Ты будешь моим

POV Салли

Не люблю особо представляться, поэтому кратко расскажу о себе. Я - Сал Фишер. Я урод. Мне 17 и я учусь в 11 классе. Через 4 месяца я заканчиваю школу и этого вполне достаточно. Почему я урод? Чёртов инцидент, очень сильно повлиявший на мою жизнь и перевернув её с ног на голову. Из-за него я ношу протез, под которым скрывается «нечто». Моё лицо можно сравнить с мясным смузи. Кожа ободрана в некоторых местах, рубцы, глубокие шрамы и незажившие раны, которые неприятно покалывали при прикосновении. У меня отсутствует правый глаз, вместо которого тоже вставлен качественно сделанный протез. У меня нет друзей, вообще. Лишь враги, которые просто обожают придумывать мне различные прозвища, связанные с моим цветом волос, телосложением, уродством и прочим. Казалось бы: попристают и отстанут, но нет. Это продолжается уже 3-й, мать его, год. Я ненавижу людей вокруг. Все они — сволочи.

***

Я сидел у себя в комнате, что-то активно вырисовывая у себя в блокноте и слушая новый трек «Смысловой фальсификации» в наушниках. Дома тихо, отца не было. Он, как всегда, пропадал на работе, явно забыв о моём существовании, но мне как-то похуй на это, лишь бы не доёбывался по мелочам. Как обычно у меня ничего не вышло, и я вырвал очередной листок, яростно скомкав его и кинув в мусорное ведро, переполненное такими же «попытками», явно неудачными. Я что-то пробурчал себе под нос, недовольно закинув блокнот в рюкзак. Время 8:30. Я проебал первый урок и сделал это намеренно, так как жизнь научила меня не появляться с утра в школе. Почему? Да опять эта псина - Джонсон и его шавки, которые пиздят меня чуть ли не каждый день, поливая меня дерьмом ещё чаще. Они постоянно поджидают меня у входа в школу, чтобы «поговорить по-мужски». После таких «разговоров», я появлялся в школе весь избитый, в синяках и ссадинах, с засохшими на щеках слезами. Ещё раз перепроверив все вещи в рюкзаке и положив телефон с наушниками в карман джинс, я направился в школу, перед этим надев чёрные, потрёпанные кеды и накинув куртку, так как на улице было прохладно. Дорога предстояла недолгая и спокойная, так как практически все люди были на работе, а дети в школе и им не придётся глазеть на придурка в маске. Ещё один большой плюс прогулов. Я прогуливал не только первые уроки, но ещё и те, на которых было пиздецки скучно. Я прогуливал дни недели, не желая появляться в школе, поэтому некоторые учителя даже толком не видели меня на их уроках и недоумённо смотрели на меня, будто говоря: «Какого хрена ты тут забыл, парень?». Оценки мои были не самыми хорошими, но они и не пробивали днище, поэтому учителя меня не вызывают, да и не обращают на меня внимания вовсе. Всё кажется идеальным, но это далеко не так. Буквально вся школа знала имя «Сал Фишер» и распространяла обо мне всевозможные слухи. Всё благодаря этому патлатому куску дерьма и его друзьям. Джонсон пользовался большим авторитетом. Его многие боялись и буквально все девушки школы раздвигали перед ним ноги. Он выглядел в принципе ничего, занимался рисованием, музыкой, но для меня он - просто урод. Во всех смыслах. Не знаю, что все они нашли в нём, но это явно не моё дело. Ходили слухи, что ему даже отдавались некоторые парни, и не только геи… Да уж, в старшей школе Нокффела творятся ужасные вещи. Странно, что она считается одной из лучших школ Нокффела. Я усмехнулся со своих мыслей, уже подходя к старенькому зданию школы. Со стороны и внутри оно выглядело неплохо, но то, что там творилось, оставляло желать лучшего. Тихо войдя в здание, я осмотрелся: в коридорах было тихо и пусто, отлично. Я направился к лестнице, под которой я ждал конца урока и мог не спалиться, если будет идти препод или какой-нибудь школьник, ведь все в школе меня знают. Я присел на холодный пол и поставил рюкзак рядом с собой. Достав из кармана телефон, с разбитым в хлам экраном, я глянул на время. Оставалось 5 минут. Я положил гаджет обратно и стал ждать конца урока, погрузившись в свои мысли. Грустно ли мне от того, что у меня вообще нет друзей? Нет. Абсолютно нет. Я наоборот даже рад, что у меня есть очень много свободного времени, которое не нужно уделять людям. Многие скажут, что без друзей никак, мол: «А кто тебя поддержит и поможет в трудную минуту?». А я вам отвечу, что помочь себе должен ты сам, так как ничего не добьёшься, если не будешь проходить трудности в одиночку. Соглашусь, с друзьями их проходить намного легче, если они нормальные, но я в этом не нуждаюсь. Мне всё равно. У меня даже никогда не было настоящих друзей. Все лишь пользовались мной, давая множество обещаний, клятв в верной дружбе, а потом бросали, разбивая сердце и плюя в душу. А я ведь верил им. Засыпал с улыбкой на лице, вспоминая о них. Больше я не доверялся никому. Ну и к счастью. Пусть я был груб и холоден со всеми, но это лучший способ избавиться от нежелательного разговора. Мои раздумья прервал звонок на перемену. Я тяжело вздохнул, собираясь с мыслями и готовясь принимать на себя «цунами» из дерьма. Я поднялся с холодного, пыльного, как это место, пола и отряхнул свою пятую точку, поднимая рюкзак. Накинув его на плечо, я вышел из «укрытия» и стал пробираться через толпу людей, заполнивших коридоры. Все косились на меня и хихикали. Некоторые, кто посмелее, кидали мне вслед «ласковые» фразочки. Я наконец пробрался через всех этих отбросов общества к своему шкафчику. Быстро открыв его невидимкой, которая всегда находилась в моём кармане, для этой цели, я закинул тяжёлый рюкзак туда, перед этим достав нужные мне учебники и вещи. Захлопнув дверцу, я собирался уходить, но мне загородили путь. Угадайте кто? Правильно: Джонсон и его шайка. Он бросил на меня надменный взгляд, оперевшись плечом о шкафчики и смотря на меня сверху-вниз. Патлатый ухмыльнулся уголком губ, прожигая меня этим противным взглядом. Я попытался пробраться сквозь его банду, но меня грубо оттолкнули назад.       — Я не разрешал тебе идти, Фишер. - Ядовито улыбнувшись, проговорил главарь и стал хрустеть пальцами, выглядя при этом очень угрожающе.       — А кто сказал, что я должен просить разрешения? - ответил я, скривив лицо в отвращении и совсем не испугавшись его вида. Благо, протез всё скрыл, а то бы мне прямо сейчас врезали по морде.       — Смотрю, ты посмелел с нашей последней встречи. Напомню тебе, что я могу делать с тобой, что хочу, ибо ты — всего лишь очередная шавка, до которой никому нет дела, поэтому закрой пасть и делай, что говорю, а то будет хуже. - Противная улыбка не сходила с его лица, а он сам подошёл ко мне максимально близко, с вызовом смотря мне в глаза.       — Шавка тут только ты, Джонсон, так что захлопнись и отъебись от меня. Мне тут решать, кому подчиняться, а не тебе. - Сказал я, уже не выдерживая его наглости. Будь у меня силы, я бы прямо сейчас врезал по его самодовольной роже, чтобы посмотреть, как он запоёт, понимая, что я не особо его боюсь. Конечно, он бы просто натравил на меня свою шайку, но я всё равно был бы доволен собой. Чёртова разница в силе…       — Смотрите, как заговорил. Раз ты не понимаешь по-хорошему, я буду по-плохому. - Облизнувшись, проговорила эта крыса и ударила меня в живот, от чего я согнулся пополам. Я привык к боли и выработал привыкание, так сказать, поэтому сразу выпрямился, игнорируя боль. Ларри лишь довольно ухмыльнулся. В его глазах сверкнул огонёк. Там чётко отражалось «желание». Мне не показалось? Я кое-как обошёл псину и его шавок, и стал идти к нужному кабинету. Резко я вздрогнул, так как меня нехило шлёпнули по заднице. Я резко обернулся, непонимающе смотря на Джонсона, прикусившего губу и стоящего прямо позади меня.       — Отличная задница, Фишер. - Тихо прохрипел он, в то время как его шайка громко смеялась надо мной, заставив людей, проходящих мимо, смотреть прямо на нас. Я был в ступоре, не зная, что ответить. Я был чертовски зол. Не выдержав, я с огромным усилием наклонил его к себе, ударив его коленом под дых и с небольшой искрой в глазах, смотря на него. Патлатый чуть согнулся, скривив лицо. Больно? Ну так почувствуй это наконец, раз не знаешь, какого всем тем, кого ты избиваешь. Я ударил его со всей силы, вложив этот удар всю свою злость и обиду. Он получился реально сильным.       — Я смотрю, ты в край охуел. Ну хорошо. Молись, ведь ты подписал себе смертный приговор, шкед. - Хрипло сказал он, откашлявшись и держась за больное место одной рукой. Мне было абсолютно плевать на его слова. Пусть он и мог закопать меня живьём, без шуток. Я был рад, что хоть как-то смог отомстить, поэтому, ничего не ответив, я направился в свой класс. Те, кто видел эту потасовку, смотрели на меня удивлёнными взглядами, ведь никто, никогда не смел бить Джонсона, ведь если он отомстит, то по-полной. Пусть он и мог буквально убить, но мне было как-то похуй. Кто-то даже крикнул мне вслед: «Ты мертвец, мелкий», но я был даже рад подохнуть. Мне хотелось наконец прекратить каждодневный ад, который длился уже на протяжении трёх лет. Войдя в класс, я сел за самую последнюю парту и стал обдумывать всё, что мог со мной сделать этот псих. В голову приходили варианты избиения до полусмерти, раскрошение моей черепной коробки кирпичом, выламывание суставов, пальцев, чтобы смерть была медленной и мучительной. В общем, самые жестокие виды убийства. Прозвенел звонок, а я всё ещё был погружён в свои мысли, не жалея, что поступил так.

***

По счёту это был четвёртый урок - физра. Один из тех уроков, которые благополучно проёбывались. Я не стал заходить в раздевалку, так как сегодня наш класс занимался вместе с классом Ларри, что мне, мягко говоря, не очень понравилось. Я поправил рюкзак на плече, идя в своё укрытие. И сейчас я пожалел, что вообще сунулся в школу, так как под лестницей был он, та самая шавка. Он, видимо, смирно ждал меня здесь. Будто знал, что я обычно прогуливаю физру тут. Я уже собирался убежать, но этот придурок схватил меня за запястье, крепко сжав его и подтащив к себе. Чёрт, сейчас моё сердце ушло в пятки. Я был готов к тому, что он размажет меня по стене, не оставив и мокрого места.       — Я знал, что ты придешь сюда. - Ехидно проговорил он, развернув меня к себе и прижав к стене, сильно толкнув меня в неё.       — Сука, пусти! - - Довольно громко выразился я, отчаянно вырываясь из его мёртвой хватки. На это он лишь сильнее вдавил меня в стену, не переставая странно улыбаться.       — Я же говорил, что буду мстить, а мы тут совершенно одни, и я могу сделать с тобой всё, что захочу. И мне плевать, насколько громко ты закричишь, вскоре ты будешь умолять меня не останавливаться, и отдашься как покорная сучка. - Он прошептал это всё мне на ухо, обдавая его горячим дыханием. Я немного прихуел от таких слов. Он меня выебать собирается?! Ну уж нет, я не отдамся так просто, особенно ему.       — Хах, ты думаешь, что я похож на всех тех шлюх, которых ты ебал? Я никогда не отдамся тебе, даже если захочу, так что можешь не пытаться. - Искривив лицо в отвращении и надменно посмотрев на него, сказал я.       — Я будто говорил, что буду спрашивать у тебя разрешение. Оно мне и даром не нужно, ты всё равно будешь моим, мне твоё согласие не нужно. - Глянув мне в глаза, всё так же томно прошептал он мне на ухо и несильно укусил его за край, после облизав. Меня бросило в дрожь. Я даже толком не понимал, что он делает, но после до меня допёрло и я стал отталкивать его от себя с ещё большей силой. Мне было реально страшно. Это было даже хуже чем то, что он мог просто отпиздить меня ногами. Я никогда ещё не чувствовал такой страх перед ним.       — Пошёл нахуй, Джонсон. Я никогда, слышишь. Никогда не буду подчиняться и принадлежать тебе. Так что твои попытки бесполезны. Иди и найди себе другую шлюху для любовных утех. - - Довольно громко сказал я и наконец вырвался, что есть силы, оттолкнув патлатого от себя и побежав куда глаза глядят. Я не слышал, чтобы он что-то говорил мне, пока я убегал. Ну и хрен с ним, мне лишь бы скрыться. Я забежал за угол и спрятался там, тяжело дыша. Моя отдышка была невыносима, но я не обращал на неё внимание, так как был шокирован. Ларри Джонсон - местный задира и мечта девушек, решил лезть ко мне, спустя 3 ёбаных года унижений. Он что, действительно выебал всех и ему не осталось ничего, кроме того, чтобы броситься на парней? Я не знаю, но теперь, страх ходить в школу станет ещё больше. Придётся пользоваться обходными путями, найденными мной ещё давным-давно. Да, так и сделаю, ибо, если этот мудак положил на меня глаз, то будет всячески пытаться выебать меня. Даже через силу. И как давно ты перешёл на парней, а, Джонсон?

***

Кое-как я избегал встречи с этой крысой, буквально выбегая из школы самым первым. Я стремительно направился домой, переваривая всё, что случилось за сегодня. Теперь мне нужно быть втройне осторожным… Я обдумывал все его слова, снова и снова прокручивая в голове его действия. Это заставляло меня скривиться в отвращении и покрыться мурашками. Я невольно задумался: а что было бы, если бы я не убежал и оставил себя на растерзание этому зверю? В голове сразу всплыла картинка жёсткого секса и моих беспомощных криков и слёз. Я сразу представил его лицо… Он насмехался надо мной, чувствуя власть и не капли стеснения или совести. Чёрт, меня бросило в дрожь. Я не могу об этом думать. Только я начал переставать его бояться, как он снова проделывает выходку, которая снова заставляет меня до дрожи бояться этого психа… Кажется, что мне стоило бы обратиться в полицию, но у меня нет доказательств, да и никто мне не поверит, ведь абсолютно все на стороне Джонсона. Как же мне противно вспоминать его имя, фамилию, голос, внешность. Как же меня воротит от одного его упоминания. Кажется, я встрял…

***

Наконец придя домой, я закрыл дверь на замок, так как моя паранойя стала проявляться более остро. Я боялся каждого шороха за спиной, каждого прохожего лица или голоса позади. Почему мне кажется, что всё подстроено ради того, чтобы я просто боялся его? Он сделает всё, что угодно, чтобы добиться желаемого, и это пугает. Я зашёл в свою комнату и, закрыв за собой дверь, плюхнулся на кровать, перед этим кинув рюкзак в угол комнаты. Меня переполняли тревожные мысли и воспоминания о сегодняшнем дне. Они как кошки скреблись в моём сознании, подливая масла в огонь. Я повернулся на спину и поёжился, вспоминая тот «звериный», «жаждущий» взгляд. Он словно смотрел мне в душу, прочитав всё обо мне и выяснив мои страхи. Чёрт, да я так точно стану параноиком и подохну от страха быть изнасилованным заклятым врагом. Я решил записать все свои нагнетающие мысли, так как это обычно помогало мне чувствовать себя лучше. Будто высказываешься кому-либо. Сев за стол, я достал тетрадку, которая выглядела совсем ненавязчиво, спокойно лежа на полке. И, взяв из стаканчика с канцелярией ручку, я принялся записывать все свои переживания. Продолжение следует…