Новая жизнь

      Петунья металась по кухне. Суп убежал, котлеты подгорали. Нервы были на пределе – три дня прошло, а от Снейпа ни слуху ни духу.       — Туни, – Вернон подошёл к жене, тяжело дыша. – Дай я помогу. – Он выключил конфорку и спас котлеты. – Опять переживаешь из-за… него?       — Вернон, он не придёт! – Петунья вскинула руки в отчаянии. – Я же знала! Он нас ненавидит! Зачем ему помогать?       — Ну-ну, успокойся, дорогая, – Вернон неуклюже обнял её. – Может, занят очень, этот ваш… колдун.       В дверь резко позвонили.       — Наверное, миссис Хилари, – пробурчал Вернон. – Заходила вчера за сахаром. Открою.       Вернон направился к двери. Открыв её, он ожидал увидеть соседку, но на пороге стоял худой, бледный мужчина в чёрном, с крючковатым носом и пронзительным, недобрым взглядом.       — Э-э… – Вернон опешил. – Вы… вы из похоронного бюро?       — Очевидно, нет, – холодно отрезал Снейп, его голос был тихим и шипящим. – Я здесь по приглашению Петуньи Дурсль. Если она ещё не передумала.       — Ах, да! Мистер Снейп! – Вернон спохватился, отступая. – Проходите, проходите! Петунья! Он пришёл!       Петунья появилась в дверном проёме кухни, бледная, с трясущимися руками.       — Северус… – выдохнула она. – Я… я не думала, что ты…       — И были близки к истине, – Снейп перешагнул порог, окидывая кухню презрительным взглядом. – Но моё малодушное любопытство взяло верх. Что же заставило вас, миссис Дурсль, искать помощи у того, кого вы с детства клеймили как ненормального ублюдка?       Петунья покраснела до корней волос, губы её задрожали.       — Я… я была глупа и невежественна, Северус, – пролепетала она. – Мы были детьми…       — Детство давно кончилось, – отрезал Снейп, не смягчаясь. – Говорите, что вам нужно. Мое время ценно.       Вернон поспешил вмешаться:       — Может, за стол? Ужин готов. Обсудим за едой?       — Прекрасная идея! – с облегчением подхватила Петунья.       Снейп молча занял предложенный стул, его поза оставалась напряжённой и закрытой. Петунья торопливо накрыла на стол.       — Мальчишки на баскетболе, – пояснила она, садясь. – Вернутся через полчаса. Есть время поговорить.       — Так, – Снейп взял ложку, но не стал есть, его чёрные глаза приковались к Петунье. – Ваше письмо, миссис Дурсль. В чём суть вашей… безвыходной ситуации?       — Дело в Гарри, – выпалила Петунья.       Снейп едва заметно усмехнулся в уголке губ:       — Мой педагогический опыт, к сожалению, ограничен Хогвартсом и… определёнными типами учеников. Вряд ли я смогу помочь с дисциплиной избалованного отпрыска.       — Избалованного? – Вернон нахмурился. – О чём вы?       — О вашем племяннике, мистер Дурсль, – Снейп повернул к нему голову. – Гарри Поттер. Волшебник. Как и его… брат, насколько я понимаю. Хотя Джейкоб Поттер – образец избалованности и наглости, унаследованной от отца.       — Брат?! – Петунья вскрикнула. – У Лили… двое детей?       — Разве она не поддерживала с вами связь? – Снейп приподнял бровь, в его голосе зазвучало искреннее, хотя и язвительное, удивление.       — Мы не общаемся с Лили! – резко сказала Петунья. – С тех пор, как они… подбросили нам Гарри младенцем!       Ложка Снейпа замерла на полпути ко рту. Его лицо стало каменным.       — Подбросили? – его голос стал опасным шёпотом. – Уточните.       Петунья, запинаясь, стала рассказывать: про обнаружение младенца на пороге, про оформление опеки, про полное отсутствие вестей от Поттеров за все эти годы. По мере рассказа лицо Снейпа становилось всё мрачнее. В газетах мелькали сплетни о брошенном ребёнке, но их быстро опровергли, назвав клеветой. А потом родился Джейкоб… И первенца словно стёрли из семейной картины. В Хогвартс привезли только одного наследника.       — Вот оно как… – прошипел Снейп, откладывая ложку. Аппетит исчез полностью. – Так почему же они обратились сюда? К вам?       — Мы боимся! – вскричала Петунья. – Она теперь в Хогвартсе! Работает! Когда Гарри исполнится одиннадцать…       — …она явится сюда, – закончил Снейп, его глаза сузились в щёлочки. – Расскажет мальчику сказки, очарует его, и заберёт своего долгожданного сына обратно в волшебный мир. А вы останетесь с носом. Или того хуже. – Он откинулся на спинку стула, пальцы сложил домиком. – И чего же вы ждёте от меня?       — Есть ли другие школы? – с отчаянием спросила Петунья. – Не Хогвартс? Где-то далеко? Чтобы он был в безопасности? Чтобы они его не нашли?       — Магические школы?! – Раздался громкий возглас с порога. Дадли ввалился на кухню, его лицо сияло. – Правда?! Гарри будет колдовать?!       За ним робко стоял Гарри. Мальчик молча подошёл к столу, его большие зелёные глаза с тревогой и любопытством смотрели на незнакомца в чёрном.       — Добрый вечер, сэр, – тихо сказал он.       Дурсли замерли. Снейп медленно повернул голову, его проницательный взгляд изучал мальчика, словно редкий, подозрительный ингредиент. Ни наглости, ни избалованности. Лишь осторожность и скрытый голод узнать что-то важное.       — Ты… тоже умеешь делать… такое? – робко спросил Гарри, жестом обозначая нечто неопределённое.       Снейп не улыбнулся. Он холодно смотрел Гарри в глаза.       — Волшебство? Да. Я волшебник. Как и ты. – Его рука плавным, почти небрежным движением выхватила палочку из рукава. Он указал ею на пустую тарелку перед Гарри и резко щёлкнул пальцами свободной руки. Тарелка мгновенно превратилась в клубок извивающихся, шипящих гадюк, которые тут же рассыпались в пепел и исчезли. Демонстрация была не для восхищения, а для проверки реакции.       Гарри отпрянул, широко раскрыв глаза от страха, а не восторга. Дадли ахнул. Дурсли побледнели.       — Это… это было… – Гарри не мог подобрать слов, он всё ещё был под впечатлением от внезапной опасности.       — Реальность, – сухо закончил Снейп, убирая палочку. – Твой мир, нравится тебе это или нет. – Он снова повернулся к Дурслям, игнорируя испуганного мальчика. – Вы спрашивали об альтернативах Хогвартсу. Она есть. Дурмстранг.       Петунья и Вернон переглянулись. Название звучало чуждо и угрожающе.       — Дурмстранг? – переспросил Вернон. – Где это? Это… безопасно?       — Находится далеко на севере, – пояснил Снейп бесстрастно. – Гораздо дальше Хогвартса. Имеет прочные традиции, строгую дисциплину. Они – Снейп едва заметно кивнул в сторону, подразумевая Поттеров, – не имеют там влияния. Доступ туда ограничен. Мальчик будет недосягаем для их… сантиментов. – В его голосе прозвучало отвращение к последнему слову.       — Но… но как? – спросила Петунья. – Как мы можем его туда определить? Мы же… мы не из вашего мира.       — Это потребует… посредничества, – Снейп произнёс это слово так, словно оно было ему противно. – И формальных обязательств. Чтобы зачислить его в Дурмстранг и обеспечить его обучение, потребуется опекун из магического мира. Кто-то, кто возьмёт на себя ответственность за его магическое образование. Фактически, стать его наставником. – Он сделал паузу, его чёрные глаза сверлили Дурслей. – При определённых условиях… я мог бы рассмотреть возможность взять на себя эту… обузу.       Наступила тяжёлая пауза. Петунья и Вернон смотрели друг на друга, затем на Снейпа, затем на Гарри, который замер, пытаясь понять суть разговора.       — Наставник? – прошептала Петунья. – Вы… вы бы стали его… учить?       — Я сказал – рассмотреть возможность, – резко поправил её Снейп. – При условии составления юридически обязывающего контракта об ученичестве. Контракта, который определит условия, сроки и, что важнее всего, полную передачу ответственности за его магическое воспитание и место учёбы мне. Вы лишаетесь права вмешиваться в этот аспект его жизни. Окончательно. – Его взгляд стал ледяным. – Вы будете обеспечивать его кровом и едой в каникулы, пока он не достигнет совершеннолетия в вашем мире. Всё остальное – моя прерогатива. И прерогатива Дурмстранга.       Тишина повисла гнетущей тяжестью. Гарри смотрел то на Снейпа, то на тётю с дядей, чувствуя, что решается его судьба.       — Контракт… – пробормотал Вернон. – Это… это возможно?       — В нашем мире – да, – ответил Снейп. – Я подготовлю проект. Вы его изучите. Если условия вас устроят… – Он встал, его движения были резкими и полными решимости покинуть это место. – …мы подпишем его завтра. Обдумайте. Моё предложение стоит ровно до завтрашнего вечера. – Он направился к выходу, не оглядываясь.       Гарри, движимый внезапным импульсом, рванул за ним.       — Мистер Снейп! – окликнул он, уже в прихожей.       Снейп остановился, медленно обернулся. Его взгляд был непроницаем.       — Сэр… – Гарри сглотнул. – Дурмстранг… там… там научат? Как… как вы?       Снейп несколько секунд молча смотрел на мальчика, оценивая его. Не Поттера. Не Джеймса. Ребёнка, брошенного теми, кто должен был его любить.       — Дурмстранг научит тому, что необходимо, – холодно ответил он. – Если ты будешь достаточно умен, чтобы учиться. – Он открыл дверь. – До завтра, Поттер. Будь готов. Решения, принятые завтра, определят твоё будущее. – И он шагнул в темноту, слившись с ночью.       Гарри стоял на пороге, глядя ему вслед, смесь страха и странной надежды сжимала ему горло.       — До завтра, сэр, – тихо прошептал он в пустоту.

***

      Гарри то и дело поглядывал на часы на кухонной стене. С самого утра он помогал тете Петунье – вытирал пыль, аккуратно расставлял чашки, украдкой поглядывая на входную дверь. Мысли о вчерашнем визите строгого волшебника не выходили у него из головы. Магия. Настоящая. И этот мистер Снейп знал о ней все.       — Тётя Туни, — наконец не выдержал он, оторвавшись от протирания стола, — а мистер Снейп… он точно придёт? Как вчера сказал?       Петунья, помешивая гуляш на плите, обернулась. На лице её читалась тревога.       — Он сказал к ужину, Гарри, значит, придёт, — ответила она, стараясь звучать уверенно. — А теперь будь осторожен с этой вазой, дорогой. Поставь её вон туда. И не бегай, а то споткнешься.       — Хорошо, тётя, — Гарри бережно перенес хрустальную вазочку на буфет. — А… а для мистера Снейпа прибор поставить? На всякий случай?       Петунья задумалась на секунду, кивнула.       — Да, поставь, милый. И большую чашку, пожалуйста. Наверное, чай будет пить. — Она вздохнула. — Хоть бы все прошло гладко…       Гарри старательно добавил к трем уже стоящим тарелкам четвертую, положил нож, вилку, ложку. Его движения были точными, старательными. Он хотел помочь, хотел, чтобы все было правильно. Потом взял тяжелый чайник, чтобы поставить его на подставку. В этот момент резкий, властный звонок колокольчика разнесся по дому. Мальчик вздрогнул, едва не уронив чайник, и замер, широко раскрыв глаза, полные ожидания и легкого страха.       — Я открою! — раздался голос Вернона из гостиной. Тяжелые шаги застучали по прихожей.       Сердце Гарри заколотилось. Он услышал скрип открывающейся двери, низкий, шипящий голос, знакомый по вчерашнему вечеру, и ответный бас дяди Вернона. Через мгновение в кухню вошел Северус Снейп. Его черный профессорский плащ казался еще мрачнее при дневном свете, падавшем из окна. Холодный, пронзительный взгляд мгновенно окинул помещение, задержавшись на Гарри, замершем с чайником в руках, затем на Петунье.       — Здравствуйте, мистер Снейп, — почти выдохнул Гарри, поспешно ставя чайник на стол. Голос его дрожал от волнения.       — Северус, — кивнула Петунья, вытирая руки о передник. Видно было, что она нервничает, но старалась держаться. — Ужин почти готов. Проходи, садись.       Снейп бесшумно снял плащ, повесил его на спинку стула — того же, что и вчера — и занял место. Его внимание привлек Гарри, суетившийся у стола.       — Усердствуешь, Поттер? — спросил он. Голос был ровным, лишенным тепла, но и без привычной язвительности. Просто констатация.       — Да, сэр, — ответил Гарри, выпрямляясь. — Я… я помогал чистить и резать овощи для гуляша. И подавал тёте Туни специи, когда она просила. — В его голосе звучала робкая гордость.       Снейп едва заметно приподнял бровь. Уголки его тонких губ дрогнули в подобии усмешки, но в ней не было насмешки над мальчиком.       — Подавал специи? — переспросил он медленно. — Точность дозировки… основа основ. Первый шаг на пути зельевара. — Он произнес это слово с особым шипящим оттенком, как будто пробуя его на вкус. — Пусть и кулинарного, пока что.       — Зельевара? — Гарри забыл на мгновение о сдержанности. Глаза его загорелись. — Это… это как в тех историях? С котлами и… и разными ингредиентами? Даже… странными? Вроде… лапок жаб или… корней? — Он тут же спохватился, вспомнив вчерашних гадюк, и добавил тише: — Я читал… в одной книжке в библиотеке…       — Зелья, да, — подтвердил Снейп, его взгляд стал пристальным, изучающим. — Лекарства и яды, эликсиры и растворы тьмы. Алхимия в чистом виде. И да, Поттер, — он намеренно сделал паузу, — ингредиенты зачастую не для слабонервных. Рога, клыки, корни, издающие душераздирающий крик при сборе… Магия редко бывает эстетичной.       — Гарри, — мягко, но твердо вмешалась Петунья, наливая суп в тарелки. — Позже, дорогой. Сейчас давай поедим, а взрослые поговорят. Все за стол, пожалуйста. Гарри, ты не в курсе, когда Дадли вернется с тренировки?       — Через час, наверное, тётя, — Гарри сел на свое место. — У них сегодня задерживаются. Я оставил ему еду в тепле.       — Молодец, парень, — кивнул Вернон, разливая воду по стаканам. — Садись, Северус, не стесняйся, бери гуляш, Петунья отлично его готовит.       Как только первые ложки были съедены, Петунья не выдержала. Она отложила прибор и посмотрела на Снейпа, сложив руки перед собой.       — Северус… ты говорил о контракте. И о школе. Есть… какие-то новости?       Снейп медленно положил свою ложку. Он не спешил. Достал из внутреннего кармана мантии не сверток пергамента, а аккуратно сложенный лист плотной бумаги с четким машинописным текстом – маггловский вариант для удобства Дурслей. Рядом лежал другой документ, на тяжелом пергаменте, исписанный изящными, но незнакомыми Дурслям письменами и украшенный сургучной печатью с переплетенными змеями – магический оригинал.       — Новости есть, — произнес он четко. — Я связался с Дурмстрангом. Школа согласна принять Гарри Поттера… после Рождественских каникул.       Вернон выдохнул с облегчением. Петунья схватила мужа за руку.       — Это… это чудесно! — воскликнула она.       — Однако, — холодно продолжил Снейп, его голос срезал радость, как нож, — существует проблема. Учебный год в Дурмстранге начинается в сентябре, как и везде. Гарри пропустил первый семестр. Для успешного вливания в программу ему необходима… интенсивная подготовка. Освоение основ магической теории, практики безопасности, языка… — Он бросил взгляд на мальчика. — Без этого он будет как щенок, брошенный в клетку к грифонам.       Гарри побледнел. Петунья сжала руку Вернона сильнее.       — Подготовка? Но… как? Где? — спросила она.       — Подготовку должен провести я, — ответил Снейп, его пальцы легли на пергаментный документ. — Как потенциальный наставник, ответственный за его зачисление. Проблема в моем времени. Я не могу покидать Хогвартс на недели. Единственное решение… — Он сделал паузу, его черные глаза перешли с Дурслей на Гарри и обратно, — …Гарри должен отправиться со мной. В Хогвартс. На время подготовки. До начала каникул в Дурмстранге. Он будет жить в моих апартаментах, заниматься по индивидуальной программе. На выходные… он сможет возвращаться сюда. Если это будет безопасно и целесообразно. Тишина повисла тяжелым покрывалом. Гарри смотрел на Снейпа, потом на тетю и дядю, пытаясь осознать: он уедет? Надолго? В замок волшебников?       — В Хогвартс? — прошептала Петунья. — Но… но там же… они…       — Теоретически, да, — холодно подтвердил Снейп. — Лили и Джеймс Поттер работают там. Однако, Хогвартс велик. Мои апартаменты изолированы. Расписание мальчика будет подчинено подготовке к Дурмстрангу. Риск случайной встречи… минимален. Я приму меры. — В его голосе прозвучала ледяная уверенность. — Но выбор за вами. И за ним. — Он кивнул в сторону Гарри.       — Простите, — тихо, но четко прозвучал голос Гарри. Все взгляды устремились на него. — Мистер Снейп… о каких школах вы говорите? Я… я не совсем понимаю.       Снейп повернулся к нему. Его взгляд был не таким колючим, как вчера, но все еще неумолимо серьезным.       — Дурмстранг, Поттер, — сказал он прямо. — Школа магии, куда ты поступишь. Далекая, сильная, уважаемая. Там тебя научат контролировать ту силу, что бурлит внутри тебя. Научат защищаться. Научат понимать мир, частью которого ты являешься. Научат творить то, что ты видел вчера, — он слегка кивнул, — но осознанно и мощно. Хогвартс… лишь временная ступень на этом пути. Место, где ты получишь необходимый фундамент, чтобы не утонуть в Дурмстранге.       Гарри слушал, затаив дыхание. Контроль. Защита. Понимание. Сила. Эти слова отзывались в нем глубоко и сильно. Он кивнул, не в силах вымолвить ни слова.       — Гарри, милый, — мягко сказала Петунья, видя его переполненность чувствами. — Ты уже поел. Может, пойдешь… поиграешь? Или начнешь собирать вещички? Нам с мистером Снейпом нужно обсудить взрослые дела. Ты потом все узнаешь.       Гарри посмотрел на нее, потом на Снейпа, потом на дядю Вернона, который подбадривающе кивнул.       — Хорошо, тётя, — он встал. — Спасибо за обед. До свидания, мистер Снейп. — Он робко кивнул профессору и вышел из кухни, его мысли уже были далеко, в мире магии и далеких школ.       Как только шаги мальчика затихли на лестнице, Петунья обернулась к Снейпу, ее глаза были полны тревоги.       — Северус… этот риск… в Хогвартсе… Он точно минимален? Гарри… он такой беззащитный перед всем этим…       — Я не позволю ему столкнуться с Поттерами, — отрезал Снейп. Его голос звучал как сталь. — Мои апартаменты находятся в подземельях, далеко от мест их обычного пребывания. Его перемещения будут ограничены и контролируемы мной. Он будет под моей постоянной охраной. — Он положил руку на пергамент. — Но это подводит нас к главному. Основам нашего… соглашения. Контракту об Ученичестве.       Он развернул пергаментный документ, скрепленный темно-зеленой сургучной печатью с изображением двух переплетенных змей. Текст был написан густыми черными чернилами, буквы казались слегка подвижными.       — Вот оригинал, закрепленный магией, — пояснил он, указывая на пергамент. — А это, — он ткнул пальцем в машинописный лист, — дословный перевод для вашего понимания. Суть проста, но обязательна.       Снейп начал читать, его голос был низким и не терпящим возражений:

      — Пункт Первый: Назначение.

Северус Снейп, Мастер Зелий, профессор Хогвартса, принимает на себя обязанности Магического Наставника (далее – Наставник) Гарри Джеймса Поттера (далее – Ученик).

— Пункт Второй: Обязанности Наставника.

* Обеспечить подготовку Ученика к поступлению и обучению в Академии Дурмстранг.

* Обеспечить безопасность Ученика на время его пребывания под опекой Наставника, включая период подготовки в Хогвартсе.

* Нести полную ответственность за магическое образование, дисциплину и благополучие Ученика в контексте магического мира.

* Обеспечить зачисление и дальнейшее обучение Ученика в Дурмстранге.

— Пункт Третий: Обязанности Опекунов (Вернон и Петунья Дурсль).

* Полностью передать Наставнику право принимать решения, касающиеся магического образования, места обучения и дисциплины Ученика в магическом мире.

* Не вмешиваться в учебный процесс и дисциплинарные меры, применяемые Наставником.

* Обеспечивать Ученика кровом, питанием и всем необходимым в не-магическом мире во время каникул Дурмстранга, до достижения им магического совершеннолетия (17 лет).

— Пункт Четвертый: Сроки. Контракт вступает в силу немедленно после подписания и действует до окончания Учеником обучения в Дурмстранге или до достижения им 17 лет, в зависимости от того, что наступит позже.

— Пункт Пятый: Разрыв. Разрыв контракта возможен только по обоюдному согласию сторон или в случае грубого нарушения одной из сторон своих обязательств, доказанного перед Советом Магического Права. Самовольный разрыв влечет магические санкции для нарушившей стороны.

      Снейп замолчал, дав Дурслям вникнуть. Вернон тяжело дышал, Петунья перечитывала машинописный перевод, ее губы шевелились.       — Это… это так официально, Северус, — прошептала она.       — Магия любит порядок, Петунья, — холодно ответил Снейп. — Этот контракт защищает интересы всех. Меня – от вашего необоснованного вмешательства в методы обучения. Вас – от притязаний Поттеров, ибо по магическому праву я становлюсь ответственным за его магическую судьбу. И его самого – от хаоса и опасностей мира, в который он вступает без должной подготовки и защиты. — Он ткнул пальцем в строку о безопасности. — Моя обязанность – оберегать его. И я выполняю свои обязательства. — В его голосе прозвучала неумолимая твердость. — Подпишите оба. Здесь, — он указал на специально оставленные строки внизу пергамента, — и здесь. — Он показал на перевод, хотя юридическую силу имел только пергамент. Чернильница с пером появились на столе как по волшебству.       Дурсли переглянулись. Страх за Гарри боролся с болью от предстоящей долгой разлуки и ощущением, что они отдают часть ответственности за мальчика этому суровому, непонятному человеку. Но альтернативы – риск встречи с Поттерами, отсутствие подготовки – пугали сильнее. Петунья первой взяла перо, ее рука дрожала, но она четко вывела свое имя на пергаменте и на копии. Вернон, кряхтя, сделал то же самое.       Как только последняя подпись была поставлена, пергамент вспыхнул мягким зеленым светом. Печать со змеями словно ожила на мгновение, змеи переплелись быстрее. Контракт был скреплен магией.       Снейп аккуратно свернул пергамент и спрятал его в складки мантии. Машинописную копию оставил Дурслям.       — Он вступает в силу немедленно, — констатировал он. — Гарри должен быть готов отправиться со мной через час. Вещи – только самое необходимое на неделю. Остальное можно привезти позже или приобрести. — Он встал. — Я подожду в гостиной. Не задерживайтесь.       Он вышел, оставив Дурслей сидеть за столом, глядя на копию контракта. Через несколько минут Вернон тяжело поднялся.       — Ладно, Туни… Пойду помогу парню собраться. И… предупредить его, как оно теперь будет. — Он тяжело вздохнул и направился к лестнице.       Петунья сидела, сжимая в руках уголок скатерти. Глаза ее были влажными. Они подписали. Они отправили Гарри с этим человеком, в этот странный, опасный мир, в какую-то далекую школу. Но они верили – или хотели верить – что это единственный способ защитить его от других опасностей и дать ему шанс на свою судьбу. Они любили его. И это решение, каким бы трудным оно ни было, было продиктовано именно этой любовью и страхом за него. Теперь оставалось только надеяться, что холодный профессор Снейп сдержит свое слово и выполнит взятые на себя обязательства.