yeah, you should be loving someone

       Первые дни сентября порадовали всех своим спокойствием и невозмутимостью. По ночам моросил лёгкий дождь, но к утру, о нём напоминали лишь ручейки, стекавшие вдоль домов и дорог.       Ровно месяц назад Айзек Лейхи вернулся в Бейкон Хиллс. Ровно 6 дней его мучают воспоминания школьных коридоров и кабинетов. И ровно один час и сорок минут он сидит в заполненной людьми библиотеке, и пытается сделать домашнее задание по алгебре.       Все цифры и буквы смешались в одно непонятное целое. Синусы, косинусы, логарифмы, — всё это казалось незамысловатыми символами, смысл которых, уловить было невозможно.       Парень опустил свою голову на стол и накрылся учебником.       "-Может быть это поможет впитать знания?"-, усмехнулся про себя Айзек.       Его слух уловил нарастающие звуки музыки. Барабаны, гитара, и он стал прислушиваться к словам.

Ты можешь многое скрывать о себе.

Но милая, что ты собираешься делать?

И ты можешь спать хоть в гробу,

Но прошлое всё равно останется с тобой.       Айзек поднял голову, и посмотрел на девушку, которая сидела прямо напротив него. В её руках была книга, а уши затыкали чёрные наушники. Это её музыку он ненароком подслушал. — Оптимистично, — сказал Айзек, и ухмыльнувшись, кивнул на плеер, лежавший на столе. — Что? , — спросила девушка, вынимая один наушник. — Я сказал, что у тебя очень оптимистичная музыка, — произнёс парень, заглядывая ей в глаза. Девушка усмехнулась, и спросила: — Слишком громко? Я тебе не мешаю? — Нет, у меня просто очень хороший слух, — сказал Айзек, и тяжело вздохнув, вновь открыл учебник. — Может быть тебе помочь? Я разбираюсь в математике, — сказала девушка, и отложила книгу. — Если тебе не сложно. Но я правда, искренне не понимаю, как в этом можно разбираться, — сказал Айзек, и передал свою тетрадь девушке. — Я продала душу дьяволу, — с серьёзным лицом произнесла блондинка, и принялась читать задание. — Как тебя зовут? , — спросил Айзек, наблюдая за ней. — Оу, это даже обидно, — усмехнулась она. -Учитывая то, что мы несколько лет делим большинство предметов. — Чёрт, прости, я просто… — Всё в порядке. Я шучу, это не обидно. Это комплимент моим сталкерским навыкам, — произнесла девушка, переписывая пример в тетрадь. — Моё имя Эйрин Стивенс, Айзек. — Теперь мне вдвое неловко, — сказал Айзек, продолжая наблюдать за ней.        Её светлые волосы были распущены, из-за чего, девушке иногда приходилось заправлять их за уши или сдувать подальше от лица. Карие глаза сосредоточенно следили за левой рукой, которая выводила всё ещё непонятные Айзеку символы. На аккуратном носике была россыпь светло-коричневых веснушек, разглядеть которые, можно было только на свету. Серый свитер открывал лишь кисти рук, и верхнюю часть шеи, а голубые джинсы были закреплены чёрным ремнём с золотым креплением. Каждый раз, когда девушка переставляла ноги или чуть двигалась на стуле, её чёрные ботинки издавали жалобное скрипение, что было присуще лишь антиквариатным вещам. — Готово, — сказала Эйрин, и отдала тетрадь Айзеку. — Что? Я думал, что ты объяснишь мне это, — с недоумением произнёс парень. — Я сказала, что могу помочь, а не объяснить, — сказала блондинка, собирая вещи. — Это уже работа преподавателя, а он из меня никакой, — произнесла она вставая со стула. — пожалуйста, — кивнула девушка, и вышла из библиотеки. — Ага, спасибо, — на выдохе произнёс Айзек, вновь оставшись один, в заполненной людьми комнате.