broken

Ким Тэхен впервые увидел Мин Юнги в семь лет. У Мин Юнги были темные, непослушные волосы. Он постоянно дергал рукава кристально белой рубашки, явно большого размера, а еще улыбался, слегка прикрывая ладонью рот. Позже Тэхен заметил, что у мальчика не было переднего зуба. Но он все равно был красивым. Все началось со смущенной улыбки, игривого взгляда и рукопожатия. Тэхен же был полной его противоположностью. Родители не особо заботились над тем, как Ким выглядел в глазах богатых детей. Тэхен радовался, что ему купили пиджак. Новенький, красивенький. Немного стеснялся своих старых, поношенных брюк и рубашки, что достались от старшего брата. Но он выглядел довольно неплохо, по его скромному детскому мнению! Мама даже не ругала его в этот день. Сегодня знаменательная дата. Момент, когда три клана, наконец, прекратят глупую вражду, что длилась десятилетиями. Тэхен всю жизнь пробыл в Тэгу, где располагалось главное отделение их клана. На самом деле, они жили богато, хорошо. Крупный клан, который держал под контролем довольно обширную часть Тэгу. В каждом городе Кореи была семья, что руководила определенным районом. Крупнейшими кланами считались Чон, Ким и Ли. Дальше уже шли семьи Мин, Чхве и Чо. Сколько себя Тэхен помнил, клан Ким всегда враждовал с семьей Мин, что находилась в подчинении криминального синдиката Чон. А теперь они подписывают мирный договор между всеми тремя семьями. А главным условием этого договора было взаимовыгодное сотрудничество трех наследников. Сокджин, его старший брат, был слишком горд, чтобы опускаться до семьи Чон и Мин. Грубо говоря, Тэхена отдали в подчинение клану Чон. Правда, завуалировано, они называли это крепкой мужской дружбой. В конце концов, теперь с этими тремя мальчиками его жизнь навечно связана. Тэхену ведь семь. Он достаточно взрослый, чтобы поехать в Сеул и познакомиться с другими. Многие дети уже в пять лет умели управляться оружием, слышали рассказы родителей о миссиях клана. Кима же считали недоразвитым, глупым. Пока все дети били друг друга самодельным оружием, Тэхен смотрел на голубое небо, мечтая парить, как птица в небесах. Или читал книги, пересказывая их сюжет самому себе. С ним никто не хотел общаться. Он не ждал, что его кто-то поймет здесь. Главы семей собрались в уютной гостиной, отправив детей в другую комнату. Сокджин, которому стукнуло уже десять лет, считал себя слишком взрослым, поэтому с нарочито-важным видом ушел прочь, чтобы найти их двоюродных сестер — Дженни и Джису. Тэхен не любил их. Они были заносчивыми, вредными, а еще их брали на собрания клана. Они потом ходили и вечно хвастались, что их посвящают в важные дела. Для них Тэхен был пустым местом. Как и для всех остальных. Если раньше Тэхен грустил, надувал губы от обиды, то с возрастом это прошло. Он уже и не ждал, что кто-то будет ценить его здесь. Он же просто Ким Тэхен. Не самый старший, не самый умный! Он третий лишний. Хосоку он тогда не понравился. Тэхен еще с детства знал, как определять это. К примеру, его отец никогда не смотрел на него, а мама кривила губы, стоило войти в комнату. По сморщенному лицу Хосока и ежу было бы понятно, что Тэхен вызывал лишь отторжение и отвращение. Чон Хосок сидел на диване, закинув ногу на ногу. Видимо, насмотрелся на родителей и теперь сам повторял за ними. Он крутил на руке дорогие часы, которые доверять восьмилетнему мальчику и не стоило бы. Но они же в семье мафии. Тут напрочь логика отсутствует. Частично Тэхен понимал причины такого поведения. Чон, единственный и прямой наследник синдиката, точно знал, что Юнги его будущий телохранитель, а Тэхен был переменной, от которой ничего нельзя было ожидать. Тэхен и сам не знал, чего ему ожидать от себя. — Мама сказала, что вы — мои новые друзья, — улыбнулся Тэхен, смотря на них. Конечно, мама ничего такого не сказала. Сокджин только толкнул его в плечо и попросил вести себя прилично. А Тэхен просто хотел быть ребенком, завести друзей, с которыми и в огонь, и в воду. А эти два мальчика отличный выбор, не так ли? Им все равно предстоит всю жизнь провести вместе, так почему бы и не подружиться? Хосок фыркнул, отводя взгляд в сторону. Юнги же улыбнулся в ответ, подвинулся на диване, освобождая место для Тэхена. Ким слышал, как родители говорили о нем. Средний ребенок в семье, которому отдавали предпочтение на роль следующего главы клана. Старшего брата считали слишком нежным, а младшего в расчет не брали. Мин Юнги был немного замкнутым, но пытался проявить дружелюбие. Он напоминал ежика на первый взгляд. Кажется, что колючек много, а на деле самый милый мальчишка на свете. Ну, Тэхен надеялся. Он знал, что нельзя судить о книге по обложке. Пару недель назад его выкрал милый парень, что пообещал ему конфет. Сладость Тэхен так и не получил, зато впервые увидел, как его отец убивал другого человека. Это было страшно, а еще и захватывающе. Ким широко улыбнулся, садясь рядом с ним. Их колени слегка соприкасались. Они находились в приятной тишине, пока Юнги не спросил, какое у него любимое мороженое. Когда родители в гостиной обсуждали план уничтожения клана Ли Мин Юнги спрашивал о его любимом мороженом. Их дружба началась с улыбки. — Мятное. — Застенчиво признался Тэхен, а потом взглянул на Хосока. — А твое? Хосок скривился, когда Ким обратился к нему. — Ненавижу мороженое. Ненависть тоже началась с улыбки.

/ / /

В пятнадцать Тэхен умеет взламывать систему безопасности Пентагона под восхищенные взгляды Юнги и завистливые смешки Хосока. Пока все учатся драться, создавать яды за пару минут Тэхен сидит в обнимку с ноутбуком и постоянно вводит различные коды. У него, на самом деле, не такой уж и большой был выбор. Хакерство — лучшее, что мог придумать Сокджин. Нет, ему еще предлагали научиться водить машину. Но у Тэхена к ним небольшая фобия, к тому же, ему больше нравилось смотреть, как Юнги учился водить машину. Завороженно следил, как красивые, почти что идеальные, руки Мина обхватывают руль. А еще, Юнги смешно щурил глаза, когда врезался во что-то. Во время тренировок быстрой езды нельзя кому-то постороннему сидеть в салоне. Тэхену на это плевать. Ему по душе адреналин, ощущение свободы. Это нравилось ему настолько сильно, что он хотел поделиться этим с Юнги, сжимая его колено. Тэхен не мог понять, что произошло, в один момент все было прекрасно, а в другой Юнги врезался в мусорный бак, резко останавливая машину. Ким больше его не трогал. Может, у того боязнь прикосновений? Да ведь всегда все нормально было. Правда, они никогда наедине побыть не могут. Вечно Хосок мешается, как незримая тень следует за ними по пятам. А Тэхену хочется побыть с человеком, который и правду о нем заботится. С Юнги. — Тридцать три секунды, Тэ, — с гордостью говорит Юнги, протягивая ему ладонь для обмена хлопками. — Твой новый рекорд. Тэхен усмехнулся, подмигивая парню. Они занимаются взломом в свободное от учебы время. Ведь это намного интереснее, чем изучать историю мировой культуры или учиться заряжать пистолет. Юнги облизывает губы, не прерывая их зрительный контакт, когда Хосок громко кашляет, привлекая их внимание. — Ты должен быть быстрее. — Угрюмо отвечает Хосок. — Кому вообще нужен взломщик компьютера? Ким замер, переводя взгляд на ноутбук. Там снова высветилась табличка об успешном взломе какого-то сайта. Но из головы не выходили слова Чона. Кому он нужен? Ему часто говорили, что его недостаточно. Надо делать лучше, стараться больше. Но куда больше? Тэхен итак все свободное время проводит за компьютером, трет уставшие глаза, замечая, как в дали все становится размытым. Хосок фыркнул, продолжая. — Если меня попытаются убить, то Тэхен будет самым бесполезным. Бесполезный, верно? Его мать называла его ненужным, говорила, что следовало сделать аборт или выкинуть его на помойку, когда он родился. В мафиозных семьях не заводили нескольких детей. Исключения составляли лишь те семьи, где первыми рождались девочки. Редко можно было увидеть клан с главой женщиной. На них и так косо смотрели на собраниях. Семья Ким, с невероятно-большим количество детей, была изгоем. — Здесь я для твоей защиты, — резко перебивает Юнги, с некоторой злостью посмотрев на Чона. — Тэхен важен в своей сфере. Не вмешивай его куда не следует. Хосок закатывает глаза, а потом уходит из комнаты, оглушительно громко хлопая дверью. В последнее время Чон сам не свой. Хотя, после смерти матери, все последние пять лет он сам на себя не похож. Чона и раньше нельзя было назвать примерным ребенком, а сейчас он слетел с катушек. Юнги фыркает под нос, на секунду останавливаясь в дверях. Он оглядывается, а когда замечает слабую улыбку от Тэхена, то выходит. Для Мин Юнги Чон Хосок все же важнее. В тот же вечер Тэхен стучит в комнату Юнги. Они все ночуют в доме семьи Чон. Это на самом деле удобнее, чем собирать их по всей стране. Ну, или по отелям города. Хотя, Юнги мог бы и ночевать в поместье Минов, но троица предпочитала без нужды не разделяться. Тэхен проводил здесь всю неделю, а на выходные его семья вспоминала о его существовании и забирала в Тэгу. Тэхен не хочет признавать, что своим домом давно считает уютную спальню в доме Чонов. А если повезет, то и в доме Минов. Его семья перестала считаться таковой, когда попыталась избавиться от него. Сердце заходится в бешеном темпе, когда он видит полусонное лицо Юнги. Он как всегда прекрасен. Мин выглядывает, шепчет что-то про неожиданное нападение и про то, что сейчас слишком рано. Тэхен усмехается, уверяя, что ничего не произошло. Он слишком красивый. Руку протяни и можешь дотронуться до бледной кожи, почувствовать кончиками пальцев любую неровность. На щеке Юнги даже порез есть с первой миссии. Мин старше, неудивительно, что отец взял его на задание. Тэхен не хотел признаваться, что его сердце колотилось ужасно быстро, пока Юнги был на задании. Он не привык, что они по отдельности, обычно всегда вместе. Радовало, что и Хосок волновался. Тэхен сгрыз ноготь почти до основания, а когда вернулся Юнги, то снова начал дышать свободно. А сейчас он напротив Мин Юнги. Ночью. Он боится представить, что о нем думает сейчас его хен. Но он ведь не какая-та девица, чтобы смущаться. Только вот от взгляда Юнги ему хочется лишь вернуться в свою комнату и забыть об этом, как о страшном сне. Тэхен прикусывает губу, ощущая, как на щеках появляется румянец. — Научи меня драться, хен. Его шепот раздается по коридору. Зря он это сказал. Это ведь глупо. Кто он, чтобы Мин Юнги учил его драться? Он не входит в охрану Чонов, да и оружие ему запрещено иметь. Он всего лишь Ким Тэхен, бесполезный мальчик, который создан не для драк и спасения чужих жизней, а лишь, чтобы доставлять удовольствие другим. Кому угодно, но не самому себе. Тэхен уже собирается сбежать, как теплая ладонь Юнги хватает его за запястье. Румянец на щеках лишь усиливается, когда пальцы Мина скользят ниже, невесомо проходясь по его руке. Между ними возникает электричество, которое вызывает улыбку на губах обоих. Может быть, не один Тэхен замечает притяжение между ними. — Для тебя, — шепчет Юнги. От его голоса по телу проходится невесомая дрожь. Тэхен не хочет признаваться, как сильно он любит его, — все что угодно. Всю ночь они проводят в зале, упражняясь с грушей. У обоих костяшки пальцев сбиты до крови. Под недовольные вздохи Юнги он срывает с них прилипшую кожу. Тэхен уверен, что на груше останутся отпечатки его кровавых рук. На матах дела обстоят не лучше. Но веселее. И Тэхен смеется, когда Юнги заваливает его на пол в очередной раз. Он совершенно не против. Если бы он попросил научить его драться Чона, тот бы закатил глаза, обозвал как-нибудь, оставив его опозоренным. Но Юнги не такой. Ему Тэхен может доверять. Просто Тэхен влюблен в Юнги. Даже больше, чем просто влюблен. Ему просто хочется держать старшего за руку, обнимать его и шептать на ухо разные глупости. А еще немного жаждет взаимности, чтобы Юнги тоже хотел его прикосновений. Чтобы Мин Юнги тоже его любил. У Юнги невероятный блеск в глазах, а еще покрасневшие щеки. И Тэхен до жути, до дрожи в коленях хочет его поцеловать. Только вот не может. У него на отношения с Юнги табу. Он ведь не может делать то, что хочет. Слышал как-то, что у Юнги будет невеста из семьи Чхве, когда он станет главой синдиката. Тэхен уверен, что им с Мин Юнги не по пути. И не может не скрыть своего разочарования, когда Юнги тянет его за руку, поднимая с пола. Тэхен смотрит в противоположную сторону, не замечая такой же расстроенный взгляд Юнги. На следующее утро он широко зевает, прикрывая ладонью рот. Едва не упускает усмешку на губах Юнги, когда тот повторяет за ним. Это ведь очень заразно. — Опять взламывал Пентагон всю ночь? — Смеется Хосок, ударяя его в плечо. — Лучше бы занялся чем-то полезным. Тебя ведь даже малолетка завалит на пол без усилий. И когда Хосок по привычке заламывает ему руки… Тэхен впервые дает сдачи. Вокруг них все удивлены, а Тэхен широко улыбается, замечая, как глаза Хосока мутнеют от злости и ненависти. Это лучшая ошибка в его жизни. Юнги с гордостью смотрит на него, когда стирает кровь с губы младшего. Они сидят в ванной комнате, куда Мин увел его после того, как Хосок взял себя в руки. Конечно, Юнги должен был вмешаться. По силе он даже превосходил Хосока, несмотря на протесты Чона. Все знали, что Юнги — лучшая охрана, о которой можно было только мечтать. Солдат, будущий глава клана. Идеальный сын и прекрасный муж для какой-то счастливицы. Но оба знали, что если будут перечить Хосоку, то их вышвырнут из дома быстрее, чем они успеют среагировать. Они в полном подчинении синдиката Чон, хотя и принадлежат другим семьям. Странная закономерность, которую никто не разрушит. Тэхен широко улыбается, отчего на губе вновь появляется кровь из ранки. Он слизывает её, не переставая смотреть прямо в карие глаза Юнги. Он видит в них свое отражение. Он хочет, чтобы Мин Юнги тоже видел только его. — Спасибо, хен. Юнги дотрагивается ватой до его разбитой губы, поворачивая голову слегка набок. Мину все равно досталось, когда тот перехватил кулак Хосока. У Чона проблемы со сдерживанием гнева после смерти матери. Хотя Хосок и пытался взять себя в руки, после того как поставил фингал Юнги. Хоть в чем-то они с Чоном были согласны. Вредить Юнги ни Тэхен, ни Хосок не хотели. Может быть, только из-за Юнги они и не поубивали друг друга. Мин смущенно отводит взгляд в сторону, откидывая окровавленную ватку на тумбу. — Я могу учить тебя каждую ночь, если хочешь. Он не может поверить своему счастью. Это все за гранью его понимания. Юнги ведь не задолжал Тэхену, не провинился. Так зачем он это делает? Почему из-за него глупое сердце Ким Тэхена бьется все быстрее и быстрее? Тэхен облизывает губы, а потом кивает. И хочет как-то поблагодарить, даже порывается обнять парня, но неожиданно опускает руки. Они не могут. В мафиозных семьях не обнимаются, не влюбляются. Только вот Юнги видит его печальный взгляд, а потом сам подходит ближе, обнимая его крепко за плечи. От Юнги пахнет мылом, лекарствами, которые перебивают запах крови. Тэхен обнимает сильнее, прижимаясь лицом к его груди. И отпускать его совершенно не хочет. Мин Юнги свое обещание сдерживает. Ким Тэхен тонет в нем сильнее.

/ / /

Он слышит их разговор случайно. Хосок просто присылает ему сообщение, прося прийти в кабинет. Что-то очень срочное, даже точное время сказал. А Тэхен опаздывать не любил, поэтому пришел вовремя. Лучше бы опоздал. Если бы у него был выбор, то он бы просто забрал Юнги и предложил ему прогуляться. Отец не приехал за ним, чтобы забрать в Тэгу, а Тэхен даже не удивлен. Это уже шестой раз за последние полгода, как о нем забывают. Просто, он уже семье Ким не принадлежит. А кому, собственно, он принадлежал? — Ничего не значит. Он раздражает меня, если честно. Тэхен останавливается, переставая печатать в телефоне новую программу для взлома. Нельзя подслушивать чужой разговор. Ким знал, но все равно подслушал. Да и как часто можно услышать, как Чон Хосок и Мин Юнги ссорятся? — И даже если он уедет в Америку, то я скучать не буду. — Спокойно говорит Юнги. — Если честно, он давно мозолил глаза своим присутствием. Без него лучше. Тэхен замирает на мгновение. Недавно, родители поставили их перед фактом, что один из семьи Ким уедет в Америку для изучения бизнеса. На деле, они просто хотели избавиться от Тэхена. Ему просто нужно было сказать да, его вещи вывезут, и в Корее ничего не останется, что будет о нем напоминать. Когда Тэхен сказал об этом Юнги, то старший был молчалив, обнял и сказал, что не отпустит, не позволит уехать. А если Кима все же отправят, то он вернет его самостоятельно. Тэхен тогда поверил, что может быть его чувства взаимны. Теперь его вера с каждой секундой угасала. В семнадцать лет плакать уже нельзя верно? Но он не может сдержать слезы, прокручивая в голове слова Юнги. Ким едва не врезается в постамент, что стоит здесь больше, чем ему лет. На лету ловит вазу, что накренивается в бок, а потом позорно сбегает, не слыша последних слов Юнги и Хосока. — Ты же знаешь, что Сокджина не отправят в Америку, да? — продолжает Хосок. — Если кто и уедет, то только твой любимый Тэхен-и. Юнги фыркает. — Тэхен ни за что не согласится уехать, это как подписать себе смертный приговор. На следующий день Ким Тэхен позволяет матери отправить его в Нью-Йорк.

/ / /

В девятнадцать Ким Тэхен лучший хакер клана Ким. Только вот будущего у него никакого. Родители обсуждают Сокджина, Дженни, да даже Джису, которой удалось занять место матери Чонов… А Тэхен тот парень, который нужен лишь для поддержания отношений с другими кланами. На самом деле, это даже хорошо. Он единственный знает, что проживет максимум год, два. Когда все ожидают смерти в любой момент, Тэхен уверен, что умрет, как только окажется на свадебной церемонии. Не в физическом смысле, нет. В моральном. Хотя, может, он мертв уже много лет. Кто знает? У Тэхена большой выбор. Либо уедет в Арабские Эмираты к девушке из клана Со, либо у него в мужьях будет испанский барон. И он даже не знает, что лучше. В любом случае исход один — надгробная плита на Богом забытом кладбище. Или при самом худшем исходе будет кенотаф. В последнее верится даже больше. Обычно, тела не остаются. К тому же, он слышал о кровожадности этого барона. Он помнит, как вернулся в Корею, никого не предупреждая. Предпочел нацепить на лицо маску равнодушия, когда бодрым шагом вошел в кабинет Чона. Чон Хосок совершенно не изменился. Тот же деловой костюм с иголочки, дорогие часы, только вот волосы выкрасил в ядовито-яркий рыжий. Он — заместитель отца, будущий глава клана. Его ждет великое будущее. — Ух, Ким, какими судьбами? — Хосок смеется, когда на лице Тэхена ни одна эмоция не проявляется. — Зашуганым ты мне нравился больше. Всем, наверное, он таким нравился. Мальчишкой, что не мог за себя постоять. Не изменилось ничего, только вот драться стал лучше, пистолет держать научился, а еще вырос. Тэхен фыркнул, когда дверь неожиданно открылась. Спустя три года с их последней встречи Мин Юнги лишь похорошел. Бледная кожа, на которой даже синяки под глазами выглядели притягательно и соблазнительно. Только теперь носил непозволительно дорогой официальный костюм вместо удобных джинс и толстовок. На секунду Мин замер, внимательно смотря ему в глаза. Словно не мог поверить, кого видит перед собой. Раньше Тэхен смущался этого выпытывающего взгляда Юнги, только теперь ему все равно, верно? Мин Юнги его ненавидит. Он уехал, чтобы никому не мешать под ногами. Только вот глупое сердце до сих пор его любит. До сих пор хочет его. Хосок ухмыляется, встает, притягивая Юнги за галстук, и целует того в губы. Тэхен дышать не может, потому что Мин все еще смотрит на него. Словно боится, что нарушив зрительный контакт, он исчезнет. Он хочет уйти, сбежать в Америку, а лучше сразу отдаться любой другой семье, чтобы не видеть их. Но он сидит на месте, прокашливается, а потом грубо спрашивает, найдется ли в команде Чона место для него. Тэхен вновь учится жить в семье Чон. Никого не волнует, что Ким Тэхен умирает каждый раз, когда видит, как Хосок целует Юнги. Просто Ким — мальчик на убой. И если бы у него был выбор, то Тэхен предпочёл бы умереть от руки Мин Юнги.

/ / /

Ким Тэхен взрослый мальчик. Только вот Мин Юнги все еще видит в нем ребенка, который не может за себя постоять. Они ссорятся чисто случайно. Просто очередное задание, только обычно Тэхен сидел дома, за ноутбуком. А в этот раз вызвался с ними. Он не должен быть удивлен, что Юнги в первую очередь станет защищать Хосока, а не его. Это как программа в компьютере. В мозге выгравировано, что они обязаны защищать Чон Хосока. Других исходов и нет. А Тэхен сидит, морщится, когда Юнги вытаскивает пулю ему из плеча. Чон давно ушел, жалуясь на головную боль от запаха крови. Если бы Ким Тэхен решил убить Чон Хосока, то утопил бы его в крови. — Ты идиот, — проговаривает Юнги, откидывая пулю в сторону. Он обрабатывает рану антисептиком. — Да поговори же со мной, Тэхен. Прошло уже три месяца с твоего возвращения, а ты ни разу со мной не говорил. Тэхен серьезно смотрит на парня, наклоняя голову набок. — Мы говорим каждый день, Юнги. Юнги грубо приподнимает его подбородок, приближаясь чуть ближе положенного. — Почему ты уехал? Впервые Ким Тэхен видит, как маска непроницаемого, вечно холодного Мин Юнги рушится. Мин дрожит, медленно опуская ладонь ему на плечо. Они стоят непозволительно близко для людей, которые друг для друга ничего не значат. — Я слышал тот разговор. Ты сказал, что без меня было бы лучше. — Тэхен сглатывает, ненавидя себя в этот момент. — Если ты так ненавидишь меня, то зачем это делаешь? Мин удивленно хлопает глазами, отстраняясь назад. Смотрит по сторонам, словно не зная, что делать прямо сейчас. А потом приближается, крепко держа его за плечи. — Я не могу ненавидеть тебя, Тэхен. — Шепчет Юнги. Его голос дрожит, а сам он моргает быстро, пытаясь избавиться от едва появившихся слез. Тэхен хочет стереть каждую из них. Но не может, пока не узнает все. — Я напомню тебе, о чем говорю. Этот день так хорошо отпечатался в его голове, что пересказ получается слишком подробным. Да, слов ненависти не звучало, но ведь все очевидно! Сообщение от Хосока, где тот просит его прийти на важный разговор… слова Юнги, что он не хочет видеть его рядом с собой. Это выглядит слишком идеально… словно это было подстроено, а они сыграли свои роли в спектакле. — Чертов ублюдок. — Сквозь зубы проговаривает Юнги. Тэхен непонимающе смотрит на него, пытаясь переварить все в своей голове. А потом впервые слышит версию Юнги. Начиная от его попыток переговорить с семьей Ким, чтобы он остался, до того самого разговора с Хосоком. С Чон Хосоком, который ненавидел его настолько сильно, что при первой же возможности решил избавиться. — Я его убью. Тэхен пугливо хватает Юнги за рукав, прося остановиться. Им от этой вспышки гнева лучше не будет, но Мин лишь зло смотрит на него. И просит не мешаться под ногами. Тэхен хлопает глазами, на расстоянии следуя за ним до самого кабинета Чона. Входить туда без стука приравнивается к самоубийству. Юнги, кажется, все остатки разума потерял, когда выяснил правду. — Это из-за тебя Тэхен уехал три года назад? Хосок удивленно смотрит на них, откладывая свои документы в сторону. Рядом с ним стоит Джису, уголки её губ подрагивают в улыбке. Тэхен замирает на секунду, смотря на Юнги. Руки тот поставил на письменный стол, а сам, не отрываясь, смотрел прожигающим взглядом на Хосока. Чон ухмыляется, складывая руки перед собой. — Ну, он же правда бесполезный. В тот день Ким Тэхен впервые видит, как человек, обязанный защищать Хосока до своей смерти, ударяет того в лицо. Они заваливаются на пол, избивая друг друга, пока не прибегает охрана, отталкивая их. Чон громко смеется, больше от удивления, чем от самой драки. Невероятно. Ким Тэхен влюбляется в Юнги еще сильнее. Хосок сплевывает кровь, стирает её с губ, с неприязнью смотря на Тэхена. И следующие слова растягивает медленно, пробуя каждое на вкус. — Лучше бы ты сдох. Мин Юнги ударяет Чон Хосока еще раз.

/ / /

Чуть позже Тэхен сидит в ванной, стирая с губы Юнги кровь. Это так напоминает сцену несколькими часами ранее. Он улыбается себе под нос, вспоминает детство, когда Юнги обрабатывал так раны ему. Ностальгия. Только теперь они старше. Юнги скоро станет главой мафиозного клана, объединится с семьей Чон, а Тэхен так и останется никому не нужным мальчиком. И умрет через пару недель. Но сейчас он может быть здесь, с Юнги. Не бояться смотреть ему в глаза, наслаждаясь каждым прикосновением собственной ладони к его гладкой коже. Рука Тэхена застывает, когда Юнги хватает его за запястье. Ладонь у того теплая, немного шершавая. Тэхен боится поднимать взгляд, боится столкнуться с глазами Юнги. Мин же отпускает его ладонь, дотрагиваясь до его подбородка, проходится по щеке, мягко заставляя посмотреть на себя. — Я люблю тебя. Тэхен обещал себе не плакать, но рыдает на груди у Юнги, потому что они потеряли три года из-за Хосока. А еще у Тэхена свадьба через неделю, переезд в Испанию и жизнь в подчинении испанскому барону. Потому что Ким Тэхен — мальчик, который не может управлять собственной жизнью. Тэхен продолжает плакать, когда они целуются. Губы у Юнги потрескавшиеся, а когда тот кусает его, то появляется и металлический привкус крови. И этот поцелуй дает надежду на счастливое будущее. Он не помнит, как они добираются до комнаты Юнги. Пропускает момент, когда они остаются одни, изучая тела друг друга. Тэхен уверен, что это лучший день в его жизни. Единственный день, когда он может позволить себе целовать Юнги, обнимать его, любить его. А когда теплые ладони Юнги скользят по его обнаженным плечам, ему кажется, что весь мир принадлежит лишь им двоим. А завтра… А завтра Ким Тэхен снова будет принадлежать не ему. Но сейчас он может позволить себе утонуть в Мин Юнги.

/ / /

Юнги на свадьбу не пришел. Тэхен сам бы не пришел, только вот он жених. У него синяки под глазами — он не спал уже два дня, продолжая плакать в подушку — а еще черный костюм. Сокджин на него даже не смотрит, занятый разговором с его будущим мужем. Тот старше него в два раза, а еще не говорит по-корейски. Тэхену придется учить испанский, ведь его будущий муж английский тоже знает не сильно хорошо. Точнее, совсем не знает. Он не прислушивается к их разговору, выискивая в толпе нужного ему человека. Сталкивается взглядом с Чон Хосоком, который приподнимает бокал, ядовито улыбаясь. «Счастливой семейной жизни» — читает по губам. Он ненавидит Чон Хосока так сильно. Тэхену тошно. Отходит в сторону, поближе к выходу, а еще к алкогольным напиткам. Он вливает в себя бокал шампанского, когда его грубо хватают за руку и быстро выводят в коридор. Хочет заломать руку, чтобы этот некто никогда не трогал его. Но знакомый аромат одеколона отбивает это желание. Он не хочет верить своему счастью, когда сталкивается с карими глазами Мин Юнги. На лице неосознанно появляется широкая улыбка, когда он видит его спустя две недели. Целых две недели. Юнги словно сквозь землю провалился. В тот счастливый день, когда Тэхен проснулся, в надежде найти человека, что любил его, он оказался один. Пустая постель, а еще записка на мятой подушке. «Я все исправлю» Тэхен хотел верить его обещанию, но все равно проплакал в подушку, пропитанную запахом Юнги. А сейчас Мин здесь, рядом с ним. Живой, настоящий, не галлюцинация. Тэхен стонет Юнги в поцелуй, когда тот прижимает его к стене. Ладони Юнги отдыхают на его пояснице, а сам Ким не хочет ничего большего, чем навсегда остаться в его объятиях. Эгоистичное желание, не так ли? — У меня свадьба через двадцать минут. — Хрипит Тэхен, когда Юнги покрывает его лицо поцелуями. Он умирает от этой нежности, наслаждаясь каждым прикосновением. Ему все равно, что другие могут это увидеть. Плевать на мать, отца, на того испанского барона. Он хочет только Юнги. А если Тэхен хочет что-то, то он это получает. Юнги усмехается, дотрагиваясь ладонью до его щеки. Тэхен улыбается, утопая в его любви. Вздрагивает, когда слышит звук бьющихся окон. Тэхен любит Юнги так сильно. — Как жаль, что она пройдет без жениха. — Юнги вновь целует его, наслаждаясь криками людей в зале, звуком перестрелки. — Потому что единственный, с кем ты будешь стоять у алтаря, это я.

/ / /

Тэхен жмурится в лучах солнечного цвета. Он может привыкнуть просыпаться так: с теплым телом под боком, в объятиях любимого мужчины. Одеяло сбито где-то у ног, а сами они обнажены. Только смущения нет. Ему хорошо. Он не в доме семьи Чон, даже не в доме Мина. Эта квартира чужая. Но теперь это — его новый дом. Юнги осторожно переворачивается, рука на его талии смещается чуть выше. У Мина забавно надуты губы, а еще он причмокивает во сне. Тэхен улыбается, дотрагиваясь ладонью до его щеки, лба, зарывается в спутанные волосы, наслаждаясь этой мягкой атмосферой. Его дом рядом с ним. — Я люблю тебя. — Шепчет Тэхен, когда Юнги приоткрывает глаза. Спустя столько лет Ким Тэхен наконец чувствовал себя нужным, любимым. Юнги тихо смеется, лишь ближе прижимая к себе, переплетает их пальцы, приближая их так близко, словно они собирались слиться. Тэхен хотел остаться здесь навсегда. Никакой боли, никакой вражды между кланами. Лишь два любящих сердца, что, наконец, спустя столько лет могут быть вместе. — Ты выйдешь за меня? Он ослышался? Но Юнги улыбается, выжидающе смотря на него. Тэхен хлопает глазами, вторя его улыбке. А потом громко смеется, не веря своему счастью. Мин Юнги ведет нечестную игру. Сначала похищает со свадьбы, потом прячет в неизвестном месте, пока вся семья Ким чуть ли не готова убить его. Юнги ради него отказался от места главы семьи Мин, отдавая почетное место своему брату. Можно подумать, что они в проигрыше. Но Ким Тэхен выиграл самый главный приз в лице Мин Юнги. — Тебе придется терпеть меня до самой смерти. — Игриво отвечает Тэхен. Юнги смеется, целуя костяшки пальцев. Тэхен морщится от избытка нежности, что переполняет их. Им запрещено любить друг друга. Это напоминает историю Ромео и Джульетты, где дети враждующих кланов влюбляются. Только вот они еще живы. Тэхен не знал долго ли продлится их счастье, но он не собирался его отпускать без боя. — Я умру за тебя, ты же знаешь. Тэхен ему верит, пожимает плечами, обдумывая нечто важное. — Мин Тэхен звучит не так уж и плохо. Юнги громко смеется, целуя его в лоб. Ким Тэхен окончательно расстается с семьей Ким, полностью осознанно вверяя себя в руки Мин Юнги. — Это звучит идеально