Я проснулся женщиной

      Сквозь сон Вэй Ин почувствовала, как кто-то поднял её на руки. Насилу разлепив тяжёлые веки, она в полумраке разглядела бесстрастное лицо Хань Гуан Цзюня. — Лань Чжань, ты ещё пьян или уже трезв?.. — Трезв, — негромко отозвался мужчина, аккуратно уложив девушку на кровать.       «Значит, уже пять…» — с болью подумала Вэй Ин, заставив себя подняться. Мысли до сих пор путались, хотя ночью она всё же пришла к кое-какому выводу. Воспоминания об этом убили всю радость от наступления нового дня, заставляя хмуриться. — Почему ты спала на полу? — ровный голос Лань Ван Цзи отвлёк её. Сейчас он казался до боли родным и тёплым, хотя на самом деле звучал как обычно. — Да так. Просто, — буркнула Вэй Ин.       Отметив своё внутреннее нежелание издеваться над Лань Чжанем, девушка решила, что всё совсем плохо. Мысли о прошлой ночи опять начали закрадываться в голову, напоминая, что поступила она прескверно. Но страшнее сейчас было другое.       Неожиданно в дверь постучали, и из коридора послышался голос Сы Чжуя: — Хань Гуан Цзюнь, все встали. Нам собираться в дорогу? — Ждите внизу, — спокойно отозвался Лань Ван Цзи.       Вэй Ин старалась не обращать внимания на его голос и не пересекаться взглядами. Она собрала высохшую одежду и принялась натягивать её на себя. Однако на рубашке обнаружилась дырка, оставленная Сюэ Яном, про которую Вэй Ин благополучно забыла. — Лань Чжань, а у тебя есть нитки? — Мгм, — Второй нефрит протянул ей небольшой чёрный моток.       Чужие пальцы чуть ощутимо скользнули по коже, заставив сердце дрогнуть. Девушка попыталась прогнать назойливые ощущения подальше и принялась зашивать рубашку.       Ночью, сидя на полу и собирая мысли в одну кучу, она поняла, что влюбилась в Лань Чжаня. Незнакомое чувство заставляло её сердце биться чаще, однако разум подкидывал всё более удручающие факты. Во-первых… — Вэй Ин, — Лань Ван Цзи как всегда смотрел на неё чистыми глазами, — нам пора. — Мгм, — девушка оторвалась от своих мыслей, вернула ему нитки и, накинув рубашку, прошла к двери.       Лань Ван Цзи обеспокоенно произнёс: — Ты ведёшь себя не как обычно. Вчера… Что-то произошло?       Вэй Ин горько усмехнулась, одновременно порадовавшись и расстроившись, что Лань Чжань ничего не помнит. — Если ты имеешь в виду своё поведение, то ты ничего плохого не сделал, — девушка решила не упоминать приключения с лобной лентой: всё-таки если посмотреть не со стороны ордена Гу Су Лань, а откуда-нибудь ещё, то это вполне себе подходит под «ничего плохого».       На улице младшие адепты вовсю прощались друг с другом. За последнее время они сильно сплотились, и даже вечно недовольный Цзинь Лин не хотел так быстро расставаться. Вэй Ин, воспользовавшись тем, что Фея смирно сидела рядом с Лань Ван Цзи, решила перекинуться парой слов с племянником. Отведя Цзинь Лина в сторонку, она на правах родственника сказала: — По приезде домой прекращай препираться со своим дядей. Слушайся его советов и отныне будь осмотрительнее. Не рыскай везде в одиночку в поисках злобных тварей, — Вэй Ин слегка задумалась. — Тебе ведь всего пятнадцать, да? Большинство юношей в твоём возрасте тоже ещё не сразили жуткую тварь невиданной силы, почему ты так рвёшься быть первым? — Но ведь оба моих дяди убили своих первых чудовищ, когда им ещё не было двадцати! — горячо возразил Цзинь Лин. — Даже этот Вэй У Сянь уничтожил Черепаху-губительницу в семнадцать! — Кто тебе такое сказал? — задала риторический вопрос Вэй Ин. — Черепаху-губительницу обезглавил Хань Гуан Цзюнь. — Дядя сказал, — неожиданно ответил Цзинь Лин, заставив Вэй Ин вздрогнуть. — И вообще, ты и Хань Гуан Цзюнь… Впрочем, это не моё дело. Я должен быть рад, что моя тётя... Нормальной ориентации. Но будьте в следующий раз потише, занимаясь всякими непристойностями! — Какими ещё непристойностями?! — Вэй Ин судорожно прокрутила в голове воспоминания вчерашнего вечера, пытаясь понять, что конкретно имеет в виду Цзинь Лин. Единственное, что могло вызвать шум, это… — Я просто играла в салочки! У меня… Плохая переносимость алкоголя! — Да не хочу я знать, чем вы там занимались! Мне уже известно значение лобной ленты, — крикнул Цзинь Лин, густо краснея. — Какое ещё значение?! — нервы Вэй Ин начали сдавать. Если бы она только не пришла ночью к выводу, что влюбилась, можно было бы поиздеваться над Цзинь Лином, но теперь все как будто издевались над ней. — Не придуривайся, всё ты знаешь! — юноша подозвал Фею, вынудив девушку убежать прочь.       Адепты ордена Гу Су Лань вместе с Вэй Ин и Лань Ван Цзи отправились в Тань Чжоу. Призрачная рука отказывалась показывать путь к последней недостающей части, поэтому заклинатели решили пойти навстречу Лань Си Чэню, который как раз охотился в тех краях.       Яблочко неспешно перебирал ногами, позволяя отдыхать на своей широкой спине. Вэй Ин была полностью поглощена своими мыслями и почти не обращала внимания на окружающий мир.       Она думала о том, что вчера зашла слишком далеко. Вот так воспользоваться состоянием Лань Ван Цзи… Это как минимум бесчестно. Неважно, насколько вызывающе она себя вела в прошлой и этой жизнях, а злоупотреблять чужой слабостью было не в её правилах. Конечно, ей это помогло осознать свои чувства, однако стало только хуже. Перспектива невзаимной любви девушку совсем не прельщала, а на взаимную не было никакой надежды. Возлюбленная Лань Ван Цзи, про которую он говорил ещё во время их первой попойки, наверняка была образцовой девушкой из хорошей семьи.       Вэй Ин, лёжа на спине коня, повернула лицо в другую сторону: «А я тёмный заклинатель, который перебил кучу людей. Конечно, тут не может быть и речи о том, чтобы нравиться. И вообще, я же мужиком в прошлой жизни была. А Лань Ван Цзи точно не обрезанный рукав, пусть и тело у меня уже женское… Так, интересно, а когда я начала влюбляться? Непохоже, чтобы это произошло в новой жизни… Во имя Небес, да о чём я вообще думаю?!»       Яблочко остановился, заставив Вэй Ин всё же обратить внимание на внешний мир. На окружавший их сад уже опустились сумерки, а ученики о чем-то оживлённо разговаривали, устраиваясь на ночлег. Девушка решила прислушаться к их беседе. —… это был Вэй У Сянь! — голос Сы Чжуя звучал крайне уверенно. — Он пробрался в сад и нарочно читал деве плохие стихи, раз за разом вынуждая бросаться в него цветами. В итоге он всё же смог увидеть её облик. — И где ты такого набрался? — впервые за день подключилась к беседе Вэй Ин, припомнив свои приключения из прошлой жизни. — В библиотеке Гу Су точно не содержат подобных рукописей. Наверняка читал низкопробную литературу вместо того, чтобы совершенствовать тело и дух. По возвращении в Облачные Глубины не забудь призвать Хань Гуан Цзюня и получить своё наказание. Перепиши правила ордена Гу Су Лань пять раз. — Пять раз, и при этом стоя на руках?! — побелели ученики.       Вэй Ин удивлённо обернулась: — Лань Чжань, в твоём ордене правила переписывают, стоя на руках? Это же чересчур сурово! — Всегда найдётся тот, кого простое переписывание ничему не учит, — равнодушно отозвался Второй нефрит. — А стойка на руках к тому же позволяет одновременно совершенствовать тело и дух.       Вэй Ин сделала вид, что сказанное не имеет к ней никакого отношения, однако поняла, что такое правило, скорее всего, ввели из-за неё.       Когда Хань Гуан Цзюнь отправился с дозором по окрестностям, чтобы убедиться в безопасности выбранного места, Вэй Ин решила воспользоваться ситуацией и прояснить один момент. — Так, у меня есть к вам вопрос, — девушка присела у костра. — Что всё-таки за значение имеет лобная лента?       Услышав эти слова, юноши тут же поменялись в лицах и принялись что-то невнятно бормотать. Лань Сы Чжуй осторожно спросил: — Учитель Мо, а разве вы не знаете? — Стала бы я спрашивать, если бы знала, — хмыкнула девушка.       Сы Чжуй, помолчав, начал очень аккуратно подбирать слова: — Наша лобная лента олицетворяет девиз «Будь праведен» и означает «Держи себя в узде». Адепт ордена Гу Су Лань никому не позволяет до неё дотрагиваться, даже случайно. А снять её значит отказаться от своей сдержанности. Уж тем более никто не свяжет ей другого человека. Если только… — юноша, краснея, с трудом выдавливал из себя слова. — Если только это не прямое предложение связать свои судьбы и… Эм…       Продолжать фразу не было смысла. В воцарившейся тишине огонь освещал несколько густо покрасневших лиц.       Вэй Ин тупо уставилась в костёр немигающим взглядом, отчётливо представляя, как языки пламени сначала опаляют кожу, а затем добираются до мяса и жадно обгладывают кости. Да, пожалуй, сгореть заживо — очень подходящее наказание за все те разы, когда в прошлой жизни она дотрагивалась до этой ленты. Тот случай со стрельбищем, пещера Черепахи-губительницы… Ещё несколько раз… А то, что произошло вчера, вообще заслуживало линчи.       Вэй Ин молча поднялась и отправилась наматывать круги по саду, размышляя о своём поведении и о том, в какой ситуации оказались они с Лань Ван Цзи. — Ты проиграл, — тихо сказал Сы Чжуй. — Вижу, — согласился Цзин И, нервно дёрнув уголком губ.       Не так давно ученики поспорили насчёт отношений между Лань Ван Цзи и Вэй Ин, при этом нарушив с полсотни правил ордена. Цзин И был убеждён, что это Вэй Ин пристаёт к Хань Гуан Цзюню, а Сы Чжуй говорил, что всё с точностью наоборот и Вэй Ин даже не в курсе его чувств. После вчерашних событий и только что состоявшегося разговора спор их был разрешён. — Мне вот только что интересно, — тихо продолжил Цзин И, надрывая пересохшее горло. — Почему Хань Гуан Цзюнь затянул столько узлов? Ведь ленту принято завязывать совсем легко, на бантик...       Впрочем, его реплика осталась без ответа.       Девушка ходила между засохшими кустами роз взад и вперёд. С одной стороны, такой жест со стороны Лань Чжаня был крайне приятен, а с другой — обстоятельства, при которых он был совершён, перечёркивали весь смысл. Мало ли что могло взбрести в голову вусмерть пьяному человеку, который только внешне сохранял спокойствие.       Вэй Ин тяжело вздохнула, остановившись у небольшого лесочка. Нужно было поскорее заканчивать историю с расчленённым трупом и расходиться разными дорогами. А пока она будет вести себя как обычно — смеяться и подкалывать, пряча свои настоящие чувства. Продержаться бы только…       Внезапно со стороны леса послышались шаги. Вэй Ин, решив, что это возвращается Лань Чжань, спешно приняла свой обычный вид. Однако появившаяся из мрака обезглавленная фигура явно принадлежала другому человеку. Погребальное одеяние, в которое был замотан торс их дражайшего друга, неслышно колыхалось на ветру. Судя по всему, части тела каким-то образом ухитрились сбежать от Лань Ван Цзи и собрались воедино.       Ученики, сидевшие у костра, тоже заметили силуэт, и их волосы зашевелились от ужаса. Все как один, не отводя взгляда, потянулись за мечами. Вэй Ин отрицательно помотала головой и глянула на них глазами, говорящими «Нельзя». Вовремя получив жест, юноши тихо сложили оружие и принялись наблюдать.       Безголовый мужчина протянул руки и ощупал стоящее рядом дерево, словно пытаясь понять, что это такое. Затем он коснулся гладкого среза на шее и, придя в бешенство, с силой ударил по стволу, который тут же треснул пополам.       Цзин И чуть заметно дрожал, заслонившись мечом, зажатым в вертикальном положении: — Ч-что это за чудовище?! — Да ты пропустил самые основы! — Вэй Ин вернулась в привычное состояние. — Перед тобой определённо мертвец, относящийся к категории гулей. Разве он похож на какое-то там чудовище? — Учитель, вы так громко говорите, — прошептал Сы Чжуй. — Не боитесь, что он услышит? — Не услышит, — уверенно сказала девушка. — Я вдруг поняла, что ему просто нечем слушать и смотреть. Если не верите, можете сами покричать.       Лань Цзин И тут же воплотил сказанное в жизнь, однако, едва его голос затих, мертвец твёрдым шагом направился в сторону учеников Гу Су Лань, вселяя панику в их сердца. — Ты же сказала, что он не услышит! — взвыл до смерти перепуганный Цзин И. — А он и не слышит, — крикнула совсем рядом с мертвецом Вэй Ин, сложив руки рупором для большего эффекта. — В вашей стороне дело вовсе не в громкости! Его привлекает тепло! К тому же, хоть он не может видеть или слышать, он хорошо чувствует большое скопление жизненной энергии в одном месте. Потушите, наконец, костёр и разойдитесь по саду!       Ученики тут же потушили огонь и разбежались. Гуль в самом деле потерял ориентир. Он на некоторое время застыл на месте, однако стоило юношам облегчённо выдохнуть, и мертвец тут же направился к одному из них. — Ты же сказала, что он отстанет, когда мы потушим костёр и разойдёмся! — чуть не плача воскликнул Цзин И. — Не шевелись! — крикнула Вэй Ин ученику и, легко взмахнув кистью, кинула в мертвеца камень.       Труп тут же остановился и обернулся к девушке. После секундной заминки он бросился в сторону Вэй Ин.       Вэй У Сянь медленно сделала два шага в сторону, едва разминувшись с рвущимся напролом мужчиной. — Вот именно, — принялась она отвечать на реплику Цзин И. — Я сказала вам разойтись, а не разбежаться. Не носитесь как угорелые. Этот гуль раньше был весьма искусным заклинателем. Если вы будете двигаться неосторожно, создавая сильные потоки воздуха, он вас без проблем обнаружит. — Похоже, он что-то ищет, — заметил Сы Чжуй. — Возможно, свою голову? — Верно, — улыбнулась Вэй Ин. — И людей тут предостаточно. Если он кого-нибудь поймает, то непременно оторвёт ему голову и примерит. Так что лучше держитесь подальше и не попадайтесь ему.       Перепуганным юношам не оставалось ничего, кроме игры в смертельные жмурки с трупом. Вэй Ин неспешно ходила по дорожкам и изучала его движения, периодически кидая в мертвеца камешки, когда тот начинал чувствовать кого-то из учеников. «Как странно, — думала Вэй Ин. — Он замахивается рукой так, будто держит какое-то оружие… И это явно не меч. Подобные движения…» — И долго это ещё будет продолжаться? — не вытерпел Цзин И. — Мы что, так и будем бродить туда-сюда?! — Разумеется, нет, — Вэй Ин ещё немного понаблюдала за мертвецом, и вскоре громко позвала: — Хань Гуан Цзюнь! Ты уже вернулся?! Спаси нас!       К её крикам тут же присоединились ученики, и совсем скоро вечерний мрак разорвали трели сяо и гуциня. Едва заслышав спасительную музыку, ученики облегчённо вздохнули: — Цзэ У Цзюнь, Хань Гуан Цзюнь!..       Две грациозные фигуры, окутанные ореолом безупречности и чистоты, возникли в полуразрушенных воротах сада. Мужчины шли плечом к плечу, один из них держал сяо, второй — гуцинь. Увидев обезглавленную фигуру, оба слегка замешкались. Лань Си Чэнь выглядел особенно удивлённым, едва ли не поражённым.       Би Чэнь тут же обнажился и ледяным вихрем понёсся к мертвецу, однако он ловко увернулся и, клацнув за спиной ладонью, ухватился за рукоять меча. Увидев, что гуль голыми руками остановил в воздухе оружие высшего качества, ученики побелели от страха. Лань Ван Цзи же, ничуть не меняясь в лице, разместил перед собой гуцинь и ущипнул одну из струн. Нота незримой стрелой просвистела в направлении мертвеца. Почувствовав опасность, он рубящим движением отразил волну звука. Лань Ван Цзи попеременно пробежался пальцами по каждой из семи струн, и все они затрепетали, с нарастающей мощью ударяя по мертвецу. В ту же секунду Вэй Ин вынула флейту и присоединилась к атаке, забыв при этом изрядно сфальшивить. Лань Си Чэнь, наконец, отошёл от потрясения и поднёс к губам сяо.       Едва заслышав его игру, мертвец дёрнулся в направлении звука, будто желая увидеть того, кто исполнял мелодию. Однако отсутствие головы этому сильно мешало.       Через некоторое время под натиском музыки гуль всё же рухнул на землю, распавшись на части. Ученики наконец спокойно выдохнули и бросились приветствовать старших адептов: — Цзэ У Цзюнь! Хань Гуан Цзюнь! — Время отдыхать, — равнодушно произнёс Лань Ван Цзи, предупреждая их галдёж. — Но ведь ещё же не девять… — растерялся Цзин И.       Лань Сы Чжуй тут же схватил его за руку и с почтением произнёс: — Слушаемся.       Он увёл остальных юношей в дальний конец сада, чтобы развести костёр и приготовиться ко сну. У беспорядочно разбросанных частей тела остались трое. Вэй Ин кивнула Лань Си Чэню в знак приветствия, села на корточки и принялась запечатывать конечности и туловище. Когда она запихивала левую руку в мешочек, Лань Си Чэнь неожиданно подал голос: — Прошу, подожди минутку. Позволь мне увидеть тело. — Цзэ У Цзюнь, ты знаешь, кто этот человек? — Вэй Ин, остановившись, подняла на него взгляд.       Лань Хуань замешкался, словно не мог дать утвердительного ответа, и Ван Цзи медленно кивнул вместо него. — Что ж, тогда и я знаю. Не Мин Цзюэ, верно? — тяжело вздохнула Вэй Ин. — Цзэ У Цзюнь, Хань Гуан Цзюнь уже поведал о наших странствиях? Деревня Мо, могильщик, город И и прочее.       Получив в ответ ещё один кивок, Вэй Ин продолжила: — На данный момент о человеке, скрывающем лицо, нам известно довольно многое. Во-первых, он знает стиль фехтования Гу Су Лань как свои пять пальцев. Тут есть два варианта: либо он из ордена Гу Су Лань и с малолетства изучал ваш стиль фехтования, либо он не из ордена Гу Су Лань, но весьма осведомлён о вашем способе управления мечом. Либо он много практиковался с вашими адептами, либо он настолько умён, что ему хватило лишь стороннего наблюдения для изучения техники. Во-вторых, этот человек знает о тайне некрополя Цин Хэ Не. И, в-третьих, его отношения с Не Мин Цзюэ были… Весьма сложными.       Необходимости произносить имя вслух не было: все прекрасно понимали, что главным подозреваемым оказывается нынешний глава ордена Лань Лин Цзинь.       Лань Си Чэнь после долгого молчания негромко произнёс: — Он не мог. Просто физически не мог. За весь тот месяц, что вы шли за призрачной рукой, мы каждый день виделись. Могильщиком не может быть он. — А что если он применил Талисман перемещения? — продолжила Вэй Ин. — Невозможно. Использование такого артефакта требует затраты огромного количества духовных сил, которые ещё долго будут возвращаться. Однако мы с ним регулярно выбирались на ночную охоту, и он каждый раз прекрасно проявлял себя. — Ему было необязательно покидать Башню Кои самому, — тихо вмешался Лань Ван Цзи.       Цзэ У Цзюнь лишь покачал головой. Он знал Цзинь Гуан Яо много лет, и весь его опыт общения с ним был только положительным. Вообще, все, кто хоть как-то взаимодействовал с этим человеком, оставались довольны, и предположить, что он мог расчленить своего названного старшего брата, никто бы не посмел.       Вэй Ин сложила руки за спиной и задумалась. Чи Фэн Цзунь погиб во время расцвета Цин Хэ Не, чьи слава и могущество практически достигли уровня ордена Лань Лин Цзинь и продолжали расти. Безусловно, смерть Не Мин Цзюэ на глазах огромного количества людей от искажения Ци казалась обоснованной и неизбежной. Но было ли всё так просто в действительности?..