Школа парней, или любовь проститута.

Уже прошла неделя, а Ларри все так и не появлялся. С момента пропажи Лара, Салли ежедневно, начиная с 21:00 и заканчивая около пяти-шести утра, ощущал эту дикую боль в груди. На его теле уже не было чистого места, где не было ссадин, царапин или синяков. Даже местами были вполне глубокие порезы. «Чёрт… Что же происходит у той сучки? Я даже понятия не имею, кто она такая и что из себя представляет… Я даже не знаю, почему она спит со всеми! Гадство… Как же хуёво…» — Сала уже тошнило от всего этого. Он, в очередной раз думая о «суженной», лежал под одеялом, свернувшись калачиком. Протезник уснул только под утро. С утра Сала разбудил разговор Тодда с кем-то по телефону.  — Постой. Я повторяю, не делай поспешных выводов. Давай встретимся и всё обсудим. — ответов Тодду, Сал, конечно, не слышал, но ему было достаточно услышать слова Тодда, чтобы его любопытство загорелось.  — Да не торопись же ты с выводами. Всё не так, как ты думаешь. «Он ругается с девушкой? Бля-я… Я не должен подслушивать, но уже поздно… Господи, помилуй и не отправляй меня в Ад!» — Салли продолжал слушать разговор рыжеволосого.  — Нил, прошу тебя. Сегодня выходной. Позволь мне встретиться и поговорить с тобой! — в голосе Тодда было слышно сожаление. «Нил?! Всмысле? Всмы-ысле?!» — Салли молча продолжал подслушивать. Он уже, даже если бы захотел, не смог бы, даже хотя бы заткнуть уши.  — Нил… Я всё это время думал о тебе… Я же знаю, что ты до сих пор любишь меня. — От удивления Сал пискнул, но тут же закрыл рот. Он чувствовал взгляд Тодда на себе. — Почему? — Рыжий усмехнулся. — Ты ещё спрашиваешь? Если бы не любил, давно бы сбросил трубку. Нил, давай встретимся через пол часа в парке. Это не обсуждается. Жду. — после чего в комнате повисла тишина. Салу послышалось, как сосед по комнате встал и зашел в ванную. «Оу бич… Было опасно… Очень опасно! Так выходит, что Нил, когда говорил о парне, говорил о Тодде?! Еба-а… Чего не ожидал, того не ожидал…» — подделав «сонную» мордашку, Салли встал и «сонной» походкой пошел в ванную.  — М-м-м… Утро… Доброе. — наигранно сонно выдал протезник.  — Ты ведь всё слышал, да? — Салли передёрнуло.  — Извини, я немного не…  — Всё нормально. Прости, что прошу об этом, но… Какой совет ты бы дал мне? Вы же с Нилом дружите?  — Да, но Нил ничего о тебе не говорил.  — А мне и не нужно обо мне. Расскажи мне о Ниле, которого ты знаешь. — ребята вернулись в комнату и уже продолжили беседу на своих кроватях.  — Ну, Нил, которого я знаю, немного скромный, отзывчивый, готов всегда и в любой ситуации помочь, любит кремовые пирожные или печенья и чай…  — Хах… Теперь пирожные? А раньше любил макаруны… Но не считая этого, он ни капли не изменился. Я жалею, что так поступил с ним.  — А что такое «макаруны» и что у вас случилось? — Вдруг протезника осенило. — Ой! Ну тоесть, если не секрет, конечно…  — Макаруны, это такие, можно сказать, французское двуслойное печенье. Между этими двумя слоями обычно нанесён или крем, или варенье, но ты прав, Нил любит всякие сладости с кремом. А это… — вдруг дверь в комнату открылась и на пороге появилась Эш, которая держала пьянющего в хлам Трэвиса.  — Ребята, заберите это уёбище… Он испортил всю тусу!  — Положи это на кровать. — похуистическим тоном сказал Тодд. Вероятно, он больше никому не говорил того, что сейчас говорит Салу.  — А забрать не?  — Пфф… Бля… — Салли, которому тоже было впадлу ждать, пока Эш дотащит тушку «дружка» Тодда, встал и забрал «это» у девушки и уложил на постель  — Спасибо, я пошла. — и девушка сразу удалилась.  — В общем, я не мог, на тот момент, сказать Ларри «нет», когда он предложил мне присоедениться к их компании. Причину я тебе ещё не скажу… Мне тогда пришлось оставить Нила, но сейчас я искренне хочу вернуть его. Я люблю его, и любил. «Боже… Я всегда терпеть не мог геев, но сейчас почему-то мне хочется помочь им? Наверное потому, что Нил мой друг и ему тоже плохо без Тодда… Ладно! Я уже помог всем чем смог!» — Салли лег на кровать и достал телефон, но пока ничего не делал.  — Ладно. В любом случае, спасибо тебе, Салли. Мне пора. Пока. — и рыжеволосый покинул комнату. Салли остался один наедине со своими, казалось бы, бесконечными мыслями. «Всё это, конечно, хорошо, но… Почему я постоянно вспоминаю Ларри? Почему я не могу переключиться на другую мысль? Почему я вообще думаю об этом… Об этом… Да гадство! Пристрелите меня! Сука! Бе-еси-ит эта мысль!» — Сал бился головой об подушку, забыв про спящего пьяного Трэвиса. Внезапно Тодд заглянул в комнату и, увидев состояние Сала, сказал, забрав телефон с прикроватной тумбочки.  — Не волнуйся, беспокоиться о ком-то — это нормально. — и с улыбкой, уже окончательно покинул комнату, оставив Сала одного в раздумьях.