз лопая пузырек жвачки, - это тебе шпаргалка, - Розэ достает изо рта уже потерявшую свой яркий вкус резинку, крепит ее на обратную сторону листочка, а затем приклеивает всю это конструкцию мальчишке на лоб. Перед тем, как Чеен встает обратно, Дженни шустро оценивает проделанную ее бандой работу и, одобрительно хмыкнув, уходит из аудитории под трель звонка. Правда на выходе ее встречает девушка, чуть выше ее самой. Та опирается о дверной косяк, скрестив на груди руки и хмуро смотрит на Ким. Окинув девушку взглядом, Дженни быстро показывает ей язык, по-ребячески дуя щеки, а затем, засунув руки в карманы своей куртки, уходит окончательно. Настроение прекрасное, так что Ким решает забить на последнюю пару по английскому и, написав в общий чат, берет с собой пару девчонок, что так любят ее за дурной нрав и дерзкий характер.

***

Дженни нервно смотрит на телефон, что показывает уже чуть больше десяти вечера. Она стоит уже около двери, однако войти не решается, так и суетясь по всему этажу. Наконец, собравшись морально с силами, Дженни аккуратно вставляет ключ в замок и максимально тихо пытается открыть дверь. Отчасти, у нее даже получается. Зайдя внутрь, девушка все также аккуратно захлопывает дверь, закрывая ее на щеколду. - Лисси, - робко зовет Ким в, казалось бы, пустой квартире, однако тусклая подсветка гостевой комнаты выдает чужое присутствие, - Лиса. Тихой поступью Ким движется в сторону предполагаемого местонахождения девушки и не ошибается – та сидит в большом кресле, обитом кожей. Уперевшись обоими локтями в подлокотники, та смотрит на нее абсолютно холодным взглядом. Закинутая на ногу нога изредка нервно подрагивает, выдавая все напряжение девушки. Казалось, оно было таким концентрированным, что его можно было пощупать руками. - И что ты сегодня устроила? – наконец выдает Манобан, сверля девушку, что стоит напротив, нечитаемым взглядом. Единственное, что было понятно - ничем хорошим вечер сегодня точно не закончится, - сначала профессор, потом драка, нет, натуральное избиение беззащитного человека, и под конец ты шляешься не пойми где, припераясь домой ночью. - Он же мужчина, должен уметь постоять за себя, - тихо, чуть обиженно фыркает Ким, но Лалиса все равно все прекрасно слышит, отчего резко бьет кулаком по креслу. Дженни резко вздрагивает, не ожидая такого от девушки, но быстро приходит в себя, продолжая, только еще тише, - да и не ночь еще. - Ким Дженни, - строго проговаривает Лалиса, не опуская своего взгляда ни на миллиметр с лица своей девушки, - разве мы с тобой еще не говорили на эту тему? Насколько я помню, разговор у нас был, и мы даже пришли к единому решению, по крайней мере, я тебе тогда поверила. Увидев изменившийся взгляд девушки со строгого на жалостливый, Дженни резко пошла к той напрямик, чтобы взять лицо Лалисы в свои ладошки и, раздвинув ее ноги, присесть на левое колено. Манобан любит, когда Ким так делает, становясь полностью беззащитной в ее руках, словно котенок, но только рук сейчас нет, есть только непонимание и полная обида. - Лисси, ты же не думаешь, что я правда что-то такое хотела сделать с профессором? – неуверенно шепчет Ким, легко целуя девушку сначала в одну щечку, а затем и в другую. – А тот слюнтяй заснял нас на видео и выложил на обозрение всему университету, он новенький, мы просто ввели его в курс дела, - девушка тянется к губам Лисы, но та лишь отворачивается от Дженни, морщась. – Лисси.. – сердце Ким пропускает болезненный удар, нижняя губа начинает трястись, а в уголках глаз собирается щиплющая влага. Боясь потерять сейчас Лалису и все усложнить молчанием, Ким резко обнимает девушку, пока та не сообразила, что происходит и, уткнувшись носом в чужую шею, шумно шмыгает носом. Манобан начинает понимать, что происходит, только тогда, когда ощущает стекающую влагу по своей ключице. Девушка сдается и нежно опускает руку на трясущееся плечо Ким, успокаивающе поглаживая. Она прекрасно знает о трудном детстве девушки и правда старается мириться с ее характером и менталитетом в принципе, но они ведь вместе решили потихоньку менять мировоззрение Ким, ведь та тоже понимала, что то, как она жила – это не нормально, люди так не живут, что жизнь выглядит совсем иначе, но вот, очередной проступок, за который ее, скорее всего, не накажут, но и ничем хорошим это в итоге не закончится, они обе это знают; именно поэтому Лиса усердно учит Дженни жизни, счастью и любви, чтобы однажды у той и мысли не возникло о насилии. - Лисси, ты же у нас примерная ученица, так? – бормочет куда-то в шею Манобан Ким, на что та согласно мычит, слегка посмеиваясь. И как они только пришли к их отношениям? - Поможешь мне с химией? А то я ведь и правда ее не сдам, - томно шепчет Дженни, легким поцелуем касаясь скулы своей девушки, - и мне придется с тем профессором…. Лалиса обреченно выдыхает и звонко шлепает Ким по попе. - Конечно, я тебе помогу, - слегка возмущается Манобан, потому что всегда ей помогает, и уже сто миллионов раз просила Ким не беспокоиться по этому поводу. - Замечательно, - отрывается Ким от груди девушки, смотря на нее хоть и слегка красноватыми, но счастливыми глазами. Она была своеобразной: откровенные, но стильные луки, развязное поведение и желание проявлять насилие, одним словом – хулиганка; правда это все – одна мерзкая, тянущая на дно маска, которую Лалисе удалось разглядеть и аккуратно снять, освобождая от оков настоящую Дженни: нежную, любимую, любящую.