Мальчик-который-попал-на-Слизерин. Второй курс.

      Наступил октябрь. Холод и сырость стали незаменимыми спутниками студентов, сопровождая их везде: и во дворе, и в классах. Лишь у горячего очага в гостиной можно было немного избавиться от этих непрошенных гостей, с уютом разместившись в удобных креслах, и смотреть, как задорно потрескивают поленья в жарком пламени. У Гарри мрачных гостей оказалось ещё больше, так как он хоть и забросил изучение Непростительных заклятий, но эти страшные чары, словно преследуя отступившего, начали ему сниться в кошмарах. То он видел, как в зелёном пламени убивают его родителей, то он сам участвовал в пытках каких-то маглов. Причём часто в роли жертв выступали то Дурсли, то почему-то семья Малфоев. Сны были тягучие и иногда смутные, но мальчик всегда просыпался в холодном поту и после никак не мог вспомнить подробностей.       Погода тем временем совсем испортилась, и дождь лил без перерыва. И сидя в уютном кресле, Гарри со злорадством в душе притворно сочувствовал унылому Хорьку, которому надо было на тренировку по квиддичу в такое ненастье. Тем временем вся школа, и Слизерин, в частности, предвкушала банкет в честь праздника Хэллоуин. Говорили даже, что привидение башни Гриффиндора устраивает грандиозный прием призраков со всей Британии в честь своего пятисотлетия со дня смерти. Но чем ближе было торжество, тем меньше у Гарри оставалось праздничного настроения. Мальчик невольно вспоминал про убийство своих родителей в злополучный Хэллоуин. С того дня, как он узнал, с помощью какого заклятия они были убиты, их смерть словно стала ещё ближе к нему.       Но мало-помалу Поттер заразился весёлой атмосферой от своих одноклассников, которые с нетерпением ждали пир. Большой зал в этот праздник был по традиции украшен живыми летучими мышами и фонарями, сделанными из огромных тыкв. Поэтому, когда Гарри вечером усаживался со всеми за праздничный стол, то от его пасмурного настроения, которое довлело над ним утром, и следа не осталось. Тем временем ходившие уже несколько недель слухи, что Дамблдор пригласил на праздник труппу танцующих скелетов, оказались лишены основания. По крайней мере, мальчик, с интересом оглядываясь по сторонам, ничего такого не заметил. Все слизеринцы выглядели нарядными, хоть и в привычных тёмных мантиях, но девушки оделись более празднично. У кого-то по-другому уложены волосы или красивая заколка в локонах, а кто-то осмелился надеть выходное платье под мантию.       Размышления Гарри прервал профессор Дамблдор, который поднялся со своего места. В Большом зале сразу наступила тишина. Даже у слизеринцев, как бы презрительно они ни отзывались о директоре, последний одним своим видом, по мнению Гарри, вызывал страх, а иногда даже уважение.       — Наступил очередной Хэллоуин, — неторопливо произнес Дамблдор, спокойно оглядывая присут­ствующих. — Прежде чем приступить к великолепным праздничным блюдам, я хотел бы сказать вам пару слов, — профессор взял паузу. — Прежде всего, мне хотелось напомнить о мисс Грейнджер, которая погибла ровно год назад. Признаюсь, что мы потеряли замечательную ученицу... — Он медленно оглядел все четыре стола. Ученики молчали. — И я хочу, чтобы вы помнили об этом. Помнили и были настороже. А теперь — ешьте.       С этими словами Дамблдор сел на место, и по Большому залу заструились шепотки.       — Опять он заладил про эту грязнокровку!.. — тихо прошипел голос справа.       Гарри одеревенело начал медленно поворачиваться к нему. После мрачных и весомых слов Дамблдора его словно объял холод, а праздничного настроения как не бывало. Он с ознобом вспомнил то ужасное утро год назад, пустой взгляд мистера Грейнджера у гроба девочки и крики её матери. Саму девочку в гробе Гарри, как ни старался, не мог вспомнить. Образ размывался.       Он всё-таки повернулся и смерил взглядом Нотта, с трудом сдерживая рвущиеся на волю слова. Мама Гарри тоже была маглорожденной и тоже умерла в этот ненавистный Хэллоуин. Нотт тем временем замолчал, поняв по дергающейся щеке Гарри, что сказал что-то лишнее, и жалко улыбнулся ему. Поттер отвернулся обратно к преподавательскому столу, но те уже приступили к трапезе. Гарри уткнулся невидящим взглядом в свою тарелку.       Он как никогда чувствовал себя чужим среди всего этого зала, среди этих чопорных слизеринцев, что оценили жизнь маленькой девочки даже не достойной упоминания, и среди сотни других учеников, которых он не знал. Ему так хотелось очутиться вдали отсюда, чтобы не слышать и не видеть вообще никого. Хоть бы на кладбище у могилы Грейнджер, хотя нет, там, наверное, сейчас её родители, лучше бы у могилы родителей Гарри. Интересно, а есть ли вообще их могила, или Волан-де-Морт не оставил ничего, что можно было бы похоронить? Как он понял из книг, заклятие смерти Авада Кедавра не оставляет повреждений на теле. Мальчик, глубоко погружённый в мысли, сам не заметил, как принялся за праздничный ужин.       После ужина все ученики покинули Большой зал. Гарри осоловело шёл рядом с Крэббом, не слушая, о чём говорят другие. Плохой сон и нервная усталость истощили мальчика, и он понуро переставлял ноги. Вдруг впереди образовался затор. Крэбб начал протискиваться вперед сквозь толпу за Малфоем, перед которым все расступались, и Гарри автоматически двинулся за ними. Пробравшись в первые ряды учеников, он увидел, что на стене между двух окон огромными буквами были начертаны слова, блестящие в свете факелов:

«ТАЙНАЯ КОМНАТА СНОВА ОТКРЫТА

ТРЕПЕЩИТЕ, ВРАГИ НАСЛЕДНИКА!»

      Под зловещей непонятной надписью свисала Миссис Норрис — кошка школьного завхоза была подвешена за хвост к скобе для факела, и к тому же явно мёртвая. Гарри негромко ахнул от ужаса.       — Трепещите, враги наследника! — громко завопил стоящий слева от него Малфой и, горделиво выпрямившись, когда все обратили взоры на него, продолжил, — сначала кошка, а следующими будут те, в чьих жилах течёт нечистая кровь!       — Что тут такое? А? — услыхав Малфоя, Аргус Филч растолкал толпу, но при виде Миссис Норрис попятился и в ужасе схватился за голову. — Что с моей кошкой? Что? — все молчали. — Что с ней?       — Успокойтесь, Аргус, — раздался спокойный голос директора, который в сопровождении других профессоров прошел к стене со зловещей надписью.       Гарри, скосив глаза, увидел, что лицо Малфоя стало очень испуганным при виде Дамблдора. Их директор осторожно снял Миссис Норрис со скобы для факела.       — Идёмте со мной, Аргус, — мягко обратился он к Филчу.       Локонс, сияя улыбкой, подошел к Дамблдору.       — Мой кабинет ближе всех, господин директор, сразу вверх по лестнице. Пойдёмте ко мне…       — Благодарю вас, Златопуст, — ответил директор и, аккуратно держа в руках труп кошки, двинулся дальше. Локонс, довольно улыбаясь, последовал за ним, а процессию замыкал мрачный Снейп. Профессор МакГонагалл же осталась, повернувшись спиной к стене и внимательно рассматривая учеников.       — Кто-нибудь пострадал? — отрывисто спросила она.       Ученики начали что-то вразнобой говорить в знак отрицания, а кто-то покачал головой.       — Значит, все целы? Кто первым обнаружил ее?       — Эм, профессор, — раздался голос старосты Гриффиндора. — Я один из первых прибыл на место происшествия.       — Вы кого-нибудь видели здесь, мистер Уизли?       — Нет, профессор.       — Немедленно уведите гриффиндорцев в гостиную! Мисс Фарли, на вас ученики Слизерина. Будьте внимательны! В гостиной всех учеников пересчитать, если кого будет не хватать, то доложить об этом мне. Всем оставаться в гостиной. Где... О, Филиус, вот вы. Надо доставить...       — Ну чего встали, второй курс? — холодный голос Джеммы раздался прямо над головой Гарри, отчего он вздрогнул. — Быстро все в гостиную!       Бросив последний взгляд на стену с посланием врагам какого-то наследника, Гарри поспешил за остальными.

***

      Гарри ожидал, что по пути в гостиную все будут обсуждать это происшествие, но весь факультет словно в рот воды набрал, и лишь эхо шагов по ступенькам подземелья Слизерина гулко раздавалось далеко вокруг.       «Почему никто не обсуждает этот жестокий розыгрыш? Совершенно очевидно, что это близнецы Уизли, про их проказы не слышал только глухой. Хотя, — Гарри с сомнением задумался, — даже для них убивать кошку Филча — это перебор. К тому же эта таинственная надпись... Что она значит? Может, она как-то связана с Грейнджер? Это знак или намёк на её смерть в прошлом году?»       Добравшись до гостиной, Джемма Фарли потребовала, чтобы все оставались наверху, а сама чуть ли не бегом отправилась к себе в комнату. Уже сидящий до их прихода на диване Флинт не особо обеспокоился, а вот другие старосты тихо переговаривались, стоя рядом с входом в женские спальни и ожидая возвращения Фарли.       Гарри, сразу же усевшись в теплое кресло, встретился взглядом с Малфоем. Последний выглядел так, словно получил подарки на Рождество и день рождения в один день, да и ещё выиграл Кубок школы с Чемпионатом по квиддичу.       — Ну что, Гарри?! — воодушевление в голосе Малфоя, казалось, можно было потрогать руками, настолько оно было сильным. — Вот и закончилось время грязнокровок в нашей школе! Они следующие на очереди!       — Фи, Драко! Опять ты выражаешься, — попеняла ему незаметно подошедшая Гринграсс, совершенно не обращая внимания на стоящую у кресла Трейси. Гарри невольно улыбнулся Дафне и получил быструю улыбку в ответ.       — Да, но... — воскликнул Малфой. — Но, Дафна! Ты ведь сама должна понимать...       Тут громко хлопнула дверь, и тут же мимо них быстро прошла староста Фарли с тетрадью. Дэвис поспешила уступить ей дорогу, сев на пустующий диван.       — Так, я называю имя, а вы должны подтвердить своё присутствие. Так, начнём. Первый курс...       Слушая быструю перекличку, Гарри то в нетерпении злился, что староста прервала Малфоя, который хотел пролить свет на это происшествие, то страшился того, что вдруг кого-то не будет на месте. Призрак смерти девочки навис над ним опять. Хотя он же среди слизеринцев.       «Мы уж точно не должны пострадать, раз под ударом грязнокровки... Значит, Филч тоже из семьи маглов?»       С облегчением резюмируя, что все на месте, Фарли тут же погнала первый курс спать в их комнаты, хоть и те с удовольствием бы остались и дальше в гостиной, но не могли перечить строгой старосте. Остальные же слизеринцы разбились на группы и что-то начали обсуждать, иногда озабоченно хмурясь. Гарри вдруг заметил, что многие частенько поглядывают на него: бросая короткие взгляды или, наоборот, задерживая долгий изучающий взор. Что, почему на нем сосредоточилось такое внимание? В чём его подозревают? По спине пробежал холодок, и Гарри повернулся обратно к Малфою и Дафне. Однако Хорёк поднялся из кресла и важно прошествовал к группе третьего курса, а Дафна спокойно тут же заняла его место в кресле и, немного поправив и так отлично уложенные светлые волосы, чуть наклонилась к Гарри и негромко спросила:       — Итак, что ты знаешь о Тайной комнате?