Знаменитости тоже люди

Меня полностью нет, абсолютно всерьез. Ситуация «HELP», ситуация «S.O.S.» Я себя не пойму, ты откуда взялась? Почему, почему, на тебя повелась? t.A.t.U «Я сошла с ума» *** Да забей на то, что думают другие. Это ничего не изменит в твоей жизни. Намного важнее, что ты разобрался сам с собой. © Bill Kaulitz — Дед, что случилось? — Алина разлепила глаза, нащупав телефон — восемь утра. — Сегодня же воскресенье, это не может подождать? И вообще, вы во сколько вернулись? — она честно старалась соображать быстрее. — Я тебе сейчас подожду! Я тебе так подожду! — он грубо откинул одеяло и приподнял внучку за плечи. — Рассказывай все. — Что рассказывать — то? — Кто он, когда познакомились, долго скрывали, и когда ты собиралась мне рассказать? О, Боже! Мысли постепенно выстраивались в связанную цепочку. Катя что, серьезно позвонила деду, как обещала? Боже. — Ты, о чем? — осторожно начла девушка. — Не отпирайся, мне звонила Екатерина, — Алина пораженно прикрыла глаза. — О чем конкретно она рассказала? — теперь девушка уже проснулась и хаотично соображала, как выбраться из этой ситуации. — Я знаю, что ты вчера приводила в мой дом взрослого мужика. — А больше она ничего не рассказала? — прищурилась Алина. Вот дура, сестра. — Я хочу знать, как далеко вы успели зайти, — дед не сводил глаз с внучки. Алина потерла лицо, стало обидно: сейчас 21 век, а ей скоро восемнадцать. Какой абсурд. — Да никак не успели дед, перестань, пожалуйста! — Дожились! — не унимался дед. — В отсутствии родных мужиков водит! Вырастил внучечку любимую! — Деда, прекрати, пожалуйста! Дед всегда мог сделать так, чтобы было очень стыдно, невыносимо стыдно. Алина начала оправдываться, но голос предательски дрожал: — Ничего не было! — Не было говоришь? Значит так, из этой комнаты ты больше не выйдешь. Дай мне его номер, немедленно, я спрошу у него, что было и что не было. — Нет! — отпрянула девушка, стискивая трубку в руках. — Ах так! — дед грубо отобрал сотовый. — Значит так, ага, Билл. Это он? — Нет, это друг Милки. — Вот и проверим, — дед нажал на кнопку дозвона. Боже... Зачем она вообще села в машину к рокеру? по лицу деда, Алина поняла, что Билл взял трубку. — Во — первых, молодой человек, я тебе никакой не малыш, а во — вторых, ты найдешь время сейчас поговорить со мной. Да, я ее дед. Нет, теперь ты будешь разговаривать только со мной. Что я от тебя хочу? Может, ты мне объяснишь, что хочешь ты от моей внучки. Что? Это ты меня послушай: пока я лично не увижу тебя, забудь ее имя. Нет, я не дам ей трубку. Итак, сегодня вечером я жду тебя поговорить. Захочешь — сможешь. Да, и тебе хорошего дня. — А ты из этой комнаты не выйдешь, — пригрел змею. Алина еще несколько минут не шевелилась, обдумывая случившееся. С одной стороны, было жутко неудобно перед дедом, но с другой... Что за бредовая ситуация? Нужно срочно извиниться за выходку деда перед Биллом. Боже, он не подписывался выслушивать истерики ее родственников. Немного успокоившись и обдумав ситуацию, Алина почувствовала себя почти невиновной. Да, возможно, не стоило приводить мужчину к себе домой, но с другой стороны, где ей еще дружить? Вот Мила водит, чуть ли не ночует, мама относится понимающе, говорит лучше дома, на глазах, чем в подворотне. Умнейшая женщина. Алина взяла себя в руки и решила врать до последнего, чтобы не случилось. Разумеется, Билл не приехал и трубку больше не брал. На его места Алина бы вообще номер сменила... скорее всего. Дед был в ярости, устроил допрос с пристрастием, но Алина держалась — она прекрасно понимала, что, если он узнает всю правду — ей просто оторвут голову. Боже, какие тяжелые сутки у нее были! Первый вздох удалось совершить, лишь попав на занятия по — французскому, первым делом Алина попросила телефон у подруги, ее сотовый конфисковали, видимо навсегда, и набрала заветный номер. — Да? — отозвался Билл. — Привет, это Алина, — тишина, — Я звоню с другого номера, потому что мой сотовый отобрали, — тишина, — Я просто хотела извиниться за то, что тебе пришлось все это выслушать. Совершенно несправедливо. Это все моя сестра рассказала, прости, пожалуйста. — Алина, что ты от меня хочешь? — устало спросил он. — В смысле? — Ты то отталкиваешь меня, то сама звонишь. Я не могу понять, как мне себя вести по отношению к тебе, и что от меня хочет твой дед. Я могу приехать и поговорить с ним, но не знаю, что сказать, потому что не понимаю, что происходит между нами. — Теперь уже, думаю, ничего. Я под домашним арестом и в этой ситуации вряд ли мы сможем... видеться. — А ты хочешь... хм, видеться со мной? — А ты? — Алина почувствовала, что он улыбается. — Боже, зачем ты мне врала, когда сказала, что тебе восемнадцать? Двенадцать и ни месяца больше. Что мне сказать твоему деду, чтобы он отпускал тебя гулять со мной? *** — Добрый день, мистер Петерсон,— Билл решительно протянул руку, стоя на пороге, выдерживая минутный тяжелый взгляд. Дед Алины пожал ладонь парню и пропустил гостя в дом, внимательно разглядывая. В коридоре к деду присоединилась Катя, со скрещенными на груди руками. Мда, потертые джинсы, дорогой ремень с витиеватым узором, серая футболка под цвет кед, черная кожанка, цепи на шее, кольца на пальцах, черные стрелки, выделенные тенями, персиковый блеск на губах, дредлоки. Дед был в шоке. Билл продолжал невозмутимо таращиться в ответ, было ощущение, что его ничуть не трогает сложившаяся ситуация, и он нисколько не волнуется. Алина с бабушкой подслушивали из кухни. — Я ждал тебя вчера, —кинул первый камень дед. — Я вчера Вам, кажется, объяснил, что не смогу приехать, —невозмутимо ответил Билл, оценивая взглядом Катю. — И перестаньте на меня смотреть, как на врага народа, —ухмыльнулся он после небольшой паузы — И ни Вам, ни вашей внучке ничего плохого не сделал, уверяю,— он чуть приподнял бровь — Если у Вас или у Вашей второй внучки есть какие —то претензии ко мне, я готов их выслушать —спокойно закончил он и серьезно посмотрел в глаза деду Аллины. Тот, видимо, не ожидал такой реакции, Билл не оправдывался, не прятал взгляд, не мямлил, в общем, отличался от обычного провинившегося школьника. — Молодой человек, надеюсь, ты понимаешь, что девушка отличается от тех, с кем тебе ранее пришлось общаться —продолжил нападать мистер Петерсон, еще раз оглядывая внешний вид парня. — Конечно, —невозмутимо подтвердил Билл, опуская вопрос о том, с какими девушками, по мнению деда Алины, рокер привык общаться. — И я не могу позволить кому —то встречаться с ней, пока не узнаю намерения. — Самые серьезные, —Билл и бровью не повел, – Все зависит только от Алины. В субботу вечером я заехал составить девушке компанию, потому что она весь день просидела одна, и ей показалось, что кто —то периодически стучится в дверь. До сестры она дозвониться не смогла — стрельнула взглядом Катя, у которой просто язык отнялся от такой наглости. —Хм, —протянул дед, —Тогда может, попьем чаю, и ты подробнее расскажешь о себе? — С удовольствием, —довольно улыбнулся Билл, продолжая косить на Катю. Бабушка с Алиной тут же засуетились, накрывая на стол. — Добрый день, миссис Петерсон, —чуть поклонился Билл —Алина. — Привет, —поздоровались в ответ —Присаживайтесь. Билл, ты будешь чай или кофе? — Лучше чай, спасибо. Алина была в шоке такой актерской игры она явно не ожидала... да любой бы поверил в искренность чувств парня, настолько невозмутимый у него был вид, будто совесть совершенно чиста, ни пятнышка. «Мда. Бедная его жена, никогда не поймет, если тот соврет» —невольно отметила Алина. — Так чем ты занимаешься, Билл? — спросила бабушка Алины, пододвигая тарелку с конфетами ближе, Билл тут же взял одну и закинул в рот, запивая чаем. — Много чем, но основная моя деятельность — это музыка. — Да? — оживился дед. — Ты пишешь музыку? — Вообще я пою в группе, но пытаюсь писать сам. — То есть ты серьезно занимаешься творчеством? — Да, серьезнее не бывает. — А где ты учился? У меня на самом деле тоже есть музыкальное образование, помимо педагогического, — ответил дед Алины, — Я раньше пел, играл на скрипке и фортепиано. — Ты и сейчас отлично играешь, и поешь, Коль, — погладила по руке мужа Катя. — Сейчас уже не то, вот в молодости — я профессионально играл и выступал с оркестром в Большом концертном зале. Билл сделал вид, что восхищен. — Алина говорила, Вы руководите хором при гимназии. — Да, это мое хобби. На самом деле приходят заниматься все желающие, не только студенты. — Хобби, на которое он тратит все свое свободное время, — пошутила Катя. — Так, где ты учился? — Ну... Вообще — то у меня нет музыкального образования — ответил Билл и, предвидя новые вопросы, поспешно добавил, — И вообще высшего образования. За столом повисла тишина, Билл невозмутимо улыбнулся и засунул в рот еще одну конфету. — Наверное, сложно строить музыкальную карьеру, если нет определенных знаний, — осторожно начал дед Алины. Билл пожал плечами. — Я занимался с репетитором, брал курсы на фортепьяно, конечно, нужно продолжать заниматься, особенно вокалом, но пока я не найду более серьезный проект, чем Tokio Hotel, нет смысла тратить на это время и деньги. — А почему ты считаешь, что Tokio Hotel несерьезный проект? — взяла эстафету Катя. — Малоприбыльный, — спокойно ответил Билл. — А как же ты зарабатываешь на жизнь? — продолжала спрашивать сестра, припоминая черную спортивку, Билл стрельнул глазами. — У меня есть доля в автосервисе, но это так, временное занятие, я надеюсь, что скоро смогу зарабатывать только музыкой. Дед кивнул, и по его лицу было видно, что Билл провалил очередной кастинг. — А твои родители нормально относятся к твоему выбору профессии? — спросила Катя. Билл пожал плечами. — Я вырос практически один, и сейчас не общаюсь с ними. Алина закусила губу и уставилась в тарелку. Приплыли. Дед явно мечтал о другом зяте. — С этим есть какие — то проблемы? — Билл внимательно оглядел присутствующих, все быстро закачали головами, типа нет, конечно. — Ты вырос в этом городе? — Нет, в небольшой деревушке, но как только закончил школу, сразу переехал сюда. Дальше разговор как — то совсем не ладился, минут через пятнадцать Билл, сославшись на высокую занятость, сбежал, тепло попрощавшись со всеми, включая Катю, не забыв поблагодарить за чай с конфетами. — Надеюсь, ты не собралась за него замуж? — осторожно спросил дед, когда машина скрылась из поля видимости. — Деда, мы пока просто общаемся, а ты сразу со своими намерениями! — девушка всплеснула руками, пользуясь его смятением. — Накинулся на парня с порога! Между прочим, в нашей школе учат, что все люди равны, или ты запретишь мне общаться только потому, что он из неполной семьи? — Надеюсь, ваше общение продлится недолго. Он хотя бы не наркоман? Ты себе представляешь жизнь музыканта, особенно рок — музыканта? — Деда, я тебя умоляю! Мы просто общаемся, пару раз встречались и еще один раз он заезжал ко мне, чтобы помочь, а ты ему вынос мозга устроил. — Мне кажется, что он для тебя староват, — вставила свое слово Катя, но тут же прикусила язык под взглядом Алины. — А почему ты сегодня без Марка, вы в последнее время просто неразлучны, — улыбнулась девушка, и Катя постаралась перевести тему в сторону пекущегося яблочного пирога. — Я не знаю, что должна тебе за терпение, — быстро проговорила Алина, прячась в ванной, сжимая возвращенный телефон. — Зато я знаю, — протянул Билл, — Завтра ты пропускаешь нафиг свой французский, и мы едем ко мне. Ну что сказать, разве можно спорить с мужчиной? За следующие месяцы Алина посетила занятия от силы раз шесть — дед отвозил ее, забирал через четыре часа, не подозревая, что как только его машина скрывалась за поворотом, Алина поворачивала в противоположную от школы сторону. Когда к дополнительным добавились основные школьные занятия —Алина пропускала и их. Она с ужасом думала, что было бы, если бы ее дед не работал в школе. Она бы вообще там появлялась? Полчаса на дорогу в одну сторону, полчаса — в другую, час — два вместе. Им с лихвой хватало времени. «Дед сам виноват» — успокаивала себя Алина — усилил контроль по вечерам, когда — то же ей видеться с Биллом? Иногда, в выходные днем Алина присутствовала на репетициях Tokio Hotel. Это было реально весело, парни все как на подбор обладали бесконечным чувством юмора, постоянно перепирались и цапались, но вроде как в шутку. Все трое сильно удивились первому появлению Алины, но быстро привыкли и благополучно не обращали на нее никакого внимания. Негативное отношение к Алине проявлял только администратор Башни, симпатичный мужчина Дэвид, как объяснил Билл, Йост геем не был, но, несмотря на это, являлся совершеннейшей истеричкой, нервничавшей по любому поводу. — Ты спятил? — шипел Дэвид, вроде тихо, но Алина слышала каждое слово. — Вы же расстались, тебе нельзя с ней встречаться! — Вот как ты скажешь, так и будет, дружище, — Билл быстрым изящным жестом показал другу средний палец и продолжил рассказывать Алине какую — то байку. — А что ему не нравится во мне? — не понимала девушка. — Он считает, что я тебя не достоин, кстати, не один. — Ты мне, когда — нибудь забудешь знакомство с родными? — закусила губу Алина. Между ними все снова стало прекрасно: никаких личных разговоров, никаких рамок и обязательств, просто ежедневный сумасшедший секс, ласки, и звонки. Его звонки. Конечно, иногда ребята уезжали играть в другой город, иногда он просто пропадал три — четыре дня, но Алина благоразумно не напоминала о себе, понимая, что сброс ее вызова приведет к новым сомнениям, обидам, ссорам. Он ей ничего не обещал, нечего было требовать. — Малышка, — шептал Билл, торопливо стягивая с нее кофту — Тебе говорили, что тебе безумно идет черное кружево? — Говорили, много раз, — смеялась Алина, лаская его эрекцию. — Убью, — прошипел он, резко прижимая к стене, поднимая ноги себе на талию и осыпая поцелуями грудь. — Еще говорили, — стонала Алина, — Что у меня упругая попка. — Правильно говорили, — Билл слегка шлепнул по ней. — Говорили, — продолжала Алина, вытягивая из памяти комплименты рокера, — Что я неплохо целуюсь. — Есть такое, — Билл накрыл ее рот своим, облизывая язык, неуклюже стягивая с нее джинсы вместе с бельем. — Говорили, что я самая страстная и не закомплексованная любовница... — Молчи! — Билл сделал резкое движение бедрами, будто уже внутри, Алина выгнулась, крепче обнимая ногами. — Боже, малышка, одну секунду, — выдохнул Билл, торопливо расстегивая ремень. Резко зазвонил его телефон, Билл, не глядя на дисплей, попытался его выключить, но кнопка заела, телефон продолжал трезвонить, раздражая и привлекая к себе внимание. Мужчина выругался, оторвал батарею и бросил на пол, обнимая и проникая в девушку. Они разом застонали от счастья. Алина снова и снова поражалась способностям голосовых связок Билла, каждый раз она боялась, что он вот — вот сорвет голос, но ничего, практически всегда вытягивал. Иногда, правда, один и тот же кусок начинал петь по пятьдесят раз подряд, пока не добивался нужной высоты. В ближайшую пятницу должен состояться важный концерт, где ребята представят несколько своих песен, обычно в клубе они исполняют каверы, по причине качества и количества первых. Билл усиленно готовился, даже волновался, Алина это сразу заметила, всячески стараясь подбодрить, хотя он упирался и старался делать вид, что все как обычно, отчего еще больше нервничал. Девушка с удивлением выяснила, что большинство нового материала Билл написал сам, и тексты, и музыку. Это было... здорово, на самом деле. Каким —то образом Алина вдохновляла парня, иногда, сразу после близости, он ничего не объясняя, хватал гитару и что —то там брякал, или писал строчки, совершенно забывая о ее существовании. Первые пару раз она смущалась, даже обижалась, но потом решила относиться философски. Они оба используют друг друга, так почему бы не побыть его музой? Алина с удовольствием отмечала явное улучшение качества текста, после общения с ней, в прямом и переносном смыслах. Несмотря на возведенные барьеры, они все лучше узнавали друг друга. Билл оказался по — настоящему безбашенным, с каждой встречей Алина все сильнее в этом убеждалась: чем дольше они общались, тем свободнее он себя чувствовал и меньше сдерживал. Например, пару раз прямо посреди репетиции бросал все, прерываясь на полуслове, так сказать, хватал ее за руку и тащил наверх, под свист и напутствия прочих музыкантов. Он совершенно не понимал слов: «неудобно», «стыдно» или «нет». Как поняла Алина, значения последнего слова он в принципе не знал. Иногда, напротив, мог долго не разговаривать, в такие часы Алина сидела рядом и терпеливо ждала, когда рок — звезда снизойдет до смертных. Мужчина смотрел перед собой, иногда шевеля губами, затем быстро что — то записывал и по новой. Что писал сразу не показывал, только спустя какое — то, видимо, после корректировки. Пока Алина читала стихи, он с щенячьим обожанием ловил ее взгляд, разве можно было критиковать в таких условиях? Только хвалить, что Алина и делала, изредка мягко предлагая заменить слова более благозвучными синонимами. — Билл, я на уроке, не могу разговаривать, — прошипела Алина. Первые пять звонков она сбросила, но решила, что случилось что — то важное, раз он не унимается. — Я подъеду через пять минут, выходи. — Ты спятил? — Алина извинилась и вышла из кабинета — Билл, у меня еще три предмета, в том числе тест, я не могу уйти! — Все, я приехал. Давай, — Алина уныло посмотрела на дверь кабинета, вздохнула и поплелась на выход. Через полтора часа Билл вернул ее, совершенно обескураженную и тяжело соображающую. Тест она с треском провалила. В классе о Билле не знал никто, для всех ее забирал дед на новой машине. Билл существовал только для нее, ее тайна, ее отдушина от тошнотворной правильной жизни. С Биллом все было по — настоящему, возможно неправильно, но между тем очень по — человечески. Он никогда не пытался казаться лучше, чем был на самом деле, не стеснялся ни своей профессии, ни происхождения, ни жизни в гостиничном номере. Ему некому было доказывать, что он успешный и перспективный, никто им не гордился и не стыдился. Он жди только для себя, именно так, как сам считал нужным, учась на своих ошибках, наступая на грабли, отлеживаясь от удара и поднимаясь, в поисках новых, никогда ни о чем не жалея. И Алине это нравилось. Про ее день рождения Билл, естественно, забыл, но девушка не обиделась, просто вечером, когда он уже вез ее домой, вернее, к школе иностранных языков, больно ущипнула за руку. — За что? — За то, что забыл про мой день рождения. — Да? — спросил он пристыжено, вспоминая, что она что — то такое говорила на прошлой неделе. — С днем рождения, малыш. — С тебя обед в Йога — баре и соевое мороженое. — Без проблем... — Я не закончила. Я хочу мороженое, — она зашептала ему на ухо, а потом — и снова что — то прошептала, коснувшись языком мочки уха. Билл громко сглотнул и сильнее вцепился в руль. — А нельзя было сказать это сегодня утром? Ты считаешь, я доживу до завтра? — страдальчески промямлил он. — А вот это и есть твое наказание, — Алина невозмутимо уселась на свое место, закинула ногу на ногу и отвернулась к окну. — Сучка, — прошипел Билл, Алина усмехнулась. Она уже давно поняла, как нужно разговаривать с рок — звездами.