КоРоЛеВа только одна

-Какого черта сегодня произошло? – Бизон со злостью уставился на жену, только что вернувшейся из детской и теперь стягивающей с себя узкие черные джинсы, - Ксюша, ты меня вообще слышишь? Днем, краем уха услышав разговор одного из сотрудников КТЦ о том, что к ним приехал представитель «Кобры», до капитана тут же дошло, что представителем является никто иной, как его собственная жена. Он даже о возможной причине ее визита уже имел представление, если ее нет рядом с Ритой, и он сам еще не оказался в ее нежных объятиях, это могло означать только одно – сейчас она где-то беседует с Феей. А зная нрав обеих, можно предположить, что беседа не будет светской. Предчувствие не обмануло капитана, и обе девушки были обнаружены в спортивном зале. Увидев жену, Бизон даже не сразу сообразил, что именно вот эта женщина уже три года принадлежит только ему и никому другому, настолько ярко и опасно она выглядела в этот момент. А когда она коснулась его губ легким поцелуем, и вовсе появилось неконтролируемое желание вытолкать за дверь Филатову и, прижав жену к матам, показать насколько он успел соскучиться по этой соблазнительной чертовке за несколько часов проведенных вдали от нее. -Ксения! Я с тобой разговариваю! – мужчина дернул девушку за руку, разворачивая к себе, - Что за цирк сегодня был в зале? -Какой цирк? – девушка невинно захлопала глазками, - Тарасов, мы просто тренировались. -Просто тренировались? Почему именно в КТЦ и именно с Филатовой? Ты меня что, за идиота держишь? -Бог с тобой, любимый, - девушка вновь отвернулась от мужа и принялась медленно расстегивать свою рубашку, - Что, я уже не могу сделать доброе дело и дать пару уроков незнакомке? -Ксения! -Ну что? – девушка на мгновение повернулась к Бизону и тут же вернулась к пуговицам на своей рубашке, - Тарасов, я тебя предупреждаю, еще раз я услышу флирте со стороны твоей Феи, и я вернусь на службу, в свою группу и к своему командиру. От упоминания о командире Бизон сжал кулаки. Когда Пантера лежала в реанимации после успешной операции, кошмар под именем Ворон появился в больничном коридоре. Вид этого голубоглазого красавца с модельной внешностью и улыбкой голливудской звезды, заставил Тарасова ревновать девушку до зубного скрежета. Ревность прекратилась только после официального брака, но и одного воспоминания о командире было достаточно, чтобы заставить эту самую ревность вновь и вновь поднимать голову. -Чего?! – мужчина вновь резко дернул девушку на себя, - Даже думать об этом не смей! -Да ну?! А что будет то? -А вот что! – прежде чем девушка успела что-либо сообразить, мужчина притянул ее к себе и впился грубым поцелуем. Грубо, слишком грубо, он ни разу не был так груб с ней. В их отношениях преобладала нежность, хотя случались и срывы, после которых нередко приходилось обоим зализывать раны, но сегодняшние его поцелуи и вовсе граничили с насилием. Тишину комнату разрушил треск разрываемой ткани, и блузка бесформенной тряпкой отправилась на пол. -Ай! – он вскрикнул от неожиданности, когда эта дикарка прикусила его нижнюю губу, - Ты об этом еще пожалеешь. Словно в доказательство своих слов он оставил в покое пухленькие губы и укусил ее за шею, вырывая из груди протяжный стон. Легкое движение, и она летит на кровать, увлекая его за собой. Губы, руки – все смешалось в этой безумной схватке. Она уже не в силах сопротивляться, лихорадочно гладя его спину и оставляя на ней глубокие царапины, но сдаваться она не намерена. Влажные губы перемещаются с шеи на ключицу и уже оттуда прокладывают влажную дорожку поцелуев к нежной груди. Она вскрикивает еще громче, когда язык мужа нежно обводит контур ее груди, перед тем как втянуть твердый сосок. Его руки до боли сжимают ее грудь и медленно скользят к последнему элементу нижнего белья, оставшегося на ней. Второй раз за ночь в комнате раздается треск ткани, и ненужный предмет гардероба летит куда-то в ночь. Девушка подается ему навстречу, прижимаясь к его бедрам и даже сквозь плотную ткань его темных джинс, чувствует всю степень его возбуждения. Глаза горят и на секунду в мозгу проносится мысль, что зря она ляпнула про своего командира, но мысль тут же покидает ее, едва раздается щелчок пряжки его ремня. Она протягивает руки, чтобы дотронуться до него. Но он лишь легко перехватывает ее тонкие запястья одной рукой и заводит ей за голову, коленом раздвигая ее ноги и поудобнее устраивается сам. От резкого толчка у девушки перехватывает дыхание и на мгновение темнеет в глазах – да, сегодня она точно переборщила, но уже в следующие пару секунд она сама подается ему навстречу, помогая ему проникать все глубже и глубже. Ее руки он уже давно отпустил и теперь она нещадно царапает его спину, оставляя под ногтями частички его кожи. Именно она первая сдается, позволяя сладкой судороге скрутить все тело, и обмякает в его объятиях. Он улыбается, возможно понимая, что хоть в этом споре он сегодня победил, и тут же все его движения становятся нежнее и медленнее, позволяя девушке немного восстановить силы. Но и его хватает ненадолго, ведь как он ей признался в одну из ночей, он не только не железный, но и рядом с ней превращается в пластилин, из которого можно лепить все, что душе заблагорассудится. Еще пара резких движений и он с протяжным стоном осторожно опускается на распростертое под ним женское тело. -Чтобы я больше не слышал о твоем возвращении на службу! – слова даются ему с трудом, виной тому сбившееся дыхание, которое он еще долго не сможет восстановить. -Чтобы я больше не слышала про Фею! -Глупая, ну как тебе еще объяснить, что мне никто не нужен кроме тебя? – Бизон ласково провел кончиками пальцев по щеке, убирая за ушко прядь волос, - Ты же моя королева. А королева, в отличие от принцесс, бывает только одна. Девушка блаженно прикрывает глаза, когда муж проводит большим пальцем по ее нижней губе и, не удержавшись, слегка прикусывает его. -Смотри у меня, Тарасов! А то сверну ей шею и будешь мне сухарики носить в тюрьму. -Вот дурная, - Бизон покачал головой, - ну что, королева, второй раунд?