Школа парней, или любовь проститута.

– Прости... Прости меня, солнышко. Я... Я люблю тебя... Прости- – внезапно, в этот момент он ощутил что-то очень горячее у себя на губах. Это был поцелуй. Поцелуй Трэвиса. Филипп, из-за шока, не успел ответить на поцелуй. Трэвис отпустил губы голубоволосого из плена, и посмотрел ему в глаза. – Что ты там говорил? – произнёс блондин хриплым голосом. – Я... Хах? Стой, ты... Что с тобой? – М? А что не так? – Твои глаза... Зеленые... – Серьёзным голосом произнес Фил. – Что? Где? – Прохрипел блондин и слегка приподнялся на локти. В это время Филипп воспользовался ослабевшей бдительностью Трэвиса, и снова поцеловал его. Это был короткий, но очень насыщенный поцелуй. – Нигде, я пошутил. – Филипп усмехнулся, а затем поднялся с кровати. – Ты, кха-кха, куда? – Трэвис пристально наблюдал за действиями голубоволосого. – Аптечка... Она у вас есть? – Хм... Посмотри у Тодда в ящике. – затем Трэвис указал на кровать Тодда, кивнув в ту сторону головой. – Хорошо. Открыв ящик, Филипп нашел не только аптечку, но и ещё кое-что поинтереснее, но виду не подал. Достав из аптечки рассасывающиеся таблетки от горла, он протянул её блондину. – Что это? – Таблетка. Её нужно рассасывать. – Трэвис в ответ лишь кашлянул, отчетливо показывая своё недовольство, но таблетку взял. – Теперь клади её в рот и соси. – Филипп усмехнулся. – Да иди, кха, ты!! Без тебя разберусь! – Филипп рассмеялся, а Трэвис сделал всё точно так, как и сказал Фил, но в тот же момент открыл рот с таблеткой на языке, глотая воздух. – Ты что мне дал!? Фу! – Трэвис сморщился, как будто лимон съел вместе с кожурой. – Это таблетка, и не ври, она не настолько противная. – Филипп сел рядом с Трэвисом. – Ух... Кха-кха... Блять... Чертов ублюдок. – Трэвис начал рассасывать таблетку с такой не довольной гримасой на лице, что аж Филиппу стало его жалко, и он решил немного «подсластить» ему его мучения. Голубоволосый наклонился и поцеловал блондина. – Трэвис, я хочу тебя. – но Трэвис внезапно остановил Фила. – Стой... Кха-кха, а ты меня не кинешь после этого? – Дурачок, как ты посмел себе о таком подумать? Я люблю тебя. – поцелуй возобновился. Возбуждение взяло верх, и Трэвис поддался эмоциям. Поцелуй постепенно углублялся, но Филу, всё-таки, пришлось оторваться от этих прекрасных губ. Филипп отстранился и помог привстать блондину и снять его кофту, а затем снова уложить, а затем, незамедлительно, сняли верхнюю одежду и с себя. Голубоглазый стянул нижнюю одежду Трэва, попутно захватив и трусы. — Ух, слюни так и текут~— Фил облизнулся. – Кха... Чертов извращенец~ – Трэвис схватил парня за плечи и притянул к себе. Филипп начал нежно целовать шею Трэвиса, местами проводить линии языком. Блондин тихонько вздрагивал от приятной дрожи, и прикусывал губу. Рука Фила медленно спускалась от груди к паху Трэвиса. Ещё мгновение и он уже поглаживал инструмент больного. От нахлынувшего возбуждения Трэвис стал тереться о тело парня, намекая, что он уже готов, и не может больше ждать. Филипп улыбнулся. Он впервые видит Фелпса таким. И, похоже, ему это даже нравится. Да, можно было точно и с утверждением сказать, что он тащился от этого вида. – Как же давно, давно это было. Мх~ – Филипп навис над парнем и достал смазку, которую нашел у Тодда в ящике. – Это... Смазка? – Да, так тебе будет приятнее, или ты уже забыл, как это делается? – Филипп усмехнулся, но продолжил. – Тогда я тебе напомню. – Филипп снова поцеловал парня, как в этот момент дверь в комнату открылась. На пороге появился Салли и Ларри. – Ух... Салли, закрой глаза. – Ларри приложил руку к глазам непонимающего Фишера. – А то я ревновать буду. – Ч.что, блять!? – в этот момент ребята уже очень быстро одевались, проклиная всё и вся, а когда они покинули комнату, Ларри рассказал Салли то, что не дал увидеть. – Ларри, ты что, ебобо? – Салли покрутил пальцем у виска. – Нет, я тебе отвечаю! – В этот момент Салли ни с того, ни с сего, рассмеялся и завалил Ларри, а затем поцеловал. – Я тебя люблю, Ларри. – произнёс он, и положил голову на грудь Ларри. Времена налаживаются. В это самое время Ника и Эшли занимались тем же самым, чем не дали заниматься Трэвису с Филом.