Тянет

— Кто опять это сделал?! — раздался крик. Ребята, сидевшие на полу в спортивном зале, переглянулись. Голос принадлежал разъяренному Хоши. Парень зашел в помещение с тряпкой в руке. Точнее, все думали, что это тряпка, пока Эскупс не заржал так, будто надышался веселящего газа. Черноволосый недовольно оглядел напарника по команде, остальные непонимающе смотрели на происходящее, как на представление. — Какого хрена?! — выругался Хоши, бросив в юношу клочок ткани. Последний съежился, но смеяться не перестал. — Этот придурок продырявил мои любимые боксеры! — Зачем ты копался в его белье, фу-у, — демонстративно фыркнул Мингю. Его светлое и гладкое лицо сияло от ламп, а улыбка напоминала ярко-алый кровавый след на белом покрывале. — Он оставил их в моей ванной! — воскликнул Эскупс, отдышавшись. — Это штраф за пользование чужим шампунем. — Я не виноват, что Джонхан моется чаще, чем успевает пропотеть, — Хоши приподнял одну бровь и усмехнулся. — Погоди, а это вообще мое? — Ты же сказал, что это любимые трусы, «я их узнаю по запаху», — засмеялся Юн, расслабленно качая головой. — Я не буду трогать это, — проворчал Сынчоль, окидывая взглядом тренировочный зал. — Так! Так! — в помещение зашел главный тренер, молодой мужчина лет около тридцати. На его лице читалось контрастное недовольство. Ребята мгновенно обратили на него внимание и притихли. — Сынчоль, ты подался в «авангард»? — Нет, это недоразумение, — тихо ответил юноша и потупил взгляд. — На следующей неделе, насколько вы знаете, выступление на камбек-платформе. Джун, как твоя нога? — Нормально. К следующей неделе точно заживет, — отозвался он и вытер щеку рукавом кофты. — Тогда начнем. «Getting Closer» на сегодня — основная задача, дальше будет видно, — сказал тренер, и группа поднялась на ноги, чтобы встать в изначальную позицию. Репетиция проходила в спокойном режиме, шумный зал наполнялся запахом разгоряченных тел и гулкими вздохами. Внезапно на втором прогоне хореографии во время партии Эскупса Джонхан столкнулся с одним из участников. Джун вскрикнул, ведь тот наступил ему на еще не зажившую ногу. Растянутые мышцы ударили в голову разрядом боли, и весь рисунок тут же сбился. Тренер остановил песню и обеспокоенным взглядом окинул парня. Он согнулся в коленях и обеими руками сжал лодыжку. Джонхан стоял над другом, не переставая извиняться, а остальные ребята просто смотрели, совершенно теряясь в возможности помочь. — Ногу чувствуешь? — подошел наставник и присел на колено рядом с Джуном. — Принесите лед кто-нибудь. — Черт, теперь я не знаю, смогу ли выступить, — прохрипел юноша. — Прости меня, пожалуйста, — прошептал Джонхан и мельком поправил сбившиеся от пота волосы. — Держи лед, — тренер взял из рук Хоши пачку с замороженной водой и протянул Юну. Тот завороженно замер, — теперь иди и заглаживай вину. Мы продолжим без вас, а как боль утихнет, посмотрим, что можно сделать. Джонхан помог другу встать, и вместе они покинули зал для репетиций. Далеко идти было довольно тяжело, поэтому парни приземлились на диван в конце коридора. Страдалец откинулся на спину, а виновник сполз вниз, чтобы приложить лед к лодыжке. Джун немного сморщился, но затем облегченно вздохнул. — Ты все еще злишься? — Я и не начинал злиться, — ответил последний. — В любом случае. Джун сидел, наблюдая за приятелем как бы сверху, и что-то внутри него трепетало, словно от волнения. Это чувство ему знакомо со школы, когда однажды он влюбился в девочку из параллельной группы. Правда, она не поняла его. Возможно, не хотела. Но в ту секунду, пока тепло чужих рук обжигало кожу даже сильнее и ощутимее, чем холод ледяной подушки, он думал о том, насколько Юн красив. Красив душой, телом, лицом, движением рук и мелких мимических морщинок вокруг глаз. Он часто смеялся, и этот смех делал из Джуна счастливого человека. Джонхан выпрямился, попутно размяв затекшую шею, и огляделся. Из зала доносилась громкая музыка, и пострадавший от внезапного столкновения понурил голову. — Что-то не так? — Мне жаль, что ты из-за этого пропускаешь репетицию, — сказал он, поджав больную ногу. — И ты из-за этого грузишься? — Юн потрепал младшего по серебристым волосам и улыбнулся. Его прикосновение пустило по спине юноши сотни мурашек. — Иди. — Что? — Иди в зал. Джонхан еще раз окинул взглядом сидевшего на диване друга и, не дождавшись молчаливого ответа, прошел через двери. Песня прервалась, раздался голос тренера. Тот спросил что-то насчет Джуна, а после скомандовал начать со второго припева. Вэн еще немного подержал лед возле лодыжки, попутно вспоминая тот день, ровно неделю назад, когда все и случилось. Этот четверг изначально не был похож на остальные. Несколько ребят вернулись в дом после стрижек. Тогда Мингю чрезвычайно кокетливо подметил, что Джошуа очень идет темно-каштановый, даже больше, чем предыдущий оттенок. Большинство парней обычно пропадает на кухне в поисках чего-нибудь вкусненького, что спрятано от взглядов настырных менеджеров. По ночам они не ели, но зато каждый считал своим долгом украсть упаковку капустных чипс из-под столешницы. Но Джун оставался едва ли единственным, кому не нравилось подобное поведение друзей. Нередко происходили небольшие конфликты на почве того, что кто-то скоммуниздил рамен Вернона. После обеда Джун направляся в свою комнату, которую делил еще с Сынчолем и Сокмином. Поднимаясь по лестнице, парень не заметил, как вниз спускался уткнувшийся в смартфон Дино. Они врезались друг в друга, но если последнему удалось схватиться на поручень свободной рукой, то Вэн не удержался и, отступил одной ногой на ступеньку ниже. Перемещение веса было настолько внезапным, что, по всей видимости, мышцы не выдержали удара. Как итог — вывих лодыжки. Дино еще долго извинялся перед Джуном, но последний твердил, мол, я сам виноват, нужно было смотреть вперед. Отличились все. А сегодня еще и Джонхан чуть подножку не поставил. Спустя минут десять, что Вэн сидел, прикладывая ледяную подушку к больному месту, тренер вышел из дверей репетиционного зала. Мужчина оценивающе посмотрел на юношу и вздохнул. — Ну, что? — Все еще болит. — Я, честно говоря, не знаю что и делать. Мы добавили несколько новых движений на фристайл перед последним припевом. Сможешь ли ты их осилить? — Не уверен… — выдохнул Джун, кивая в сторону парней, выглянувших из проема. Хоши нервно цокнул, и откуда-то сзади ему прилетел подзатыльник. — Я могу переместить тебя на заднюю линию, — хореограф скрестил руки на груди. — Да, пожалуй. Остаток дня Джун чувствовал себя опустошенным. Не только из-за инцидента на тренеровке, но и благодаря тому, что на коже его ноги до сих пор ощущалось тепло рук Джонхана. Последний вяло танцевал на протяжении всего вечера, и только на ужине, увидев напротив себя обаяшку-китайца с серебристыми волосами, немного оживился. Каждый видел, что происходит. Но никто не осмеливался озвучить это вслух.